Непокорный дар.

Рейко заснула, не в силах прогнать мрачные мысли. Весь этот хаос, прикрытый золочёной обёрткой дворцового этикета, угнетал её. Что ждёт её здесь, в этом мире? Мысли невольно обратились к прошлой жизни. Там её никто не ждал. Родители погибли, бабушка, вырастившая её, ушла несколько лет назад. Вся её жизнь свелась к работе, контрактам и редким отдушинам. Одна из таких отдушин — фехтование — всплыла в памяти с горьким привкусом. «Вот бы сейчас на тренировку...» — мелькнуло было, но следом нахлынуло воспоминание о том злополучном дне. Несколько месяцев назад, будучи на взводе после провала сделки, она вышла на дорожку. Гнев и ярость, которые она обычно сдерживала, выплеснулись в одном яростном, неконтролируемом выпаде. Её клинок проскользнул под защиту соперницы, едва не лишив девушку глаза. Громкий свисток, крик, перекошенное от ужаса лицо под маской. Тренер строго отчитал её: «Тебе нужно отдохнуть, Рейко. Ты потеряла контроль». Унижение и стыд были так сильны, что она не появлялась в зале два месяца. Во сне её сознание перенеслось в тот самый вечер, когда рухнула последняя надежда. День, когда партнёры отказались подписывать контракт, оставив туманное «мы подумаем». Подавленная, она вернулась домой, машинально неся тот самый злополучный пакет. «Начальник сказал, что не пьёт, и отдал его мне... Ого». В пакете, рядом с бутылкой дорогого вина, лежала изящная деревянная шкатулка. Внутри, на бархатной подкладке, покоился странный камень с витиеватыми узорами. Она на мгновение задержала на нём палец, ощутив лёгкое покалывание, прежде чем захлопнуть крышку. «Завтра верну, — мысленно пообещала она. — Видимо, он и не знал, что ему подарили какую-то древность». Взяв полотенце, бокал и бутылку, она направилась в ванную, даже не подозревая, что переступает порог не просто в другую комнату, а в иную жизнь. Рейко лежала в наполненной ванной. Густой пар обволакивал всё вокруг, а на подставке рядом с ней стоял бокал вина. Но мысли не давали ей расслабиться, снова и снова возвращаясь к провалу. «Завтра будет расплата», — давило на грудь холодной тяжестью. Директор уже дал понять: компании выгоднее найти виноватого, чем признать системную ошибку. И этот виноватый — она. Ведущая проекта. Человек, вложивший в сделку все силы, время и душу. А в ответ получивший не благодарность, а готовящееся предательство. Отчаяние сжало горло тугим узлом. «Господи, я бы просто исчезла. Испарилась. Чтобы ничего этого не было...» Она с отвращением отпила вина, пытаясь заглушить накатившую тошноту, но стало только хуже. Дыхание свело судорогой, в висках застучало. Осознав, что теряет сознание, она резко попыталась встать. Резкий прилив дурноты ударил в голову, в глазах потемнело, и она безвольно рухнула в воду, ударившись виском о край ванны. Её левая рука, взметнувшись в судороге, смахнула бокал. Хрустальный звон разбитого стекла слился с глухим плеском воды. Алое вино медленно растекалось, смешиваясь с багровой нитью крови из её виска, окрашивая воду в сюрреалистичный, единый кроваво-красный поток.