Сборник миников

Когда в небе слышен громогласный рёв — болезненный и страшный, значит на землях проснулся дракон. Они поднимались из жерлов вулканов, из водоворотов с глубин океанов из огня и пепла сожжённых лесов. Зарево в небе открывало лишь взмывающее вверх очертание фигуры, а затем та пропадала ещё на долгие годы. Куда девались драконы, никому не было известно. Некоторые гласили, что таким образом они возносились к самим небесам и затем наблюдали за людьми с облаков. А кто-то просто не верил в чужие россказни и считал всё это обычным загадочным природным явлением. А драконьи фигуры? Что ж, развитая фантазия может подкидывать и не такие ассоциации. Однако были и люди, которые верили. Всей душой верили, возносили существам молитвы за их сохранность и милость, чтобы при явлении нового дракона деревни не затопило водой, или поля не иссохли от неурожая. Помогали ли эти просьбы, отправленные в воздух? Нельзя было знать наверняка, но в тех краях, где могучих ящеров почитали и любили, цвели плодоносящие сады и беды обходили дома стороной. К чему же всё это? Минхо был тем, кто не покладая рук трудился на полях в одном из таких уголков. Он не мог отрицать чужой веры, но и не соглашался со всем подряд, предпочитая просто продолжать жить и радоваться солнечным дням или дождливым неделям, после которых зелень становилась ещё насыщеннее и живее. В его повседневной рутине было своё счастье. Своя свобода. И пусть в этом была заслуга неведомых существ, он не был против пользоваться дарами, когда их предлагали. В конце концов, разве не для этого они возносились к небу? Если верить легендам, после этого на земле воцарялось спокойствие, которого раньше и не могли ждать. Обвалы прекращались как по волшебству, цунами больше не накрывало береговые линии, а солнце лишь нежно касалось верхушек деревьев и крыш мягкой ладонью, не испепеляя всё подряд под своим взором. У них не было каких-то особых проблем. Если считать природу, конечно. Но вот люди... Они здесь были не самыми доброжелательными. Столько воров, дикарей и убийц, что порой было боязно даже сунуть голову дальше своего двора. И страдали от этого в основном только сами люди. По крайней мере, так было до этого времени. Жертв нападений начали находить везде, и казалось, что с каждым найденным человеком что-то незаметно менялось. В последние дни, когда всё это участилось, над головами повисли свинцовые тучи. Из них не лил дождь, они не были грозовыми, и просто парили сверху, как карательная длань, которая должна была вот-вот опуститься вниз. Минхо как раз заканчивал работать и медленно плёлся вдоль протоптанной дорожки, поднимаясь вверх по склону. За спиной висела тяжёлая корзина, которую нужно было доставить в деревню и поместить ко всем остальным в амбар. Сегодня был довольно трудоёмкий день, ноги тянуло от усталости, а руки крепко цеплялись за лямки, белея костяшками. Он уже мечтал о том, как свалится в свою постель и проспит до следующего утра, а разбираться с расфасовкой трав и продуктов будет уже завтра. Сейчас нужно было только дотащить своё тело, а дальше станет легче. Нос не сразу уловил странный запах, витающий в воздухе. Только когда он забился прямо в лёгкие с глубоким вдохом, Минхо поднял глаза с земли и тут же обомлел, едва не выронив корзину. На волосы аккуратно опустилась тонкая пластина из чего-то серого. Потом ещё одна невесомо покрутилась в застывшем воздухе, опадая к его ногам. Но взгляд больше не задерживался на мелких деталях, потому что сразу после с неба схлынула беспорядочная волна из тысячи подобных снежинок, безмолвно струясь вниз подобно сотне обгоревших песчинок. Только когда парень протянул ладонь, чтобы схватить одну из них, что легко развалилась на части и измазала кожу, он понял. Это был не снег. Пепел. Земля под ногами вдруг содрогнулась, будто дрожа от страха приближающейся неизвестности. Пугающая тишина разбилась о крики вспорхнувших птиц, а напряжение сгустилась прямо в самом пространстве, сжимая лёгкие в тонкую иглу. Минхо приоткрыл губы в попытке не то вдохнуть глубже, не то сглотнуть застрявшую в горле слюну. Мурашки скользнули по затылку и спустились в позвоночник, когда от земли прямо в небольшом отдалении от деревни отделилась тень. Почти бесформенная, будто не успевшая окрепнуть и собраться во что-то отчётливое. Похожее на сгусток чёрного дыма, стремительно взвивающегося вверх с огромного разведённого костра. Но потом, когда из самой деревни послышался взволнованный галдёж и гул, тень начала образовывать вытянутое тело, отдалённо напоминающее змеиное, однако вскоре покрывшись продолжающим опадать пеплом, как бронёй, из середины резко вырвались два крыла, и дымка мощным потоком обвалилась, рассеиваясь над землёй. Пронзительный рык пронёсся над долиной и по ощущениям схватил прямо за сердце. Глазам предстала пугающе страшная картина: взмахивая тяжёлыми, едва управляемыми крыльями, воя и точно крича от боли, под свинцовыми облаками вился чёрный дракон. Но что было ещё более ужасающим, так это то, что он не мог взлететь выше, будто его что-то не пускало дальше и тянуло обратно к земле. Как будто тот не мог пробиться. А это означало только то, что эта махина останется прямо здесь, вместе с людьми, и разрушит абсолютно всё. Минхо застыл с отчаянием, написанным на лице. В ушах стоял беспрерывный рёв, а в голове гудела животная паника. Но всё только ухудшилось, когда дракон внезапно стал приближаться, направляясь прямо к полям, откуда он только что поднялся. Он собственными глазами наблюдал, как, раззявая пасть, чёрный ящер мчит в его сторону, проносясь над деревней и разнося пепел по всей округе. Однако это нельзя было назвать полётом, скорее... Падением. Инстинктивно пригнувшись и присев к земле, Минхо прикрыл голову руками, различая свист над собой, а после ощущая кошмарную волну ветра, что опрокинула его на бок. Из корзины рассыпались собранные припасы, а сам парень теперь мог видеть, что происходило с другой стороны. Дракон просто свалился в паре метров от полей, мученически ревя и разнося ощутимую вибрацию в почве. Приподнявшись на локте, Минхо следил за мощной фигурой и не мог поверить своему зрению, когда крылья, а затем и всё тело начало иссыхать и осыпаться с тающими последними грозными вздохами. Вскоре в том месте, где упала туша, осталась только горка серого тлеющего пепла. Неужели в этот раз дракон погиб, так и не вознёсшись к облакам? Но разве такое бывает? Ещё никто не говорил о подобных случаях, или они ещё не были замечены. Но тогда почему дракон вообще родился? Когда прошло несколько мгновений ошеломлённого молчания, парень заметил, как из-под опавшего одеяла поднялся человек. Спина была перемазана в гари, волосы взлохмачены и сбиты в клубы. Минхо сразу же поднялся и бегом направился к пострадавшему, оставив сломанную корзину. Раз дракона больше не было, можно было не бояться, а тому человеку, возможно, нужна была помощь. Хотя он не помнит, чтобы на полях кто-то оставался, кроме него. Оказавшись рядом, Минхо всё же с некой опаской ступил на шелестящий пепел, привлекая внимание незнакомца. Острый взгляд заставил остановиться и вздрогнуть. Горящий в них огонь распалял кровь в жилах, а хищный оскал предупреждал не приближаться слишком быстро. Однако Минхо на свой страх и риск шагнул ближе, потом ещё раз, пока не подошёл на расстоянии вытянутой руки. Он всё прекрасно видел и понимал. Этот взгляд был на нём несколько мгновений назад, прямо перед тем, как дракон пролетел над его головой. Он точно знал, что тот смотрел на него в тот момент. И всё же... Всё же, когда он опустился на колени и медленно снял со своих плеч накидку, протягивая её дракону в человеческом обличии, Минхо не видел угрозы в выражении чужого лица. Опаску, подозрительность, даже страх — да. Но не гнев и не кровожадность. — Возьми. Тебе нужнее. Окинув его взглядом, тот небрежно перехватил ткань и набросил на себя, прикрывая наготу. — Мне казалось, эта земля проклята навечно погрязнуть во тьме под пеплом. Что такая душа забыла здесь? Трескучий голос дракона был подобен искрам костра, которые могут обжечь, если вовремя не увернуться. Но до странного тёплым и располагающим. Минхо просто пожал плечами, осматриваясь по сторонам. По тому месту, в которое врезалось огромное тело, были проведены борозды вспаханной земли, комьями рассыпающейся по сторонам. Если бы дракон упал на деревню... Но тот приложил столько усилий, чтобы избежать этого. — Занесло случайно, наверное. Как и тебя. Невесело хохотнув, дракон по-птичьи склонил голову вбок и с интересом в блеске глаз сощурился, снова рассматривая человека перед собой. — Земным дают имена, верно? Доверяю тебе выбор, если назовёшь своё. Минхо удивлённо обернулся к нему и хотел было возразить, что не имеет права. Но если тот выставил свою просьбу подобным образом, он не хотел отказывать. — Меня зовут Минхо. — Кивнув самому себе, парень прикусил губу, размышляя над следующими словами. — Раз ты первый дракон, который оказался на земле, тебе и вправду понадобится имя. Как насчёт... Джисон? — Джисон... — темноволосый облизнул сухие губы и заискивающе глянул на человека. — Думаешь, драконы мудрые? Ты ещё даже не знаешь. — Значит, теперь у меня есть возможность узнать. Минхо только улыбнулся уголком губ и протянул ему руку, предлагая подняться. У него было достаточно доброе сердце, чтобы пожелать помочь незнакомому человеку, пусть даже тот на самом деле был драконом. А драконов всегда тянуло к теплу и свободным сердцам, готовым помочь им вознестись своей верой. Пускай Джисон и не окажется в небе, он познает другой полёт вместе с Минхо. И вернёт этому месту должный вид.