Тригона страстей

Ночь, когда все случилось, была душной и безлунной. Андрей сказал Володе, что уезжает с ночной покатушки с ребятами из мотоклуба. Ложь прилипла к языку горьким налетом. Володя лишь кивнул: «Осторожнее там». Его доверие резало, как нож. Андрей сел на питбайк и поехал не на привычную трассу, а к спальному району, на окраину города, где в пятиэтажке снимал комнату Паша. Он стоял под его окном, смотря на горящий квадрат света, и сердце колотилось где-то в горле. Что он здесь делает? Один шаг — и он переступит черту, за которой нет возврата. Но ноги сами понесли его вперед, по лестнице, к знакомой двери. Он постучал. Дверь открылась. Паша стоял на пороге в одних спортивных штатах, его взгляд был таким же острым и всепонимающим, как всегда. «Я знал, что ты придешь», — произнес он тихо. Комната была аскетичной: кровать, стол с ноутбуком, разбросанные детали от какого-то механизма. Пахло металлом, маслом и его телом. Андрей хотел что-то сказать, найти какое-то объяснение своему безумию, но слова застряли в горле. Паша шагнул вперед, и его пальцы впились в плечи Андрея с такой силой, что тому стало больно. «Молчи», — прошептал Паша, и его губы грубо прижались к его губам. Этот поцелуй не имел ничего общего с нежными, любовными поцелуями Володи. Это был захват, поглощение, акт агрессии и доминирования. Андрей ответил с той же яростью, срывая с Паши одежду, чувствуя, как его разум отключается, уступая место чистому, животному инстинкту. Их тела сплелись на узкой кровати в бешеном танце, полном боли, страсти и немого упрека. Позже, лежа в поту и пытаясь отдышаться, Андрей смотрел в потолок и чувствовал, как его мир рушится на части. Он ожидал стыда, раскаяния. Но вместо этого почувствовал лишь оглушительную пустоту и странное, щемящее удовлетворение. Паша лежал рядом, его грудная клетка мерно поднималась и опускалась. «Это было лишь раз», — выдавил Андрей, больше убеждая себя. Паша повернул голову и усмехнулся: «Конечно. Лишь раз». В его глазах Андрей прочел неправду и понял, что это только начало.