Элита 2

And if somebody hurts you, I wanna fight

И если кто-нибудь обидит тебя, я захочу сражаться

— Я тебе сто раз повторяю, мы просто курили! — Зачем? — кричала Кейтлин. — Что тебе от нее понадобилось? Вай решила быть честной до конца, и это стало ее ошибкой. — А просто так, без причины, покурить и поболтать нельзя? — Только не с Алексой! — фыркнула Кейтлин и отвернулась. Вай вздохнула. Она запоздало подумала, что пустая раздевалка не самое лучшее место для откровенного разговора, но все же пересказала Кейтлин события вчерашнего вечера именно здесь, пока остальные одноклассники не добрались до школы. «Если есть проблема, разберись с ней с утра пораньше, а потом забудь на весь день», — так говорил Вандер. Но, возможно, взваливать на слишком рано явившуюся в школу Кейтлин столько информации за раз было ошибкой. Кейтлин спокойно слушала ровно до того момента, как Вай сказала, что согласилась покурить. После этого Вай пыталась поделиться подробностями биографии Алексы, но Кейтлин уже сорвалась. — Ты могла взять у нее сигарету и отойти, зачем ты стала с ней общаться, тебе что, проблем мало? — кричала Кейтлин. — Ну извини, в следующий раз напишу тебе и спрошу твоего разрешения! — не выдержав, огрызнулась Вай. — Алексе нельзя доверять, лучше с ней вообще не пересекаться, мы же не знаем, что у нее на уме! Довольно и того, что она оказалась в курсе наших отношений! И вот теперь Вай смотрела в спину Кейтлин, жалея уже, что взяла ту чертову сигарету, жалея, что вообще вышла за пределы школы. О чем она только думала? Кейтлин чуть не рассталась с Вай из-за ее интереса к проблемам одноклассницы, чего Вай ожидала сейчас — фанфар, поздравлений? Помимо вины и сожалений о собственной глупости, Вай чувствовала раздражение. Почему они опять начинают все по новой? Кейтлин когда-нибудь успокоится со своей ревностью? Вай вспомнила, как близко стояла Алекса, когда зажигала ее сигарету, и вдруг разозлилась. Что, об этом тоже надо докладывать? Завести блокнотик и в нем записывать расстояние в сантиметрах между собой и любой девушкой, которая осмелится приблизиться? — Прости, — тихо сказала Кейтлин. — Что-что? — опешила Вай. — Не издевайся, — Кейтлин повернулась к Вай и села рядом с ней. — Я обещала не набрасываться на тебя с обвинениями по поводу и без, и вот опять… — Кейтлин спрятала лицо в ладонях. — Прости, пожалуйста. Я ужасно нервничаю, что не дает мне права срываться, но мне… мне трудно держать себя в руках, прости, я… — Мы договорились во всем доверять друг другу, — напомнила Вай. — И мы давно оставили в прошлом тут ситуацию с Алексой. Я тоже вымоталась, тоже очень переживаю, потому и согласилась закурить, а не из-за того, что мне так хотелось провести время с Алексой. Кейтлин отняла руки от лица и серьезно посмотрела на Вай. — Я понимаю, — сказала она. — Дурацкие механизмы ревности… Я не знаю, как они работают, но они работают каждый раз, когда ты упоминаешь Алексу. Дело в этом, а вовсе не в моей усталости. Но я не должна и не хочу больше приставать к тебе с беспочвенными обвинениями. Я разберусь со своими демонами, а ты можешь курить и общаться, с кем хочешь. — Я люблю тебя, — прошептала Вай. — Сколько ещё раз мне придется доказывать свои чувства? — Нисколько. Обещаю тебе, — твердо сказала Кейтлин. Вай вздохнула. Она больше не раздражалась на Кейтлин, но мечтала навсегда поставить точку в этом вопросе. — Ладно, на всякий случай я снова проговорю, что я абсолютно равнодушна к Алексе, как и, блин, к любой из наших одноклассниц. Вспомни, что случилось со мной после нашего перерыва в отношениях, и у тебя больше не останется сомнений. Поэтому, пожалуйста, давай сосредоточимся на проблемах, которые реально существуют. Как вчера вела себя Кассандра? — Вай… — Кейтлин покраснела и осеклась. Вай видела, что ей стыдно, но она больше не хотела развивать тему Алексы, поэтому повторила вопрос. — Что ж, — сказала Кейтлин, откашлявшись, — вчера мать проверила мой планшет сразу после школы и потом ещё раз вечером. Похоже, она удивилась, что я не пыталась с тобой связаться. После ужина мы выбирали мне новое платье, так как в высшем свете не принято появляться в одной одежде дважды. Мне было плевать на платье, но мать советовала не упрямиться, ведь теперь я могу совершать покупки только после ее одобрения. — А как Кассандра ведет тебя с тобой? — спросила Вай, начиная закипать от гнева. — Подчеркнуто вежливо. А папа, он… так и не посмотрел мне в глаза. За последние несколько дней мы с ним обменялись максимум парой фраз. Словом, мне всем видом дают понять, что я позор семьи и никогда не перестану им быть. — Что ж, если нельзя убить их добротой, всегда есть смертельная инъекция, — раздался голос заходящей в раздевалку Джинкс. Вай и Кейтлин вздрогнули. — Блин, ты можешь появляться не так внезапно? — воскликнула Вай. Джинкс показала Вай язык и принялась переодеваться в спортивную форму. — Кстати, чего это Мэлори Медарда делала у физкультурной раздевалки? — как бы невзначай спросила она. Вай, уже начавшая доставать свою форму, медленно обернулась на Джинкс. — Ты о чем? — напряглась Кейтлин. — Ну, она стояла под дверью и что-то печатала в планшете, — объяснила Джинкс. Сердце Вай пропустило удар. Она посмотрела на Кейтлин и увидела в ее взгляде отражение собственной тревоги. — А когда Медарда заметила меня, то поздоровалась и поспешила куда-то, — продолжила Джинкс. — Мать твою… — вырвалось у Кейтлин. — Она что, нас подслушивала? — Вчера Медарда отчитала нас с Алексой за курение, — упавшим голосом сказала Вай. — Она как будто специально вышла из школы, чтобы это сделать. — Погоди, вас с Алексой? — опешила Джинкс. — Ещё Медарда остановила нас по дороге в зимний сад, помнишь… — тихо произнесла Кейтлин. — Нет! — Вай вскочила со скамьи. — Твои родители не пошли бы на такое, это уже слишком! Кейт? Кейтлин? Вай подбежала к побледневшей девушке и заключила ее лицо в ладони. Кейтлин остекленевшим взглядом смотрела прямо перед собой. — Папа бы никогда не опустился до такого, — прошептала она. — А вот мать могла. — Эй, эй, подождите! — всполошилась Джинкс. — Я вам только сказала, что Медарда оказалась у раздевалки, а вы уже теории заговора строите? — А что Медарда здесь забыла, как думаешь? — поинтересовалась Вай, повернувшись к Джинкс. — Ее кабинет на другом этаже, случайно она забрести сюда точно не могла! — Учителю запрещено прогуливаться по школе и торчать не только у своего кабинета? — приподняла брови Джинкс. — Напомни, как часто твой отец прогуливается рядом со спортзалом? — не удержалась Вай. — Моего отца и Медарду не сравнивай, — отмахнулась Джинкс. — Не превращайтесь в параноиков, у вас что, проблем мало? Прежде чем совершить очередную глупость, подумайте хорошенько, достаточно ли у вас оснований подозревать Медарду в слежке? — Ещё как достаточно, Кассандра могла подкупить любого учителя, лишь бы держать нас под контролем! — воскликнула Вай. — Нет, Джинкс права, — решительно сказала Кейтлин. — Мы не можем беспочвенно обвинять сотрудника такой школы, как Вильяссаре. — И что ты предлагаешь? Будем ждать, пока Мэлори перескажет Кассандре, о чем мы говорим наедине? — А тебя не смущает, что из всех мастеров моя мать выбрала именно ее? — сощурилась Кейтлин. — Тут что-то не сходится. Мэлори не из тех, кто согласится на шпионаж, ведь если это всплывет, ее мать тоже попадет под раздачу. — Ну значит, у Кассандры есть какие-то рычаги давления! — А вы проверьте, — предложила Джинкс. — Сегодня после уроков отправьтесь в зимний сад или, не знаю, раздевалку у бассейна. Если заметите младшую Медарду в поле зрения, ваши предположения подтвердятся. Вай и Кейтлин переглянулись. В этот момент за дверью раздался шум, и в раздевалку ввалились ржущие Оливия, Нора и Эдит. При виде Вай Оливия привычно шарахнулась в сторону и повела свою свиту в глубь раздевалки. Джинкс заговорщически поднесла палец к губам и улыбнулась, но Вай оставалась серьезной. То, что они выяснили, было катастрофой. Проигнорировав разумные доводы мужа, Кассандра каким-то образом подкупила Медарду, тем самым найдя способ следить за Вай и Кейтлин в здании школы. Это означало, что безопасного места для девушек больше не существовало. Конечно, ещё ничего не подтвердилось, но после всего пережитого Вай не верила в совпадения. Вай и Кейтлин попросили Джинкс пока не делиться подозрениями с остальными. На каждой перемене они ожидали, что из-за угла вот-вот появится Медарда, но та либо не хотела светиться после того, как попалась, либо действительно не являлась шпионом Кассандры. У Вай до сих пор не укладывалось в голове, как Кассандре удалось подкупить школьного учителя. С другой стороны, разве мать Кейтлин не пошла бы на все, чтобы разлучить свою дочь с бродяжкой? Впрочем, раньше с этой задачей неплохо справлялась и Алекса. Вай переживала, что после вчерашнего Алекса возомнит Вай лучшей подругой и станет навязывать общение, как Лиззи в свое время. Однако страхи оказались беспочвенными — Алекса даже не смотрела на Вай, не говоря о том, чтобы попытаться завести с ней беседу. Вай это вполне устраивало. То, что было в курилке, остается в курилке. После окончания уроков Вай и Кейтлин по совету Джинкс отправились в зимний сад. Вай то и дело оборачивалась, пока Кейтлин не сказала ей, что это подозрительно. Они должны вести себя естественно, если хотят докопаться до правды. — Как думаешь, Медарда могла передать твоей маме то, о чем мы говорили утром? — задавала Вай вопрос, который мучил ее весь день. — Я надеюсь, она не передавала ей содержание остальных наших разговоров, — сквозь зубы отозвалась Кейтлин. — Может, Медарда следила за нами и раньше, только теперь почему-то начала палиться. Может, мать подкупила не только Медарду. В любом случае, теперь нам нельзя расслабляться ни на секунду. — Она все-таки это сделала, — с презрением произнесла Вай. — Кассандра нашла способ контролировать нас в стенах школы. — Да, но, возможно, нам удастся ее остановить. Моя мать обезумела, если считает, что сделка с учителем сойдет ей с рук. Это ещё одна причина, по которой я сомневаюсь в ее договоре с Медардой. Моя мать должна осознавать последствия. — Желание разлучить нас явно затмило ее рассудок, — фыркнула Вай. Девушки добрались до зимнего сада, и только тогда Кейтлин позволила себе обернуться. Последовав ее примеру, Вай убедилась, что затемненный коридор пуст, если не считать парочки младшеклассников. Переглянувшись, девушки зашли в зимний сад и остановились у голубых цветов, от которых исходило слабое сияние. — И что теперь? — поинтересовалась Вай. — Есть вариант, что нам понадобится больше времени на выяснение, работает ли Медарда на мою мать, — сказала Кейтлин, скрестив руки на груди. — На кого работает Медарда? — раздался голос, от которого девушки чуть не подпрыгнули. Из полумрака сада к ним вышел Джейс. — Придурок, напугал нас до смерти, — прошипела Кейтлин. — Я как раз шел к вам, чтобы поздороваться, но услышал, как вы говорите о Мэлори и… — Джейс отвел глаза. — А ты вообще что здесь делаешь? — мрачно спросила Вай. — Домашку, — пожал плечами Джейс. — В одиночестве думается лучше. Так что там с Мэ… мастером Медардой? Вы правда думаете, она за вами шпионит? — Да, но мы пока не планируем распространяться на эту тему, — хмуро ответила Кейтлин. — Кроме того, у нас нет никаких доказательств. — Но Медарда бы не стала шпионить за вами, она же не хочет, чтобы ее уволили на пару с Медардой старшей, — приподнял брови Джейс. — Мы все это знаем и пришли сюда, чтобы разобраться, верны ли наши подозрения, — нетерпеливо сказала Вай. — Да бред какой-то. Она бы не стала… — А ты чего вдруг ее защищаешь? — насторожилась Вай. — Да я и не защищаю, — смутился Джейс. — Просто я, мягко говоря, удивлен. — Мы тоже не в восторге, но моя мать способна на все, даже на сговор с учителем, — вздохнула Кейтлин. — Что ж, не буду вас мешать выяснять правду, — сказала Джейс. — А ты сам-то как? — спросила Кейтлин. — Вы с Виктором… избегаете друг друга? Джейс угрюмо кивнул и, не отвечая, направился к выходу из сада. — Что-то не замечала я за ним привычки делать домашку в окружении лиан и цветочков, — сказала Кейтлин. — Да и как тут выполнять задания? Разве что собирать информацию в сети и писать черновики эссе. — Джейс ведь… ну… он ведь не может состоять в сговоре с Медардой? — Вай было неприятно озвучивать такое, но лучше перебдеть, чем недобдеть. — Нет. Его удивление было искренним, — помолчав, сказала Кейтлин. Вай знала, о чем она думала. Если они начали подозревать даже близких друзей, значит, дела совсем плохи. Может, у них и впрямь развилась паранойя? — У меня ощущение, что каждое мое слово пишется на диктофон, — Кейтлин поежилась. — Успокойся. Это не так. — Может, мать ещё и систему школьного видеонаблюдения настроит, чтобы данные транслировались ей на планшет? — гневно воскликнула Кейтлин, сдвинув брови. Вай хотела ответить, что Кассандра не посмеет зайти так далеко, но увидела за стеклом чей–то силуэт. — Обернись, — одними губами произнесла Вай. Кейтлин медленно повернулась и вместе с Вай принялась всматриваться в темный силуэт у стены коридора. По коридору пробежали двое подростков с планшетами в руках, они включали фонарики и со смехом светили ими в лица друг друга. На мгновение свет фонариков упал на силуэт, во тьме ярко блеснули золотые серьги, а потом Вай отчетливо увидела испуганное лицо Мэлори Медарды. — Черт… — выдохнула Кейтлин. Держась ближе к стене, Мэлори быстрым шагом направилась прочь, предоставив девушкам ошарашено смотреть ей вслед. — Должна признать, шпион из младшей Медарды никудышный, — хмыкнула Джинкс. — Согласна, и ее неопытность указывает на то, что занимается она этим недавно, — заметила Адель. — Вы можете говорить тише? — Вай нервно обернулась, но не увидела за спиной ничего, кроме выстроившихся в ряд аэрокаров. — Расслабься, на стреме спец, он к нам никого не подпустит, — обнадежила Шейн. — Специалист все слышит, — отозвался Виктор, несущий вахту на краю парковки. После происшествия в зимнем саду девушки экстренно собрали оставшихся в школе друзей на совет. Джейса решили не приглашать по причине его неясного характера отношений с Медардой. Ребята собрались на пятачке, расположенном за парковкой, вдали от камер и фонарей. Перед сходкой Кейтлин сама позвонила маме по видеосвязи, отчиталась о сегодняшнем дне и сказала, что задержится, чтобы закрыть долги по учебе. Кассандра была благосклонна и никак не показала, что знает о походе Вай и Кейтлин в зимний сад. — Итак, что мы имеем, — взяла слово Кейтлин. — Моя мать вступила в сговор с Мэлори Медардой, и теперь Медарда следит за нами с Вай. Делает это весьма неумело, но следит. Очевидно, у моей матери есть мощный рычаг давления на уважаемую мастера Медарду, только так можно объяснить, почему Мэлори на это согласилась. — Остается лишь выяснить, что за рычаг, — деловито сказала Адель. — Говоришь так, как будто это легче легкого, — хмыкнула Шейн. — Потому что так и есть. Смотри… — Обожаю, когда ты такая самоуверенная, — Шейн полезла к Адель с поцелуями. — Ну все, хватит, хватит! — отбивалась Адель. — Ребят, ну правда, можно серьезнее? — позвала Вай. — Заигрывания в паре — часть жизни, прими это, — Джинкс подтолкнула Вай локтем. — Отойди от меня, ненормальная! — Адель со смехом отпихнула Шейн и достала планшет. — Беру это на себя. У мастеров тоже есть профили в социальных сетях, но зачастую они скрытые или созданные под псевдонимами. Я отыщу профиль младшей Медарды и детально изучу его, а заодно профили ее друзей и подписчиков, чтобы мы могли прикинуть, угрожала ли Кассандра кому-то из знакомых нашего мастера. — Спасибо, — сказала Вай, испытывая облегчение от того, что дело сдвинется с мертвой точки. — Ты у меня самая умная! — Шейн подняла Адель над сугробами и закружила в воздухе. — Да, но этого мало, — принёс ветер шелестящий голос Виктора. — Мало?! — рявкнула Шейн, поворачиваясь к другу. — Адель собирается к хуям взломать Интернет, а ты говоришь, что этого мало? — Нам нужна помощь, мы не сможем сами бороться против Медарды и Кассандры, — объяснил Виктор. — Допустим, мы узнаем причину, по которой Медарда сотрудничает с мамой Кейтлин, а дальше что? — Свяжем обеих и потребуем правосудия! — крикнула Джинкс. — Что ты предлагаешь? — спросила Кейтлин у Виктора. — На Кассандру у нас управы нет, — Виктор выдержал драматичную паузу. — Зато найдется на Мэлори. — Это то, что я думаю? — присвистнула Джинкс. — О, Мэлори это очень не понравится. — Да о чем вы? — воскликнула Вай и увидела озорной огонек в глазах Виктора. Обведя всех друзей заговорщическим взглядом, Виктор сказал: — Мы пожалуемся ее маме.