Ибо братья разделяют эту связь

В воздухе чувствовалась неуловимая прохлада. От дыхания на губах оставался пар, который уносил ветер. Времена года постепенно сменяли друг друга. Обычно Итачи не любил холод, но сегодня ему казалось, что жарче уже быть не может. Его щёки, живот и всё тело горели так, словно он только что безостановочно бежал от Деревни Звука и обратно. Шинко дразнила Итачи этим утром, когда они вдвоём зашли в кафе, чтобы съесть данго и выпить чаю. Её слова всё ещё звучали у него в ушах. "Лёгкая влюблённость еще никому не вредила, Итачи." "Влюбленность в моего капитана АНБУ — это немного чересчур." Возможно, всё было бы не так ужасно, если бы Какаши не выбрал именно этот момент, чтобы войти в кафе. Его видимый тёмный глаз добродушно сверкал, глядя на Итачи, пока лицо Учихи не сменило все оттенки радуги. В глазах Какаши читалось понимание, и не было никаких сомнений в том, что он подслушал разговор. Несколько часов спустя Итачи всё ещё чувствовал себя так, будто мир должен поглотить его, чтобы покончить с его жалким существованием. Он решил уединиться в лесу, чтобы избавиться от чувства стыда, и вскоре его нашёл двоюродный брат, который, как показалось Итачи, был слишком весел. Шинко, без сомнения, рассказала ему о случившемся, и он выследил Итачи, громко сетуя на драматизм Учих, как будто у него самого на рубашке не было их веера. Шисуи стоял на ветке дерева прямо под Итачи, прислонившись к коре, скрестив руки на груди и повернувшись лицом к Итачи. — Знаешь, я сомневаюсь, что если мы будем прятаться здесь, это что-то изменит, — поддразнил его старший парень, бросая жёлудь в сторону Итачи. Итачи наблюдал за ним, сидя на ветке со скрещенными ногами. Он протянул руку, и Шисуи, воспользовавшись приглашением, запрыгнул на ту же ветку и сел рядом с ним. — Муки первой любви глубоки, — фыркнул он, качая головой. Итачи слегка улыбнулся своему двоюродному брату, откинув голову на ствол дерева и устремив взгляд ввысь. Шисуи с драматическим вздохом рухнул на ветку. Несколько минут они сидели в тишине, и Шисуи с отстранённым интересом наблюдал за тем, как муравей взбирается по дереву. Они редко могли вот так провести время вместе, без миссий и обязательств перед кланом, и это было приятной переменой. Услышав приближающиеся шаги, двоюродные братья замерли и посмотрели вниз, на лесную подстилку. — Это Какаши-сан, — объявил Шисуи, взглянув на Итачи, который сидел сложа руки и выглядел на удивление спокойным, учитывая, как он был взвинчен ранее. — Почему он здесь? — он посмотрел на своего двоюродного брата, который лишь пожал плечами. Внизу, под ними, появился Какаши Хакате. Копирующий ниндзя шёл, засунув одну руку в карман, а в другой держа сумку. Шисуи закатил глаза, а Итачи подпёр подбородок рукой и любовался им сверху. Ниндзя внезапно остановился, и Шисуи скрылся из виду, бросив на Итачи предупреждающий взгляд, после чего тоже спрятался, закатив глаза. — Эй, Итачи, я знаю, что ты где-то здесь! — крикнул Какаши, и Итачи с трудом сдержался, чтобы не вздрогнуть. Он лежал на ветке, глядя вверх и напрягая слух, чтобы ничего не пропустить. Он услышал, как Какаши вздохнул. Шисуи фыркнул и попытался незаметно ускользнуть, но Итачи шикнул на него, когда тот молча сел и пододвинулся к краю ветки. Он не сводил глаз со своего капитана, и старший Учиха видел, как у него практически трепещут ресницы, когда он смотрит на парня сверху вниз. Шисуи чуть не подавился. Какаши отступил на шаг и огляделся. Он никого не видел, но, без сомнения, чувствовал их чакру. — У меня есть эти... данго, а ты знаешь, что я не ем сладкое... но, полагаю, тебя здесь нет... — он достал данго и поднял его высоко в воздух. Шисуи фыркнул со своей ветки. "Чёрт, он правда думает, что, размахивая данго, он заставит Итачи сдвинуть свою угрюмую задницу с места?" Шисуи оглянулся, чтобы посмотреть, сможет ли он привлечь внимание Итачи, но вдруг понял, что того уже нет рядом. Шисуи перегнулся через ветку и посмотрел вниз: Итачи прыгал с ветки на ветку, пока не добрался до земли. Какаши улыбнулся и протянул Итачи данг. Итачи взял его, кивнув в знак благодарности. Шисуи закатил глаза. Он пробыл здесь почти полчаса, пытаясь убедить Итачи, что мир не рухнул только потому, что Какаши узнал о его влюблённости. У него уже всё болело, а Хатаке удалось вернуть Итачи с небес на землю с помощью сладостей... что ж, это была неплохая идея. Итачи и сладости отлично сочетались. Вздохнув от досады, Шисуи растворился в облаке дыма, решив на сегодня оставить эту драму Учихи Итачи. Внизу Итачи почтительно поклонился Какаши, который лишь отмахнулся от этого, засунув руки обратно в карманы. Он подслушал разговор Итачи с его другом и не сомневался, что Учиха был более чем смущён. Какаши хотел сгладить ситуацию, насколько это было возможно. — Так что насчёт сегодняшнего дня... — Я приношу извинения за то, что вам пришлось это слышать, капитан. — Итачи ответил мягко, устремив взгляд вперед и став внезапно напряженным. Какаши наклонил голову, изучая парня. — Я не хочу, чтобы ты думал, будто я злюсь из-за этого. Ты молод... влюблённость это нормально. — невозмутимо объяснил Какаши, который, без сомнения, уже не раз вёл подобные разговоры. — Это легкомысленно... и по-детски. Мне не следовало говорить об этом в общественном месте. — ответил Итачи, разглядывая угощение с мрачным выражением лица, но Какаши показалось, что Итачи, хмуро смотрящий на данго, выглядит забавно. Он хорошо скрывал свою улыбку. — Ну... у меня есть немного свободного времени. Пойдём прогуляемся. — он кивнул в сторону тропинки, ведущей обратно в деревню. Итачи неуверенно посмотрел на него. — Я не хочу навязываться. — Я бы не предложил, если бы это было навязчивостью с моей стороны, — терпеливо объяснил Какаши, на что Итачи медленно кивнул, откусил ещё кусочек данго и последовал за Какаши по тропинке. Несколько минут они шли в относительно спокойной тишине. Они были ещё достаточно далеко от деревни, чтобы не слышать шума улиц. С дерева упал лист и, подхваченный ветром, полетел по лесу. Он лениво кружился и наконец опустился на голову Итачи. Какаши хмыкнул и потянулся за листом, вытаскивая его из тёмных волос Итачи. Залившись румянцем Итачи тихо поблагодарил его. Какаши отбросил лист и небрежно улыбнулся Итачи, явно забавляясь его реакцией. — Ты хороший шиноби, Итачи, и ещё более хороший человек. Я не хочу, чтобы ты чувствовал, что не можешь поговорить со мной, когда тебе это нужно. — Спасибо, Тайчо. Я ценю это. — Итачи прозвучал ровнее и увереннее, чем он чувствовал себя на самом деле. — Ты всегда был хорошим капитаном. — Какаши, казалось, почти улыбнулся в ответ. Его тёмный глаз ещё долго не отрывался от Итачи. — Я ценю это, — ответил он любезно. С его стороны не было никакого влечения. Итачи был всего лишь ребёнком, несмотря на свои навыки и способности. Со временем эта небольшая влюблённость Итачи пройдёт. Какаши солгал бы, если бы сказал, что его никогда не привлекали старшие товарищи, не говоря уже о том, что он на мгновение влюблялся в Минато-сенсея. Итачи, казалось, наконец расслабился и больше не выглядел так, будто готов сбежать, и Какаши решил, что работа выполнена. Они продолжили путь, возвращаясь по тропе в деревню. Когда они разошлись, Какаши окликнул Итачи, и тот обернулся. — Ещё увидимся, Учиха. — Какаши вяло отсалютовал Итачи, и тот улыбнулся ему, внезапно став похожим на того ребёнка, каким он был до того, как научился скрывать свои чувства за идеальной маской. — Спасибо, Тайчо, — ответил он, как истинный шиноби, скрывающий ребёнка за самым тонким щитом.   Итачи наблюдал за тем, как его старший брат собирал вещи для своей первой миссии в составе Команды 7. Карин и Джуго стояли рядом и слушали, как подросток раздавал им указания на ближайшие несколько дней. Он демонстративно игнорировал Итачи, который уже не ждал от брата ничего другого. Это было странно. То, что его брат в таком возрасте отправляется на миссии, в то время как Итачи должен оставаться дома. Суйгецу стоял у окна, скрестив руки на груди, и, казалось, почти не слушал. Саске закрыл сумку и перекинул её через плечо, наконец-то взглянув на Итачи. — Если ты хоть раз чихнешь не в ту сторону, я заставлю тебя пожалеть о том, что ты вообще родился, — холодно заявил он. Итачи сдержался, чтобы не съязвить, и просто понимающе кивнул. Карин нахмурилась, недовольная бессердечием Саске, но промолчала. Саске ушёл, не сказав больше ни слова, и кивнул Суйгецу, проходя мимо.   Карин разочарованно посмотрела на дверь, а затем перевела взгляд на Итачи и улыбнулась ему. — Если хочешь, мы можем пройтись, можем начать с садов. Большая часть территории в северной части расчищена. — она предложила это, и Итачи повернулся к ней. Он был удивлён тем, как сильно Карин старалась ему помочь. Это было мило с её стороны. Он кивнул в знак согласия, чувствуя сухость в горле. . . . . Саске обнаружил, что Наруто ждёт его за пределами района Учиха. Увидев его, светловолосый парень просиял. Он оттолкнулся от стены и подошёл к старшему товарищу. — Рад, что ты смог прийти, Теме! — радостно поприветствовал он, и Саске толкнул его в плечо. Он был расслаблен, как будто избавившись от гнетущей тени Итачи, наконец смог вздохнуть полной грудью. — Начинаю об этом жалеть, — поддразнил он, взявшись за повязку Наруто и слегка стянув её с лба на глаза. — Эй! — Наруто нахмурился и поправил ее, бросив на Учиху нерешительный взгляд. Он последовал за подростком, и они помчались через Коноху. Казалось, что некоторые вещи никогда не меняются. Сакура и Какаши ждали их у моста. Сакура просияла, увидев Саске, и выпрямилась. Какаши выглядел уставшим. Он посмотрел на свою команду, размышляя о том, сколько времени прошло и что наконец-то всё возвращается на круги своя. Команда 7 наконец-то снова в сборе. Он слабо улыбнулся им. — Я не собираюсь произносить слезливую речь. — он заявил это, засунув руки в карманы и прислонившись к перилам. — Но я признаю, что здорово, что команда снова вместе. — он посмотрел на трёх шиноби. Сакура улыбалась, сложив руки за спиной, а Наруто чуть ли не пританцовывал. Саске лишь кивнул, тень под его глазами всё ещё была видна, но стала чуть светлее. — Похоже, мы готовы идти, да? — Какаши кивнул в сторону ворот, и Наруто, ухмыляясь от уха до уха, показал ему большой палец вверх. Они направились к выходу из деревни. Сакура держалась ближе к Саске, а Наруто пытался отвлечь Какаши. — Как же хорошо, что ты вернулся, Саске. — она пошла с ним в ногу. Саске не посмотрел на неё, устремив взгляд вперёд. Всё было как в старые добрые времена, до Орочимару. До того, как ненависть стала невыносимой. Теперь рядом с ним была даже Сакура. — Да, — пробормотал он и услышал, как девушка фыркнула в ответ. — Только не начинай снова нести это дерьмо. — предупредила она, и Саске повернулся, чтобы бросить на нее смущенный взгляд. Сакура наблюдала за ним с расчетливым выражением лица. Исчез тот влюбленный взгляд, который ожидал увидеть Саске. Теперь было что-то гораздо более резкое и сдержанное. — Ты отстраняешься, хотя ты наш друг, Саске. Мы хотим быть рядом с тобой. Так что позволь нам. Даже если у тебя не будет ничего, что тебе было бы удобно сказать. Просто позволь нам быть рядом. — она кивнула в сторону, где шли Наруто и Какаши. — Наруто никогда не терял надежды на тебя. Казалось, он всегда знал... пожалуйста, не подведи его. — она толкнула Саске плечом, поправляя рюкзак, и пошла чуть впереди него. Саске удивлённо посмотрел ей вслед. Из всех жителей деревни она изменилась больше всего, и это ей шло. Эта уверенность, эта сила. Сакура Харуно больше не была той влюблённой девчонкой. . . . . Вернувшись в район Учих, Итачи сел на крыльце главного дома. Он смотрел, как ворона летает туда сюда, но не садится. Казалось, она кружит над домом. Он прислонился головой к перилам, и тут раздалось пронзительное жужжание. В голове у него зазвенело, и на мгновение перед глазами всё поплыло. На мгновение ему показалось, что он видит себя и Шисуи, стоящих всего в нескольких шагах от него и говорящих шёпотом. Шисуи потянулся, чтобы коснуться плеча Итачи, но тот покачал головой. Их лица были окутаны тьмой. Затем призраки так же быстро исчезли, оставив Итачи в оцепенении. Он пристально смотрел на то место, где произошла эта сцена, но больше ничего не происходило. Он встал и сошел с крыльца, не сводя глаз с того места, где они стояли. Больше ничего не происходило. Как будто их там никогда и не было. Он поднял голову: на крыше сидел ворон и смотрел на него. Он тихо каркнул, склонив голову набок. Итачи медленно сел, скрестив ноги, и стал наблюдать за вороном. Его пальцы нащупали травинку, и он стал вертеть её в руках. Ворон спустился и осторожно прискакал ближе. Итачи протянул к нему руку, и ворон стал изучать его, словно раздумывая, но спустя секунду взлетел и исчез за крышей. Итачи разочарованно опустил руку и снова стал вертеть травинку. Что именно он увидел? Воспоминание? Оно было нечётким, скорее размытым и тусклым, как отражение в густом тумане. Он не заметил, как ворон вернулся и продолжил изучать его, не мигая своими чёрными глазами-бусинками. Команда 7 вернулась через три дня. Эта миссия была лёгкой по сравнению с тем, чем они занимались вне команды. Саске решил, что Цунаде отправила их только для того, чтобы команда 7 могла выполнить свою первую "воссоединительную" миссию. Похоже, Наруто и Сакура были этому бесконечно рады. Воссоединение произошло, и жизнь должна была вернуться в привычное русло. Теперь их главной задачей было найти оставшихся членов Акацуки. Несомненно, они узнали об Итачи и планировали... что-то. Паккуну удавалось следить за территорией, но были места, которые он не мог видеть. Наруто был более чем готов помочь в случае необходимости, но, поскольку на Девятихвостого велась охота, безопасность Наруто была превыше всего. Суйгецу, Джуго и Карин получили места для развития своих способностей. Карин занималась с Сакурой, а Суйгецу и Джуго тренировались с Кибой. Из-за этого Саске и Итачи часто оставались одни. Враждебность между ними была почти осязаемой. Итачи изо всех сил старался не попадаться Саске на глаза, но Саске... Саске часто пытался спровоцировать младшего Учиху... чтобы проверить, не скрывается ли где-то внутри него прежний Итачи. Это снова заставило его наблюдать за Итачи и ждать. Чего именно, он не знал. Он смотрел с крыльца, как Итачи сидит на траве и смотрит в небо. Он делал это уже довольно давно. Саске скрестил руки на груди и прищурился, наблюдая за братом. Он никогда не замечал, насколько Итачи на самом деле маленький. Он всегда был слишком худым. Саске не сомневался, что в возрасте Итачи он был крупнее. Саске не знал, как такому тощему и жалкому человеку, как Итачи, удалось уничтожить весь клан. Итачи оглянулся через плечо на Саске, получив холодный взгляд в ответ. Они с минуту смотрели друг на друга, прежде чем Итачи склонил голову набок. — Ты становишься похож на отца, когда делаешь так, — заметил Итачи. Безмятежное выражение лица Саске мгновенно сменилось яростью. Он оттолкнулся от окна и направился к Итачи, который напрягся при его приближении. Саске схватил Итачи за воротник и рывком поднял на ноги, не давая ему опомниться. Итачи мысленно проклял себя за глупость. Саске грубо схватил Итачи за тонкие руки и встряхнул его, впиваясь пальцами в его плоть. — Даже не начинай, — прошипел он, сверля взглядом Итачи, который в напряжённой тишине смотрел на него в ответ. Это был странно уязвимый взгляд. Как будто его это действительно расстраивало. Саске ненавидел это. Эту жалкую надежду, которую он испытывал, глядя на Итачи. Как будто всё можно исправить. Как будто Итачи может вернуться в нормальное состояние. Эту надежду на то, что они с Итачи смогут начать всё сначала. Начать всё сначала было невозможно. Саске уже не был ребёнком. — У тебя чертовски много наглости, — прорычал он, и Итачи нахмурился. — Прости, — пробормотал Итачи. — Мне тоже тяжело. Я ничего не пытаюсь сделать. — он попытался оправдаться, но Саске лишь усмехнулся. — Да, вечно невинный Итачи. Ты уже показал, кто ты на самом деле. Не прячься за своей ложью. И не говори о моём отце. — он увидел, как Итачи сник и нерешительно попытался оттолкнуть руку Саске. — Он был и моим отцом тоже. — Итачи возразил тихим голосом, и Саске снова встряхнул его. Его голова, казалось, хрустнула, как у тряпичной куклы. — Ты сука потерял это право! — он толкнул Итачи, который сумел удержаться на ногах. — Ты потерял это право, когда выпотрошил его! — его голос эхом разнёсся по тихому двору. — Он всё ещё мой отец. — глаза Итачи вспыхнули красным, и Саске зарычал, выбросив руку вперёд. В его руке появилась печать, и он ударил ею Итачи в лоб с такой силой, что тот отлетел назад. Итачи закашлялся, и Саске оттолкнулся брата, наблюдая, как тот падает на колени, ослабленный печатью. Он несколько мгновений стоял на коленях в траве, тяжело дыша, а Саске холодно смотрел на него. — Ты был богом среди Учиха. Теперь ты ничтожество. — он сплюнул и развернулся на пятках, уходя, оставляя парня одного в грязи. Итачи смотрел ему вслед, медленно поднимаясь и прикасаясь ко лбу. Его кожа горела, словно под ней кололи булавками. Над головой кружила ворона. Саске распахнул дверь своей комнаты и вошёл внутрь. Он в отчаянии пнул комод. Он не собирался нападать на Итачи. Он хотел доказать, что он выше убийцы, но каждый раз, когда Итачи открывал рот, Саске хотелось пустить ему кровь. Он сел на край кровати и закрыл лицо руками. Он глубоко вдохнул через нос, впиваясь пальцами в кожу головы. Теряя контроль вот так... он чувствовал себя жалким. Как будто он никогда не сможет вернуть контроль. Итачи всегда мог вызвать у него такую реакцию. Итачи был единственным человеком, который мог заставить его вот так потерять контроль. Что бы подумал его отец? Он был жалок. Слишком эмоциональный. Он должен быть лучше, чем сейчас. Лучше, чем Итачи. Он услышал шарканье за дверью и встал, чувствуя, как кровь стучит в ушах. И снова Итачи подначивал его. И снова. Саске был готов к драке. Он подошёл к двери и резко открыл её, готовый снова наброситься на Итачи. Готовый плюнуть ядом в убийцу. Там никого не было. Он раздражённо стиснул зубы, оглядывая пустой коридор. Конечно. Итачи подталкивал его. Тыкал в него пальцем, чтобы заставить зайти слишком далеко. Он шагнул обратно в комнату, чтобы закрыть дверь, но тут опустил взгляд. У его ног за порогом лежал одинокий помидор. Саске моргнул. Помидор остался на месте. Саске медленно опустился на колени и поднял его. Он мгновение разглядывал помидор, а затем медленно поднялся, держа его в руке. Он проскользнул обратно в свою комнату все же закрыв дверь. Итачи не забыл о его любимой еде.