Милая Сара

      В скромную гостиницу “БенБоу” на окраине Монтрессора этим вечером нежданно пожаловали довольно видные персоны: офицер королевского флота Амелия (ныне уважаемая Амелия Допплер) и её законный супруг — состоятельный учёный-астрофизик Делберт Допплер. — О, рад тебя видеть, Сара, дорогая! — вмиг принялся приветственно трясти руку хозяйки заведения доктор астрофизических наук. — Мы так давно не виделись! Такое ощущение, будто прошла уже сотня системных лет!       Заслышав чутким кибернетическим ухом через две стены, как некий мужской голос посмел назвать Сару Хокинс “дорогой”, мрачный Сильвер немедленно выглянул в зал трактира… однако в следующее мгновение оказался буквально впихнут Джеймсом обратно в кухню. — Вот это да! У нас в последнее время так много приятных гостей! — замкнув кухонную дверь наглухо и даже забаррикадировав ту стулом, Джим мигом нарисовался около неожиданных посетителей, изо всех сил стараясь сделать воодушевление на своём лице не нервным. — Правда ведь, мам?       Сара вздохнула: у Джима имелась натуральная суперсопосбность притягивать к её постоялому двору, как чёрная дыра притягивает мелкие планетки, удивительных существ, гуманоидных и не очень. “Царство вам небесное, мистер Бонс…”, — чего только стоила испустившая дух на полу её таверны древняя саламандра, из-за которой, в общем-то, и образовался весь дальнейший переполох, касающийся планеты сокровищ Флинта. — Рада приветствовать вас в “БенБоу”, миссис Допплер и… мистер Допплер, — с подчёркнутой учтивостью поприветствовала Сара старого друга семьи, услужливо провожая гостей к столику у окна с живописным пейзажем. — Охо-хо! Ну что ты, Сара! Просто Делберт! — вмиг засмущался и развеселился астрофизик. — Вижу, ты снова уверенно держишься на плаву! Очень рад, очень рад!       Амелия, в этот вечер заместо строгой капитанской униформы наряженная в чёрный облегающий костюм, уверенным шагом проследовала к столу, невесомо держась за локоть супруга. Джим неловко прокашлялся в кулак, никак не ожидавший, что когда-либо увидит что-то подобное — некогда строгий и решительный капитан Амелия, чеканная походка которой раньше напоминала ритм маршевого барабана, определённо точно сейчас покачивала бёдрами. Брак с интеллигентным Делбертом, удивительное дело, весьма её раскрепостил. — Мы ненадолго, Сара, — заместо стула по-хозяйски плюхнулась она на бедро Делберта, с вожделением прильнув к его груди. — Просто перекусим и, может быть, снимем комнату на одну ночь, верно, мой милый чаппи-шмаппи? — Я чувствую себя в оцеплении… — скривило позеленевшего Джима.       Хвост астрофизика завилял так, что стал напоминать натуральный вентилятор, пока игривые кошачьи коготки невесомо чесали Допплера под подбородком. Ситуация была кристально ясна: даже произведя на свет четырёх очаровательных детишек, горячо влюблённые молодожёны не успокоились и всё ещё наслаждались медовым месяцем, который успешно растянули на целый год. — Амели, моя грациозная гладкошёрстная кошечка, давай лучше после ужина поторопимся в межгалактический порт, — Допплер абсолютно никак не скрывал своего обожания, поддерживающий Амелию горячими ладонями у тонкой изогнутой талии. — Чем быстрее я найму корабль, тем скорее у тебя снова появится возможность пострелять из пушек по судам, незарегестрированным в международном эфириальном пространстве! — данный брак повлиял не только на Амелию: извечно чопорный, осторожный и крайне рассудительный астрофизик теперь был только рад угодить жене даже в самых безумных желаниях. — Пока моя дорогая матушка согласна приглядывать за детьми, нужно ловить момент. Я ведь знаю, как ты соскучилась по свету солнечных парусов!       Джим выдохнул с таким облегчением, что, казалось, едва ли не сдулся. Оказывается, Допплеры просто заглянули в “БенБоу” проездом, а не по долгу службы. — Ты прав, мне ужасно не хватало разборок с этими вонючими беспризорными крысами! — азартно и страстно тем временем разулыбалась Амелия. — Спасибо, что позволяешь мне оставаться в форме, Делби. — О-хо, ну что ты, сладенькая, сущие пустяки! Лишь бы твои глаза сияли. — Может, нам даже удастся изловить этого калеку со швейцарским ножом вместо руки, — наконец, присев за стол, задумчиво постучала коготком Амелия по скатерти. — Констебли зазря проедают федеральные налоги! Как и обычно, всё приходится делать самой.       Сара, положив для гостей меню, слегка помедлила перед тем, как отлучиться за столовыми приборами. Её сердце в груди отчего-то похолодело. — Кто-то создал вам неприятности? — как бы невзначай осведомилась она. — Один небезызвестный киборг устроил жуткий переполох на моём корабле, и после был таков. Сэр Джеймс в курсе всей этой удручающей ситуации, ведь сам был её невольным заложником, — соизволила осветить подробности Амелия, непринуждённо взмахнув когтистой ладонью. Джим изобразил скорбный и обиженный вид, покорно кивая. — Не люблю вспоминать это время, ведь это отчасти моя вина, что я пустила всё на самотёк! — Лапуля-хвостуля, ты была тяжело ранена, поэтому я не позволю тебе так о себе отзываться! — непременно возразил Делберт. — Ты не обязана отвечать за людей, если они не способны отвечать за себя сами. — Ах, Делби… — офицер Амелия словно вмиг вся растаяла и, подперев щеку кулаком, влюбленно воззрилась на супруга, отчего тот вмиг весь залился горячей краской. — Одну секундочку, я сейчас принесу вино, бокалы и свечи, — Сара, одарив дорогих гостей непринужденной улыбкой, прошмыгнула на кухню.       Безмятежный Допплер чопорно разместил салфетку у ворота жакета, облизываясь в предвкушении сытного ужина. Как вдруг, уловивший своим чутким собачьим носом знакомый запах, астрофизик так и обомлел. Его морда ошарашенно вытянулась. Однако Джим, в данный момент стоящий у Амелии за спиной, пока та внимательно изучала открытое меню, взмолился перед ним пусть и безмолвно, но настолько душещипательно, что Делберт невольно закусил нижнюю губу.       Искомый Джон Сильвер тем временем без суда и следствия подвергался жестокому наказанию. Сара крепко держала рот на замке, дабы, упаси бог, никто из гостей не услышал лишнего. Но со своим волнением и эмоциями она прискорбно справиться не сумела, отчего её повар сейчас смиренно терпел поучительные удары ложкой по лбу. — Мам, если кэп Амелия разнюхает, что Сильвер батрачит у нас на кухне!.. — однако ворвавшийся на кухню Джим, с грохотом захлопнув дверь, сразу разрушил эту атмосферу безмолвного насилия и отрапортовал, как на духу: — ..!она упечёт его в тюряжку, а меня засудит за сокрытие преступника!- Ай!!! — отчего мгновенно попал под раздачу и тоже получил ложкой по макушке. — Что ты натворил, Джон?! — наконец, потребовала конкретики невероятно рассерженная Сара. — Устроил бунт на корабле, не считая злодейского заговора, — покаялся перед ней Сильвер. — Устроил бунт на корабле?! Ох!       Джим на цыпочках отошёл и пригнулся, предусмотрительно скрывшись за столешницей. Перепуганный Морф тут же юркнул ему в карман, словно разъярённая Сара была намерена вот-вот открыть по кухне пулемётный огонь. — Значит так! — Сара с грохотом придвинула туфлёй табурет и ловко на него вскочила, дабы создать себе возможность глядеть Сильверу прямо в глаза. — Если ты, Джон, посмеешь вытворить что-то подобное в моей гостинице!.. — она угрожающе вонзила острую коленку в чулке, с которой ненароком соскользнул подол голубого платья, в его большой упругий живот, пока в яростном кулачке накрепко сжала Сильверу ворот старой рубашки (вторую ладонь, однако, тесно уперев в его волосатую грудь, дабы удержать равновесие). — …я лично выкручу из твоей механической руки весь комплект ножей и нарежу твою пиратскую тушу на мелкие кусочки, да так, что ты станешь напоминать однородный фарш! — ошарашенный Джон вознамерился придержать хрупкую женщину, дабы она не упала. Однако, когда его здоровая ладонь невольно потянулась к её маленьким ягодицам и напряжённым бёдрам, Сильвер тут же взметнул руки в полной капитуляции, будто вместо маленькой коленки Сара давила ему в брюхо смертоносным дулом бластера. — А затем — замариную в специях и поджарю до румяной корочки! И единолично съем до последней крошки! Всё понятно?! — Паинькой буду, глазом клянусь, — как никогда покладистый, подчинился ей пират. Он крепко жмурил веки, однако вовсе не потому, что боялся за своё зрение, как могло бы показаться на первый взгляд — просто в злости Сара не отдала себе отчет, что её утончённое декольте очутилось у мужчины буквально перед носом и полностью того обезоружило. Подай ему элементарную жестяную банку, Сильвер бы и ту вряд ли сейчас открыл. — Уж постарайтесь. Он у вас один остался, мистер Сильвер! — подвела в этом разговоре Сара решительную черту. И, ловко спрыгнув с табурета, быстро поставила на поднос всё необходимое и поторопилась обратно к гостям.       А красный Джон Сильвер остался на кухне тяжело дышать, уперев механическую руку о край столешницы. — Сильвер, морской ты чёрт! — очутился около него взвинченный Джеймс. — А ну приди в себя! Эй! — Теперь я могу уйти на покой без всяких сожалений… — благоговейно прошептал пират, очевидно, познавший в этот день особенный вид райского наслаждения. — Ты уже с жизнью прощаться собрался? А ну соберись, у тебя там в духовке горит что-то! Ты что, мазохист?! — Прошу вас, гранатовое вино, горячий салат с индейкой и утиное жаркое. Приятного аппетита, мистер и миссис Допплер, — а в эту самую секунду Сара держалась так свободно, будто на её кухне готовил самый добропорядочный повар на всём Монтрессоре. — На десерт я подам наше эксклюзивное тыквенное суфле, как комплимент от заведения.       Супруги, полностью поглощённые романтическим вечером, принялись ужинать при свечах. Сильвер, мельком взглянувший на них сквозь маленькое окошко механическим глазом, словно через корабельный иллюминатор, хмуро вздохнул. Он даже не мог себе вообразить, что однажды испытает к занудному Допплеру смутный укол зависти. Эх, если бы только эта чудесная женщина согласилась подарить ему такой волшебный вечер, он был бы самым счастливым морским волком во всей Вселенной… Однако, ненароком наткнувшись взглядом на сердитое личико лёгкой на помине Сары, пират мгновенно очутился у плиты, словно в жизни от той ни на шаг не отходил. — Благодарю вас, мисс Хокинс! Суфле было сногсшибательным, будто пушечный залп по палубе! — в конце концов, ничего не подозревающая Амелия, расслабленная в лёгком хмелю, привычно обернулась к супругу, дабы тот накинул на её плечи пальто. — Мой комплимент повару. — Обязательно передам, — скромно улыбалась Сара, прижав к переднику пустой поднос.       Напоследок, ступая на борт пассажирского корабля, Делберт Допплер мельком обернулся, дабы издали окинуть взглядом людный “БенБоу”. С балкона второго этажа гостиницы ему приветливо отсалютовал никто иной, как киборг Джон Сильвер собственной персоной, лукаво подмигнув механическим глазом. Джеймс Хокинс, стоящий около него, одними лишь жестами умудрился выразить учёному “Огромное спасибо!”, “Счастья и здоровья вам!” и “Удачного пути!”. Допплер, опустив уши, позволил дрогнувшей улыбке появиться на губах. И тут же, не растерявшись, увлёк изумлённо обернувшуюся Амелию в длинный поцелуй, отчего её глаза вмиг в блаженстве закатились, и некогда непокорный офицер флота полностью растаяла и обмякла в его тесных объятиях, напрочь позабыв обо всём. Полы её длинного пальто взметнул свободный ветер, когда корабль, расправив солнечные паруса, устремился в небесную даль… — Сара…       Сильвер тихо вышел в пустой холл таверны, когда двери приветливого “БенБоу” замкнулись на ночной покой.       Молчаливая Сара задумчиво протирала столешницу… однако затем, явно колеблясь, отвлеклась от дел и всё же обернулась к нему.       В гостинице воцарилась укромная тишина, однако чувства и эмоции, наполнившие перекрёстный взгляд, оказались невероятно громкими. — Если Ты того желаешь, завтра в “БенБоу” и ноги моей не будет, ни стальной, ни здоровой, — повинно стянув с головы алую бандану, озвучил это Сильвер с отвагой, твёрдостью, печалью и честностью. — Меньше всего на этом свете я хочу, чтобы у Тебя из-за меня были неприятности…       Хозяйка таверны, отчего-то целиком вдруг залившись румянцем, суетливо принялась складывать грязные тарелки в поднос для посуды. – Ну уж нет, Джон. Ты останешься здесь, под моим присмотром. И если вдруг в мой трактир наведаются констебли, обещаю — я так укромно всуну тебя в ящик с фиалитинами, что ни один сыщик не разнюхает! — стараясь выглядеть как можно увереннее, отчеканила смущённая Сара, не глядя пирату в лицо.       Сильвер, сделав глубокий дрожащий вдох, смял на груди старую рубашку и расплылся в улыбке. — Эти ящики ведь всего в несколько фунтов объемом… — ненавязчиво заметил он. — Именно поэтому вам и стоит волноваться, мистер Сильвер! — Сара бы хотела деловито всучить своему “стажёру” тяжелый поднос с грязной посудой, тем самым поставив в этом обсуждении жирную точку… однако, то ли из-за пережитого нервного напряжения, то ли из-за разлитого сока, вдруг нечаянно подскользнулась. — Ой-ой!       Посуда звонко задребезжала. Но ни одна кружка, к счастью, не разбилась, ведь Сильвер удачно успел поймать поднос буквально в сантиметрах от пола. Ошарашенная Сара, прикрыв рот ладонями, растерянно лежала в его огромной механической руке… — Осторожнее… — вкрадчиво понизив голос, заговорил мужчина, незаметно активировав механизм на протезе, который украдкой опустил на бедре Сары нечаянно задравшееся платье. — Без Вас Монтрессор точно распадётся на части… милая Сара… — Не при мне! Не при мне! — запаниковал Джим и стремглав ринулся вверх по лестнице. Морф, восприняв это за догонялки, с хохотом последовал за ним.       Сара, моргнув, наконец, пришла в себя. И облегчённо выдохнула, со смущением вдруг обнаружив, что с лёгкостью помещается в железной руке так же, как котёнок умещается в ладонь рослого хозяина. — Благодарю за помощь, Джон… — вновь опустила она на скрипнувшие половицы слегка ослабшие от неожиданности ноги.       Сильвер, дружественно улыбнувшись ей, сгрузил в поднос остатки грязной посуды. И, тихо напевая мотив мореходной баллады, скрылся за дверью в кухню.       Сара, стараясь не заострять внимания на пережитом, взяла из подсобной комнаты метлу. Однако вместо того, чтобы заняться уборкой крыльца, отчего-то ещё долго стояла посреди пустой таверны, прижавшись горячим лбом к деревянному черенку...