Сосуд

Цепь жалобно звякнула, когда я, раскачавшись, спрыгнула на тропу. Это место выглядело более обитаемым, чем город наверху, но запустение всё ещё прослеживалось в каждом фрагменте этой печальной картины. Я осмотрелась. Это оказался почти прямой коридор, слабо освещённый всё той же жухой травой и одним несчастным фонарём. Рядом с колодцем-проходом торчал указатель, который вряд ли вообще был сейчас кому-то нужен. В одной стороне бродил какой-то жук, на самом деле не слишком похожий на разумного. Да и в целом выглядел и двигался он странновато, поэтому, направившись в его сторону, я поудобнее перехватила гвоздь. Точнее, то, что от него осталось. Жук не обращал на меня внимания, шатаясь туда-сюда по коридору. Решив привлечь его внимание, я несколько раз постучала гвоздём по стене. Тот обернулся на звук, но взгляд его мне не понравился. Пустой, даже как будто более пустой, чем мой собственный, он был затуманен какой-то рыжей дымкой, от взгляда на которую у меня коготки сильнее сжались на рукояти. Секунду жук ещё стоял, покачиваясь из стороны в сторону, а потом с задушеным сипением рванул в мою сторону. Я отшатнулась от него, замечая рядом обвалившуюся колонну, и в несколько прыжков забираясь на возвышение. Жук продолжал напирать, но, казалось, лапы его подводили. Шаги были неуверенные, он словно не знал, как управлять своими конечностями, и залезть на колонну не смог, тыкаясь телом в обломки и что-то неоразборчиво бормоча. Стоя на своём спасительном островке, я наблюдала за ним. Либо он никогда и не был разумен, либо... Развивать свою мысль я не стала, ударом сверху вниз заканчивая метания жука. Или того, что раньше было жуком. Он упал на спину и забился, по его телу прошла судорога, а из раны, нанесённым моим кинжалом, пошёл рыжий гной. Через пару секунд всё затихло, лишь эта дрянь продолжала пузыриться. Меня слегка передёрнуло, и, оглядевшись, я подошла к ближайшему растению, стараясь обтереть об него гвоздь. Почему-то прикасаться к этой жиже не хотелось совсем. Оставив оболочку позади, я двинулась дальше, туда, где виднелась некогда белоснежная арка. В некоторой степени она всё ещё выглядела ухожено, так, как будто за ней раньше хорошо следили. Но и её в какой-то момент забросили. За аркой находился достаточно большой грот, в самом центре которого стояло какое-то сооружение, скалящееся зубцами в разные стороны. Оно казалось неправильным, слишком чужим для этого запущенного места. Но при этом в голове билась мысль, что мне обязательно нужно туда зайти. Что там меня что-то ждёт. На секунду я засомневалась, потому что такие мысли не возникают из ничего, у них должен был быть источник, и вряд ли этим источником была я. Но долго раздумывать мне не дали. Я поняла это, уже распахивая дверь и делая первые шаги внутрь. Видимых источников освещения не было, но казалось, что огромный валун, стоящий на постаменте в центре, светился изнутри. Как заворожённая, я подошла ближе, не обращая внимания ни на что вокруг, рассматривая камень. Нет, не камень. Яйцо. Огромное яйцо, с тремя странными отметинами, похожими на маски. — Привет! Как прелестно встретить ещё одного путника на этих забытых дорогах. А ты держишься браво, хоть и рост невелик, — рядом послышался голос, и я слегка вздрогнула, отрываясь от разглядывания яйца. Его обладателем оказался высокий, по моим меркам, жук в синем капюшоне, странной маске-шляпе поверх и с гвоздём с крестовой гардой за спиной. Он выглядел расслаблено, но то, как он стоял, выдавало в нём воина. Я слегка поклонилась в знак приветствия, вновь оборачиваясь к яйцу. Что-то притягивало мой взгляд, заставляло вглядываться в узоры. — Я Квиррел. Меня так и тянет к неизведанным местам. Это древнее Королевство хранит множество удивительных тайн, и самая великая из них как раз перед нами, — он сделал шаг ближе, становясь рядом и тоже разглядывая отметины. Моя молчаливость его нисколько не смутила. «У меня нет имени, но ты можешь звать меня Странницей. Неизведанные места скорее сами находят меня. И не сказать, что я всегда была этому рада», — забывшись, я ответила ему на языке жестов. Поняв, что сделала, и что Квиррел вряд ли меня понял, я уже собиралась вытащить из сумки бумагу с пером, но не успела, поражённо замирая. — Приятно познакомиться. Меня тянуло сюда уже очень давно. Столько сказаний о чудесах и ужасах Королевства, что я больше не мог противиться. Мне нужно было увидеть всё самому, — он... ответил мне. Точнее нет, более удивительно было то, что он понял меня. Очень немногие встречные мной знали язык жестов, большинство не считали нужным учить то, что вряд ли пригодится им в жизни. И, видимо, по тому, как резко я к нему обернулась, Квиррел понял моё замешательство. — Не стоит так удивляться, путешественник должен знать очень многое. Я кивнула, принимая его объяснение, и спросила, знает ли он, что это такое. Ответ на заставил долго ждать. — Нет, но мне хотелось бы это узнать. Огромное каменное яйцо среди руин древнего Королевства. И это яйцо... Оно тёплое? Вокруг него стоит странный дух. Можно ли его открыть? Оно всё покрыто странными отметинами… Я просто обожаю тайны… И кто знает, что за чудеса таятся глубоко под нами... — в задумчивости мы оба уставились на этот странный артефакт. Я вытянула лапку, прикасаясь к ребристой скорлупе. Действительно, оно было слегка теплее окружающего пространства. На самом деле я слабо чувствовала изменения температур, поэтому и не заметила бы, если бы Квиррел не сказал об этом. — И ведь в какое время я решил прибыть сюда! Этот мёртвый мир вновь решил вернуться к жизни. Твари встают на дыбы от гнева, грохочет земля. Воздух такой густой, что хоть гвоздь вешай. Интересно, в чём причина всего этого? Да... Почему-то возникла мысль о том, что я не случайно попала сюда именно сейчас. Возвращающееся к жизни мёртвое было чем-то неправильным, неестествеенным, но при этом... Что-то внутри меня трепетало, как будто всегда желало оказаться здесь. Может, конечно, меня заразил энтузиазм Квиррела, а тайна этого разрушенного Королевства заинтересовала меня. Кто же знает... Почти силой я заставила себя отвернуться от яйца. Оно, казалось, гипнотизировало меня, как хищные растения из далёких земель гипнотизируют свою добычу. Квиррел отвернулся вслед за мной, и мы с ним вместе покинули храм. Лишь оказавшись в гроте, я почувствовала как нечто, стискивающее моё сознание в своей хватке, отступило, оставшись там, за закрытыми дверями. Но при этом стало так тоскливо, будто я оставила там кого-то, кого любила очень сильно... Странное ошущение. Такое же, как и всё здесь. — Твоего старого гвоздя будет недостаточно, чтобы выжить в этих развалинах. Но это не проблема. Стоит только осмотреться, — я задумчиво посмотрела на обломок своего гвоздя. Как точно подмечено. Долго я таким «ножичком» пользоваться не смогу, это было бы просто неудобно, да и с какими-то крупными врагами я бы точно сейчас не справилась. Тем более без амулетов. — Многие до нас приходили сюда и пали страшной смертью, да и доспехов у них было больше нашего. Больше чем уверен — они не будут возражать, если собрат-путешественник подберёт их снаряжение. Мы им так даже добрую услугу окажем. Мирское не должно тяготить мёртвых. «Думаю, ты прав. Мёртвым оно больше не понадобится, а живым может помочь остаться живыми», — я согласно склонила голову, благодаря за дельный совет. Когда-нибудь я бы, возможно, всё-таки додумалась до этого, но Квиррел упростил мне задачу в разы. — «А теперь я откланяюсь. Удачного тебе пути, куда бы он тебя ни привёл» — Что же, я был рад познакомиться с тобой. Думаю, мы ещё не раз встретимся на дорогах этого старого Королевства, — он махнул мне лапкой на прощание, и, отзеркалив его жест, я двинулась дальше. Из грота было два выхода: тот, через который я туда попала и к которому сейчас направился Квиррел, и ещё один, с противоположной стороны. Именно к нему пошла я. Проход вывел меня в ещё один грот, более маленький, но уходящий куда-то вниз. Моё внимание привлекли перила, находящиеся чуть сбоку от места, где я вышла. Они выглядели старо, изломанно, но всё ещё различимо. Сначала я решила заглянуть именно туда, а потом уже спускаться ниже. Сразу после входа меня встретили колонны, упирающиеся в свод комнаты. Именно комнаты – это было понятно по тому, как она была обустроена. В центре стоял некогда красивый стол. На нём всё ещё остались обрывки ткани и осколки посуды, казалось, что просто гости разбушевались во время праздника, а не время поглотило и посуду, и скатерть, и гостей... Правда, гостей, похоже, не всех. Этим «гостем» стал огромный жук с дубиной, выступивший от одной из стен. Запрокинув голову, я посмотрела на его мордочку. Глаза, блестящие из под шлема, отливали рыжиной. Такой же, как и глаза того, кого я встретила у колодца. Он тоже был уже не жилец. И, похоже, желал утащить меня с собой. Потому что я едва увернулась от удара его дубиной, а пол в том месте, где я стояла секунду назад, пошёл мелкими трещинками. Доходчиво, ничего не скажешь. Я ещё раз отскочила в сторону, делая рывок вперёд, пока он замахивался и бил. Правда, длины моего рывка не хватило. В целом, это было ожидаемо, просто я забыла о том, что моя накидка, дающая мне больший размах движений, осталась где-то там, далеко. А значит, теперь мои действия ограничены лишь возможностями этого маленького тельца. Даже мои собственные крылья не могли помочь мне в такой ситуации — от крыльев там было одно название, честно говоря. Ещё один удар почти достал до меня. Но зато я смогла подобраться ближе, делая выпад гвоздём. Тот цели достиг, но сильно вреда этой махине не нанёс, и тот уже вновь замахивался дубиной. Мне пришлось ретироваться к стене, но оболочка так просто от меня не отстала, с удивительной для такого тела резвостью припуская за мной. Я резко дёрнулась вбок, уходя из-под удара, а мой преследователь врезался в одну из колонн, из-за чего в мою спину ударило потоком воздуха. Уходя в кувырок, я почти обломала себе рога. Так себе приключение, конечно... Но мне повезло. У стены, к которой я откатилась, лежал чей-то, уже почти разложившийся, трупик. Судя по виду, попавший под дубину гиганта. Но это не главное. Главное – гвоздь, лежащий рядом с ним. Небольшой, старый, но необходимый мне сейчас как ничто другое. Конечно, расставаться со своим гвоздём не хотелось, мы с ним пережили многое... Но долго раздумывать над этим мне не дали: вновь послышался топот огромного жука. Подхватив гвоздь, я в очередной раз уклонилась от чужого удара, проскакивая под ним и втыкая своё оружие ему в спину. Возможно, подло, но осудить меня было некому. Взревев, гигант попытался развернуться, но габариты играли против него. Габариты и я, подрезавшая чужую лапку во время этого манёвра. Жук припал на колено, и мне открылась прекрасная возможность для атаки. Подпрыгнув, я оттолкнулась от дубинки, взлетая на уровень чужой головы и вонзая лезвие в сочленение чужих доспехов. Хрустнул хитин. Гигант попытался вскинуться, но с грохотом повалился на землю, чуть не придавив меня. Я отступила, становясь в боевую стойку и готовясь к новому удару. Но того не последовало. Жук задёргался и затих. Я переступила с лапки на лапку, опираясь на гвоздь, как на костыль. Неужели. Боги этого места, спасибо за помощь в бою... Теперь в комнате повисла тишина. Точне сначала мне показалось, что никаких звуков не было. Всего через мгновение я услышала слабый плач, доносящийся из задней части комнаты. Обойдя тело, я поспешила туда. Кто знал, кого этот гигант мог загнать в угод до меня. Это оказалась гусеничка, запертая в стеклянной колбе. Бедняжка скреблась лапками в стенки, постоянно скатываясь вниз. Увидев меня, она воспряла духом, ещё активнее начиная биться об стекло, и я даже испугалась, как бы она не поранилсь. Постаравшись жестами успокоить малышку, я осмотрела колбу, решая, как будет лучше её освободить. Сверху нашлась крышка, подцепив гвоздём которую, я смогла откупорить ловушку. Гусеничка, увидев, что проход открыт, подпрыгнула, цепляясь за край и вываливаясь наружу. Промурчав что-то подошедшей ближе мне, она потёрлась о мою ладонь и быстро зарылась в землю, отправляясь, как я думала, домой. Ну что же, надеюсь, больше она не попадётся никому и спокойно доберётся до своей семьи...