Сосуд

Свет от светомушиного фонаря с улицы бил в окно. Я пошевелилась на некотором подобии кровати, приподнимая голову с подушки. Вернувшись вчера в Грязьмут, после того как исследование оставшейся части коридора ни к чему не привело, я поняла, что события прошедших дней всё-таки меня вымотали. Нет, само тело не уставало, но сознание периодически требовало сделать перерыв и отдохнуть. Это было одним из многих отличий от прочих жуков, которые я замечала за собой. Старейшина любезно предложил мне выбрать любой из домиков городка, ведь практически все они пустовали. Я же не стала отказываться от столь щедрого предложения, присмотрев себе один из тех, что был не до конца разрушен временем и стоял поближе к колодцу. Что-то подсказывало мне, что спускаться туда я буду часто, если хочу понять, как покинуть эти «вечные» земли. Хотелось полежать ещё немного, но пора было двигаться дальше. Выбравшись из-под тонкого, кем-то поеденного одеяльца, я подхватила сумку с гвоздём и направилась к двери. Гвоздь, кстати, был хоть и старым, но весьма неплохим – отмыв и почистив его тем, что вообще было под рукой, я убедилась в этом. Вчера я обнаружила нечто странное: в отличие от моего старого гвоздя, к найденному рыжая субстанция, захватывающая жуков, не липла, просто скатываясь по лезвию. Почему так, было непонятно, но я делала ставку на то, что либо здесь оружие делали из какого-то другого металла, либо специально чем-то обрабатывали. Колодец встретил меня всё тем же тёмным провалом, в который на этот раз я скользнула гораздо увереннее. Светлое пятно выхода было всё ближе, и, приготовившись, я вполне удачно приземлилась на каменную платформу. На этот раз я выбрала другой проход, ведущий в противоположную сторону. Эта пещерка выглядела более живой: топотуны и мстекрылы, обитающие практически везде, суетились то тут, то там, в целом не обращая на меня никакого внимания. Лишь один какой-то летун решил проверить, что я из себя представляю, но лёгкой отмашки хватило, чтобы и он утратил свой интерес. Вышла я к глубокому провалу, явно технического назначения. По краю шла круговая лестница, а в центре был огромный подъёмник, вряд ли уже рабочий. Его платформы застыли во времени, на некоторых из них лежали кучи какого-то мусора, обломки инвентаря и много чего ещё. Самым интересным было то, что дна этой шахты не было видно. И спускаться туда мне как-то не очень хотелось. Не дай Боги упаду ещё. В нескольких местах провал опоясывали балконы, как тот, на котором я стояла сейчас, деля всё это пространство на несколько секторов. На противоположной стороне моего балкона виднелся проход, к которому я и направилась в первую очередь. Была надежда, что там обнаружится более комфортный спуск, потому что спускаться здесь мне совершенно не хотелось. То, что моя надежда не оправдалась, я поняла сразу же, как вошла в очередной грот. Он весь, от пола до верхушки свода, был облеплен домиками, больше похожими на сплетённые коконы. В самом центре, зажатый со всех сторон, находился самый большой домик, из которого доносились какие-то шебуршания. Сжав рукоять гвоздя, я сделала несколько шагов по направлению к нему. Внезапно для меня откуда-то сбоку зазвучали щебетания, и из одного из гнёзд высунулась уже знакомая мне гусеничка. Она радостно что-то лепетала, маша мне лапкой, и я не могла не махнуть ей в ответ. С шуршанием из большого кокона на звук появилась ещё одна гусеница. Точнее появился. Громадный, морщинистый гусениц, выглядящий в несколько раз больше меня, похоже был родителем этой колонии. В ответ на его появление маленькая гусеничка защебетала что-то, получая такой же щебечущий ответ, после чего отец скрылся обратно в своём гнезде. Что это было, я так и не поняла, поэтому, развернувшись, уже готова была выйти из грота в поисках другого спуска, но меня остановил явно несогласный лепет. Повернув голову в сторону гусенички, я замерла, не понимая, чего от меня хотят. Та же замотала лапками, как будто указывая мне на родительский кокон. Проследив за её движением, я увидела, как тот самый большой гусениц выползает из своего гнезда, держа что-то передней парой лап. Тело инстинктивно напряглось, готовясь к схватке, но ничего не произошло. Приблизившись ко мне, с громким бормотанием он протянул свою ношу. Это оказались какие-то блестящие ракушки, похожие на металлические. Их почти насильно впихнули мне в руки, и я просто замерла, рассматривая такое внезапное подношение. Это была благодарность за то, что я освободила малышку, или что? Но объяснять мне ничего не стали, и родитель, похоже, сделав всё, что хотел, пополз обратно. Всё это время маленькая гусеничка продолжала щебетать, и, просто смирившись, я спрятала ракушки в один из карманов сумки. Что же, ладно. Тяжёлыми они не были и никак мне не мешали. Потом надо будет узнать у кого-нибудь, что это такое вообще. На этот раз меня никто не останавливал, и я спокойно вышла из грота к подъёмнику. Больше никаких проходов на этом этаже не было, так что я подошла к краю, заглядывая вниз. Ну, похоже больше никаких вариантов нет... *** Доспехи скрежетали, а пол ходил ходуном. Я едва увернулась от огромной булавы, вспахавшей камень. Этот рыцарь был даже больше того с дубиной, и меня спасало только то, что атаковал он ещё медленнее. Но при этом урона было гораздо больше, от силы его удара сверху периодически падали камни, затрудняя манёвры. Самым противным было то, что доспех я пробить не могла. Гвоздь просто не прорубал металл, лишь слегка его царапая, поэтому мне только и оставалось, что пытаться уронить громилу, открывая доступ к его голове. Я отскочила в сторону, и гигант со всего размаху врезал булавой по стене, у которой я только что стояла, пуская по всему залу дрожь. Потолок жалобно заскрипел, и с него начали сыпаться осколки. С каждым таким разом куски породы были всë больше и уже начинали доставлять неудобства. Особо большой обломок грозился вот-вот упасть прямо на голову рыцарю. Идея была быстрой, и приступить к ней пришлось сразу же. Громила в очередной раз замахивался, и подобравшись, я рванула к нему, пробегая под сверкнувшими в опасной близости зубьями чужого оружия. Инерция удара придала мне ускорения и воплотила мой расчёт в жизнь: огромный булыжник всë-таки откололся, падая на гиганта сверху. Раздался оглушительный скрежет, эхом отражающийся от стен, и затылок с частью спины доспеха смяло, при этом впечатав рыцаря в пол. Загрохотало, от огромного тела во все стороны пошли трещины, а я как можно быстрее припустила от начавшего проваливаться на этаж ниже тела. Пол крошился под лапками, сзади всë грохотало, а мне оставалось только бежать вперëд, надеясь, что нигде не запнусь и меня не похоронит под осколками. Остановилась я только в тот момент, когда всë утихло. После пары шагов мне всë-таки пришлось обернуться, рассматривая пролом. Оказалось, что убежала я даже слишком далеко, провал не разошёлся и на половину зала, больше пострадала стена, у которой меня до этого зажали. Глядя под ноги, чтобы не упасть следом, я осторожно подошла к краю и заглянула вниз. Под завалом виднелся искорëженный доспех рыцаря. И никакого шевеления. Только булава пыталась куда-то уползти, причëм довольно резво. Прыгать туда мне не хотелось, поэтому, обойдя дыру, я заглянула за осыпавшуюся стену. Там был проход, в одном из пролëтов которого нашëлся сундук. Не знаю, был его хозяином рыцарь или нет, но ему он точно больше не понадобится, а мне всë что угодно может пригодиться. Долго не размышляя, я подцепила крышку коготками и дëрнула вверх. И обомлела. Я не знаю, какой у них тут курс, но карта у Корнифера, встреченного мной по пути сюда, стоила тридцать гео, и по таким подсчётам тут целый клад. Перекладывая монетки в карман сумки, я мысленно улыбалась. Подарок гусениц оказался очень полезным. До встречи с милейшим картографом, который даже слегка понимал язык жестов, я как-то не задумывалась о том, что даже не знала, какая тут в ходу валюта. Хотя, учитывая, что у меня с собой нет практически ничего, это знание бы ничего мне не дало. Зато теперь я могу не беспокоиться о том, что мне не хватит на какие-то необходимые предметы, типа тех же карт. Единственное, не факт, что в этом вымершем королевстве ещë хоть кто-то торгует, кроме приезжих. Но пока я не стала загадывать наперëд. Всë тот же проход вывел меня вниз, к остаткам доспехов. Из-под камней торчала только перчатка, всë ещë сжимающая рукоятку оружия. Навершия же булавы видно не было. Уползло всë-таки. Больше осмотр комнаты мне ничего не дал. Только далеко сверху виднелись какие-то платформы, но на них мне было не забраться, поэтому я двинулась дальше по пещере. Коридор прохода вывел меня к ступенькам, которые, в свою очередь, к огромному строению, уходящему колоннами к своду зала. Колья с причудливыми масками отбрасывали на стены жутковатые тени, трепещущие в свете факелов. Всë это только усиливало мрачность и загадочность атмосферы, и, поправив сумку, я двинулась ко входу. На секунду меня ослепил яркий свет, но уже мгновением позже я оказалась внутри. Тëмное помещение освещалось лишь странным нагромождением посередине. Оно выглядело то ли как чей-то полуразрушенный шалаш, то ли как огромная полуразложившаяся оболочка. И я надеялась, что всë-таки первое. Из темноты раздался тихий смех, и я судорожно вцепилась в рукоять гвоздя. Кто знает, что может обитать здесь. Тем более, если правдивым всë-таки окажется второе предположение. Вслед за смехом показался и его обладатель. Из тени «шалаша» медленно появилась такая же тëмная фигура, а я с облегчением опустила оружие. — О-хо! Кто это там крадётся в темноте? Ой, как страшненько! Странный пустой взгляд и такое жуткое оружие! — выступившим на свет существом оказалась улитка. Мне доводилось уже видеть таких, и вроде как все они были пацифистами. Хотя близко с ними я не общалась, так что уверенности в этом факте у меня не было, — Что-то очень важное привело тебя сюда, в место, что раньше называлось Халлоунестом, но я не буду об этом спрашивать. Раз уж ты здесь, тебе от меня определённо что-то нужно, не так ли? Ни слова больше, друг. Вот мой дар: маленькое и весьма пакостное заклинание собственного изготовления. Такой крохе, как ты, оно под стать! О-хо-хо! Я уже хотела было обидеться на «кроху», но то, что тот начал делать какие-то пассы посохом и что-то утробно петь, меня остановило. Маска на конце явно магической принадлежности засветилась, и тонкой струйкой души от неё отделилось странное бесформенное нечто, мерцающее бледным светом. И вот это — хвалëные заклинания улиток? — Не бойся. Поверь в себя! Это заклинание теперь твоё, осталось только взять его! — как будто почувствовав мои сомнения, шаман подтолкнул заклинание ближе ко мне. Но доверия это не прибавило. Улитки очень не любили делиться своими знаниями, это знали все, кто хоть раз с ними сталкивался. И либо этот конкретно свихнулся тут от одиночества, либо ему что-то от меня надо, — О-хо-хо-хо, без него ты далеко не уйдёшь, поверь! Ладно, это действительно было так. Если пока я ещё справлялась своим новым-старым гвоздëм, то не факт, что так будет и дальше. Заклинание может хотя бы частично восполнить нехватку амулетов и снаряжения... Наконец решившись, я сделала несколько шагов вперëд, протягивая лапку навстречу мерцающему сгустку. Стоило мне коснуться его кончиками когтей, как меня будто чем-то ударили. Возможно, этим самым заклинанием. На секунду я потеряла любое ощущение пространства, взгляд застилала белая пелена, а всë тело ощущалось абсолютно невесомым и нереальным. А потом пришла пустота. Казалось, что меня отключило всего на мгновение, но, приподнявшись на руках, я поняла, что это не так. Как минимум меня успели перетащить в другое место. Осторожно поднявшись на лапки, я чуть покачнулась, хватаясь за решëтчатые ворота рядом для устойчивости. Похоже, впитывание заклинания не прошло для меня бесследно. — О-хо? С пробуждением, соня! Извини, я должен был предупредить тебя о мощи этого заклинания. Я наблюдал за тобой и сам, должно быть, задремал невзначай. О-хо-хо-хо! — от моих шевелений проснулся и шаман, находящийся по другую сторону решëтки, — Ну, раз мы оба проснулись, я бы хотел попросить тебя о небольшом одолжении. Конечно, не в качестве платы за мой дар, нет — просто потому, что теперь мы друзья. Мне это совершенно не нравилось. Всë-таки право было предчувствие на счëт него и его заклинания. Какая улитка просто так поделится своими успехами в магии? Согласилась на свою голову, Боги его раздери... — Что такое? Тебя беспокоят эти стальные ворота между нами? О-хо-хо! Забавно, но они не откроются, пока ты не убьёшь зверя в сердце храма, — я раздражëнно ударила по решëтке гвоздëм. По храму раздался слабый гул, на который шаман чуть поморщился. Так тебе и надо, гад, — Не переживай ты так. Уверен, духи моих предков присмотрят за тобой. И, хихикая, отошëл от ворот. Я ещё раз ударила по металлу, но ничего так и не изменилось. Ладно. Похоже, всë-таки придëтся пойти искать этого его зверя. Развернувшись, я взглянула в тëмный проход. Он выглядел ещё более ненадëжным, чем тропа, по которой я шла в Грязьмут. Та хотя бы была каменной, а здесь узкую кишку коридора перекрывали доски, которые служили и стенами с потолком. Бросив последний взгляд на ворота, я двинулась дальше, во тьму. По пути приходилось перебираться через завалы и отбиваться от бальдров, то тут, то там выкатывающих из разных щелей. И, кажется, я начала догадываться, что за жуткий зверь тут поселился. На самом деле, бальдры не были какими-то слишком злыми, но территории свои защищали до последнего, и поэтому доставляли множество проблем, если селились там, где мешали другим. Такого бальдра я сама встретила недавно, пока спускалась вниз. Наконец, спустя какое-то время блуждания по этим развалинам, я нашла его. Зверь сидел, перекрывая своим мощным бронированным телом проход, и при моëм приближении плюнул жгучей рыжей жижей. Тот, первый, встретил меня точно так же, поэтому я была готова и быстро отпрыгнула, после сразу же отбивая запущенного в меня маленького бальдра. Души я накопила достаточно, поэтому, сделав рывок вперёд, запустила заклинание. Я знала, как оно сработает ещë до того, как комок души сформировался передо мной. Ощущения были странные, как будто чужие знания поместили в мой разум. Хотя, по сути, так оно и было. Бальдру удар магией, кажется, не понравился, поэтому, свернувшись в шар, он, подобно своим младшим собратьям, покатился в мою сторону. Отбивать гвоздëм его явно было плохой идеей, поэтому я просто ушла с траектории, посылая в его сторону ещë один заряд. Тот цели достиг, но, в отличие от прямого попадания в брюхо, похоже, сильного урона не нанëс. Врезавшись в стену, зверь покатился обратно, останавливаясь чуть сбоку от выхода, почти передо мной, и раскрыл панцирь, явно готовясь плеваться кислотой. Не успел. Последнее заклинание, на которое мне хватило души, последний удар — и с воем бальдр падает на бок, уже не пытаясь свернуться в шар. Подождав несколько секунд, не убирая гвоздя, я двинулась к поверженному врагу. Осторожно ткнув его кончиком оружия, я удостоверилась, что он мëртв. Не сказать, что я любила убивать, так что его мне было даже слегка жалко. Но лишь слегка. Если жалеть всех, то рано или поздно кто-то не пожалеет тебя. Обернувшись к проходу, я медленно зашагала дальше. Пусть шаман что хочет, то и делает с телом, а мне надо проверить, нет ли более короткого пути к воротам, так что я оставила зверя позади. Очередной поворот вывел меня к небольшой статуе, в углублении которого что-то блестело. Может, какая-то реликвия, и если так, то можно чуть насолить улитке напоследок. Это оказалась не реликвия, а в тысячи раз лучше — амулет. Уж не знаю, кто и зачем оставил его здесь, но он сделал это зря, потому что тут прошла я. Подцепив драгоценность коготком, я вытащила его из углубления, выкладывая к себе на ладонь и проводя пальцами по рельефной поверхности. Это действовало успокаивающе, почти медитативно, придавало ощущение безопасности. До этого момента я даже не понимала, какой беззащитной чувствовала себя без запаса амулетов и накидки. И если в восстановлении первого начало было положено, то что делать со вторым мне пока ясно не было. Наконец быстрый спуск вниз был найден. Доски скрипели, щерились в проëм щепками, грозя проткнуть насквозь, но я без проблем спустилась вниз, прямо к воротам. Те всë ещë были закрыты, а улитки рядом не наблюдалось, поэтому я начала стучать гвоздëм по прутьям, злорадно вспоминая, как ему не понравился этот звук. Как и ожидалось, шаман появился довольно быстро, потирая голову рукой. — О-хо! Так значит, дело сделано, зверь убит! Бедняга! Должно быть, он очень тебя испугался. Раньше он был довольно безобиден, но с тех пор, как пещеры заполнил этот прогорклый воздух, он словно с цепи сорвался, — в его голосе действительно проскальзывали нотки сожаления, а у меня мелькнула мысль, что по этой же причине бальдр начал плеваться той самом рыжей жижей, которая текла и из ран поверженных мной жуков, — Но всё же это было необходимо! Прими мою благодарность! Конечно, мы оба знаем, что моё заклинание очень помогло тебе… О-хо-хо! Ну, да, я не могла не признать его правоты. Но в другой стороны, если бы не он с его заклинанием, то мне бы в целом не пришлось ни с кем драться. Так что я просто ещë пару раз стукнула по воротам, напоминая, что мне бы хотелось отсюда выйти. Как можно скорее. И, наверное, больше никогда сюда не приходить. — Гляди-ка! Ворота, что были между нами, открылись, — похоже, моë напоминание помогло, ведь шаман сделал какое-то движение посохом, и ворота медленно поползли вверх, скрываясь в нише в стене. Я же, дождавшись их открытия, двинулась к выходу, кивнув улитке в благодарность. Всë-таки их заклинания получить не так уж и просто, — О-хо-хо! Уверен, тебе не терпится продолжить своё путешествие. Прощай и не падай духом! Помни — неважно, что ты ищешь… оно само найдёт тебя! О-хо-хо-хо! Его раскатистый смех ещë долго преследовал меня, даже когда я уже покинула храм. Здесь, снаружи, находиться было как будто легче, но факела и маски всë равно нагнетали атмосферу, поэтому долго задерживаться рядом я не стала, направляясь к лестнице, которая меня сюда привела. Пора идти дальше. ​