Холод октября

Знаете ли вы, что такое потеря? Это опустошающее чувство внутри, когда потерял дорогого душе человека. Когда каждый атом внутри замирает в преддверии краха. Когда руки непроизвольно дрожат, а внезапно-холодные слёзы вдруг скатываются по щекам.... Айзен знал, что чувства это слабость. Особенно гнев, особенно любовь. Он изо всех сил старался держать себя в руках, хотя бы сделать вид, что всё нормально... Но ничего нормально не было. Он стоял прямо у могилы дорогого друга. О Боже, как это предательски звучит... Никаким другом он ему не был. Айзен любил его безумно и отчаянно. Настолько сильно, что по ночам не сомкнуть глаз из-за мыслей о нём. Хотя, это тоже полуправда. Истина в том, что знакомы они-то не были. Айзен сам всё придумал, сам заболел душой, сам не решился познакомиться. Он чувствует, как изнутри рвутся сожаления о несодеянном... Он не хочет их слышать. Нет, важнее всего план. Важнее всего то, что он чувствует подступающую к горлу панику. Такое с ним впервые. Айзен падает на колени перед каменным надгробием с аккуратной надписью «Урахара Киске». Такое высокое и тонкое... Не совсем, как владелец при жизни. Урахара же был совсем не таким. Он имел неидеально квадратное туловище, толстые ноги, но при этом выпирающие из-за кожи рёбра. Только широкие плечи можно было считать его изюминкой. Айзен готов плеваться от того, какого урода он полюбил. Даже волосы — ломкие, вечно сальные и лохматые. Киске не хотел даже за ними ухаживать. Просто соломенное гнездо. Полная противоположность Айзену, в общем. И как его угораздило?.. Айзен не хочет думать об этом. Он хочет, чтобы ему вернули не-друга и не-любовника. Он хочет, чтобы на свете снова жил грязный и неопрятный Урахара Киске. Чтобы чистый и аккуратный Айзен Соске за ним смотрел, поглядывал... И не решался подойти. Тяжёлый вздох. — И долго тут собираешься сидеть? — Грубоватый женский голос. Айзен резко оборачивается. Знакомая фигура. Фиолетовые волосы, тёмная кожа, янтарные, кажется, светящиеся в ночи, глаза и чёрный халат. Шихоин Йоруичи. Противная аристократка. В обычное время Айзен бы её не заметил, да прошёл мимо... Но сейчас она застала его врасплох. — Какая неожиданная встреча, госпожа... — Сегодня без титулов и манер. — Резко оборвала его на полуслове Йоруичи. Она подошла ближе и так же села, скрестив ноги. — Вы не были близки. Отчего ты плачешь? Айзен не стал вытирать мокрые дорожки с лица... Позволил сохнуть на свежем горном воздухе. Да, Урахара любил горы. Точно больше него. — Я знал его, как хорошего человека... — Задраматизировал Айзен. — Чушь. Со мной такого не проворачивай. — Отвернулась Шихоин. Айзен не знал, что больше сказать. К счастью, диалог на этом неловко закончился. Они оба замолчали, любуясь нежно-голубым, облачным небом. Но пустота... Она никуда не делась. И что же? Позволить ей быть? «Позволить» — прикрыл глаза Айзен, вдыхая запах прибывшего ветра. Кому ещё знать о пустоте, как не ему? Он свыкнется, но не забудет. Это останется самым чётким воспоминанием в его голове.