Метка «Whumptober» - фанфики и ориджиналы

— Пообещай мне, что больше не будешь курить эту дрянь. — Ты же знаешь, мы оба ненавидим обещания! — запротестовал Шэнь Юань. — И ты сломал мою трубку! — Пообещай, Шэнь Юань, — повторил Шэнь Цзю, поджав губы. — Кури что угодно, я подарю тебе новую, но не трогай этот «инсу». Пожалуйста. Шэнь Цзю ненавидел слово «пожалуйста». Шэнь Юань с щелчком захлопнул рот.

Сборник историй, написанных на Whumptober 2024. Аушка, в которой Годжо, Иейри и Гето — студенты, но с небольшой оговоркой: Сатору — не совсем обычный человек.

Бишоп слышит свой собственный голос. Звучит знакомо.

У Ло Бинхэ был шишу. Странный шишу с пика Аньдин по имени Шан Цинхуа.

Ким Роксу — это шрамы. Это сетка по всему телу, звездная карта всего того, что случилось с ним. Каждый раз — свежий след, печать, клеймо. Каждый раз он не может забыть.

Ло Бинхэ лежит в цветочном поле. Над ним алое небо. Шицзунь сидит рядом, обняв одно колено. — Я не хочу ничего делать, — признается устало Ло Бинхэ. Он не готов бежать, сражаться, выживать. Он не сдвинется с места, даже если узнает, что цветы смертельно ядовиты. Но шицзунь не ругается на него, на его губах слабая улыбка. — Отдохни, — говорит он. — Эти цветы безопасны для небесных демонов. Тебя никто не потревожит. И Ло Бинхэ облегченно выдыхает, закрывая глаза.

Вэй Усянь восстает из мертвых. Впервые прошлое догоняет его всерьез, когда он встречает человека с именем, которое он выбрал для сына шицзе.

Сяо Цзю обнаруживает себя в заклинательской школе. Дети вокруг называют его учителем, к нему липнет мужчина с грустными, как у Ци-гэ, глазами, а все картины в доме почему-то подписаны его именем.

Шэнь Цзю смотрит на свечу.

Из-за искажения ци от Шэнь Цинцю отделяется еще один маленький Шэнь Цзю. Или не совсем?

Гунъи Сяо был главным учеником Хуаньхуа. Вторым после покойной Су Сиянь. Официально — правой рукой Лао Гунчжу. Вот только Гунъи Сяо не всегда был Гунъи Сяо.

Ни в одной из вселенных они не были обречены на счастье. В каждой их тянуло друг другу, в каждой они узнавали себя. Но эти столкновения всегда были на грани романтики и извращённого удовольствия. Что же... И отъявленно-извращённый дуэт имеет право на существование?

Чею не приходилось ничего объяснять. Он с самого начала всё понял, и каким-то образом интуитивно знал, что нужно делать. Чей был рядом в те моменты, когда Киму сильнее всего нужно было восстановить себя по кусочкам.

Странный человек со странными завитками на волосах, как у дяди на шубе, спасает А-Ту из тюрьмы. Странный человек пахнет мамой и теплом.

Может быть, как в детстве, нужен всего лишь еще один раз. Может быть, когда-нибудь настанет то самое заветное извинение, после которого сяо Цзю его простит.

Кап-кап. В Водной Тюрьме сложно понять, сколько прошло времени.

Шэнь Юань попадает в новый мир — и, не подумайте, это, конечно, замечательно — но он скучает по обклеенным постерами стенам, фастфуду и немного — по своей семье.

На Собрании Союза Бессмертных Юэ Ци умудряется вляпаться в весенний цветок и не заметить, пока не становится слишком поздно. Шэнь Цзю приходиться это дерьмо разгребать.

У Ло Бинхэ в трахее застряло сердце. Он хотел верить, что это значит, что все хорошо. Но мир никогда не был справедлив, он знал это, как никто другой. — Бинхэ, — начал учитель и, вдруг замолкнув, вновь крепко обнял его. Пробормотал едва слышно в плечо: — Этот учитель тоже больше всего на свете хотел бы, чтобы ты не был демоном. …В следующий миг Ло Бинхэ потерял равновесие. Под ногами ни с того ни с сего пропала земля, и он провалился в бесконечное жерло Бездны.

Из зеркала на него смотрит в ответ оборванец, разодетый в дорогие шелка. Беглый раб с кровью по локоть. Идиот, думавший, что все осталось позади. Богатый уебок — с тем же оскалом, с тем же высокомерным взглядом, с тем же блядским именем Цю— Шэнь Цзю никогда не сможет избавиться от этого. Шэнь Цин-цю навсегда останется Цю.