«Право Собственности»

Прошло несколько недель. Лихорадка отступила, оставив после себя истощение и хрупкое, как паутина, здоровье. Аластор уже мог передвигаться по комнате без головокружения, хотя тень былой силы еще не вернулась к нему. За это время между ним и Воксом установилась странная, извращенная рутина. Они привыкли существовать в одном пространстве, как два хищника в одной клетке, вынужденные терпеть друг друга. Отношения оставались токсичными и подчинительными, но острые углы слегка притупились, сменившись привычным напряжением. И вот, когда Аластор наконец смог пройтись по комнате без опоры, Вокс объявил: —Ты более-менее пришел в форму. Надо это отметить. Мы идем в ресторан. Аластор, стоявший у окна, даже не обернулся. —Какая трогательная забота. Я тронут до слез, — его голос был плоским, лишенным всяких эмоций. — Это не просьба, — напомнил Вокс, и в его статике прозвучала знакомая угроза. Что ж, выбора у него не было. Кто его станет спрашивать? Вокс выбрал дорогой, пафосный ресторан с приглушенным светом и навязчивой музыкой. Аластор сидел напротив него, отодвинув тарелку с замысловатым блюдом. Аппетита не было вовсе. Он чувствовал себя экспонатом на выставке. — Ешь, — тихо, но твердо сказал Вокс, его взгляд был красноречивее любых слов. Он обещал последствия в случае неповиновения. Аластор стиснул зубы. Гордыня, та самая, что когда-то привела его сюда, снова была вынуждена отступить перед лицом грубой силы. Он убрал ее куда подальше, взял вилку и начал есть. Еда была безвкусной, как прах. — Ну что, — Вокс отхлебнул вина. — Небось, соскучился по нормальной жизни? — О, да, — Аластор улыбнулся оскалом, не дотрагиваясь до своего бокала. — Особенно по той ее части, где меня не водят на поводке, как собаку. Невероятно по ней скучаю. — Тебе всегда надо все доводить до спора? — Вокс поставил бокал. —Ты всегда должен все превращать в приказ? — парировал Аластор. Напряжение повисло в воздухе. Вокс откинулся на спинку стула, его экран мерцал. —Хорошо, веселись пока можешь. Скоро мы наверстаем упущенное за время твоей... болезни. Я уже все продумал. Аластор поперхнулся, еда встала комом в горле. Он с силой сглотнул. —А что, кроме реализации твоих пошлых фантазий, никак иначе время провести нельзя? Неужели твоя империя не предлагает иных развлечений? — Ты их не заслужил, — холодно отрезал Вокс. — Ты заслужил только то, что я решу тебе дать. Аластор замолк и надулся, отодвинув тарелку. Остаток вечера он просидел в молчании, глядя в окно на чужие жизни, которые текли мимо. Вернувшись в башню, он сразу прошел в их комнату. Словно на автопилоте, он снял пиджак, повесил его и улегся в кровать, натянув одеяло почти с головой. Он лежал в темноте, слушая, как Вокс перемещается по комнате, готовясь ко сну. Никакой паники, никаких криков. Лишь тяжелое, ледяное спокойствие отчаяния. Он морально готовился. Готовился к тому, что скоро дверь закроется, свет погаснет, и обещания, прозвучавшие в ресторане, станут жуткой реальностью. Он закрыл глаза, пытаясь найти в себе ту самую, последнюю крепость, куда нельзя будет добраться. Но все, что он находил, была усталость и горькое ожидание неизбежного.