desire

      аарон с трудом сдерживает стон, когда её ладонь трётся о его пах под столом. его бесит этот чёртов банкет и её легкое платье без бретелек, которое может легко сползти на пол, если кейт того захочет. все цвета вокруг него кружатся в калейдоскопе, а разговоры пролетают мимо. всё, чего ему хочется, — прикоснуться к ней; почувствовать бархатную кожу, а затем спуститься вниз и с головой исчезнуть в складках её влажной плоти.       кейтлин наивно хлопает ресницами, когда по его коже начинают бегать электрические разряды. это невыносимая, блядь, пытка. аарон очень сильно надеется, что никто не заметил того, как он притих, ибо то, что она делает, выбивает из него весь дух. кейтлин легко расстёгивает ширинку на его брюках, ныряя ладонью под ткань, и её небрежные прикосновения срывают с его губ шипение. она точно знает, что делает, и наслаждается его реакцией сполна.       — кейт, ты… — аарон жмурится, щипая себя, чтобы не потерять контроль.       — что такое, любимый? — лукавит она, по-кошачьи щурясь.       ему кажется, что весь банкетный зал смотрит на них. невинный вопрос обжигает сильнее, чем прикосновение. её ладонь скользит ниже, и аарон резко вдыхает, впиваясь пальцами в столешницу так, что костяшки белеют. ещё немного, и он кончит вот так, прилюдно, лишь от того, что она его касается.       — ты же знаешь, — едва не всхлипывает он. это всё ещё унизительно, несмотря даже на то, что они очень долго прорабатывали его потребность быть мужчиной во всём.       её большой палец лёгким касанием пробегается по уздечке, и аарон прикусывает губу, чтобы не застонать в голос. в конце концов, они за одним столом с его командой и, чёрт возьми, он очень надеется, что никто не обратил внимания на маленькие шалости кейт. пятернёй она обхватывает его член, не высвобождая из трусов, и очень медленно ведёт вверх-вниз, умудряясь перекидываться с кем-то словами. аарон вжимается в спинку стула, надеясь стать невидимым.       кейтлин бросает на него томный взгляд, обещающий многое, и проводит по чувствительной головке пальцем, но на этот раз с большим давлением. мир перед его глазами теряет всякое очертание. влажная часть ткани липнет к разгорячённой коже. аарона встряхивает от чрезмерного напряжения, но кейт так и остаётся непреклонной, не позволяя ему кончить.       — всё хорошо? — её горячее дыхание согревает мочку уха, от чего у аарона расширяются помутнённые зрачки. — мы можем уйти в любой момент, милый.       аарон чувствует, что если сейчас встанет, то не сможет удержаться на ногах. проклятая изобель гоуди довела его до того состояния, когда всё, что он может делать, — молить о пощаде. каждый его нерв дрожит.       — кейт, я больше не могу, — миньярд окончательно расслабляется, словно желе, готовое стечь со стула на пол; умоляюще толкается бёдрами в её руку, позабыв о том, что кто-то может увидеть, насколько он разбит. — кейт…       — больше и не нужно, — легко соглашается она.       спазм, охвативший всё его тело, выбивает из реальности. аарон замирает, впившись пальцами в её бедро под столом, и тихо выдыхает, отпуская себя. кейтлин спокойно вытирает руку о его брюки под столом, а аарон замечает в отражении приборов свой растрёпанный вид и думает, что вряд ли остался незамеченным хоть кем-то. да и плевать.