Прощание по-английски

      Когда тётушка Диана провела своих гостей наверх и, пожелав чувствовать себя, как дома, удалилась, Аннабэль стала осматривать свою комнату. Вопреки ожиданиям, помещение оказалось не сырым и тёмным, а просторным и светлым. Стены были затянуты бежевым шёлком с вышитыми на нём зелёными листьями; в стене, противоположной двери, были два больших окна, пропускавшие много света; на окнах висели шторы из зелёного бархата; из точно такого же бархата был и полог огромной кровати. В общем, Анне показалось, что интерьер её новой спальни напоминает сказочный лес, и девушка осталась довольна.             Но не успела молодая маркиза, как следует осмотреться, когда в комнату вошла служанка и спросила по-английски, не желает ли мисс принять ванну. Анна ответила утвердительно, ибо она так долго об этом мечтала. Погрузившись в горячую воду, девушка почувствовала себя почти счастливой. Для полного счастья ей не хватало лишь одного – хорошенько поесть. В отличие от многих девушек, которые ели, словно птички, мадемуазель Луази всегда обладала хорошим аппетитом и всегда любила вкусно покушать.             Анна и не заметила, как прошёл почти час. Всё та же служанка зашла к ней и сообщила, что через полчаса начнётся ужин. Маркиза кликнула Катрин и попросила помочь одеться. Горничная тоже успела отдохнуть, но также очень проголодалась. И тут возникло небольшое затруднение: Анна не могла выбрать платье. Она не знала, что предпочитают носить в Англии, но хотела выглядеть подобающе. Наконец предпочтение было отдано розовому платью с кружевным корсажем и шёлковыми бантиками на рукавах. Одевшись и уложив волосы в несложную причёску, маркиза спустилась в столовую.             За столом, кроме миссис Смитфилд, никого не было. Анна немного смутилась, ибо у них за столом всегда было не меньше трёх человек. Поздоровавшись с тётушкой, девушка села за стол в ожидании ужина. Тут же появились слуги (нужно отдать им должное за расторопность) с подносами в руках. Перед маркизой поставили тарелку с большим куском мяса, взбрызнутого каким-то красным соусом. Анна, взяв в руки нож и вилку, попыталась отрезать кусочек. Но жёсткое мясо не продавалось. Тогда девушка попробовала ещё раз. Наконец она смогла отрезать маленький кусочек и отправила его в рот. Тут же у неё появилось непреодолимое желание выплюнуть его и как можно скорее, так как мясо оказалось жёстким, солёным и, кажется даже, сырым.             - Тётя Диана, - обратилась к хозяйке Анна, с превеликими усилиями проглотив кусок, - скажите, а что это за красноватый соус, которым полито мясо?             - Это не соус, - рассмеялась тётка, - это кровь.             Анне показалось, что она не расслышала или не правильно поняла:             - Ч-что?             - Мясо, которое мы едим, называется бифштекс с кровью. Его готовят очень просто – кладут кусок мяса на сковороду и ждут, когда из него начнёт сочиться кровь. Это значит, что блюдо готово.             - Но ведь мясо остаётся полусырым! - воскликнула маркиза.             Диана Смитфилд равнодушно пожала плечами, для неё, видимо, это казалось в порядке вещей. Но Анна была просто в ужасе и не смогла съесть более ни кусочка. После ужина девушка отправилась к себе и легла спать голодной.             На следующее утро, после скудного завтрака, состоящего из овсяной каши и полусырого яйца – полусырые блюда здесь, видимо, были в почёте, - миссис Смитфилд пригласила Аннабэль в свой кабинет. Комната, в которой тётушка занималась делами, не отличалась образцовым порядком – тут были сваленные в кучу бумаги, какие-то папки и прочая канцелярия. Указав племяннице на кресло, Диана сказала:             - Ответь мне, Аннабэль, почему ты приехала ко мне?             - Разве мама вам не написала? - удивилась девушка. - Я приехала к вам ненадолго, пока мой отец не успокоится.             - Это я знаю, - нетерпеливо перебила графиня, - как знаю и то, что вокруг твоей особы разгорелся скандал. Так ли это?             - Это был не совсем скандал, - смущённо покраснела Анна,- это было всего лишь расторжение помолвки.             - Пусть так, но, тем не менее, сейчас ты не связана ни какими обязательствами, верно?             - Да, - кивнула девушка, не понимая, к чему клонит родственница.             - Так вот, - продолжала последняя, - я подумала, что в таком случае ты можешь свободно развлекаться, то есть посещать балы и приёмы, наносить визиты и самой приглашать гостей.             - Но, тётя Диана, я приехала вовсе не для этого! И, к тому же, мне всё это совсем не нужно. Я хочу провести несколько недель, пока буду гостить у вас, в тишине и покое.             - Глупости! Какие могут быть тишина и покой в твоём возрасте? Ты должна блистать на балах и кружить джентльменам головы.             «Господи, ну что она говорит,- подумала девушка. - Какие джентльмены? Пусть посмотрит на меня, и всё сразу станет ясно». Вслух же произнесла:             - Я думаю, вам лучше сохранить в тайне моё пребывание здесь. Меня нельзя показывать английскому обществу. Во-первых, я плохо говорю по-английски, а во-вторых, вы же сами спрашивали о скандале. Вдруг ещё кто-нибудь о нём узнает. У вас тогда могут возникнуть неприятности.             - Да кто может такое узнать в нашей глуши, коль скоро ты сама об этом не скажешь? А на счёт английского… Я сегодня же напишу в Дарлингтон и выпишу тебе гувернантку, которая будет с тобой заниматься.             - Но, тётушка…- попыталась возразить Анна.             - Ни каких но, - заявила Диана, и тон её был настолько категоричный, что молодая маркиза не посмела ей возразить.

* * *

            Прошло около недели, и в Рок-стоун пожаловала миссис Мюррэй – будущая гувернантка Аннабэль. Она была не молодая, но и не старая, видно, что строгая, но справедливая. Анна подумала, что при желании с ней можно поладить.             На следующий день после своего приезда миссис Мюррэй встретилась с маркизой в комнате, отведенной им для занятий, и сказала:             - Вчера я побеседовала с вашей родственницей, мисс Энни, и она мне сказала, что вам потребуются не только уроки английского. Скажите, вы играете на фортепиано?             - Немного,  - кивнула девушка.             - Немного не в счёт, - ответила гувернантка. - А умеете ли вы танцевать?             - Только французские танцы.             - Придётся выучить и английские. И ещё, вы рисуете?             - Нет, - тихо сказала Анна. Она чувствовала себя деревенщиной, не имеющей образования и не обладающей никакими талантами. Но потом добавила:             - Мама учила меня рисовать в детстве, но у меня плохо получалось.             - Это потому, - заметила миссис Мюррэй, - что ваша мать не была гувернанткой с таким, как у меня, образованием. Но четыре часа ежедневно сделают из вас настоящую леди.             Миссис Мюррэй сдержала слово – каждый день по четыре часа она учила Аннабэль не только английскому языку, но и танцам, игре на фортепиано, рисованию. Английский давался маркизе неплохо, ибо она уже имела кое-какой опыт, но вот всё остальное… Впрочем, Анна очень старалась, проявляя достойное похвалы усердие, что всё-таки дало свои плоды.       Так в ежедневных трудах прошёл почти месяц.

           

* * *

      В середине декабря Диана пригласила Аннабэль в свой кабинет. Вид у тёти был довольный.             - Несколько дней назад я написала моей подруге миссис Лефрой в Дарлингтон. Она вчера прислала мне ответ. Так вот, леди Джейн (так зовут мою подругу) пишет, что на Рождество в Дарлингтоне состоится ежегодный праздничный бал, на котором будет всё светское общество. Мы ведь не можем пропустить такое событие, правда? Поэтому я сегодня утром написала в город с просьбой зарезервировать нам лучшие номера в гостинице «Old castle» и вызвала к нам двух портних, чтобы пошить нам бальные платья.             - Тётя Диана, - заговорила Анна, - я уже говорила вам, что не собираюсь ни на какой бал и…             - Как это ты не собираешься? - вскричала графиня Рокстон. - Я что зря тебе гувернантку выписывала и заказывала ткани на платья? Да переступив порог бального зала, тебя потом не вытащишь оттуда! Мы поедем на этот бал, Аннабэль, и ты мне ещё спасибо скажешь.             Миссис Смитфилд встала из-за стола. Разговор был окончен. Анна, невесёлая, поднялась к себе. Она понимала, что слишком многим обязана тётушке, чтобы перечить, но ехать в Дарлингтон её совсем не улыбалось. Не созданная для балов и светской жизни, как думала сама девушка, она чувствовала себя подневольным существом, но в глубине души понимала, что Диана настаивает не просто так. Тут действительно была определённая цель.

* * *

            Через пару дней в замок приехали две швеи с помощницей и привезли несколько рулонов ткани, лент и кружева. Аннабэль никогда не видела столь роскошной материи, разве что на Изабелле де Вильгеруа во Франции, но вспоминать о графине не хотелось, и девушка вновь любовалась шелками и бархатом. Портнихи привезли с собой двенадцать видов материи, два вида кружев и целый моток серебристых лент.             - Сколько вы желаете заказать нарядов, миледи?- обратилась к Диане старшая швея.             - Я думаю, шесть. По три для меня и для моей племянницы,- ответила тётка.             - Вы уже определились с фасонами и тканью?- спросила младшая портниха.             - Я да,- сказала миссис Смитфилд и, повернувшись к Анне, спросила:- А ты, девочка?             У маркизы глаза разбегались, ей тяжело было остановиться на чём-то одном, сделать выбор. Поэтому она неуверенно проговорила:             -  Я бы хотела одно платье из голубого шёлка.             - Почему именно из голубого?- удивилась графиня.             - Так как голубой – мой любимый цвет.             Тётушка пристально посмотрела на племянницу и, обращаясь к швеям, сказала:             - Значит так, вы сошьёте мисс Анне такие платья: одно голубое, одно коралловое и одно, самое нарядное, зелёное. Ткани и фасон я выберу позже.             Когда портнихи вышли, Аннабэль спросила:             - Тётя Диана, почему вы сказали, чтобы самое нарядное платье было зелёным?             - Потому, что зелёный более всего подходит к цвету твоих глаз,- был ответ.             - Но у меня карие глаза!             - Ты хочешь быть на балу в коричневом платье?- пожала плечами тётка.- Вот увидишь, что в зелёном ты будешь смотреться выигрышнее всего.             Миссис Смитфилд оказалась права – платье из зелёного бархата очень шло Анне. Оно было двух цветов: нижняя юбка из светло-зелёного атласа и верхний наряд из тёмно-зелёного бархата. По краям платье было отделано золотистым шнурком.             Остальные наряды тоже были восхитительны: голубое платье из узорчатого шёлка было украшено золотыми пуговицами, а платье из атласа кораллового цвета было расшито у горловины мелким жемчугом.             Анна была в восторге! Теперь ей уже почти хотелось поехать в Дарлингтон хотя бы для того, чтобы продемонстрировать свои новые наряды. Диана также распорядилась, чтобы портнихи переделали некоторые её старые платья. Итак, собрав вещи, графиня Рокстон со своей племянницей-француженкой поехали в город.