Любовник поневоле

— Что ты здесь забыла? Санеми проснулся рано и в отвратном настроении — сегодня как минимум первую половину дня ему придется провозиться с криворукими идиотами, которые до сих пор не научились ни удар держать, ни клинок. Но Санеми не знал, что его утро могло стать еще хуже — он не знал, что в его рядах недобитых и непрошибаемых затесался незваный новобранец. Мей стояла у поместья, взгляд ее взволнованно перебегал с одного потрепанного тренировочного чучела на другое. Ее глаза не сразу остановились на застывшем каменным изваянием Санеми. Мей не спешила отвечать на его риторический вопрос, будто ждала, что Санеми подойдет к ней поближе обменяться еще какими-нибудь любезностями. Увы, Столп Ветра все еще не отличался манерами. — В доме Бабочки меня попросили побыть на вашей тренировке. Руки невольно сжались в кулаки — к первому бою Санеми был совершенно не готов. — Что? — Санеми одновременно рыкнул и презрительно сплюнул. — Шинобу-сан сказала, что на ваших тренировках обычно очень много… пострадавших. Я побуду здесь, чтобы, если что, оказать первую помощь, дом Бабочки и без того переполнен ранеными. На виске противно вздулась вена. Эти женщины были заодно. — Ты здесь никому не нужна. — Простите, но я не могу уйти, Санеми-сан. Шинобу-сан очень просила меня. Не переживайте, я не буду вам мешать, у меня будет своя работа. Санеми только сейчас заметил две большие корзины с травами в руках Мей. Фыркнул. Губы Мей растянулись в полуулыбке — она смело приняла его гримасу за разрешение войти. Оставив ее с багажом травы на ступенях дома, Санеми скрылся за распахнутой дверью. Теперь даже набитый рисом желудок гудел от злости — Санеми всегда догадывался, что эта мелкая Кочо любила гадить всем подряд и даже не чуралась самых извращенных способов — сегодня она даже превзошла саму себя. Снова выйдя на улицу уже с поблескивающей катаной, Санеми хмуро зыркнул на ступени — Мей Оота никуда не убралась, наоборот, она успела устроиться поудобнее и разложить свои пахучие травы в несколько рядов. Санеми едва удержался, чтобы демонстративно не пройтись по этому мусору и не смести все вместе с самой травницей. — Уберешь здесь все потом. Санеми даже не повернул головы в ее сторону — очень уж ему хотелось показать, какой пустышкой была здесь эта наглая незваная гостья. Но, кажется, Мей сама об этом и так прекрасно догадывалась, и ее это нисколько не задевало. Ей тоже было совсем плевать и на Санеми, и на то, чем он сейчас собирался заниматься — она пришла сюда работать, а не заслушиваться ворчанием Столпа Ветра. Санеми оставалось надеяться только на это — на тренировках он меньше всего любил на что-либо отвлекаться. И все же не отвлекаться на Мей Ооту было очень сложно — Санеми каждую минуту ждал подвоха, ждал, когда же она что-нибудь да выкинет. Но пока эта девка лишь упорно делала вид, что очень уж была увлечена перебиранием своих сорняков. Она не подняла головы даже тогда, когда в поместье появилась первая группа трясущихся от страха новобранцев. Она не выдала себя даже тогда, когда от первого резкого гарканья Санеми разлетелись и замолкли все живые и мертвые поблизости птицы. Тренировка только началась, а Санеми уже хотелось ее поскорее закончить. До него быстро дошло, что если он привычно приложит здесь кого-нибудь хотя бы пару раз об землю, то эта девка точно у него задержится и устроит тут целый перевязочный пункт. И он, один из сильнейших истребителей демонов, ничего не сможет с этим сделать. Теперь Санеми пересчитывал чужие зубы осторожней, не ломая челюстей. Первый час тренировки у него вроде даже получалось сдерживать свои порывы, вот только этого все равно оказалось недостаточно — уже на второй час бойни визжащих недомерков он почувствовал на своей спине пристальный тяжелый взгляд. Она смотрела на него, только на него. Смотрела не отрываясь. От подобного прескверного открытия Санеми чуть не пропустил удар от кого-то из особо смелых смертников — от того, кого он еще вчера меньше чем за минуту укладывал на лопатки. Позорно, паршиво — от переизбытка самых наипоганейших чувств тело пробила судорога, а лицо перекосило так, что все позеленевшие охотники мигом отскочили от него. Но Санеми не нападал и даже не думал этого делать. Он лишь обернулся, чтобы убедиться в одном-единственном — она все еще смотрела на него. А его все еще от этого передергивало. Санеми понял, что ему нужен был перерыв — желательно до того самого момента, пока Мей Оота не решит убраться от него куда подальше. Но проходил еще один час и еще, а этот момент все не наступал и не наступал. — Ты уже закончила, — Санеми сам подошел к ней, заметив, что она начала совсем уж бесстыдно на него пялиться, позабыв о своих сорняках. Мей, нисколько не смутившись тяжелого, метающего искры взгляда, качнула головой. — Да. А вы? Санеми не знал, какой ответ в его случае был бы верным. С одной стороны, ему хотелось сказать «да» и поскорее избавиться от этой прилипчивой девки. С другой стороны, ему не хотелось доставлять радость криворуким идиотам и отпускать их с тренировки раньше положенного. Санеми снова оказался в тупике и лишь потому, что снова добровольно решил потерпеть эту девчонку. Отвратительно. Почти позорно. — Ты их отвлекаешь. — Чем? — Мей невинно похлопала большими глазами, полными непонимания. Санеми это еще больше раздражило. — Они на тебя пялятся. И ты… тоже, — скрипя зубами, процедил он. Лицо Мей нисколько не стало светлее — наоборот, она решила крепко задуматься. Минута тишины превратилась для Санеми в самую настоящую вечность. И немного в пытку. — Думаю, вам показалось, Санеми-сан. Но, если хотите, я могу спрятаться куда-нибудь за ваш дом. На скулах Санеми заиграли желваки, а из раздувшихся ноздрей повалил пар — она ни черта его не слушала и не хотела понимать. Как и он ее. — Я хочу, чтобы ты свалила, а не спряталась. На подобную уже привычную гостеприимность Мей лишь улыбнулась и взглянула за спину Санеми: его подопечные пока не спешили бежать от него куда подальше. Все пока молча в мандраже ждали дальнейших указаний. — Так, значит, вы уже закончили? — Мей с сомнением вздернула бровь, в Санеми что-то нервно дрогнуло. Снова она решила построить из себя тупую и слепую. — Да, — Санеми не сразу понял, что сдался. Не сразу понял, чему Мей еще шире улыбнулась — черными бездонными глазами. Санеми развернулся, и тут же по штабу пролетело громогласное: «Проваливайте все к черту!..» Всего мгновение, и в поместье Столпа Ветра стало тише, чем на кладбище. Санеми потер переносицу — хоть в чем-то его идиоты были понятливыми. Он снова невольно перевел взгляд на Мей и поморщился — она будто и не собиралась вместе со всеми остальными проваливаться сквозь землю. Мей сидела и неторопливо перебирала стебель за стеблем, от монотонной работы кожа на ее пальцах за несколько часов даже успела местами позеленеть. Санеми не знал, зачем он вообще это заметил. Он вообще не понимал, почему все еще стоял перед ней как истукан и в нетерпении чего-то ждал. Ждал, когда же эта травница перестанет перед ним играть нечто не от мира сего. — Ты все еще здесь? — голос стал заметно тише, будто Санеми сам устал от своих же пустых бессмысленных вопросов. — Извините, Санеми-сан, я уже ухожу. До завтра, — Мей наконец уложила последние ростки к соцветиям, неловко поджала губы. Санеми напрягся: вот-вот он получит «ответ», который так долго ждал. Мей поднялась, поклонилась и хотела было уже засеменить в сторону к воротам, но Санеми перегородил ей путь. Нет, никаких «до завтра» — еще одной сорванной тренировки, еще одного дня с этой пришибленной он не вынесет. — Что вам от меня надо? — он уже не раз задавался этим вопросом, он уже не раз пытался вывести эту девку вместе с Гию на чистую воду. Санеми и сейчас не надеялся получить желаемое, хотя, казалось бы, эта женщина стояла прямо перед ним — бери и выпытывай все до первой-десятой крови. Но Санеми снова мешкал. Сколько бы раз у него ни сжимался кулак и ни поскрипывали зубы, он не мог броситься на нее в атаку. Слишком слабой ему казалась эта больная девчонка. Почти хрупкой — приложишь раз такую, и она навсегда перестанет улыбаться. Ему уж точно. — Мне? — Мей сделала еще один шаг навстречу. Она все еще не боялась ни его, ни его вопросов с угрозами в качестве подвоха. — Вам обоим, — сплюнул Санеми и нахмурился еще сильнее. Он ненавидел объяснять что-то очевидное, но этой девке, видимо, очень уж нравилось испытывать его терпение. Улыбка наконец сползла с губ Мей, она замотала головой. Корзины тихо опустились на землю. — Гию-сан не знает, что я здесь, я сама захотела прийти. Санеми не удивился ответу — он его не понял. Мей бесстрашно подошла к нему вплотную, заглянула в глаза. — Зачем? — в глотке резко пересохло, под ребрами что-то лопнуло, полетело тяжелым камнем вниз. Вокруг снова все затихло. Даже их дыхание. — Потому что мне нравится за вами наблюдать, Санеми-сан, — просто ответила Мей и снова улыбнулась, будто сейчас она сказала что-то особенно простое и одновременно забавное. Санеми сморгнул, забыл снова нахмуриться. Он ей нравился. Нравился какой-то там пришибленной девчонке. Какой-то там невесте Томиоки Гию. Пока Санеми думал, как огрызнуться в ответ, Мей подхватила корзины и исчезла с глаз, оставив свой «объект наблюдения» в полном замешательстве. В последний раз он слышал что-то подобное в свой адрес только от покойного друга Масачики — у того тоже была привычка посматривать за его тренировками, выискивая просчеты в техниках, чтобы затем раздать своему младшему товарищу советов на несколько лет вперед. Зачем за ним следила эта девка, так и оставалось неразрешимой загадкой. Вернее, Санеми не хотелось просто принимать то, что он ей нравился. От этой мысли у него становилось как-то слишком гадко на душе. И немного приятно. А от этого еще гаже. Санеми сжал руки до побеления костяшек. Завтра она снова придет, и уж завтра он точно доведет свою тренировку до конца. За которой Мей Оота следить точно не захочет.