В хронике моей...

      Смотреть на рассвет в последний день перед какой-то нездоровой и смертельно опасной херней у Птаха понемногу входит в своеобразную привычку. Нет, нервы это дело успокаивает неплохо, а все равно ощущаешь, что так уже было, а теперь повторяется. Только и разницы, что встречает рассвет он ровно там, где когда-то начались его тренировки с Юделем, подготовка к выданному лысым монстром подвигу во имя чужих амбиций. Тот самый давно заброшенный комплекс складов на месте давно пропавшей и успешно зажившей язвы, снова восстановленная, хоть и более скромная, защита, снова попытки привыкнуть к тому, как изменилась собственная суть после новых строк Хроники.       Юдель и сейчас где-то рядом, тоже сидит, прислонившись к стене и медитирует, только Птах, даже если усрется от натуги, никак не может его точное положение ощутить. Уже сам факт того, что он ощутил хоть что-то, хоть бы тень от тени самого факта присутствия лысого рядом – это прямо образцовый показатель его прогресса. Прогресса, какого все равно может не хватить и, скорее всего, не хватит. Горе-наставник как-то мимоходом проговорился, что у землянина шансы очень даже неплохие, почти одна девятая. То ли он так «шутил», то ли намеренно на нервах играл, то ли не видел причин скрывать важное. Уж в том, что нервы у Птаха хороши и он не запаникует, узнав свои перспективы, Юдель успел не раз убедиться. Да и попробуй введи в истерику кого-то с навыками Птаха и степенью развитости таковых.       Юдель, кстати, пробовал и у него получалось, да.       В сложенных лодочкой руках землянина сжата полупустая и еще теплая чаша с травяным отваром, причем этот отвар не остывает, он всегда теплый, пока не растворится в энергетике организма. Безумно дорогой травяной сбор, атлас-ремейди, если вспомнить труднопроизносимое название, такой пить можно только раз в жизни и не позже пятой ступени. Вернее, пить можно сколько и когда хочешь, но тогда это будет просто среднего вкуса травяной отвар, похожий на очень настоявшийся зеленый чай с ноткой кислинки. А вот в самый первый раз, да еще и при подходящей ступени, этот сбор очищает энергетику от любых микротравм и повреждений, выводит шлаки, убирает большую часть негативных эффектов и ослабляет еще часть оставшихся, а также полностью восстанавливает подорванное здоровье.       Птах познал «Совершенство», так что в любом случае пришел бы в норму после дичайших тренировок на износ и за его пределами, после каких даже ему крепости и выносливости организма стало недоставать. Но у Юделя не было лишней пятидневки, даже лишних суток не было, чтобы давать Птаху отдохнуть телом и душой. Так что заварил им на двоих большой пузатый глиняный чайничек с ремейдишкой да и оставил землянина хлебать. Эффект уже прошел, сейчас чай продолжал быть просто чаем, но не выливать же? Заваривать меньше нельзя, важна строгая дозировка порций, но даже минимальная заварка идет на полную семерку человек или девятерых хоббитов. Да и просто весьма вкусно, если уж честно – хороших безалкогольных и освежающих напитков Птах в новой жизни почти не пил.       И не скоро выпьет, увы, ему в приказном порядке указали вытащить из инвентаря вообще все, что он не получил либо сам, либо за честную плату. Можно было бы подумать о том, что Юдель ненавязчиво готовит Птаха к процедуре убиения, но нет, самое ценное у него уже не отнять: два талмуда, зелья, камень случая – слишком велика цена, куда большая, чем у тех расходников, какие ему сначала дали, а после отняли. Согласно полученным вводным, то место, куда нужно войти Птаху, не приемлет такого мухлежа.       - Пришлый, поверь мне, если бы было иначе, то и вел бы я себя иначе. – Говорил он ему сегодня, перед последней тренировкой. – Не постеснялся бы ограбить сокровищницу наместника и приодел бы тебя не хуже всех его гвардейцев сразу, только не поможет. В лучшем случае все чужое на тебе сгорит мгновенно, а в худшем – вместе с тобой.       Стало окончательно понятно, что та затея с квестами, да еще и против лично встреченных тварей, каким Птах и сам искренне желал плохого, была не придурью Юделя, а способом обмануть систему. Не ту, что Всевидящая, ибо это святотатство, а механику грядущего разлома. Но кроме бинтов-обмоток и посоха ничего в дар полученного от Юделя в руках или инвентаре Птаха не будет. Даже за одежду, простенькие боевые расходники и банальную еду лысый у Птаха скрупулезно взял плату, аналогичную таковой в лавках Морочного, даже половинную наценку добавил. По его словам, ради перестраховки, а Птах и не спорил – называть мудилу жадным язык не поворачивался, ибо уж этим грехом он не страдает.       Он наслаждается целым рядом грехов совсем других.       От срока, поставленного Юделем, оставалось на пару нот меньше суток, но они, по его же словам, успевают. А еще они успели отработать, как следует отработать, а не тяп-ляп, проверку, адаптацию и освоение новых умений, вшивание таковых в ставшие привычными связки. Очки оказались вложены все, до последнего, хотя Юдель и признал, что в иных обстоятельствах имелся бы смысл подождать и придержать не вложенное до седьмой или даже одиннадцатой ступени. Но нет, в разломе Птаху пригодится любая кроха силы, даже если не оптимально вложенная, вот он и не стал откладывать на будущее. Да и кто бы ему разрешил отложить хоть что-то, если Юдель легко мог проверить Хронику Птаха и дать пинков за попытки мухлевать. Не говоря уж о том, что он и сам во многом разделял мнение лысого, все же тоже выжить желает.       Одним глотком допивая кисловатый отвар, землянин прогоняет перед глазами собственную Хронику, оценивая изменения в ней, как и все то, что оные изменения принесли.       ==+==       Медитация (достойный): 119/1000       Подпитка энергией: 5/5       Дополнение (3): распределенное втягивание       Дополнение (5): активный форсаж       Взгляд в себя: 3/3       Раскрытие – мимолетный нырок: 1/1       Раскрытие – глубинное погружение: 1/1       Внутреннее око: 1/3       О=О=О       Контролируемый транс: 3/5       Дополнение (3): подвижный транс       Медитативный якорь: 0/5       Познание себя: 2/5       Парящая душа: 0/5       Течение реки: 1/3       Омовение энергиями: 3/3       Раскрытие – двойной глоток: 0/1       Раскрытие – милосердный глоток: 0/1       ==+==       Четыре пассивных и два активных умения на третьей ступени для медитации вполне характерны, тут скорее только три умения на старте считаются редкостью, обычно у достойных навыков умений предложено побольше. Описание каждого из умений были даны Хроникой в весьма полной мере и еще сильнее дополнены Юделем. Причем тот делился такими подробностями, какие в ином случае считались бы великим или малым семейным секретом. Тот напрямую этого не говорил и даже не особо давил на эту тему, но из общих оговорок, причем услышанных еще до встречи с Юделем, землянин понимал, что такие детали, пусть даже и мелкие, никакой наставник, купленный за деньги, не поведает.       Обе активки являли собой довольно любопытные трюки, вполне полезные и в бою тоже, что и не удивительно-то с типом тренировок Птаха. Его ведь к этим умениям активно подводили столько времени! Открытое «течение реки» в некотором роде смывало с энергетики любое полученное проклятие, вроде тех же духовных поражений ударами адепта «Безоружного Боя». Погружаясь в мировые течения, видимые в медитации, вполне можно в них же оставить все то, что Птаха сковывает и ограничивает. В предельной прокачке есть вариант получить раскрытие, какое даст возможность таким же образом даже контракты и клятвы размывать, понемножку и неспешно, лунами и годами, а не за пару дней. Хотя у Птаха, с его-то пурпуром, можно и за пару часов справиться – нельзя сковать «Совершенство», оно цепей терпеть не может.       В большом мире, кстати, простолюдинам запрещено развивать указанное умение в этом направлении, даже если и повезло некоему горожанину или ученику сельской знахарки раскрыть достойный навык «Медитации». И если за каким-то хреном выбрать таковой основным для дальнейшего развития, да. Не прямо всех сканируют и отслеживают, не хватит никаких дознавателей или артефактов, но попадись такой нарушитель под руку и плетей всыпают, штрафуют или вовсе в батраки-холопы забривают, чтобы неповадно было господские навыки и умения обретать. Даже если и «младше-господские», жидковатые и слабые. В славном Королевстве Лебедя до такого маразма еще не дошли, но во многих иных государствах маразм встречается еще больший.       Что касается «омовения энергиями», то оно позволяет восстанавливать запасы выносливости и духовной энергии, так сказать, ныряя в мир и успевая пару глотков ухватить. Примерно две третьих от общего запаса сил тут же и восстановит, но только обычную выносливость и духовные силы, на магический резерв не работает, потому что у Птаха энергетика слишком уж замкнута. У него резерва волшебства и вовсе нет, сама суть его магии, тонкого тела, сшита с плотью, укреплена духовным мастерством, природой и естеством Монахо-Мудреца.       «Парящая душа» являлась продолжением «внутреннего ока», что позволяло глядеть на себя, выходя из тела во время медитации. Пассивное умение увеличивало расстояние, на какое можно было покинуть якорь, временно «выходя из себя», причем повышалась также и защита от потери контакта с телом. Тело, то самое, на какое могло смотреть упомянутое око, становилось именно что якорем для возвращения. А процесс парения не просто дичайше прокачивал целевой навык, но еще и первооснову в приличных объемах приносил, позволяя буквально качаться медитациями, что многие и делали, выбирая этот навык в основные или вспомогательные.       Точно так же помогал и «медитативный якорь», только не при выходе из тела, а оставаясь в нем, позволяя легче концентрироваться на себе и укрепляя эффект всех пассивных и активных свойств навыка. Те же излечения и восстановления поражений тонкого тела будут даваться намного легче, а убить себя медитацией станет, наоборот, куда сложнее. Умение для землянина, по большому счету, бесполезное с учетом уже наличествующих бонусов, так что прокачивать якорь стоит в очередь едва ли не последнюю. Меньше внимания можно уделить разве что только все той же «парящей душе», да и то не факт.       Пассивное «познание себя» не защищало от наносимого себе вреда, а просто усиливало эффект медитаций и упрощало погружение в оные. Очевидно, предполагалось, что стандартный Монах будет развивать умение в связке с якорем, а не без оного, но Птаху стандартный подход не очень-то и подходит, как бы оно ни звучало каламбурно. Наравне с «контролируемым трансом» это были две основные и наиболее полезные пассивки из всех, открытых третьей ступенью. «Контролируемый транс» не только открывал путь к «боевой медитации» на седьмой или девятой ступени, но еще и усиливал знаменитую классическую связку «Безоружного Боя» и «подпитки энергией», позволяя еще меньше переживать о нехватке резерва на активные умения в бою.       В сочетании с обретенным на третьем делении дополнением выходило и вовсе немного читерно, ведь «подвижный транс» хоть и не убирал проблемы с поддержанием медитации в бою совсем, но очень и очень заметно ослаблял таковые. «Течение реки» Птахом взято только для галочки, как еще один способ снять дебафф, не потратив при этом заряд «Полного Обновления», а вот в «омовение энергиями» пришлось вложиться предельно качественно, сократив откат до половины колокола, а также добавив к эффекту восполнения сил вполне ощутимый бонус к физическим и духовным характеристикам. Сильнее удары, крепче дух, мощнее кулаки с ладонями в харю супостату и вот это вот все.       Оба раскрытия вполне можно будет взять на следующем уровне, первое позволяет применить два глотка подряд, пусть и ценою утроения времени отката, а второе добавляет исцеляющий фактор. Серьезную рану не закроет напрочь, так хотя бы остановит кровь и срастит края, а уж мелкие царапины и ушибы убирает аки по волшебству, особенно если в связке с «единенной кровью». Собственно, именно волшебством оно Птаху и кажется, ну, по меркам Земли, но здесь волшебство – удел магических навыков благородного высокого ранга, даже если и там огненный шар, и там файербол.       Стойкость (достойный): 129/1000       Активный резонанс: 3/3       Раскрытие – травматизация энергетики: 0/1       Раскрытие – игнорирование поражений: 0/1       Уплотненная аура: 5/5       Дополнение (3): адаптация к раздражителю       Дополнение (5): постоянная плотность       Крепкое тело: 5/5       Дополнение (3): внутреннее напряжение       Дополнение (5): статическая нагрузка       О=О=О       Стойкость к мощи: 0/5       Стойкость к энергиям: 0/5       Стойкость к чарам: 3/5       Дополнение (3): познание экзотики       Стойкость к проклятиям: 0/5       Стойкость к внушениям: 3/5       Дополнение (3): отзвук несоответствий       Поглощение урона: 3/3       Раскрытие – груз неподвижности: 0/1       Раскрытие – растяжение эффекта: 1/1       ==+==       Пять пассивных и одно активное умение, практически идеальный набор таковых для всего-то третьей ступени, ведь защиту от ментала и проклятий этот навык обычно открывает на следующем цикле раскрытия, то есть, на седьмой ступени. Да и та же «стойкость к мощи», вмещающая весь спектр чисто физического урона, тоже выпадает нечасто, не иначе «Совершенство» помогло, иначе были бы отдельные умения для режуще-колющего и тупого ударного урона. В общем, достался Птаху крайне хороший набор умений, какие еще повышать и повышать, благо очков у Птаха пусть и всегда мало, но намного больше нормы, можно позволить себе немного расточительности.       Обычно местные адепты «Стойкости» вкачивают на максимум одну-две подобные пассивки, затачивая себя против определенного типа воздействий и превращаясь в натуральный танк, особенно если зачищать заранее известный разлом или язву, где имеется ограниченный список известных по умолчанию противников, зачастую имеющих одну общую тематику и типизацию урона. Прокачать все имеющиеся сопротивления сложно, потребует не только огромной ступени, но и куда более огромного количества вложенных ресурсов и уникальных расходных предметов, дающих свободные или просто лишние очки умений. И это не говоря уж о том, что на дальнейших ступенях новые умения будут, и оные умения окажутся не менее ценными, не менее мощными.       Итак, «стойкость к мощи» защищала от чистой физики, простецкой стали, без примеси всяческой магии, «стойкость к энергиям» позволяла защитить себя от ударов классической магии, всяческих молний и огненных шаров. В то же время «стойкость к чарам» работала против более экзотических воздействий магической природы, зачарований на оружии, рунических ловушек и всевозможных барьеров. Защита от проклятий и воздействий на разум, причем прямых и четких, а не косвенных и приворотно-суггестивных, это ему еще Аварис пояснил с примерами, была и вовсе понятна из названия умений. Все вместе? Ну, в предельной прокачке неуязвимым не станешь, но убить или скрутить такого оловянного солдатика станет задачей незаурядной.       В предельной прокачке на пятом делении, каждая из вариаций стойкости даст защиту, какую можно будет назвать хоть и не абсолютной, но крайне, крайне, крайне надежной, вплоть до примерно половины срезаемого урона или половинного ослабления эффекта. Беда в том, что у обладателей боевых умений и зачарованных образчиков оружия есть свои трюки, какие позволяют часть защиты, сопротивления или стойкости цели игнорировать или даже обращать против оной цели. Добавим сюда еще и факт того, что всяческих видов чар или энергий существует дохрена и еще немножко, а всего лишь достойный навык не настолько уж абсолютен, даже если его подкрепляет высокий и сверху истинный. Огонь, лед, молния, вода, воздух, астрал, тьма, свет, эфир – это все свои виды поражения энергиями. Вполне логично требующие в идеале собственного умения ветки «Стойкости» в качестве инструмента противодействия.       Само по себе пассивное умение будет ослаблять их все, но именно дополнения на третьем и пятом делении обозначат те типы воздействия, против каких защитное умение будет наиболее эффективным. Потом, на следующих ступенях, когда откроются новые умения, можно будет достичь полной или почти полной защиты от ряда воздействий, например, все той же огненной магии, чтобы ни единая искорка прическу не подпортила. Но это потребует столько сил, очков умений и ступеней, что на противостояние всем остальным видам магии не останется зерен умений. И потому защита от огня будет весьма близкой к абсолютной, а вот от молний лишь только хорошей, преодолимой, да.       На этом фоне предельно простым и понятным являлось единственное активное умение, временно дающее способность поглощать и нивелировать пятую часть от мощи атаки на первом делении. На третьем уже полную треть, причем от любого количества – что укол иголкой, если он вообще сейчас пробьет кожу Птаха, не сломав иглу, что падение метеорита. Все равно на треть меньший урон, причем это еще без учета изначальной «Стойкости» для всей триады тела-энергетики-духа. Срок действия активного умения на третьем делении составлял ровно три ноты, откат выходил в треть колокола. Даже без танкового класса и крепких лат, можно сотворить очень многое, а уж с ними, да с разбафом, да под прикрытием группы... такого специалиста в любой разлом возьмут, отрывая руки и ноги, часто еще и буквально.       Первое раскрытие, которое «груз неподвижности», повышало затраты резерва на умение втрое, увеличивало откат до полных суток, но зато удваивало эффективность поглощения, пусть и ценой сильного замедления, почти полной неподвижности. Под таким эффектом можно было бы даже под ударами босса качалки стоять и не падать, ну, если быть танком и носить тяжелые латы. Правда и отступить не выйдет, как и самому бить, ведь ощутишь себя черепашкой, да еще и на спину перевернутой. В общем, вариант совсем не для Птаха и даже не для Юделя, несмотря на отдаленную созвучность лексемы с его нелюбимым, но заслуженным прозвищем. Для любого боевого Монаха подвижность – это сама жизнь и добровольно лишаться таковой тот никогда не посмеет.       Второе раскрытие землянин взял не сомневаясь, потому что оно позволяло растянуть эффект втрое, пусть даже утроив и затраты резерва. С его скоростью восполнения и наличием пурпура на вершине пирамиды, Птаху затраты не страшны, он успеет и сумеет отмедитировать утраченное даже в сражении. Если то будет не слишком активным, но все же! А вот возможность на треть снизить любые получаемые звездюли... о-о-о-о, звучит просто прекрасно! А уж на деле выходит еще лучше, чем звучит в описании! Добавим сюда факт, что в предельной прокачке пассивные умения за третью ступень никто не отменял и можно получить сумасшедшую эффективность – половина поглощаемого урона от пассивной стойкости и сверху еще треть от активного умения, а в дополнение еще множитель от шкалы навыка. Не сто процентов неуязвимости, не на нынешней ступени, нет, но нечто очень к тому близкое.       Если очков хватает.       Оставшиеся шесть очков, - ну, естественно, их не хватило на все хотелки, - Птах распределил между двумя самыми необходимыми с точки зрения Юделя пассивками. Ментальная стойкость для него, вероятно, самая критическая, ведь именно атаки по разуму могут считаться одним из самых надежных способов умертвить Птаха, несмотря на всю крутость его пурпура, даруемую им ментальную стойкость и возможность воскресать. Защищать разум всегда тяжело, дорого по очкам и не дает полной гарантии, но, раз уж ему дали возможность таковую защиту раскрыть уже на третьем уровне, то лучше не терять подобный шанс и вложиться в эту возможность.       В иных условиях подобное распределение очков было бы глупостью, разум защищают в первую очередь командиры и чиновники, каким мозги промывать наиболее выгодно для недоброжелателей. Чистым боевикам чаще всего проще обходиться амулетами и расходниками, а также базовыми сопротивлениями. В конце концов ментальные атаки попросту редкие, даже на средних ступенях не особо впечатляющие, если о них знать и быть готовым. Ага, все так, только с базовыми сопротивлениями у землянина и так все отлично, а если их не хватит, то Птах просто восстановится или вовсе воскреснет. Тогда как затуманив ему разум и не дав среагировать на атаку, не дав даже начать сопротивляться, его убить куда проще, чем самым мощным огненным шаром в башку, прямо в упор.       На этом фоне крайне желанным и важным было дополнение «отзвук несоответствий», благодаря какому легче становилось замечать вторичные и побочные эффекты воздействия на разум. Осознавать, что таковое вообще есть и нужно что-то с этим делать. На его ступени это умение и особенно дополнение открылось только из-за развитого «Созерцания» и «Единения», а также наличия крайне специфического пурпура. Справка по поводу отзвука была весьма уклончивой, но Юдель пояснил то, что справка Хроники не смогла или не пожелала раскрыть.       Если в диалоге начинаешь слышать треск стекла, а также что-то похожее на радиопомехи, если тон слов собеседника начинает непредсказуемо меняться, то на мозги могут капать «гипнотическим голосом» или его аналогами. Если в обычной вроде бы обстановке начинаешь замечать, что картинка пейзажа при прогулке по улице или лесной чаще напоминает какую-то нейронку со смазанными деталями и лишними пальцами, то ты можешь пребывать в многослойной иллюзии. Если спишь и не можешь проснуться, а на тело давит многотонная перьевая подушка, то это не сонный паралич, ибо с развитием почти любого из имеющихся у Птаха навыков сонный паралич пропадает, а псионическое обездвиживание поверх усыпления.       Если, если, если...       В случае реально серьезного типа воздействия, исполняемого мастером своего дела, такие детали будут максимально незаметными даже при наличии «Созерцания», пропадут почти сразу и не дадут даже задуматься о себе. Но эти детали будут, потому что подавить эту абилку полностью и без следовых эффектов... ну, тогда проще сразу лапки вверх и жопу к осмотру, потому что ступень и квалификация мозголома превосходят все, что Птах только сможет вообразить. Впрочем, таким специалистам до какого-то пришлого, какой даже не двадцать пятая ступень, чаще всего дела просто нет, вообще. Главное, не раскрывать всем вокруг, насколько он необычный и офигенный, а не просто «какой-то», а то дело может и найтись.       Вторая из развитых за очки пассивок тоже выбрана с расчетом под билд Птаха, под специфику такового. Именно под «стойкость к чарам» попадает ряд крайне мерзопакостных трюков, какие могут Птаху причинить больше всего проблем. Проклятия-то, несмотря на всю их смертоносность и редкость для начальных ступеней, штука медлительная, так что он с высокой вероятностью успеет активировать «Полное Обновление», а вот всяческие рунические обездвиживания, замкнутые барьеры, кипятящие кровь прямо в теле, энергетические вампиризмы и прочая дрянь вполне могут успеть его угандошить. И лучше бы на подобный случай иметь что-то в запасе.       Дополнение, как и прошлое, которое анти-ментальщина, было из тех, какие на его ступени без наличия очень весомых читов и просто адской подготовки не получить. Юдель даже сам удивился тому, что «познание экзотики» вообще выпало в вариантах возможного дополнения. Экзотические воздействия, обладающие сложно описываемым эффектом, мало попадающие под более классические примеры прямых магических проявлений, теперь для Птаха представляют заметно меньшую проблему. Особенно, если с этим типом урона или воздействия уже сталкивался – нечто похожее на «адаптацию к раздражителю», только не настолько мощно, зато полученная доля от доли сопротивляемости останется с Птахом навсегда. Предел накопления для каждого типа экзотического воздействия, правда, тоже есть, бесконечно повышать стойкость не выйдет.       Юдель порылся в запасниках и пострелял в Птаха заклятиями с амулетов, как стандартных, так и однозначно экзотических. Атаки слабенькие, болезненные на грани с мучительностью, но при этом все же не опасные, зато дающие дополнению возможность распробовать «вкус» экзотического эффекта. Особенно запомнилась так побрякушка, какая превратила два ногтя на левой руке в карамельные леденцы, буквально проведя полную сложную трансмутацию. Юдель даже нашел в себе совесть признать, что это он что-то напутал и ударил почти в полную мощь – нормальному осененному его ступени не ногти карамелизировало бы, а сразу руку до плеча. Совесть признать нашел, но извиняться или даже притворяться виноватым нужным не посчитал.       Типичный лысый.       Все зло от лысых!       ==+==       Акробатика (достойный): 116/1000       Укрепление связок: 3/5       Дополнение (3): жилой к плоти       Гибкость костей: 3/5       Дополнение (3): нивелирование растяжений       Легкий шаг: 5/5       Дополнение (3): ослабление следов       Дополнение (5): невесомая походка       Прыжок лягушки: 0/3       Верткое уклонение: 3/3       Раскрытие – змеиный бросок: 1/1       О=О=О       Грациозная изящность: 0/5       Притягательный артистизм: 0/5       Импровизированная акробатика: 2/5       Смена вектора: 1/3       Эталонное повторение: 0/3       ==+==       Как и предупреждал Юдель, в навыке «Акробатики» третья ступень и открываемые умения малость разочаровывают, отчего он и потратил все предыдущие очки на изначальные абилки. «Грациозная изящность» очень любима всякими леди и джентльменами на званых балах и раутах, чтобы потрясать всех своими танцевальными па. Или среди срамных танцовщиц, тоже чтобы потрясать всех своими, только не «па», а просто потрясать. Нет-нет, толк от умения есть и в бою тоже, но больше для фехтовальщиков или мастеров шестового боя, если речь про Монахов с незамкнутой энергетикой, тогда как Птаху от такого умения толку совсем мало, особенно на фоне иных вариантов. Если будут дополнительные очки, талмуды, камни случая и прочие возможности прокачать всю ветку умения – то вложиться стоит, но свободные очки на изящность тратить не нужно.       Точно то же и про «притягательный артистизм», какой вообще относится к ветке харизматики в мере не меньшей, чем к акробатике как таковой. Возможность притягивать к себе внимание, к своим движениям, если уж быть точнее, хороша не только для циркачей, но и для мошенников или воров, чтобы перенаправить чужое внимание с одной руки на вторую. Да и убийцам тоже полезно таким умением обладать. Взмахнул ручкой, поправляя прическу, а вторая тем временем устраивает зрителю стилет в печень, и никто не вечен. Птаху? Нет, увольте, не нужно. Точно то же самое, что и с предыдущим умением – повышать только если есть возможность сделать это абсолютно бесплатно, а более пригодных к развитию умений уже нет, они все закрыты.       Единственным пассивным умением, какое достойно прокачки из всех предоставленных стоит считать «импровизированную акробатику», тот самый «паркур по незнакомой местности», по скалам и буреломам или по крышам городских домов. Любимая пассивка тех весьма многочисленных щедрых, какие «Акробатику» или ей подобные навыки активно прокачивают и развивают на достойном уровне. Умение нигде не боевое, скорее уж подходящее для побега, но в качестве вспомогательного вполне подходит, да и вложение очков в него открывает многое на следующих ступенях. Впрочем, большая часть щедрых до столь высоких ступеней не доходит даже во влажных мечтах. В сути своей умение позволяет ограничено манипулировать инерцией в кратких движениях, что для всяческих паркуров невероятно полезно, да и в бою тоже может удивить, если уметь пользоваться этим искажением инерции.       Птах теперь умеет.       Активные умения порадовали «сменой вектора», какая позволяет изменить гравитационное притяжение так, чтобы натурально бегать по стенам или даже потолку, пусть и недолго, считанные такты, при этом не испытывая неудобства. Ну, если стены не зачарованы специально против таких умников (впрочем, просто волшебность материала и пропитка такого магией работает не сильно хуже), тогда вовсе не даст результата или время активности сократится до долей тактов. На первой ступени всего-то три такта с откатом в пять нот, но возможность пройтись по стене и обойти лужи посреди широкой улицы все равно бесценна. На родной Земле ностальгирующий Птах бы продал душу своего начальника за такую сверхспособность.       В то же время второе умение активного толка, «эталонное повторение», тоже не несло в себе пользы, являясь умением обучающего направления. При активации оно на полную ноту позволяло намного лучше повторять чужие движения и устраивать пантомиму, а также давало очень хороший коэффициент усвоения повторенного уже в качестве собственной сноровки. При работе в акробатической паре под куполом цирка получалось экономить декады или даже луны времени, особенно при изучении сложных номеров и отработке групповых выступлений. Достаточно, чтобы в труппе был только один настоящий профи, какой поведет за собой «повторюшек». В боевых условиях пользы маловато, хотя отдельные ситуации вполне случаются, но требуют специфических условий.       Юдель рассказал во щедрости душевной, как один его знакомый таким умением смог пробежать вслед за убегающим предателем внутри разлома. Тот заранее разведал маршрут через поле ловушек, стырил выбитый из Хранителя уникальный лут, прирезал не давшую ему целительницу и уже думал, что оставил всех с носом и очень охерел, когда отрядный ловкач-фехтовальщик просто побежал вслед за крысой и прошелся точь-в-точь по его следу, до миллиметра, блядь. Умирал тот тип, кстати, очень долго и неприятно, его положили жопой на муравейник, причем разломный, там муравьи совершенно лютые даже по меркам Иулатара были. И умели нырять в плоть, залезая под кожу и в мышцы, не повреждая их и не оставляя дырок, создавая идеальный и очень живучий инкубатор.       Юдель эти описания прямо смаковал, лысый садист, вовсе не скрывая, что ему очень понравилась та придумка и он потом сам не раз подобное проворачивал. Нечто глубокое, очень похожее на интуицию, ненавязчиво подсказывало землянину, что степень виновности жертвы столь увлекательной казни лысого не особо-то и волновала, в отличие от самого, так сказать, процесса.       В общем, одно очко в «смену вектора», два в «импровизированную акробатику» и последнее в изначально открытое «укрепление связок», чтобы довести то до тройки и получить-таки заветное дополнение. «Жилой к плоти», как несложно догадаться из названия, укрепляло даже не сами связки, а то, как оные крепятся к мышцам и костям материального тела. Снижение нагрузок, рисков разрыва и растяжений, а также банальное общее укрепление. Не прямо дар из даров, но для Хроники полезно, как и для Птаха. Следующим повышением уровня вполне можно довести до полной пятерки, все равно особо некуда вкладывать очки.       ==+==       Созерцание (достойный): 115/1000       Созерцание мира: 1/5       Созерцание волшебства: 3/5       Дополнение (3): цвет чародейства       Созерцание движений: 5/5       Дополнение (3): понимание момента       Дополнение (5): наложение движений       Познание вещей: 3/5       Дополнение (3): видение знаков       О=О=О       Созерцающее око: 1/3       Пронзающий взор: 1/3       Поле созерцания: 1/3       Вопрос к миру: 0/3       Чужая строка: 0/3       Комплексное познание: 3/5       Дополнение (3): цепь понимания       ==+==       Если в первичных умениях ветки «Созерцания» имелись только пассивные, то вот теперь, пассивная способность лишь одна, зато активных сразу пять и среди них хватает очень полезных. Единственная пассивная абилка являла собой комплексный, - из названия очевидно, - усилитель остальных пассивных умений. Чем больше очков вложено в умения изначальные, тем больше даст каждое очко в «комплексном познании», на максимуме едва ли не удваивая эффективность всех пассивок скопом. В общем, качать, однозначно качать, ведь Птах уже неслабо вложился в иные пассивные умения, его избыток очков умений в связке с комплексностью прямо расцветает, раскрывается во всей красе.       Открывшееся на третьем делении дополнение позволяло более ловко и качественно увязывать получаемые из разных умений ветки «Созерцания» данные в одну систему. Тогда, вложившись в умение, Птах часа три просто сидел и привыкал, чтобы не сказать обтекал, настолько картина осязания мироздания сменилась, причем затрагивая и «Единение» тоже, хоть и в меньше мере. Он словно начал воспринимать мир, ну, комплексно, будто со всех точек восприятия сразу, с собой в центре, вместо основного узла связи. Ощущения непривычные и поначалу он вовсе испугался, что его боевой потенциал немножко похерен оказался, но нет, столь же быстро, сколь он потерял ориентацию, столь же быстро оная вернулась.       Педагогические юздели свою роль тоже сыграли, причем без иронии сыграли – под градом ударов суть Птаха словно сбросила наносное, вернувшись к эффективному состоянию. Мобилизация внутренних ресурсов, помноженная на психологический стимул, как молвил лысый выродок, довольно вытирая абсолютно чистые кулаки носовым платочком. Крови на нем не осталось ни капельки, даже «багровая метка» не срабатывала, если тот сам не хотел, но это не помешало ему превратить землянина в натуральную смесь отбивной, фарша и месива.       Из умений активного типа не активированными остались «чужая строка» и «вопрос к миру», как наименее полезные, хотя Птах бы и их повысил, если бы было чем. Первое позволяло при активации увидеть ступень, класс и наиболее развитый навык любого осененного, либо ступень, тип и основную способность твари. На первом делении, да, тогда как на втором увидеть получалось уже три наиболее развитых навыка, а также самое развитое умение в наиболее основном. Третья ступень убирала трехнотный откат и позволяла спамить оценкой, сколько душе и резерву угодно. По словам Юделя одно из раскрытий этого умения позволило бы применять оценку через дистанционные наблюдательские навыки, а второе активировать оценку по площади, ценой очень сильной нагрузки и трат резерва.       Весьма коварный трюк, так как обычные воровские и прочие щедрые навыки-обманки эта хрень не пробивала, а словно игнорировала, опираясь на показатель мастерства в чужих навыках скрытности или обмана, а не на низовые умения. В общем, вероятность срабатывания и рассекречивания всегда есть, даже если у злодея была бы десятая ступень. На одиннадцатой там уже свои трюки против особо глазастых есть, но это так, мимолетные мысли. В стражники Птаху путь все равно заказан, там проверяют Хронику, хоть бы и поверхностно, а еще регулярно подводят под клятвы и контракты. Да и способности монстров Птах вполне неплохо определяет общей сенсорикой. Но не без осечек, вроде приснопамятного «стеклянного крика», стоившего ему трех неплохих зелий-расходников, а также тринадцати переломов. Это поначалу Юдель был слишком взволнован, чтобы за это землянина бить, а вот потом лысый пришел в себя, провел разбор ошибок и профилактическую тренировку, а Птаху пришел юздец.       «Вопрос к миру» имел очень долгий откат, кучу ограничений, но являлся формой активного ясновидения с подтипом гадания, позволяя задать мирозданию один простой вопрос, ответ на какой может быть выражен одним словом-образом. И получить этот ответ, что куда важнее! Стоит идти вон туда? Опасно ли довериться вон тому херу? Забыл я любимый нож дома или потерял? Кто скомуниздил мою припрятанную бутылку элитной водяры? Такие вот вопросы. Чем сложнее вопрос, тем меньше вероятность получить ответ. Чем более высокие ступени возможных персоналий он затрагивает, тем сложнее ответ получить. В особо терминальных случаях такого интересанта могут и засечь, - но это нужно уже совсем уникального индивида высокой ступени иметь на зарплате, чтобы всяких гадалок блочил, - а также гарантированно сумеют либо скрыть все за тишиной, либо вовсе обмануть.       Лично Юдель советовал на такую хрень не полагаться, тем более, на умение из достойного ряда. В арсенале «Единения» тоже может выпасть в список доступных умений нечто подобное, но рангом повыше и обмануть такое активное умение будет кратно сложнее. Хотя и тогда Юдель не советовал полагаться на эти ясновидческие трюки, он вообще категорический противник интуитивного и прекогнистического метода работы, считая, что опираться на таковой в бою просто напрашиваться на гибель. В принципе, мировая практика его мнение разделяет, хоть и не без исключений, да только у Птаха не тот билд, чтобы исключением стать. Его пурпур зовется «Совершенством», а не «Всеведением» или «Знанием Победы».       Остальные три умения получили по одному очку, чтобы быть раскрытыми и дать Птаху к ним привыкнуть. «Созерцающее око» открывало возможность наблюдать за любой точкой вокруг себя этаким взором сверху, пусть и только в определенном радиусе, примерно по полсотни шагов за ступень. И по три шага диаметра на точку за ту же ступень, да. Вне закрытых помещений, если там нет крупных щелей, чтобы внутрь заглянуть. Откат полный колокол, резерв жрет немилосердно, даже несмотря на скорость восполнения, но и эффективность хороша – это око суть полный аналог взгляда самого Птаха, оно тоже созерцает все то, что видит создатель умения. Кстати, можно настраивать высоту, проходя сквозь ветки деревьев или заросли кустов.       При одном из раскрытий, говорит Юдель, можно будет оставлять такое око активным в нужном месте, хоть и в помещении, чтобы наблюдать за ним после – это уже больше шпионская версия. Второе раскрытие позволит оком не только видеть, но и показывать остальным за дополнительную трату резерва, что полезно в группе. Второе деление уменьшит затраты и откат, а также увеличит дистанцию до семидесяти пяти шагов за ступень. Третье позволит круг наблюдения двигать вслед за чем-то интересным, а также не только видеть, но и воспринимать остальные чувства, вроде слуха и запаха, пусть и в изрядно приглушенном виде.       «Пронзающий взор» зрел сквозь стены, вернее, сквозь любые преграды без активных зачарований против таких трюков и не слишком волшебные вообще, пронизывая пространство этакой прямой линией, а дальше лишь настраивай резкость, выбирая через какую стенку смотреть, где взор свой остановить. Дистанция в двадцать шагов за ступень, активация на три такта за все ту же ступень, немилосердные траты резерва и нагрузка на энергетические каналы. В разломах подземного типа с запутанной архитектурой – идеальное умение разведчика, ради него одного дадут полуторную долю. Отката нет, вообще, лишь затраты и нагрузка на глазки, от какой недолго и ослепнуть при чрезмерном старании, это прямо в справке Хроники указали.       Последнее умение, скажем так, Птах бы и не брал, предпочтя взять оценку ступени, но Юдель настоял и даже без юзделей. Настоял и пояснил, что «поле созерцания» не просто создает некую сферу сенсорики вокруг пользователя, но еще и великолепно, превосходно просто вскрывает всяких невидимок. Умение не давало новых чувств, скорее уж сильно-сильно улучшало и концентрировало уже имеющиеся, давая воспринимать сферу, центр какой есть сердце пользователя. По два шага за ступень, не больше, откат в одиннадцать нот, полная нота срока действия – но в это время убийца-скрытник даже более высокой ступени просто бессилен подобраться к цели, находясь в классическом сокрытии или вовсе в невидимости.       Ну, если не будет особо экзотических трюков, вроде все тех же ударов по мозгам. Юдель рассказал, в качестве примера, об одной вроде как пропавшей, но все еще живой, - ибо ритуальные амулеты-ключи, завязанные на кровь так и не треснули, - цанськой сволоте женского пола, какая умела делать себя не-врагом. Грубо говоря, дамочка может просто войти в тронный зал, вежливо попросить владельца зала чуть повернуть голову, предварительно сняв с него амулеты, перерезать ему горло и уйти, а никто даже не заметит в этом проблемы.       Не воспримут ее действия агрессией или атакой.       Юдель с той дамочкой, кстати, как-то схлестнулся, высокое «Единение» и куча сопротивлений позволили с горем пополам противостоять смертоносной азиатке. Но она и без коронного трюка была, как бы сказать помягче, ебейше опасной сукой, так что порезали лысого тогда дай боже. Он не всухую получил свою порцию юзделей, но самокритично признавал, что та дамочка уползла сама, роняя с губ кровавую пену, а вот его очнувшаяся из ментального ступора стража, доселе наблюдавшая за их битвой с отреченным видом, едва дотащила живым до целителей. Помер он уже на ложе исцеления, но сумел воскреснуть за счет все того же высокого «Единения», безумно сожалея о пропавшем без следа содержимом инвентаря.       ==+==       Безоружный Бой (высокий): 124/1000       Раскрытая ладонь: 3/3       Раскрытие – слетевший лист: 1/1       Раскрытие – накопительный резонанс: 1/1       Пронзающий кулак: 3/3       Раскрытие – углубленное поражение: 1/1       Раскрытие – накопительный резонанс: 1/1       Боевая готовность: 1/3       Закаленное тело: 1/5       Изворотливость бойца: 5/5       Дополнение (3): осознание дистанции       Дополнение (5): духовная скользкость       О=О=О       Железная рубашка: 0/5       Стремительность движений: 1/5       Спокойствие битвы: 0/5       Духовный блок: 3/3       Раскрытие – краткий блок: 1/1       Раскрытие – пожирание чар: 1/1       Стремительное сближение: 3/3       Раскрытие – свободное движение: 1/1       Раскрытие – размытый шаг: 1/1       Пронзающий клюв: 1/3       ==+==       Двенадцать свободных очков умений, - четыре за уровень, четыре от «Совершенства» и еще четыре оставалось неистраченными, специально про запас держалось, - да только все равно мало, мало, м-а-а-а-а-а-а-л-о-о-о-о-о-о!!! Вот уж где все открытые новой ступенью умения оказались удивительно вкусными. Вложился, впрочем, целиком по плану, благо оный план как раз на максимальную боеспособность здесь и сейчас рассчитан, а добрать пассивных умений можно и позже, если Птах, конечно же, сумеет выжить. И если его не добьют потом добрые и милосердные лысые пидорасы.       Отбросил он «железную рубашку», пассивное умение, пропитывающее духом даже не кожу, а пространство реальности в паре миллиметров от таковой, создавая этакий замкнутый духовный доспех постоянного ношения. Это умение, если его осознанно не подавлять, постоянно поглощает некоторое количество урона или любого иного воздействия, чуточку ослабляя входящие повреждения. Не так, как умения ветки «Стойкости», нет, скорее впитывая (не)много чистого урона, вплоть до определенной черты. С его мастерством в навыке и количеством уже вложенных очков, на максимуме можно будет стрелы арбалетные ловить лицом и отделываться царапинами. Да блин, на фоне этой «пассивки», даже активная «боевая готовность» выглядит весьма бледновато! Впрочем, он ее и не прокачивал вовсе, чтобы в полной мере сравнивать.       Всего лишь одно зерно вложено в «стремительность движений», какая суть продолжение «изворотливости бойца» и жизненно важна для его стиля. Вложил бы и все пять, но пассивных абилок он и так набрал с запасом, а для выполнения чужого задания нужно, просто кровь из носу нужно иметь чем бить. На одних ладошках и кулачках не вывезти, нужно разнообразие, нужна защита, нужен маневр и все это он получил от «Безоружного Боя» на третьей ступени. Ну, а на стремительность, какая повышает скорость реакции, координацию и, собственно, стремительность адепта боевых искусств в поединках, очков оставалось по самому остаточному принципу.       На то же «спокойствие битвы» не хватило и единого очка, например. Он потому и вкладывался в ментальную защиту от навыка «Стойкости», чтобы скомпенсировать провисание этого умения. Пассивное усиление не столько и не только ментальной защиты, сколько общей духовной стойкости, концентрации и умения бесстрастно вести себя в самых критических ситуациях. Честно говоря, он бы умение взял только для того, чтобы окончательно избавиться от постоянных угроз давлением духовной силой со стороны Юделя. Или хотя бы заставить того сильнее вкладываться в свою пугалку. Ну, если выживет, обязательно возьмет.       Умение «пронзающего клюва» открывало интересные перспективы, Птах его про себя называл «рукой-копьем», а Юдель даже проявил какие-то эмоции, когда землянин сие умение озвучил. Оказывается, в базе оно называется просто «пронзающий удар», приставка про клюв здесь из-за стиля «Перелетной Птицы», какой уже начал влиять на ряд умений в основном боевом навыке. Собственно, название, особенно «для себя», воспринимаемое через призму личности, говорило о природе умения весьма красочно. Духовная сила осененного оборачивается вокруг руки и сложенной в щепоть ладони, а затем идет резкий удар-тычок, пробивающий плоть и кость с одинаковой легкостью, да и сталь так вполне можно не пробить, так погнуть. Потому что удар наносит не тело, а закрученный и вывернутый вовне дух, тогда как плоть служит проводником воздействия.       Сблизиться, пробить тело, выпустить со всей поверхности руки «раскрытую ладонь», взбалтывая потроха, а затем разорвать дистанцию, надеясь, что рука не застрянет. На третьем уровне эффект обернутого духа будет работать дольше, так что из раны выскользнешь без проблем, но сейчас клюв – это удар для добивания, потому что после него станешь слишком уязвимым. Ну, или потом разрывать дистанцию вместе с надетым на руку свежим трупом, но это на любителя занятие, Птах пробовал. Как вспомнит свои попытки стряхнуть с себя труп недомерка-вождя, пока остальной выводок с переменным успехом пробовал Птаха окружить и затыкать, так настроение и портится.       И вот, наконец-то, два умения, прокачанных буквально в полный кап, до последнего деления и с обоими раскрытиями. Ох, как же Птах радовался тому, что он наконец-то перестал быть совсем уж ватным куском говна, причем не в политическом смысле. Да, именно на третьей ступени Монахи получают возможность пусть не нагибать, но перестать быть регулярно нагибаемыми в очень далекой перспективе, как разовьют полученные умения. Очков, конечно, нужно вложить столько, что раньше девятого уровня никак не сумеешь доползти до нужных навыков... если принадлежности не считать, разумеется. Да только Птах не уверен, что в Морочном вообще найдется гильдия, дающая принадлежные очки в «Безоружный Бой».       Тут вам не Цань, так сказать.       «Духовный блок» являлся идеальной для землянина защитой, тоже оборачивающей духовную силу вокруг кистей и предплечий, даже в базовой форме создавая крепкую и очень прочную, хоть и краткосрочную защиту, сравнимую с полнолатным стальным доспехом, даже зачарованным. Этакая предельно концентрированная в одной точке «боевая готовность», но не распадающаяся от удара, а держащаяся полных три такта. Самое важное – на третьем ранге пропадает откат, как и в случае с предыдущими боевыми приемами «Безоружного Боя». Можно мгновенно активировать защиту, принять удар, сбросить ее, чтобы резерв не тратить, нанести удар уже от себя, и снова закрыться.       Благодаря раскрытию «краткий блок» получится еще сильнее упрочнить защиту, пусть и не без последствий. Обычно в такой ситуации стандартные оружейные боевые навыки уменьшают длительность эффекта и увеличивают откат. Только у безоружных мастеров и так самые короткие или вовсе нулевые откаты, а увеличенная длительность при нулевом же откате не играет роли. Потому в оплату за чуть ли не кратное усиление лишь немилосердно растущие затраты резерва. Вот тут и выстреливает наконец-то заточка «Медитации» под скорость восполнения сил!       Второе раскрытие не зря зовется «пожиранием чар», ведь оно позволяет буквально всасывать в сформированные наручи ударные заклятия, поедая собственной духовной силой всякие огненные кляксы и молнии, едва ли не притягивая их к активному блоку, закрываясь еще и от магии. Не идеальная защита, верно, какой-то высокий навык чисто рыцарского или дуэльного типа откроет не менее интересные и читерные способности, но у Птаха нет рыцарского навыка.       Нет и дуэльного, зато есть желание жить и очень-очень универсальный класс. Останавливать объемные умения магического типа таким блоком не стоит, но вот всякие стрелы-кляксы-иглы волшебные ловить и поглощать выйдет без особого труда. Все же не сам ту силу жрешь, а скармливаешь свободную энергию мирозданию – словно открываешь сливное отверстие в ванной, а дальше магию утягивает в тонкий мир за счет разницы давлений.       Единственное, чего ему все так же не хватало после обретения «духовного блока», так это контроля дистанции, потому что акробатические трюки просто самоубийственны в настоящем бою. И тут на помощь пришло «стремительное сближение», какое все же выпало среди доступных на третьей ступени умений к вящей радости и не-учителя, и не-ученика. В базе своей умение позволяло настраиваться на цель, на врага или просто тренировочный манекен, а затем делать шаг к нему, притягиваясь всем своим духовным естеством, словно магнитом. И получается в итоге этакий рывок шагов на пять, но лучше на три, чтобы не напутать с дистанцией и не врезаться мордой в стену.       Птах пробовал, Птах врезался, стену даже немного жалко.       В общем, казалось бы, не самое полезное умение, так еще и с весьма длинным откатом, затратное и узко специализированное. Но на третьем делении откат, - с учетом «благости единения», - уменьшается до без малого одной ноты (для боя тоже дохера), зато с возможностью применить умение трижды кряду и еще по разу за каждое закрытое до капа умение «Безоружного Боя», причем вместе с раскрытиями. То есть, к нынешнему моменту – восемь рывков подряд! А ведь откат еще с ростом мастерства будет уменьшаться, вплоть до столь смешных значений, что Птах просто не будет успевать потратить заряды, как они обновятся.       И будто этого всего мало, приходят оба взятых раскрытия, оба идеальные и оба в обычных условиях, без царского пурпура, не могут быть взяты одновременно! Со «свободным движением» можно применять рывок в любом направлении, а не только к противнику или выбранной цели, хоть бы и спиной от оного противника, если вдруг решишь убегать. Эффект становится не отталкиванием или притягиванием, а смещением в любую сторону, тогда как цель остается лишь якорем, от какого идет ориентация умения в пространстве. «Размытый шаг» действует слегка попроще, накладывая этакую ментально-духовную иллюзию, затрудняя отслеживание осененного в рывке, чтобы дать тому либо ударить внезапно, либо столь же внезапно убежать. И при этом восемь, восемь, сука, зарядов на третьей ступени!       Вот так просто хороший и полезный трюк в арсенале каждого уважающего себя боевого Монаха превратился в настоящую имбу за счет все тех же лишних очков умений. В тот момент, когда землянин это осознал, он сначала улыбался, аки дебил, несколько нот, а затем задался логичным вопросом – если у него шанс в одну девятую, не больше, то в какую жопу ему, опять-таки, придется сунуться? Юдель не ответил, просто дал в зубы, дал выпить зелье от перелома челюсти, а потом погнал впахивать.       ==+==       Единение (высокий): 108/1000       Погружение в мир: 5/5       Дополнение (3): единение в неподвижности       Дополнение (5): продолжение в движении       Благость единения: 5/5       Дополнение (3): постоянная планка       Дополнение (5): духовное наполнение       Единенная кровь: 5/5       Дополнение (3): багровая метка       Дополнение (5): кровью и плотью       О=О=О       Аура единения: 0/5       Единенная кость: 3/5       Дополнение (3): проводник потоков       Истинное спокойствие: 2/5       Милость мироздания: 3/5       Дополнение (3): поддержание благословений       Прозревая бескрайность: 1/5       ==+==       Снова только пассивные, что и не удивительно, в этом навыке всегда так – первая активная абилка будет минимум на одиннадцатой ступени открыта и то лишь за счет уникальных преимуществ Птаха. В теории, можно и на седьмом получить эту же способность, но в лотерею выиграть проще, причем даже если не покупать билет вообще. Впрочем, по словам Юделя, коль уж Птах сумеет верным образом пройти тот разлом, какой ему светит могильными фонариками, то все возможно... от этого утешения и попытки приободрить стало попросту страшно. Его попробовал ободрить Юдель, блядь! Лысое, бессердечное, садистское и кровожадное чудовище, любящее только бухать и калечить!       Возвращаясь к очкам умений и прокачке навыка, первым делом отброшена была «аура единения», ибо это групповой бафф, передающий часть одного из выбранных пассивных умений всем в определенном радиусе. Благодаря типичной для «Единения» активно-пассивной природе умений получалось весьма гибко, а ведь на предельной прокачке можно будет выбирать отдельно, на кого бафф вешать, да и активировать их сразу несколько тоже можно будет. Просто сложно и затратно по резерву, опасно для духовного тела. Массовый скрыт, массовое же исцеление или массовое усиление умений и физически-магических показателей на выбор – вполне можно становиться элитным баффером для рейдов по разломам.       Получила лишь одно вложение «прозревая бескрайность», этакая сенсорная способность широкой вариативности, частично замененная «Созерцанием». Возможность не просто смотреть в токи мира, а уходить в них на многие километры, если мозги и энергетика выдержат. Умение усиливало изначальную способность смотреть, да еще и синергировало с «Медитацией» прямо-таки до неприличия. Тоже полезно, Юдель даже советовал его вкачать в кап, но уже если каким-то чудом выживет. Он буквально так и сказал, сука, «если каким-то чудом выживешь», пидор лысый!       Вложенные в «истинное спокойствие» очки не только повысили и без того отличную для его ступени и Хроники защиту мозгов от перегорания и энергетики от расползания по швам, но еще и укрепили маскировку «погружения в мир». В некотором роде, это умение являлось прямым продолжением прошлого, просто не настолько ярко выражена маскировочная направленность. Скажем так, спокойствие повышало предел того, насколько глубоко можно погрузиться в скрыт столь полезного погружения, не поехав при этом кукухой.       Как дополняло и развивало «истинное спокойствие» ранее освоенное «погружение в мир», так и «милость мироздания» развивала и дополняла «благость единения». Они даже звучали парно, благость и милость, так что догадаться было возможно и без подсказок Хроники. Птах все равно те подсказки прочел и справку выжал до последнего отзвука образа. Только если благость усиливала осененного сама по себе, то вот милость усиливала то, насколько оного осененного уже усилило – удлинение активных позитивных эффектов, усиление их эффективности и мощи, улучшение эффективности расходников и много чего еще. Вроде бы и может показаться мелочью, но ради одного лишь удлинения срока действия «духовного блока» на полный такт, можно было в два раза больше очков вложить.       Дополнение как раз еще сильнее увеличивало эффект в адрес наложенных благословений или эффектов зелий, реши их Птах принять. В теории, на форсаже, погрузившись в полную неподвижность, некоторые блага можно будет поддерживать неограниченно долго. Неясно зачем, но можно будет, Птах так и делал, растянув эффект принятого зелья сопротивления огню до тех пор, пока просто не задолбался. Задолбался, кстати, не Птах, а Юдель, какому нужно было тренировать землянина дальше, а землянин, сука такая, не спешил косячить и давать себя избивать.       Последнее умение, «единенная кость», тоже усиливало, но в меньшей мере, чем благость, скорее оно значительно увеличивало предел пропускной способности энергетики, позволяя накладывать на себя больше благ и дольше работать в полном форсаже. А еще кости укреплялись, становились трудноломаемыми, даже Юдель начал, вроде как, прикладывать чуть больше усилий для нанесения травм своему не-ученику. Или просто бил в суставы, вырывая те из мешков. Дополнение лишь превратило его кости в идеальный проводник духовной силы, что значительно улучшило и усилило эффект боевых умений ветки «Безоружного Боя» и заодно превратило эти кости в отличные заготовки под артефакты весьма черной артефакторики.       ==+==       Совершенство (истинный): 45/1000       Презревши Смерть: 2/5       Полное Обновление: 3/3       Раскрытие – Обновляя Вовне: 0/1       Раскрытие – Обновление Вещей: 0/1       Нивелирование Нестабильности: 3/3       Раскрытие – Следуй за Мной: 0/1       Раскрытие – Путь Назад: 0/1       Глубинное Преодоление: 5/5       Дополнение (3): лакуна стабильности       Дополнение (5): очищающий цикл       Совершенство в Простоте: 0/5       О=О=О       Познавая жизнь: 0/5       Совершенное Знание: 0/5       Призыв к Терпению: 0/3       Вознесенное Изгнание: 1/3       ==+==       Всего, - ха-ха, всего, - четыре очка, так что пришлось жадничать везде, где только можно было, вложившись первоочередно в «Полное Обновление». По итогам наблюдений и практики, оно ненамного хуже «Презревши Смерть», если успеваешь хоть как-то среагировать, зато куда короче откат и оттого больше зарядов, что в условиях того разлома, куда Птаха засунет Юдель, станет играть решающую роль. На самый крайний случай у него имелись и запасные жизни, какие Юдель в этот раз не стал забирать, а в более простом бою хватит и активного умения. Затем он подумал-подумал и, скрипя зубами подобно несмазанным дверным петлям, приказал вложить еще одно очко в «Презревши Смерть», добавив лишнюю запасную жизнь, откат, правда, вовсе не изменился, составляя одну полную луну по времени Иулатара.       На третьем делении обновление получило третий заряд на сутки, а также удлинило субъективную паузу, чтобы подумать над тем, как действовать в сложившейся ситуации. Оба раскрытия выглядели перспективно, но уж точно не для пребывания в одиночном прохождении непонятного, но до крайности опасного разлома. Первое позволяло обновлять не только Птаха, но и кого угодно еще, подрабатывая ультимативным целителем на четверть ставки. Второе разрешало обновлять не кого угодно, а что угодно, включая уникальные легендарные артефакты, у каких ресурс почти выработан, отчего их даже из сокровищницы доставать страшно. Второй вариант, если что, намного более читерный, чем первый и за наличие такой штуки будут осыпать золотом и алмазами... если не смогут принудить к службе силой, что очевидно.       Все четыре новых умения, пассивные и активные, имели свои особенности и являлись тем еще сломом любого возможного игрового баланса, как и положено пурпуру, особенно столь насыщенному. «Познавая Жизнь» позволяло получать очки умений за прожитые годы – за каждые сто лет на первом делении и за каждую прожитую луну на пятом, без учета возможных бонусов от дополнений. Учитывая факт того, что Птах теперь немножечко долгожитель, куда там эльфам, то в перспективе вещь до крайности полезная, прямо восхитительно полезная... но при этом каждый следующий дар потребует на полный год больше, даже раскачай землянин эту пассивку до предельной пятой ступени. Луна, луна и год, затем два, затем три, затем четыре и так до бесконечности. В теории предела нет, но даже самые долгоживущие индивиды имеют тенденцию умирать насильственной смертью. Даже если они тролли.       Если бы у Птаха не имелось его уникального дара на прокачку мастерства навыков, то «Совершенное Знание» стало бы той еще палочкой выручалочкой, ведь оно позволяло набирать шкалу мастерства за вложенные очки, причем вне зависимости от того, насколько оные шкалы уже прокачаны. Мастерство и сверху еще ступени – одиннадцать очков во все шкалы, кроме «Совершенства» за первое очко, двадцать два и еще одну ступень за второе, тридцать три и ступень за третье, тридцать три и ступень за четвертое, а за пятое никакого мастерства, но аж две ступени. Если бы не необходимость придерживаться третьей ступени, можно было бы сразу стать очень даже неплохим восьмеркой, даже шкалы мастерства не отстанут.       Первым делом Птах предложил приберечь очки, войти в разлом и уже там повысить себе ступени, став чрезмерно сильным для разлома, где условия подстроены к тройке, а не к восьмерке. Увы, но нет, не сработает. Ступени в разломе, именно в том разломе, не повышаются, только после выхода обратно под небеса Иулатара, так что он таким образом просто очки просрет. А жаль, очень и очень жаль. Умение имбовое, как и вся ветка «Совершенства», но при этом оное умение (как и «Совершенство в Простоте») стоит беречь на будущее, к тому дню, когда повышать ступени естественным образом станет трудно и опасно. Этакий запас на чернейший день. Вернее, на чернейшие годы – нельзя вкладывать очки в «Познавая Жизнь» чаще раза в год, причем для более высоких делений еще и сроку прибавляется. Повысить умение с четвертого деления на пятое можно будет лишь спустя четыре года от прошлого повышения.       Вот простоту Юдель бы точно приказал развить, если бы она давала очки свободные, а не вкладывалась в наименее развитые и оттого ненужные умения всех не-совершенных навыков. В итоге пришлось развивать «Совершенство» в ту сторону, какая полезна будет прямо сейчас, какая даст наибольший эффект при прохождении злополучного разлома.       Активное умение «Призыв к Терпению» являлось чрезвычайно мощным бафом, логичным продолжением «Глубинного Преодоления», если так можно сказать. Усиление действовало на площадь, но селективно, только на тех, кто окажется выбран самим Птахом. Воздействие комплексное, увеличивающее защиту, стойкость, ментальную стабильность и кучу всего еще, но, самое важное, оно растягивало эффект «Глубинного Преодоления» на группу. Там, где раньше даже у крупного рейда с идеальным оснащением могло в серьезном разломе до половины эффективности сжирать противостояние подавляющим аурам разлома и хаотической скверне, теперь оная группа смогла бы действовать в полную силу.       В принципе, уже одним этим умением можно купить себе тройную долю, даже девятикратную долю в практически любом рейде высшего класса. Том, где ниже двадцать второй ступеньки ни одного участника просто не предусматривается. Эффект длительный – полные сутки на первом делении, откат еще более длительный – цельная луна, причем по завершению эффекта на всех «терпил» (кроме носителя «Совершенства») накладывается дебафф сроком на все ту же луну, и дебафф там серьезный. Средство не столько для самого рейда, сколько для сильнейшего усиления на финальном рывке, на пути к боссу-Хранителю и для боя с самим боссом.       Птаху от такого умения толку не так чтобы много, но как знать, вдруг пригодится, да и просто самого себя можно усилить – под этим эффектом он вполне мог того владыку качалки из Мертвых Залов один на один разобрать. А мог бы и не разобрать, да, все же элитный босс, да еще и нежить, неприятный и живучий, как триста спартанских тараканов. Собственно, когда выбиралось, куда потратить дефицитное зерно, мысли зависали именно что между терпением и куда более интересным изгнанием. И выбор пал именно на «Вознесенное Изгнание», пусть и лишь на одно очко умения, потому что ему может пригодиться настолько жесткая абилка в качестве самого последнего шанса.       Изгнание, как очевидно и не сложно догадаться, работало против тварей в первую очередь, нанося хаотическим и оскверненным сущностям эпической и ебической мощи разовый урон того уровня, когда добивать уже не понадобится. Вот этим он точно смог бы того босса не упокоить, так изувечить до состояния «запинаем его ногами». Увы, но каким бы сверхмощным ни был эффект, именно в этом умении он ограничен ступенью – чем сильнее Птах, тем сильнее и удар, чем больше в его Хронике строк, вложенных очков, познанного мастерства, тем эффективнее изгнание. Словно вся Хроника скопом выступает множителем урона, причем неважно какие там строчки, хоть навык владения половыми тряпками. В своем нынешнем состоянии Птах гарантированно убивал бы многорукого и двухголового урода, но вот на второй ступеньке еще не факт.       Конечно, самые сильные и могучие твари, истинные мега-боссы не одной качалки, а всех качалок Иулатара, от такой подачи не сдохнут ни сейчас, ни на более высоких ступенях. Птах все же не тролль, его «Совершенство» не подкреплено остальными навыками и свойствами этих созданий, но даже упомянутым супер-боссам станет, как минимум, очень больно. В общем, оружие последнего шанса, опустошающее резерв, а после не дающее восстанавливать таковой полные сутки, даже обновление не поможет. Причем на эффект не играет роли количество резерва – хоть последние капли, хоть полный запас сил, важно именно его опустошение, после какого дух, плоть и энергетика начнут пропускать через себя колоссальные потоки мировых энергий, саму волю Всевидящей, пусть даже тень от тени, от тени, от оттенка таковой.       Кстати, на не принадлежащих скверне существах умение тоже срабатывало, но наносило не прямой урон, а напрочь снимало все эффекты с тела и экипировки (высокоуровневые артефакты могут навсегда остаться простой материей без капли чар), отправляло активные умения в откат и увеличивало тот самый откат, а также под ноль выжигало резерв, причем любой, неважно – духовный, магический или вовсе какого-то уникально-экзотического типа. В теории это не убивает, но на практике, даже полностью телесный и плотский индивид будет, как минимум, тяжело покалечен, а как максимум откинет копыта. Иронично, но слабые низкоуровневые горожане максимум неудобства испытают. Некий высший аристократ с ужасающей ступенью и телом, что пропиталось магией до состояния полуэнергетической формы жизни? Этого распылит нахер.       Юдель, прекрасно понявший мысли Птаха, предложил использовать этот трюк на нем (только сначала выложил все с инвентаря и экипировку снял), а Птах отказываться не стал. Ну, лысому стало плохо, побледнел весь, пошатнулся, а после в долю такта снова стал живеньким и смертельно опасным. Все та же песня – у немалой части умений ветки «Безоружного Боя» отката нет, как его ни увеличивай, но он все равно будет составлять ноль тактов. Хотя лысый и сам признал, что таких навыков, таких умений, таких билдов, как у него, в Королевстве Лебедя, скорее всего, не сыскать. Их и в Цане считанные единицы найдутся, несмотря на региональную специфику.       Честно сказать, было бы неплохо вложить в этот навык еще зерно-другое, на втором делении пропадала невозможность восполнить себя обновлением, но оставалось только одно, последнее, ведь предыдущим пришлось закрыть до капа «Нивелирование Нестабильности». На третьем делении оно уменьшало откат до суток, позволяло заходить в любой разлом с еще более дальней дистанции, нырять не только между слоями, но и притягиваться к любой точке, какую посещал ранее или сможешь рассмотреть через сенсорную медитацию. А еще теперь умение действовало даже внутри разлома, позволяя прыгать между слоями прямо изнутри, что тоже открывало множество тактик и совершенно законных финтов ушами, для остального мира выглядящих тем еще читерством.       Юдель едва пену не пускал от бешенства и жлобства, фигурально выражаясь, но приказал вложиться в это умение. Пусть и небольшие шансы на то, чтобы пройти самые неудобные места разлома, если не выйдет пробиться сквозь них иными способами, все же стоили того, чтобы попытать счастья. Шансов точно будет больше, чем от еще одной дополнительной жизни, лишних очков простоты или улучшения изгнания. Оба дополнения были малополезны, ни возможность переправлять с собой кого-то еще, ни способность мгновенно перемещаться из одного разлома в другой, тот, который он посещал перед нынешним, ему не поможет.       И вот, такова его Хроника в утро перед самым важным событием новой жизни.       Готов ли Птах, пришлый и чужой, единенный и совершенный, потерянный и найденный, к тому, что его ждет? Отвечая на этот вопрос, он взглянул в себя, посмотрел в свою душу, в саму суть свою, находя там единственно верный ответ среди всех возможных.       Блядь, конечно же нет!       

***

      Главным испытанием для землянина оказалось не заржать, это провалило бы всю маскировку и Юдель ему бы успел оторвать голову несколько раз, прежде чем у самого лысого начались бы серьезные проблемы. Но как тут не взоржать над пропастью во ржи, если лысый не-учитель надел парик и накладную бороду? Причем, несмотря на выдающуюся пластику тела и огромный список всевозможных навыков, у могучего Нерушимого Мудреца не имелось особого опыта актерской инфильтрации. Пройтись тихонько и незаметно? Сколько угодно, он и профильному элитному скрытнику три форы даст и все равно легко обгонит на ниве скрытности. Но вот именно суметь инфильтрироваться в социум, притворяясь не собой – складывалось ощущение, что какие-то знания он на этой стезе почерпнул, но они либо давно забыты за ненадобностью, либо он вовсе их вычитал в пособии «Смена образа для чайников» авторства К. Бейла.       В общем, Юдель надел парик, наклеил бороду, присобачил на себя усы и вроде даже не выглядел в этом всем совсем убого. Со стороны вполне можно было принять за какого-то средней линии торгаша, благо оделся лысый не в свои любимые шмотки, сильно похожие на рванину, а во вполне представительную одежду, даже характерный медный пояс торговца, причем артефактный, отыскал и примерил, хотя он ему к навыкам вообще не подходил. Хронику свою тоже замаскировал и исказил, только каким-то комплексом амулетов, а Птаху велел использовать его подарочек от щедрот Авариса, дай ему Пантеон побольше психического здоровья и поменьше мудачизма, благо побрякушка достаточно надежна для задуманного.       В центральном районе Морочного Птах до сих пор и не бывал, сюда пройти сложно, стража вполне может подойти и докопаться, если одет слишком просто, и если никто тебя сюда не приглашал. Впрочем, путь к городскому портальному залу считался все же не совсем центральным кварталом, дорога сюда открыта для всех, кроме откровенных трущобных обитателей. В принципе, Юделю переодеваться не было необходимости, достаточно было просто прийти и не сопротивляться сканирующим массивам вокруг портального зала. Ему, как обладателю настолько высокой ступени, буквально бы дорожку алым бархатом выстлали, выше почестью считается только бархат лебедино-белый, ну, в этом королевстве.       - Мне не то чтобы заказано появляться в Лебедином или покидать Морочный, нет такого. – Пояснял ему лысый, уже перед самым рывком, когда они распивали свои чаши с оздоровительным отваром. – Но мое появление, как и то, что я вообще решил начать активно передвигаться, точно всполошит кого не нужно. К печали моей, меня считают весьма неблагонадежным индивидом, канцелярия Перьев, конечно, не станет меня арестовывать или ликвидировать на месте, но слежку приставят обязательно. А когда мы их скинем с хвоста, они начнут очень много лишних движений делать. Их и так вполне могло всполошить мое долгое отсутствие, но я и раньше, бывало, исчезал в дикоземье на сезон-полтора, а то и полный год.       Естественно, эти слова ничуть не успокаивали Птаха, какому не улыбалась перспектива стать врагом государства, но лишним разъяснение не стало. Добрались до зала переноса они без дополнительных приключений, кинув монету извозчику и неторопливо встав в общую очередь. Несмотря на то, что перенос в столицу по затратам сил и ресурса зала переноса выходит дешевле прочих, ибо тянет лишь один путь – строго к основному массиву, цена на портал в столицу обходится даже дороже, чем куда угодно еще. Не любят в Лебедином лишние массы понаехавших, ведь этот город, если не считать Морочный, является единственным в королевстве, где сам воздух наполнен силой и поднимает уровни примерно до четвертого-пятого даже без активной прокачки.       И без активных рисков быть сожранным чем-то очень злым и агрессивным, что еще важнее! В том же Морочном каждый сезон несколько сотен индивидов жрут всякие твари, пробравшиеся сквозь защитную черту стен или убежавшие с точек спавна и всяких разломов разной степени законности. Именно внутри стен и обязательно твари, а не маскирующиеся под них людоловы и черные алхимики с ритуалистами. И это не считая проблем воистину крупных, вроде диверсии на руднике или чего-то сходного масштаба. В столице из угроз остаются только криминал и налоги, причем и те, и другие там под куда большим контролем. И такой наглости, какую позволяют себе щедрые, ночные братства центральных провинций даже вообразить себе боятся.       Зал выглядел огромным, - со стадион для футзала, плюс еще для трибун сыщется место, - каменным кругом с ровными стенами из обтесанных каменных глыб, каменным же полом, а также потолком, теряющимся в темноте. Высота с пятиэтажку минимум, но на головах никто не стоит друг у друга. Это если будет какой-то катаклизм или иной форс мажор, то сюда доставят деревянные мостки и создадут дополнительные этажи, чтобы как можно больше народу и вещей вытащить из города. Или как можно больше бойцов в город затащить. Но покамест, когда все нормально, ресурс зала берегут и не спешат его тратить совсем уж чрезмерно. Люди и нелюди набивались плотно, но не аки селедки в банку, вокруг аристократов и просто достаточно богатых индивидов вспыхивают вычерченные ритуалом прямо на камнях пола защитные барьеры, отталкивающие всех недостойных.       Еще минут десять местная обслуга, сочетающая роль охраны и работников метрополитена, распихивает всех по местам, строго по вычерченным на камне знакам разметки. Знак и номер должен совпадать с билетом, очевидно, а билет обязан быть куплен за денежку через механизм системы или с рук. Юдель взял с рук, ибо дешевле и не хотел рисковать, вдруг какой-то созданный правительским умением алгоритм на отслеживание всех его покупок стоит? Уже много лет прошло, но все еще могут его косяки и приключения помнить, да и про навыки с умениями носящего Корону Лебединых Перьев какие только слухи не ходят.       Птах едва не дернулся со всех сил, когда ощутил всем естеством непередаваемую гамму очученных ощущений, вызванных переходом. Зал закрылся, а когда массивные ворота открылись, то за ними оказался уже совсем иной город, иное представительство коронной (читай: госконтора) гильдии «Дверей и Окон», иные лица работников, помогающих максимально быстро выгрузиться из зала и пойти прочь, не мешая трафику. Но для Птаха это было совсем иначе, он ощутил то, как этот комплекс раскаленным лезвием взрезает пространство и токи мироздания, продавливает их своей волей, соединяя две точки реальности воедино и давая им поменяться местами.       Чем-то ощущения очень отдаленно напоминали то, как Птах притягивает себя к центру разлома, но именно что отдаленно, словно имелся некий общий принцип, но разное воплощение. Между турбиной самолета и турбиной ГЭС, так-то, очень много общего, но различий ничуть не меньше. И спутать одно с другим выйдет только очень и очень постаравшись, а еще – качественно упившись. Впрочем, долго осознавать и разбирать свои переживания не получалось, так как работники кого деликатно, а кого чуть ли не пинками начали выгонять наружу, чтобы не тормозили поток.       В портальном комплексе Лебединого был не один зал, и даже не три, как в Морочном (просто два из них почти всегда неактивны и запускаются преимущественно в дни передачи накопленных запасов реагентов и лута налогом в столицу), а целых одиннадцать. Причем они все работают, какие активнее, а какие вполсилы, ничего не простаивает. Вежливо улыбающийся, почти аки профессиональный менеджер-продажник, молодой клерк вывел их группу за пределы зала, предложил места для перекуса, для ночевки, для пропустить бутылочку и даже указал, где снимать извозчиков, а после был таков. Их группа – это не только Юдель и Птах, представившиеся и указанные в документах Юстасом и Петером, но и все торгово-городские индивиды среднего достатка.       Достаточно уважаемые, чтобы их не пинать ногами, но не более, хотя знал бы этот улыбчивый хер, какой Юделю сначала предложил один постоялый дом, а после, с не особо скрываемым пренебрежением, заменил рекомендацию на иной, попроще... Высока вероятность, что он сам себе бы вскрыл горло и еще был бы очень рад тому, что успел это провернуть. Хотя, зная Юделя, нет, не успел бы.       Извозчика они отыскали сразу, причем лысый едва сдерживал желание перейти на бег, под конец откровенно растолкав нескольких мужиков, тоже из торговцев, вернее, охранников такового. Все же пояски у них были не медными, да и средства позволяли в иной город не в одиночку с племянником прыгнуть, а полной свитой. Похоже, лысый не то с нервов, не то намеренно, придавил возмутившегося дуралея духовным давлением, отчего тот быстро передумал тянуть ручки к оружию. Извозчик получил свою плату и обещание удвоенной, если довезет куда нужно за малый срок. Мужик, кстати, неслабо так напоминал одного актера из киносерии Такси, но не того, какой водитель, а того, что шеф полиции.       Так и казалось, что тот начнет экспрессивно орать знаменитое «мы в дерьме», но нет, тот если и орал, то только обвинения в нетрадиционной любви к ослам в адрес своих коллег. Лебединый, как-никак, тут до светофоров еще не додумались, - хотя уже какой год идут прения о том, чтобы похожую придумку, перенятую у некоторых пришлых, ввести в обиход, - а население не уступит Древнему Риму в периоды его максимального расцвета, вот потому на путях и творилось такое, что водил-индусов удар бы хватил. Впрочем, определенные нормы ПДД все же существовали, да и до некоего «Поволочного Переулка» их всех довезли реально оперативно, если бы еще не донимали пересказом последних новостей, так и вовсе прекрасно было бы.       Нет, может торговцу с преемником-племянником эта информация и была нужна, но Птаху казалось, что еще немного и Юдель просто свернет бедняге шею и сядет за вожжи сам. К счастью, приехали они раньше, а дальше получивший свою оплату счастливый возница, даже не узнавший, сколь близко был к печальной участи, укатил подальше. Юдель тут же потащил Птаха к неприметному домику в дальнем конце улицы, причем население даже не успело проявить к ним обоим интерес. Стоило только покинуть транспорт, как они оба применили «погружение в мир», причем Юдель каким-то образом усилил умение Птаха своим. Зависть, черная и зеленая сразу, накрывали землянина с головой – он-то с трудом мог даже понять, как лысый это делает, не то что надеяться повторить.       Внутри дома располагался склад контрабанды, причем еще и пара местных контрабандистов имелась, лениво играя в карты, но на вторженцев под маскировкой они не обратили внимания. Выпивший порцию «зелья фазового потока», Птах легко прошел и через двери, и сквозь стену, и сквозь неплохо так зачарованный люк в полу. От зачарований ставшего призрачным и нематериальным Птаха неслабо так токнуло ебом, но не более. Юдель зелья не пил, он просто проходил сквозь материю, причем это больше походило на краткую телепортацию, словно он нырял в мировые токи и выныривал немного в стороне. Проход, кстати, явно не использовался ближайшие годы, частично даже обвалившись от возраста, но им это помехой не стало.       Юдель проходил сквозь завал, а у Птаха было еще не меньше полутора колоколов действия весьма качественного зелья, так что они очень быстро оказались в трущобах, а после, выйдя там, не теряя невидимости, двинулись к еще одному проходу повышенной тайности. Этот был не заброшен, даже ловушки имелись, но оба Монаха на них не обращали внимания, Юдель даже предупреждать не стал. Видимо, искренне считал, что если Птах в такую попадется, то лучше бы ему сейчас сдохнуть, быстрее можно будет вернуться к бухлу и саморазрушению. В итоге на город посмотреть так и не вышло, хотя тут было много мест, какие Птаху хотелось посетить в чисто ознакомительных целях с долькой корыстных намерений.       Знаменитые Воробьиные Сады, буквально висящие поверх построек, формируя натуральный верхний лес, под каким скрывалось аж три городских квартала, например. Место знаменитое не меньше, чем Крылатая Библиотека или Фонтанная Площадь, да. Но не до экскурсий, увы, а просить Юделя дать время на туризм не позволяло предчувствие юзделей. Оставалось только любоваться архитектурой, какая здесь напоминала традиционно-европейскую – много каменных зданий в два-три этажа, в среднем узкие улочки, минимальное расстояние между домами, чтобы можно было соседу в окно пожать руку или дать в морду. Помоев на улице, кстати, вообще не было, даже в трущобах – конские штрафы и очень качественная канализация, переходящая в ряд разломов и язв, отчего за ней постоянно ухаживали и не давали прохудиться, прийти в негодность.       Седьмая и семнадцатые сотни городской стражи, например, носят неофициальное название «Говенной» и «Сортирной», потому что качаются именно в язвах и мини-разломах, находящихся в канализации, сточных коллекторах и золотарных узлах. Только мало кто им в глаза сказать это рискнет, потому что опыта и уровней у них заметно больше, чем у среднего стражника, они чуть ли не самые боеспособные сотни лебединой стражи вообще. Именно потому, что им есть на ком и чем качаться: дворяне и гвардия в коллекторы ползти брезгуют, а вот у стражи обычной отжимать дни в графике развития не стесняются вообще.       Это землянину рассказали на руднике покойного Баллизуса, устами внука одного из сбежавших в Морочный стражников, какой в стражу-то шел за уровнем, силой и почетом, а получил только насмешки, недоплату и постоянное пренебрежение гвардии и знати. А еще он проворовался, как шутил внук, слишком щедро брал взятки – именно ради них, ради возможности щемить горожан и гостей столицы и подаются в стражники, а не ради почета да силы. За силой в гильдии, неважно частные, аристократические или гвардейские, а также в «крылатые» ведомства, но туда и конкурс сумасшедший и простому мужику из горожан хрен выйдет пробиться.       За стеной парочка монахов оказалась тоже без приключений, причем стена эта уже давно больше декоративна, чем реально используема. Как известно, против атак тварей и прилива хаотических бурь строят то, что стоит в Морочном – целую серию оборонительных сооружений и бункеров-волноломов, о какие будут разбивать лбы мигрирующие целыми ордами твари. Сплошная стена вокруг столицы, вернее, несколько колец таковой, предназначены больше против понаехавших гостей, чтобы можно было входы-выходы и товарооборот контролировать. Да и то не очень получается, о чем свидетельствует тот ход, каким они пользовались – заброшен он не от отсутствия контрабанды, а потому что давно прорыты более удобные и широкие.       Будучи справедливым, ряд сооружений аналогичного типа, что и рядом с Морочным, здесь сохранился и их даже использовали, но не в тех масштабах. С другой стороны, Лебединый уже несколько веков даже не осаждали ни осененные, ни твари, ни даже зеленокожие, какие так ни разу до самих стен столичных не добирались, максимум на границу провинции выходя и еще быстрее обратно сваливая, пока еще свалить могли. Земли эти предельно стабильны, безопасны и бороться здесь вынужденно приходится с придорожными разбойниками, беглыми пейзанами, разбойничающими аристократами и прочей подобной публикой. Против таких ребят и девчат нужны не крепости и укрепленные заставы, а дозорные вышки и регулярные патрули с наличествующими егерями-следопытами и хорошими сенсорами. И с этим «дорожные птички» справляются вполне на уровне, так что торговля в Королевстве Лебедя если не процветает, то уж точно не захирела.       Пока что, ведь на северо-востоке у Лебедя многократно проклятое, порою буквально, Зеленоземье, заселенные зеленокожими территории. Территории, какие их обитатели даже особо не чистят от хаоса, получая возможность активно прокачиваться и вечно страдая от чрезмерно большого количества молодежи, что ищет славы, богатства и крови вражьей. И об очередной войне говорят все, везде, даже возница-болтун о таковой говорил аки о свершившемся факте, просто еще не наставшем. Не то чтобы Птаху не было наплевать, но не хотелось оказаться посреди театра военных действий будучи еще недостаточно прокачанным, чтобы стать заменой армии в одно лицо. Да и тогда не хотелось бы, ведь у противников тоже будут те, кто армию в одну харю заменит. Причем противниками для Птаха могут считаться вообще все, а не только зеленая напасть.       Оказавшись за стенами, они не отдыхают, вообще не останавливаются, Юдель просто тратит секунду на ориентирование и начинает бежать. На дороги почти не выходят, движутся по пересеченной местности, полями и тропами, благо тут, рядом со столицей нет ни рощиц нестабильных, ни чащ зловещих, максимум небольшие лесополосы, оставленные специально, чтобы поля от погодных эффектов защищать, да чтобы оные поля разделять на зоны. Народу, кстати, тоже немало: путники, бродяги, группы беженцев и искателей лучшей жизни, большие и малые караваны, разъезды стражи и куча иных персоналий.       Птах едва сдержал истерический смешок, встретив в одном из сравнительно крупных клочков леса небольшую хижину, огороженную защитными и отводящими глаза чарами. На поляне рядом с хижиной праздновали и пировали четверо веселых, молодых, весьма богато одетых и однозначно наклюкавшихся хоббитов в компании четырех здоровенных зеленокожих орчих. Нет, они даже симпатичные, хоть статями и на любителей очень атлетически сложенных дамочек, но разница в размерах прямо внушала и навевала мысли о смертельном сну-сну.       Короче, смелый выбор для кого-то лизательного роста, если бы не тонкие железные ошейники со странной магией на одетых в крайне непристойные корсето-чулочные костюмы серии «а-ля кабаре» орчихах. Вполне четкое указание на то, кто в этой компании празднующих вдали от чужих глаз мохноногих (на деле не всегда, часто ноги у них вполне лысые или не волосатее людских, особенно у девушек) мажоров на деле главный. И более опасный тоже, стоит сказать.       - Зеленая декада у неразумной поросли. – Только и резюмировал Юдель, словно что-то в этом понял, а после пояснил уже для Птаха, не сбиваясь с ритма бега и не снимая маскировки, дабы эта компания их не увидала. – Есть такие любители, закрытый клуб, «Дарящие Утехи», срам Пантеонов. У них хорошим тоном считается каждую декаду менять любовниц под декаду же, чтобы «страстный год» закрыть. Людей разных рас на весь год не хватит, вот они и тащат в койки вообще всех, благо денег у этих позорных плевков их родни всегда много. Хватит и на куртизанок, и на рабынь в оплетающих ошейниках, и на мастеров перекройки мыслей, если нужно.       Птах еще раз окинул поляну взглядом, отметив также то, что Юдель откровенно напрягся сильнее нормы, чтобы от сенсоров скрыться, ибо у этой четверки имелись вполне надежные средства защиты, да и сами они не были беззащитны, сенсорикой чуялась высокая насыщенность силой их снаряжения и тел. Птах вот вообще не уверен был в том, что в бою смог бы один на один одолеть любого из них. Несмотря на изнеженность и этакую ауру вседозволенности, самоуверенными слабачками, прячущимися за родительскими деньгами, четверо не выглядели. Да и приперлись сюда без свиты, только в компании невольниц, не опасаясь ни разбойников, ни даже убийц от семей своих недругов.       - Вот мудилы! – Только и прошипел под нос Птах, ускоряясь, спеша покинуть зону покрытия сенсорных полей установленного контура. – Пидорасы этакие!       - Завидуешь? – Без труда прочел его чувства Юдель, причем даже не усмехался при этом. – Я тоже завидовал, когда молод был.       - Не пригласили в компанию? – Птах наглеет, прекрасно понимая, что сейчас, в шаге от финала, избивать за кривые слова его не будут, а если и будут, то он ни о чем не пожалеет.       - Пригласили, только я по глупости и гордыне отказался, а второй раз они не приглашают. – Если это была шутка, то Птах посмеется, но он слишком хорошо знает не-учителя, так что не сомневается в том, что он не пошутил. – Может быть, тебя утешит то, что эльфийские декады они пропускают почти всегда, заменяют повтором людских или чем-то подешевле. На куртизанок дивных не напасешься клювов, да и нарваться можно, а уж с невольницами или похищениями мечеухих нарваться можно втройне.       Птаха это вообще не утешило, зато он сумел завязать беседу о таких вот тайных обществах золотой молодежи, каких в Королевстве Лебедя хватало, причем многие из них по всему Иулатару известны или даже за пределами такового. Вплоть до того, что на пьянках подобных обществ решаются судьбы небольших государств, либо подряды и сделки на сумму в десяток бюджетов упомянутых государств. Юдель сам признал, что немалая часть его знаний могла устареть, но едва ли, потому что подобные клубы по интересам восхитительно живучи и еще иногда поддерживаются системой, как своеобразная недо-гильдия. Свои квесты, свои награды за таковые и все такое.       Тот же полный «страстный год» вполне может вознаградить прошедших его улучшением-другим или даже свободным очком, особенно если не опускаться до невольниц, а еще и самому затащить в койку дамочек, неважно мошной, гульфиком или ментальной магией, но последнее – только собственными умениями и навыками, а не наймом специалистов. Да и другие клубные дела могут награждать за свершения или выдавать квесты от самой системы, если они совпадают с уставом клуба. Так что и оставленные далеко позади мутные хоббиты вполне могут быть не просто золотой молодежью, трахающей все шевелящееся (серьезно, любвеобильность половинчиков давно стала притчей во языцех), но и хитро прокачиваться таким образом.       Одно другому не мешает.       Хотя все равно не патриотично – между хоббитами и зеленокожими та еще неприязнь, куда большая нежели просто между Королевством Лебедя и Зеленоземьем. Ну, или это они так символически мстят, поимев могучих воительниц (а классы и специфически развитую мускулатуру не спрячешь, с просто носильщицами или батрачками не перепутаешь), чтобы, значит, показать, кто тут кого в зад поимеет. И не завидует им Птах, не завидует! Не за-ви-ду-ет!!!       Птах успокаивает удивившую его самого вспышку злости на классовое неравенство, дышит полной грудью, причем ощущения какие-то двойственные, ибо воздух тут неимоверно чистый, словно сладкий на вдохе. Пока не покинул привратье истинного Дикоземья, не понимал, насколько нестабильность тяжела, будто сам мир давит изнутри легких и на все тело. Здесь же, наоборот, воздух легок и неосязаем, в нем нет хаоса, но и силы тоже заметно меньше, особенно за пределами стен Лебединого. Здесь в дыхании лишь сам воздух, отчего у Птаха, привыкшего к иному фону энергетики, возникает мистический аналог пересохшей с непривычки носоглотки.       Картина потоков силы одновременно куда более легкая, застоявшаяся и мелкая, течения едва ощущаются, но зато любая сенсорика работает заметно лучше, требует меньше концентрации, потому что в таких условиях легче замечать аномалии в энергофоне, да и смотреть выходит дальше. Пусть здесь не выйдет надышать себе четвертый уровень к четвертому десятку лет, чем часто могут похвастаться в Морочном, но и вероятность того, что попадешь под бурю и мутируешь в какую-то хтонь, тоже невелика. Лично такой дряни Птах не встречал, но наслышан, многие из Пришлых, тех самых, какие родились еще более глубоко в дикоземье, чем Птах и его компания, именно что в тварей обращаются.       Несмотря на не самые добрые мысли, бегут они споро и спешно, но теперь, несмотря уже на скорость их бега и почти полное отсутствие необходимости отдыхать, они пробежали не так уж много. Во многом еще и потому, что успешно прибежали на место уже под вечер, еще даже светило не зашло. Нужная точка находилась в полутора днях пути от стен столицы, фактически в пригороде, кругом куча деревенек, ферм и хуторов раскидано. Именно между двух крупных ферм этот небольшой овраг с каменными стенами и приютился.       Складывалось ощущение, что здесь когда-то пытались сделать карьер или каменоломню, но не стали заходить дальше первичной рудной разведки. Невысокая и чахлая трава, немного кустарника, скрюченные от жизни на тонком слое грунта и сплошном камне деревья. Из зверей все умения Птаха показывали только несколько ужей, насекомых, спящего в норе зайца, а также приютившегося у тусклого костерка бродягу.       - Это же просто бездомный... – Несколько потерянно произнес Птах в ответ на то, как Юдель мимоходом, даже не замедлившись, свернул шею бедолаге, какой лысого и не заметил до последнего вдоха.       - Да, верно, никто из местных искать не станет. – Согласился с ним Юдель, принявшись раскладывать из инвентаря какие-то амулеты и жезлы, странные артефакты и механизмы, смотря на них и удовлетворенно кивая. – Успели-таки. Я подумывал начать страшиться того, что опоздал. Еще одиннадцать лет я бы просто не выдержал.       Взгляд его уже прикован к каменистому склону на острие оврага, ровной каменной стенке, укрытой редкими клочками мха. Вся сенсорика землянина не видит здесь абсолютно ничего необычного, если циничного убийства ни в чем не виновного перед Юделем бомжа не считать. И все же словам лысого урода он верит со свей искренностью. Особенно сильно он в них верит, когда тот вытащил из тощей сумки, - не инвентаря! - длинный, с две ладони, золотой ключ, на обратном конце какого имелось три паза с драгоценными камнями.       Когда-то три, потому что два из них оказались расплавленными и выгоревшими, оставив последний, центральный, едва различимо сверкающий в закатных лучах неимоверно, неестественно даже, синим сапфиром. Поглядев на этот ключ с удивительно яркими эмоциями на всегда бесстрастном лице, тот крепко сжимает безделушку, до хруста костяшек в кулаке, а после переводит взгляд на землянина. Можно было бы сказать, что Птаху стало страшно, но нет, он просто перебоялся, скорее уж его разум облегченно выдавал сакраментальное «наконец-то, блядь!», радуясь приближающемуся финалу, уже давно неважно какому, потому что хотелось закончить.       - Что же чужак, пришлый... Птах. – Обращение по имени от Юделя он слышал нечасто, а вот так, без насмешки и с торжественностью даже, вовсе впервые. – Не буду лгать о том, что ценю тебя и радею за твою жизнь. Мы оба терпеть не можем друг друга, но вот перед тобой все то, ради чего я вообще с тобой возился. Твоя задача, твое испытание и моя награда. Сейчас я открою перед тобой вход, расскажу то, что посмею рассказать, не навредив твоим шансам, а после ты войдешь внутрь. Войдешь, и либо сгинешь, либо преуспеешь, потому что иного способа выйти оттуда нет. Вернее, он есть, но я приобрести его не смог, а если бы и смог, то не дал бы тебе.       И тут он улыбнулся, широко и с оскалом, словно бы давно-давно забыл, как это делать и сейчас пробует вспомнить. И было в его взгляде столько непередаваемой ненависти, что у того Птаха, который только попал сюда, наверняка бы остановилось сердце, причем без всякого духовного давления. Юдель взял себя под контроль, несколько секунд подышал, сверкая полированной лысиной в последних лучах заката.       - Войдешь туда, и с тебя упадут все клятвы и обещания, все эффекты и проклятия, все милости и блага, даже оставленная тобой кровь и частицы тела потеряют связь с тобой и не смогут быть использованы для наведения поисковых ритуалов или иных действий. – Примерно это и подозревал землянин, примерно это ему уже рассказали раньше, но перебивать лысую машину уничтожения в такой момент, когда того натурально штормит от эмоций, на этой поляне дурака не нашлось. – Этот... этот Разлом частично подобен Лабиринту, состоя из нескольких слоев-испытаний, одиннадцати таковых. Ты пройдешь их все, получая за каждый отдельную награду. И отдельно тебя наградит одиннадцатый зал, там даже битвы не будет, только то, что ждет тебя в награду.       В какой-то миг Юдель перестал просто говорить и начал снова и снова переставлять свои амулеты, словно стремясь настроить радиосигнал, что особенно ярко казалось в связке с парочкой механических систем неизвестного назначения. Впрочем, отвлекся лысый совсем ненадолго, быстренько вернув полное внимание Птаху.       - Ты заберешь себе все, что сумеешь заслужить, я не стану претендовать ни на какие предметы или милости, хоть прими их сразу, хоть оставь на продажу. – Сейчас должно пойти некое «но», потому что так хорошо не бывает и быть не может. – Лишь один предмет в последнем зале, предмет украшенный выгравированными птичьими перьями белого цвета. Не лебедиными, но принадлежащими Фениксу. Или Ангелу. Или чему-то еще. Ты заберешь этот предмет и не станешь поглощать его, отдашь мне по возвращению. И тогда мы с тобой в полном расчете. Я не стану тебя зачищать, не стану брать клятв или требовать еще чего-то. Я с наслаждением, - ты и вообразить не можешь, с каким, - навсегда о тебе забуду и сверну твою шею лишь если ты рискнешь меня искать и найти.       С одной стороны, хотелось верить, а вот с другой веры не было вообще, не после всего того, что Юдель уже делал, что показал ему, что Птах успел о нем выучить и понять. Впрочем, выбора у него все равно особо-то и нет, не завезли ему выбора, не предоставили, навязали сделку силком и в одностороннем порядке.       - У тебя будет соблазн забрать предмет себе, однозначно будет, причем это место вполне может предложить тебе блуждающую точку выхода. – Юдель говорит спокойно, но, сука, продолжает улыбаться, блядь, улыбаться и смотреть на Птаха. – Не в радиусе жалкой лиги или двух, а в нескольких дневных переходах в любую сторону, достаточно далеко от входа, чтобы тебе показалось, будто шансы сбежать и скрыться есть. Так вот, Птах. Я не смогу отследить тебя кровью или отметкой духа, их с тебя снимет, но я хорош. Я знаю тебя, твое присутствие, твое имя и облик, и потому я справлюсь. Найду тебя, реши ты обмануть. Войду в казематы Перьев или под сень дворца Лебедя. Войду и уничтожу тебя, даже если и ценой собственной жизни. Не спасет ни охрана, ни защита, ни покровительство, ни сам Пантеон, явись он на твою защиту. Таково мое слово, слово Юделя, прозванного Нерушимым, боевого Мудреца сорок восьмой ступени.       Сорок восьмая... блядь, если он не солгал, то у землянина даже слов нет – он однозначно входит в десятку сильнейших личностей не то что королевства, а натурально всего региона. Птах почему-то поверил сказанному, причем даже не в вопросе озвученной ступени, нет, в готовность убить и отомстить поверил, словно что-то в нем просто знало этот факт. То ли сработало «понимание вещей», то ли Птах просто впечатлительный, то ли Юдель наюздел про то, что оному пониманию нельзя так просто скормить нужный скормившему ответ.       - Я буду проверять факт твоего выхода ритуалом, регулярно и постоянно, пока ты не появишься либо пока не поверю в то, что ты умрешь, запасов мне на годы хватит. – Продолжил тем временем Юдель, закончив подготовку и сжимая в руках ключ с последним пазом. – Я вверяю тебе то, что не могу сделать сам, надеясь на твое здравомыслие, твой страх, ну, и еще немного на твою порядочность. Возьми ключ, подойди к той скале, дождись последнего закатного луча, а после, когда твоя тень скалу закроет, открой ключ напротив сердца своей тени. И войди.       Ключ в руках кажется странно холодным, словно вытягивающим тепло, но было это магическим эффектом или просто от страха конечности морозит, Птах не знает.       - Ну, а пока ты ждешь, у нас еще осталась пара нот, чтобы я рассказал тебе то, что могу позволить и не убоюсь тебе рассказать. – Юдель его даже не пнул, просто пальцем указал к скале, мол, поскорее, не тяни несчастного котофея за бубенцы. – Чем больше узнаешь, тем сильнее тебя будет недолюбливать разлом, искажая залы в сторону большей опасности, но кое-что все равно нужно знать, самую основу задачи. Так что слушай мою мудрость, Птах, слушай и, молю тебя, не провались...       Воткнувшийся в тень напротив сердца «Ключ Всех Ключей» показался уже не прохладным, а ледяным, да и тень Птаха тоже аж вздрогнула. Землянин ощутил, как его суть, всю триаду и саму душу, буквально привязывает, пришивает суровой нитью к этому камню, к проявившейся в камне нарисованной двери, сверкающей последним лучом заката. Теперь он сей разлом не покинет никак, не поможет и его совершенное умение, просто потому, что оттолкнуться-то он сможет, но его при этом просто разорвет, оставит сердце и душу там, внутри. Он, скорее всего, даже успешно воскреснет, но при этом воскреснет внутри, а не снаружи. Зря только потратил очко умения, нужно было вкладываться в изгнание или простоту, но они с Юделем оба ошиблись, а ведь Птах и сам был всеми руками за возможный шанс смухлевать!       Что всего страшнее и страннее, он не ощущает этого разлома, течение нестабильности в полном штиле, здесь, казалось, вообще ничего примечательного нет! А еще второй раз войти сюда не выйдет, не пропустит без ключа, в каком горит и плавится последний из камней, да и сам ключ капает на землю раскаленным и ледяным золотом. Этот запрет тоже становится понятен на инстинктивном уровне. Птах оборачивается, смотря на напряженного, словно струна, Юделя, улыбаясь самой легкой тенью улыбки. Улыбается и шагает в дверь спиной вперед, лишь одними губами прошептав напоследок.       - Какой же ты мудак.       Волей Ключа всех Ключей осененный входит в Святилище Дверей!       Выход запечатан!       Вспышка всех реальных и не очень цветов сразу.       Ощущение падения в абсолютно пустом нигде.       И неимоверное облегчение от того, что все это, все мучения, все проклятия, все кровавые тренировки и многочисленные муки наконец-то подошли к концу.       Тому или иному.       

***

      Зал был весьма крупным, каменным, круглым, а также полностью пустым, если не считать шести дверей, равным кругом распределенных вдоль единственной стены. На полу нет ни пыли, ни мусора, потолок тоже ровный, серый, без следов вентиляции, да и воздух несколько затхлый, словно давно застоявшийся. Птах еще только осматривается вокруг, когда оживает его Хроника, причем оживает единственной строчкой: «Сделай же первый выбор!», а все шесть дверей словно вспыхивают бесцветным светом, указывающим на то, что именно нужно выбирать.       Землянин невольно задумался, принялся на всю мощь напрягать сенсорику, потому что Юдель все же сказал ему перед самым началом, что выбирать дверь нужно будет с умом, ведь от этого выбора будет зависеть его жизнь или хотя бы простота прохождения. По словам Юделя, прошлые два раза (число выжженных камней в оправе золотого ключика, хе-хе, намекает) каждая отметка на или рядом с дверью что-то да значила, но далеко не всегда это значение было очевидным. Обмануться легко, пережить самообман – куда сложнее, даже если и имеешь возможность покинуть разлом в любой момент.       Разлом, очень тесно смешанный с Лабиринтом, настолько тесно, что нельзя даже сказать, какой из вариантов будет правильнее. Лабиринты – это всегда испытания, различные экзотические условия, требующие неординарного подхода и решения. Головоломки, необходимость убегать от неуязвимого монстра или даже сбор яблок в саду, где каждая нота считается за луну и можно быстро остаться стариком и от старости же сдохнуть. Разлом – это замкнутая и многослойная структура, какая имеет своего Хранителя и центровой алтарь, а еще, ну, разделена на слои, тогда как испытание Лабиринта практически всегда одиночно и замкнуто в одном слое.       Вот и вышло, что это уникальнейшее место, какое и нашли-то чудом лишь после многих веков дорогущих поисков, сочетало в себе худшие черты и первого, и второго, и немножко чего-то третьего. Слои здесь были, этакие отдельные залы, но при этом каждый зал действовал по правилам именно Лабиринтов, предоставляя разные уникальные задачи, какие выполнять нужно уникальными же способами. Изначально Юдель вовсе назвал это место разломом, чтобы не путать Птаха раньше времени, банально не уверен был, что пришлый поймет разницу. Или поймет, да и решит сдохнуть сразу, потому что в высокоуровневых Лабиринтах просто сумасшедшая смертность, если сравнивать с классическим Разломом. Их ведь нельзя покидать, пока не выполнишь поставленную задачу, на уровне системного запрета нельзя.       Уже потом лысый понял, что Птах все равно не осознает толком разницу, - хотя Аварис и пытался пояснить, но ближе к концу лекции, когда соображалка землянина уже поскрипывала от нагрузок, - но только порадовался. В этом месте и вправду парадоксальным образом тем сложнее, чем лучше ты к нему готов. Как сказал ему Юдель, спешно и горько выливая правду в тоскливые слова, если бы об этом изначально было известно, если бы только было, если бы... Что именно за история связана с этим местом ему не сообщили, а Птах и спрашивать не стал, подозревая, что ответа лысый не даст.       В отличие от юзделей.       И вот, Птах стоит здесь, рядом с ним шесть дверей, а выбрать можно только одну, вот он и выбирает. Сенсорика, все до единого умения всех веток, сквозь двери не проходят, словно упираются в космическую пустоту. И все же некие наметки есть – на одной из дверей нарисован капкан, универсальный символ ловушки, на второй несколько языков пламени, на третьей жуткая звериная пасть, на четвертой черная фигура, небрежно нарисованная углем, на пятой песочные часы, а на шестой – дерево.       Первым делом землянин отбросил огонь и черную фигуру, как самые странные и потенциально необоримые, а затем остановился на выборе между зверем и капканом, как на самых понятных. С его способностями он неплохо умел передвигаться между ловушек, замечать их, обходить и не задевать. Еще лучше у него получалось сражаться со всякими тварями, именно к этому его готовили, именно это ему советовал Юдель. По его словам, самыми простыми залами были именно схватки, где изначально ясно, что именно нужно делать и кто тебе враг. Но и с ловушками тоже неплохо, если те сами по себе будут посильны Птаху, а то ведь он далеко не все разновидности таковых научился воспринимать и обходить.       Из инвентаря Птах достал небольшую монетку, медную лапку, подкидывая ту в воздух и смотря на результат. Простейший способ пробудить глубоко спящую, но однозначно имеющуюся с его-то навыками интуицию. Результат проявился не с первой попытки, но в один момент он все же ощутил, что результат его устраивает, что выпал правильный вариант. Восприняв решение, снова и навсегда юный попаданец направился к двери со звериной пастью. Да, риск, но у него есть аж две запасных жизни, а еще полное понимание того, что он до крайности хочет сжать чье-то горло. То настроение, когда возможность пойти и убить кого-то становится просто бесценной.       Дверь распахнулась перед ним сама, осыпалась каменной пылью, открывая черный зев прохода, за каким скрывалась даже не пещера, а натуральная нора. Черная, дурно пахнущая мускусом и свалявшейся шерстью, а еще весьма жаркая и темная, как жопа чернокнижника. Нет, он умеет ориентироваться в темноте, но, возможно, стоило выбирать капкан и не рисковать. Подумав эту очень разумную и уверенную мысль, какая пришла, как и всегда, исключительно опосля, землянин сделал свой шаг вперед, ощутив, как пространство за его спиной исказилось и дверь пропала. Теперь для него был только путь вперед и это не пафос, а комментарий Хроники.       Задача: пройти сквозь Черные Норы к двери выхода.       Дополнительная награда: необходимо уничтожить больше трети населяющих зал противников.       Идеальная награда: необходимо полностью зачистить зал.       Своды норы оказались весьма широкими и высокими, можно было идти не пригибаясь, но только по центральному проходу, а не куче отнорков, в какие протиснуться можно было только скрючившись в три погибели. Птах двигался неспешно и даже медлительно, постоянно пребывая под «погружением в мир», по откату пользуясь «пронзающим взглядом» и «полем созерцания», чтобы оценивать мир вокруг себя. Он бы и «созерцающее око» не постеснялся применить, но для этого нужно было оказаться вне этих чертовых нор, ибо умение не работает в замкнутых помещениях, включая большую часть разломов. Незримый и неслышный, он шел вперед по постоянно изгибающейся и разделяющейся на отдельные части громадной норе, тщательно следя за резервом, чтобы не тратить на разведку больше необходимого.       И противников он заметил первым, именно за счет умения, различив тварь за стеной, причем там даже выхода не было, лаз шел параллельно основной норе. Это нечто выглядело смесью хищной крысы и крота, тоже хищного, формой пасти отдаленно напоминая рисунок на двери. Размером с очень крупного пса, этакого тибетского мастифа, с гладкой и лоснящейся от жира кожей, укрытой тончайшим слоем черной шерсти, даже в абсолютной темноте черной. Пасть под длинным и нервно шевелящимся носом была еще та, сплошные иголки зубов, тоненькие и желтовато-грязные, как шипы акации. Такими зубами не выйдет ни терзать плоть, ни жевать растительную пищу, они словно предназначены для того, чтобы причинить максимум страданий.       Проверять не хотелось, вот Птах и не проверяет, прислоняясь к стенке норы, прислушиваясь к своим чувствам и, выбрав момент, ударяя сложенной щепотью рукой прямо в спрессованную землицу. Слой там небольшой, сантиметров двадцать, не больше, самое тонкое место, а тварь именно рядом со стенкой и ползла в выбранный момент. Активированный в полную мощь «пронзающий клюв» землю ту пробил без труда, как без труда поддалось и лишенное любой естественной брони тело. Хруст, влажный и мерзкий, прикрыт хрустом сухим и резким, с каким сломалась стенка норы.       Враг уничтожен (мутант/оскверненный): злой младой кротокрыс (падальщик, терзатель) шестая Ступень.       Первооснова поглощена Святилищем Дверей.       Брызнула кровь, в лицо ударил звериный запах, тот самый мускус, но без шерстяной нотки, алые, он прекрасно видит цвет даже в темноте, капли укрывают кисть и все предплечье, но тварь не успела даже запищать. Мгновенное поражение сердца, мгновенная же смерть. Теперь весь вопрос в том, унюхают ли эти создания кровь, вернее, как скоро они ту кровь почуют. И окажется ли его маскировка эффективной против кровавой метки, что даже важнее. Птах отходит в сторону, пытаясь поместить все пятна крови на себе в инвентарь.       Хитрый и полезный трюк, но в полной мере его осваивают либо обладатели инвентарных навыков, либо после пятой ступени, когда все осененные начинают более гибко пользоваться тем самым инвентарем. С развитием Хроники и ростом ступеней этот прием начинают использовать даже вместо душа или чистки зубов, когда концентрации и контроля дара хватает для того, чтобы убрать пот, налет на эмали и неподтертое говно с жопы или вовсе из штанов, если было страшно, чем некоторые и пользуются, особенно в дальних походах. А некоторые и вне таковых, потому что просто могут и ленятся в бочку на помывку лезть.       Аварис ему рассказал забавную историю, когда высокоуровневого, но бестолкового, хоть и талантливого аристократа, желавшего спрятаться от погони на дне общества, поймали и вычислили именно потому, что он не вонял и не был грязен, хоть и одет во рванину. А потом того высокоуровневого и талантливого засунули в Храм Ее на пожизненное заключение, да еще и публично высмеяли за то, что так опозорил себя, уподобившись черни и быдлу. За намек на то, что этим аристократом был сам Аварис, тот едва не обглодал Птаху лицо прямо в Храме, с пеной у рта объясняя, что речь о еще одном неудачнике, возможно сидящим в соседней «комнате» Храма.       В общем, у Птаха не получилось, несмотря на старание, так что пришлось доставать из инвентаря кусочек ткани и флакон с зельем, капая себе на кожу и одежду. У кротоподобных тварей ключевыми чувствами обычно являются слух и ощущение вибраций, но твари вообще хорошо кровь ощущают, это у них традиционно сильная сторона. Шестая ступень? Такой вполне может обладать развитыми сенсорными трюками на основе нюха, да еще и приписка «младой» нервирует – в разломах это часто значит, что есть еще и «юный», а то и вовсе «взрослый» или «матерый». Если тут у младого Всевидящая шестую ступень определила, то со старшими особями стыкаться не хочется.       В итоге Птах еще сильнее сосредоточился на маскировке и продолжил свой путь через лабиринт крупных тоннелей, уже через пять колоколов окончательно поняв, что он ходит кругами. Все крупные тоннели хоть и ветвились, но не слишком сильно, следуя правилу левой руки несложно было пройти вдоль всей этой локации, поняв простую истину: выход где-то в мелких отнорках спрятан. Медитация не слишком помогала, ведь здесь имелся крайне насыщенный фон, скрадывающий большую часть пространственных искажений. Это если дверь вообще хоть какие-то искажения производит. Попытка же хотя бы прислушаться к активации «Нивелирования Нестабильности» едва не стоила землянину запасной жизни.       Он словно всем естеством ощутил ту нить-цепь, раскаленную и натянутую до предела, какая пришила его душу к этому месту, не давая сбежать. Будь он сильнее, будь у него куча иных умений, среди них нашлось бы что-то, что помогло преодолеть эту нить, оторвать ту от тени души своей, но у Птаха была только третья ступень, скверный характер и много наглости. Для выбранной задачи все еще критически недостаточно, увы. Зато удалось немало тварей напластать, они попадались как в центральных норах, так и в ближних отнорках. Если выпадала возможность и он засекал их присутствие, то убивал всегда – раз уж имеется возможность получить какую-то награду, то нечего от нее отказываться, особенно когда риск приемлем.       Сначала просто учуять зверушек «Созерцанием», чистым мастерством навыка и комплексом пассивок, ощутить их магию, их запах, их присутствие, создаваемые ими движения. Затем прозреть предположительное место нахождения с помощью «пронзающего взора», уже вблизи окончательно локализовать «полем созерцания», а уже потом ударить либо клювом, либо ладонью. Брони на теле у тварей не имелось, а их шерстка хоть и неплохо гасила энергетические искажения, но не против раскачки и навыков Птаха, так что ложились твари быстро и бескомпромиссно. Ложились все, даже встреченные в широких тоннелях взрослые особи кротокрыс восьмой-девятой ступени, какие отличались еще большей массой, размерам с хорошую (вернее, очень плохую) лошадку. А также сравнительной стойкостью, какая позволяла бы им сражаться даже после получения нескольких ударов подряд, если бы Птах намеренно не добивал как можно быстрее. Ну, еще мех у них подлиннее, на полных три пальца, так что вонь свалявшейся шерсти шла именно от взрослых существ.       Птах почти уверен в том, что твари могут приманивать младших своих собратьев, звать их на помощь, но просто не давал тем на это времени, потому что трудно использовать какой-то там «призывающий писк», если твои мозги и потроха немножко взбивают в миксере. На самом деле сражения получались весьма опасными, смертоносными, истощающими психические резервы, но не более того – не имелось ощущения непосильности, только собранность и готовность работать. Регулярное применение умений созерцательной ветки и быстрое восстановление резерва выручало. Он ориентировался и передвигался совершенно свободно, обнаруживая противника и нанося удар первым, не давая обнаружить себя, хотя на деле в этом лабиринте нор вполне мог застрять и подохнуть целый рейд.       Твари ведь не тупыми мобами из компьютерных игр были, они замечали мертвые тела друг друга и пытались выследить Птаха, заставив его понервничать, но нет, справилась маскировка. И справился Птах, выбивающий одиночек и постоянно маневрирующий. Легкие, почти невесомые, шаги производили очень мало вибраций, сам он не шумел и регулярно обновлял подавитель запаха, в итоге сумев напластать больше трех десятков трупов. Справился бы и еще лучше, но тут твари сбились в одну стаю, а из какой-то дыры, ранее просто не найденной, выбралась главная особь, не шестой и не девятой ступени, как младые и взрослые. Но и не босс, совершенно точно не босс, Птах это ощущение ни с чем не спутал бы, тварь совсем не так подавляла, просто матерая тварь, возможно даже не элита, а всего-то обладающая более высоким уровнем.       Всего-то, ха-ха.       Подумав немного, землянин вытащил из инвентаря бомбу... и положил ее обратно, опасаясь взорвать эти норы и добиться того, что обвал его здесь же придавит насмерть. И воскрешение не поможет, потому что негде будет воскресать! Пришлось еще некоторое время полазить по норам, дождаться, пока твари разбредутся, и возобновить охоту, потратив почти полные сутки по таймеру и несколько лет по субъективному мироощущению. Даже несколько раз подбирался к однозначно ищущей его старшей твари, но та окружила себя младой порослью и явно была готова заорать. Птах буквально осязал и видел сосредоточенное вокруг ее глотки зыбкое и резкое волшебство, словно обретший цвет скрип мела о доску, не желая проверять, как отреагирует его тело на попадание под такую ультразвуковую пушку.       А потом вовсе нашел дверь, прямо в одном из наиболее ближних к центральной норе-дороге отнорков, даже сильно скрючиваться не пришлось. Посмотрев еще раз «пронзающим взором» на укрытого длинной белесой, а не черной, шерстью мега-кротокрыса, Птах прикинул свои шансы и решительно сказал «ну нахер». В принципе, тварей он убил немало, выловил всех одиночек и регулярно бил по отделившимся от группы дезертирам, прежде чем те вовсе в комок собрались, так что где-то четверть он умертвил совершенно гарантированно. Вот на счет трети уверенности не было, но все же шансы высоки.       Рискнуть и атаковать тварь в центре свиты? Возможно, только возможно, он и сможет нанести первый внезапный удар в горло или голову, не дав мразоте с быка размером, полностью перекрывающей тушей своей центральную нору, закричать активным умением, а затем быстро влив в ту смертельный урон. Или хотя бы не дать той закричать. Может быть, но едва ли. А потом гарантированная смерть от окруживших его тварей, потеря всех запасов инвентаря при воскрешении и побег от взбешенных кротокрыс. Запустить «погружение в мир», находясь в фокусе внимания стольких монстров, каких он еще и недавно атаковал, будет сложно, слишком большой дисбаланс с мирозданием, а он не Юдель, не тот уровень мастерства.       И окинув спину ползущего по своим делам кротокрыса, какой, похоже, принялся разрывать часть малых нор в поисках убийцы своих братишек, землянин нырнул в ответвление и прикоснулся к двери, пожелав покинуть зал испытания. Миг, и он словно проваливается в эту дверь, даже в дверцу, словно его туда затянуло, аки хомяка в пылесос, а затем он осознал себя стоящим посреди очередного каменного зала. Только в этом цвет камня немного отличался, форма была не круглой, но квадратной, а дверей было не шесть, но всего лишь две. Впрочем, посмотреть на них Птах не успевает, ибо его отвлекла Хроника, выдавая новое сообщение.       Первое испытание пройдено!       Дополнительная награда: одно случайное элитное внеуровневое улучшение!       Очень захотелось передумать и вернуться, добить-таки тварей и получить еще и идеальную награду, но он себя успокоил. И не стал бы возвращаться, даже если бы и была такая возможность – слишком высок риск, слишком опасная тварь и, что решило вопрос, неудобная арена. На открытом пространстве он бы рискнул, смог бы куда свободнее пользоваться тем же посохом, да и акустические атаки вне замкнутых помещений сильно слабеют, это общеизвестно. Но там, в узкой норе, да против твари, какая именно на ведении боя в подобных условиях и специализируется? Нет уж, он не настолько еще в себя поверил.       ==+==       Вне навыков и Ступеней:       - регенерация мышечных тканей и привязанных к ним тонких тел увеличена (телесно-энергетический/элитный Малый Хранитель/Мертвые Залы)       - зрение значительно улучшено, а также заметно лучше работает в темноте, тумане и наведенном мороке (духовно-энергетически-телесная/Первое Испытание/Святилище Дверей)       ==+==       В глаза будто насыпают песка с битым стеклом вперемешку, на миг он почти заплакал, но потом зрение резко восстановилось, став более резким, четким, регулируемым и глубоким, пожалуй. Тот же «цвет чародейства» тоже стал лучше работать, словно получил дополнительный множитель. Взор не стал чисто магическим, но приобрел дополнительное разрешение, отчего, если сосредоточиться, можно было начать видеть оттенки энергий и тонкого мира даже без медитации. Он и раньше мог, но не настолько явно, не именно глазами, а всем комплексом восприятия. Не активное умение прямого волшебного восприятия, но очень и очень недурное подспорье любому осененному. Ну, если бы он был адреналиновым наркоманом с зависимостью от прокачки и манией повышать свою крутость любым способом, то сказал бы, что риск себя немножко окупил. Но он был Птахом, а не Дебилом, и потому ничего такого не сказал и даже мысленно не произнес.       Вспомнив о том, что лимита на пребывание в этих залах нет и сами они совершенно безопасны, если Юдель не ошибся и намеренно не наюздел, землянин пожал плечами, достал из инвентаря очень тонкое и теплое одеяло, дар из лично выбитой шкатулки, укрылся и уснул прямо на каменном полу. Ничего необычного или зловещего ему так и не приснилось, если не считать воспоминаний о симпатичной официантке в кафешке рядом с домом, еще на Земле. Почему-то просыпаться после такого сна было до осточертения тоскливо, хотя он вроде как особо и не жалеет о своем попадании, о земной жизни не слишком скучает, просто накатило чего-то.       

***

      Пробуждение вышло удивительно приятным – его никто не попытался избить, под покровом «Единения» подкравшись к чутко спящему пришлому. Это уже делало утро, вернее, если часам Хроники верить, поздний вечер, максимально радостным и предельно приятным. Зевнув и быстро перекусив прихваченным еще из деревеньки с невежливыми иулатарскими дебилами хлебом, какой в инвентаре даже не зачерствел, землянин поднялся на ноги и принялся смотреть на две доступные ему двери. Двери, казалось, смотрели в ответ, словно глаза на нарисованной рожице. Рожица получалась весьма зловещей, словно Всевидящая, создавая это место, намеренно добавила на стену трещинок и складок в нужных местах.       Левая дверца была отмечена схематическим рисунком закованного в кандалы коленопреклоненного узника, понуро опустившего голову. Правую украшала весьма красивая гравюра чего-то закутанного в черную дымку, рогатого и злобного, а еще над этим рисунком был изображен весьма характерный глиф, какой узнал бы каждый из местных жителей. Бездна. Местный Ад. И те, кто его населяют, святых символов вот вообще не боятся, скорее уж наоборот, жрут их. Местные демоны, хотя их назвать так не совсем правильно, но это наиболее близкий перевод по смыслу, тогда как наиболее дословный звучал бы как «нечистые».       Крайне неприятный противник, с каким связываться не любят, хотя отдельные классы с ними вполне работают, Аварис даже на полном серьезе предполагал вариант с выбором в высокие навыки «Демонологии», вернее, «Нечистого Таинства». Остановила тогда Птаха не кровавость этого пути, поскольку кровавых жертвоприношений местные демонологи совершают в разы меньше всяких некромантов, малефиков, ритуалистов, жертвенников или даже черных алхимиков. Даже не весьма сомнительная законность, хотя тут зависит от провинции и наличествующих разрешений. Нет, остановило то, что к уже имеющимся навыкам такой выбор не сильно подходил. Если «Стойкость» была и оставалась бы уместной, то вот «Медитация» для работающего с Бездной очень малополезна, практически лишняя.       Местные демоны-нечистые характерны тем, что живут в отдельном подслое пространства, представляя собой полуматериальные, - причем ближе к материальным, чем к «полу», - скопления смеси хаоса и упорядоченности с тонкой такой прослойкой Космоса. Их можно было бы считать отдельной расой, но нечистые, хоть и определяются системой, не живут в полной мере. Они подобны овеществленным функциям, какие рождаются в момент призыва и обретения материального тела, а после гибнут с отзывом или разрушением такового. Не живые, потому что никогда не жили. Бессмертные, потому что практически никак не могут смерть познать, хотя отдельные способы есть.       Если бы Птах был по классу Жрецом или любым иным образом связал себя с Пантеоном, то хрен бы его кто затащил в ту дверь. Божественные энергии в чистых проявлениях для порождений Бездны практически безвредны, зато очень питательны и крайне желанны. Обычно в фентезийных книжках Земли именно жрецы и ангелы суть естественный враг всяких чертей, а в Иулатаре все наоборот. Нет, полностью беззащитными жрецы и божьи слуги перед нечистыми не становятся, есть способы и даже отдельные клирикальные связки навыков, какие выносят возомнивших о себе слишком много демонологов. Но все равно неудобный, нехороший противник даже для Птаха, особенно для Птаха.       Вся суть немалой части его навыков заключена в единстве с миром, с его потоками и волей, а нечистые миру чужды, они мешают использовать опору на таковой. С другой стороны, сенсорика Птаха их заметит практически без труда, определит по неестественным аномалиям даже надежно замаскированных от чисто магических методов поиска. Да и в прямом бою его «Безоружный Бой» будет без особого труда рвать и тело, и энергетику сущностей, лишенных одного из углов триады - духа, ибо духовного тела у этих созданий нет. Оно не зарождается у тех, кто не был рожден.       В итоге перед землянином встал простой в сущности вопрос – либо однозначно известный противник, какой прямо категорически неприятный, но теоретически уничтожимый, либо неизвестность. Вспомнив все то, что ему известно про нечистых, и то, насколько они опасный враг, он лишь головой покачал. Нет, он не рискнет, слишком опасные создания, обладающие совершенно, порою, нелогичными и нереальными способностями, непредсказуемыми и непонятными. В сути своей они несут зыбкую эфемерную природу, тень от таковой, но Юдель завещал своему не-ученику от всего эфемерного держаться подальше, даже если там той эфемерности мышь наплакала.       Дверь с узником встретила его мгновенным обращением в пыль и узким, хоть и высоким каменным проходом, ведущим в никак не просматриваемую сенсорикой темноту. И тактом позже он вышагнул из той темноты, но уже посреди широкого и торжественного, даже величественного зала, освещенного неестественными ярко-синими факелами, словно там горит газовая струя. Глаза его мимоходом осматривают и зал, и странную чашеподобную структуру в его центре, рядом с какой лежат ржавые, но аж сочащиеся силой кандалы. Все естественные и неестественные чувства Птаха от осязания этой штуки начало сводить судорогой и сверху еще тошнотой добавляло.       Задача: принять Кандалы Агонии и выдержать их дар в течение полного колокола, чтобы пройти к двери выхода.       Альтернативная задача: уйти в дверь, избежав гнева стражей.       Дополнительная награда: уйти в дверь, неся на себе Кандалы Агонии.       Идеальная награда: проявить неповиновение и посметь выжить.       Суть испытания стала понятна мгновенно – либо самому обречь себя на муки, либо попробовать свалить, без необходимости надевать явно проклятый артефакт с таким многообещающим названием, что просто ну его нахер. Только последнему варианту будут препятствовать вот эти три веселых парня, вероятно, те самые стражи. Вот смотришь на них и сразу понимаешь – с этими типцами ему никак не подружиться, какие-то они агрессивные и неразговорчивые. Нет, он понимает, что не выйдет быть душой компании, если у тебя нет рта, а ты хочешь орать благим матом, но интуиция подсказывает, что характерами они не сойдутся отнюдь не из-за отсутствия ртов у этой тройки.       Все трое сделали шаг вперед, а один, центральный, указал рукой на алтарь, мол, подходи давай, испытай свою волю. Кроме шуток, у Птаха с умением терпеть боль все очень неплохо, даже хорошо, хотя это и не повод для гордости. Очередная благодарность дорогому не-наставнику. Только вот гложут землянина сомнения, что всей его сопротивляемости и привычки сражаться даже сломанными руками, прыгая на поломанных ногах, хватит на то, чтобы выдержать эти кандалы. В них чувствуется не просто нечто нехорошее, а натуральное и ничем не прикрытое Зло, так что он надевать на себя эту мерзость не позволит.       И его волю, его решение, стражи словно ощутили, разом повернув в нему головы и начав смотреть, несмотря на то, что у них не имелось и глаз тоже. Высокие, в два с половиной метра, тощие или даже изящные, одетые в полные латы, отдающие азиатскими нотками, вооруженные и очень суровые, они не имели лиц. Под широкополыми шлемами, напоминающими китайские шляпы сборщиков риса, открывались белесые лица, сплошная кожа с неровностями на месте носа, рта и глаз, но без самих обозначенных частей. Гладкая белая кожа, казалось, слегка блестела в неверном свете голубых огней, когда они совместно и угрожающе сделали шаг навстречу Птаху, доставая оружие.       Первый вооружен цельнолитым из бронзы протазаном с крайне длинным лезвием, где-то в четверть длины древка. Второй казался несколько более тяжеловесным и коренастым, бронирован оказался получше, даже лицо скрыто сплошным забралом без глазной щели, и был вооружен тяжелым башенным щитом и Люцифером, то есть, тьфу ты, Моргенштерном. Очевидно, отнюдь не репером. Броня третьего являлась самой легкой на вид, легким было и вооружение – смесь полуторника и нагинаты, а также изящный и закрученный в спираль волшебный жезл. Каждый из противников ощущался опасным, он осязает и созерцает их всех и понимает, что простым бой не будет.       Именно бой, не прорыв: приходило интуитивное понимание того, что он на своих коротких ножках не сможет избежать погони и до противоположного конца зала не добежит, не получив при этом удар в спину. Спрятаться не выйдет тоже, ведь голубое сияние словно подсвечивает его, не дает нырнуть в мироздание и скрыться в маскировке. Даже если он сумеет преодолеть газовый свет, если добежит в другой конец с помощью активных рывков, толку будет немного, потому что двери там не видно, она если и есть где-то, то скрыта, спрятана так, чтобы сходу не отыскать. А искать вдумчиво ему не дадут, стремясь покарать нарушившего условия задачи. И все же он настроен оптимистично, ведь враг очевиден и ясен, да и сила их хоть и давит восприятие, но не ощущается необоримой.       Землянин не стал спешить, медленно и неторопливо проявил из инвентаря свой посох, а ему и мешать не стали, дождались его действий. Он провел стандартную тройку выпадов для разминки, встал в низкую стойку, обозначая посох продолжением своего клюва. Птах прикрыл глаза, полностью отдаваясь медитации, принимая мир настолько полно, насколько лишь способен сейчас. Он повинуется пришедшему из ниоткуда наитию, словно кто-то еще шепчет его устами, словно кому-то еще принадлежат его слова. Повинуется и шепчет, едва слышно, скорее обозначая слова, чем озвучивая их, но не сомневаясь в том, что его обязательно услышат.       И поймут.       - Нет повиновенью. – Еще не отзвучал последний слог этой фразы, а вся троица резко, слаженно, аки по незримой команде бросилась в бой, намереваясь его за такие слова наказать.       Дальше все закрутилось стремительно и страшно, отчего мысли привычно уже для таких ситуаций отошли на второй план и отдали контроль вбитым рефлексам и тому самому мастерству, что ведет за руку через самую тяжкую битву. Старая поговорка гласит о том, что в критической ситуации никто не возвышается до предела своих ожиданий, а падает до нижней планки компетентной подготовки. В случае Птаха эта планка отнюдь не низкая, а скованное волей сознание помогает направить обнаженные рефлексы, задать тон дальнейшим действиям, не пытаясь именно думать над каждым шагом. Результат, стоит признать, впечатляет – ему Юдель пару раз показывал запись в магическом кристалле. Запись того, как выглядит Птах со стороны в те моменты, когда бьется за собственную жизнь.       Первый такт начат классическим выпадом цапли: посох вместо клюва, нижняя стойка и стремительное распрямление, совмещенное с активацией всех поддерживающих умений. «Верткое уклонение» омывает тело и дух холодным душем, добавляет раскаленного льда в жилы «активный резонанс», а затем обитое странным железом навершие посоха наносит удар. Только не туда, куда хотелось бы – выбранный целью копейщик, уже занесший свое оружие в длинном выпаде, лишь чуть отклонился, ударяя вниз, пытаясь пригвоздить Птаха к каменному полу засверкавшим эффектом умения лезвием.       Удар посоха он принял на одетую в бронированную перчатку ладонь – сталь на внешней стороне, плотная кольчуга и кожа на внутренней. И этого не хватило, кольца погнулись, а кожа перчатки лопнула под ударом «пронзающего клюва», но рука уцелела, мигом позже сжимаясь вокруг посоха и дергая его на себя. Тварь выше, тяжелее, сильнее, а Птах все такой же Ежик, что и раньше. Ежик злобный, смертельно опасный и чудовищно сильный для своей массы, сильный и при этом слишком легкий. А сверху уже упал протазан, и не успевает Птах уклониться.       А он и не уклоняется, поднимая руку и голой ладонью отводя лезвие, что раскалено добела и способно разрезать стальной прут вдоль. Жар лезвия словно покрылся поволокой, втягиваясь в мерцающую призрачную ауру духовного марева вокруг предплечья. Марево дрожит и готово рассыпаться, но его хватает на то, чтобы свести удар в ничто, помочь протазану ударить мимо и войти в пол, самому сближаясь и выпуская посох. Копейщик бьет ногой, банальным пинком, словно олень, пытающийся копытом задеть голодного росомаху, но Птах удар читает, видит заранее, понимая саму суть вложенного в атаку движения.       Смещенная позиция, нырок еще ниже и снова удар из нижней стойки, но теперь рукой, сложенной в щепоть, прямо чуть ниже и сбоку от широкого стального пояса, под него, туда, где нет стальной пластины, лишь все та же кольчуга. И теперь металл не выдерживает, расходясь под ставшими тверже стали пальцами, выпуская новые капли ярко-синей в сверкании факелов крови. Все пассивные умения «Единения» наполняют тело мощью, неестественной и невозможной, отчего противник отступает на шаг, сдвигается, несмотря на массу свою и доспеха, но только шагом все и ограничилось. Такт, и протазан покидает каменную хватку, все тот же такт, и свободная рука Птаха выдергивает посох из ослабевшей хватки, все тот же такт, и оставшаяся пара обходит соратника с двух сторон, тут же атакуя.       Птах отшагивает назад, но не шагом, а умением, разом покрывая пять шагов обычных, выйдя из зоны атаки моргенштерна, уйдя из-под взмаха нагинаты, проигнорировав выплеснувшуюся из жезла вязкую тучку синевы. Первый из восьми зарядов «стремительного сближения» потрачен, эффект размытия не дал задеть Птаха в момент рывка, но и враг не добит. Из-под пояса раненного в тазовую область копейщика течет синий ручеек того, что заменило твари кровь, с кисти падают капли того же цвета, но существо все еще стоит и все еще опасно. А мигом позже в рану вливается все та же синева с жезла третьего, казалось, усиленная сверканием факелов, тогда как щитоносец сам применяет рывок.       Миг на сближение, строго по прямой, и тут же удар щитом, причем со щита стекает бесцветная ударная волна, сама по себе способная превратить человека в кровавый кисель. Птах киселем быть не хочет, он буквально вытекает из зоны поражения, зацепившись за край щита, дергает себя в сторону, облегчая вес, а после атакует в бок, из слепой зоны, противоположной той, где вооруженная рука. Ага, атакует, два раза. Он даже не успел умение применить, как его уже едва не накалывает на шпажку протазана. Длинный выпад, на максимум длины древка, плюс полный шаг и вытянутое туловище: пришлось снова уклоняться, смещаясь.       Удар стальным шаром на цепи доворачивается неестественно точно, словно тварь управляет полетом своего оружия. Не удивительно – ключевое умение для оружейных навыков, неважно ветки цепов, кистеней или даже плетей, а твари, похоже, имеют практически полноценные древа умений, а не просто несколько хитрых трюков, как твари обычные. Элита, несомненная элита, все трое. Возможно, они даже не совсем твари хаоса, а очень продвинутые гомункулы какие-то. Эти мысли летают в чьей-то еще голове, где-то далеко и не здесь, потому что Птах вовсе не думает, просто учитывает факты и работает с ними.       Снова удар, снова отступление, снова и снова движется он в резких рывках низкой стойки, принуждая противника бить преимущественно сверху, словно пытаясь раздавить надоедливого таракана. Он полностью реализует неестественную легкость своего тела, скача по каменному полу, словно паскуда, но не смея отрываться от поверхности и зависать в предсказуемой траектории. От такого его Юдель отучал особо жестко и жестоко, зато сейчас Птах ему почти благодарен, но только почти.       Еще дважды тратит он заряды рывка, один раз выбираясь из западни, когда его почти зажало между потоком агрессивной дымчатой синевы и щитом бронированного кабана, а второй, когда он неверно рассчитал движения тройки и попал прямо под взмах нагинаты. Птах не страшится, не истерит и не молит Пантеон и Всевидящую о милости, лишь оценивает оставшиеся запасы сил и понемногу тяжелеющее дыхание, применяя «омовения энергиями», восполнив запасы духа и банальной выносливости.       Такты складываются в первую ноту, полную лишь звона стальных сапог о камень да грохота прилетающих по камню выпадов, регулярно усиливаемых оружейными приемами. А потом начинают работать бонусы «Созерцания», особенно полностью закрытого «созерцания движений» и вложенных в «комплексное познание» трех очков умений. С каждым тактом ему все легче понимать, предсказывать и едва ли не предвидеть движения своих противников. Он будто видит марево их грядущих шагов, ударов и выпадов за долю такта до того, как они их совершат, и на их скоростях это мгновение решает многое. Посох снова сжат в атакующей позиции, но стойка уже не безопасно-низкая, а агрессивно-настойчивая, буквально напрашивающаяся на нужную реакцию.       Выпад цепа оборачивается вокруг дерева, цепь захлестывает дерево и дергает, вырывая импровизированное оружие Мудреца и задевая, хватая неосмотрительно подставленную руку Птаха. Рывок цепи и его буквально впечатывает в стену, чтобы сразу и щитом придавить и дать ударить соратникам. Рука тут же выскользнула из хватки цепи, но уже поздно, слишком поздно, ведь некуда бежать и отступать... если только не извернуться еще в полете и перед ударом о стену приземлиться на нее ногами, а после сделать два широких шага прямо по стене, прижимаясь к ней так же, как раньше к полу. Каменной крошкой умывает его спокойное лицо выпад протазана, оставивший широкую борозду вдоль стены, влилась в поднятую перед лицом ладонь стрела синевы, мерцающая в такт дрожанию факелов, а потом Птах прыгает.       Прямо поверх спешно поднятого башенного щита, оказавшись на загривке тяжело бронированного, но и при этом самого неповоротливого из противников. Трижды. Трижды он успевает ударить кулаками в затылок и левый висок, ощущая, как засверкавшие активным умением латы пытаются препятствовать «пронзающему кулаку». Но лишь пытаются, слишком высоко мастерство, еще сильнее разогнанное пурпуром истины, да и само умение изначально и воплощено в Хронике, как способ уравновесить наличие доспехов у противника адепта «Безоружного Боя».       Враг не умер, но пошатнулся, упал на колено, стремясь стрясти вцепившегося в загривок человека, взметнулся удар нагинаты, но теперь без активного умения, лишь сталь, пусть и зачарованная – чтобы разрезать плоть человека, но не повредить бронированному соратнику. Птах не глядя принял сталь на «духовный блок», скользнув вниз, снова на землю и разрывая дистанцию, отступая и дожидаясь выпада протазана, точно туда, куда он отходил, на шаг вперед. И шаг он делает, переводя его в «стремительное сближение», размываясь для восприятия и проносясь в полупальце от выставленного вперед наконечника, прямо вдоль древка.       И весь разгон рывка, всю массу собственного удара, он применяет для усиления «пронзающего клюва», оказываясь с врагом буквально лицом в лицо, если про харю твари так можно сказать. Стремясь нанести удар по «подставившемуся» человечку, безликая мразь присела на одно колено и подалась вперед, временно потеряв защиту. Да и рана, нанесенная на самом старте, все же сказалась, чуть замедлив врага. Должны были прикрыть соратники, но щитник еще не отошел от ударов в голову, а магик просто не успевал среагировать. И пальцы клюва пробили голову твари там, где у нормального лица нос переходит в переносицу. Брызнуло синим, как жидким и кровавым, так и вязким, густым, словно засахарившийся мед.       Запаха, что характерно, почти и нет, только нотка чего-то химически-синтетического, повторно навевающего мысли об алхимических гомункулах, какими эти трое, скорее всего, и являлись, просто неординарными и дорогу-у-у-у-щими. Птах осознанно шел на риск, осознанно же знал, что будет с ним в итоге. Юдель мог что угодно говорить, но тут иных вариантов у землянина просто не оставалось, так что он осознанно пошел на неизбежное. Все, как и учили – если иных путей нет, то и не такую хрень ради выживания сделаешь.       Рука, пронзившая безликую башку, успела вырваться до половины, когда Птах применил очередной рывок, только спиной вперед, пользуясь им для того, чтобы поскорее освободить руку. В теории, мог позволить себе обойтись лишь «раскрытой ладонью», но не мог точно знать, сработает ли. А не добей он врага, так падла с нагинатой тут же подлечила бы раненного, пока щитник прикрывал бы. Он почти успел, но взмах нагинаты был быстрее, немыслимой скоростью пройдясь раскаленной линией перед лицом Птаха, чудом не располовинив оное лицо.       Он успел применить «духовный блок», добавив его к активному с первых тактов битвы «поглощению урона», к влитому в себя «очищающему циклу», но первое умение очень тяжело работает в условиях, когда конечность не свободна, а заблокирована, едва ли в четверть силы. Второе же не помогло бы против настолько мощного удара, урежь оно урон хоть в три раза, а не на треть. А третье недостаточно разогналось в силу не особой-то насыщенности именно этого зала хаотическими эманациями. Еще сколько-то помогла сработавшая «боевая готовность», но удар оказался слишком хорош, нагината аж слепила раскаленной синевой, срезая половину предплечья под корень и почти не замедлившись в ударе, словно напрочь игнорируя прочность и защиту. Кровь не течет, связанная и единенная высоким навыком. В тот же миг «багровая метка» ложится на обидчика невесомым листиком, казалось, еще сильнее увеличивая степень и качество работы «Созерцания» на противнике, делая псевдо-предвидение еще более эффективным.       Лишенный руки, но не жизни, землянин даже не замедляется, вообще не показывает, что он заметил или как-то ощутил потерю, тут же смещаясь и пригибаясь, избегая еще одной синей стрелы волшебства, а после бросаясь вперед на раскрывшегося противника. Самого тонкого и легкого, но и самого подвижного, легко читающего отчаянный маневр, едва ли не балетным па изворачиваясь и ударяя потоком синего дыма с жезла прямо в лицо Птаху, точно со стороны отсутствующей конечности. Лиц у этих созданий нет, как и голосов, но Птах уверен – если бы таковые были, то рожа оказалась бы совершенно неописуемой, а выражения исключительно матерными.       Дым буквально втягивает, словно в пылесос, прямо в раскрытую ладонь, ладонь абсолютно целую и чистую, даже без следа синих мозгов. Лишь отсутствующий по середину локтя рукав халата, - между прочим, усиливавшего ряд умений «Стойкости» на малую долю, - выдавал факт того, что руку ему реально отрезало, что это была не обманка и не иллюзия. Отрезанная конечность просто исчезла из чужой башки, оставив там лишь обрывок перепачканной синим ткани. Резерв, изрядно поистраченный и не успевающий восстанавливаться за время боя, вновь полон, откаты на все умения прошли, а сознание Птаха оказалось невероятно ясным. Сказалась субъективная пауза, позволившая по полной использовать сенсорику и просчет чужих действий, начав сходу, после ее окончания, раздавать живительных и неиллюзорных юзделей.       Ему бы могло удаться воспользоваться нестабильной позицией и потерянным равновесием магика, но Птах просто пробежал мимо, даже не пригибаясь на случай удара в спину, видел «полем созерцания», что тот не успеет. Видел и потому всей массой, всей скоростью бросился на щит бронированного, ударяя двумя ногами. Маневр настолько пафосно-тупой и долбоебский, что в обычном бою и в обычной ситуации именно тут он бы использовал первое воскрешение. Потому что убить Птаха в таком уязвимом и подвешенном положении смогла бы и тварь в разы слабее, если не на порядок. Но именно сейчас у безлицего было сотрясение того, что заменяло существу мозги, и оно не справилось, не ударило и не перехватило, не активировало свою ударную волну со щита.       Судя по всему, эта волна была этакой ультой бронированной морды, и он ее потратил в самом начале, а откат оказался слишком долгим. Как бы оно ни было, но привалившаяся на одно колено тварь не упала на спину, однако вся пошатнулась, не заметив стремительного взмаха руки. Взмаха, каким Птах приклеил на забрало шлема противника сверкающую бумажку. Оная не взорвалась, но честно купленная у Юделя за чуть ли не две третьих имеющейся наличности (пусть и за пачку в пять штук) «малая прожигающая офуда», - весьма редкий лут, выпадающий из шкатулок и создаваемый ремесленниками преимущественно в землях Цаня и прилегающих территорий, - свои деньги окупила. Этот заменитель термитной шашки не прожег шлем, но ослепил врага, принудил сорвать забрало, одновременно отворачиваясь и применяя рывок, выходя из зоны удара.       Птах просто шагнул следом, едва ли не зеркально повторяя чужой маневр, а затем вместе с ним ушел в рывок, так что когда щитник из рывка вышел, отбросив шлем и щит, перехватив моргенштерн поудобнее, он тут же узрел перед собой уже сложенного в пружину землянина. Распрямиться, нанося удар раскрытой ладонью в лицо – меньше такта, да только враг тоже обладает выдающейся скоростью реакции, даже снова активное «верткое уклонение» в расширении «змеиного рывка» не помогло. Птаху нужно было сделать длинное и сложное движение-выпад, а противнику лишь немножко отклонить голову – тут никакая контузия не помешала.       Вот только помешала «раскрытая ладонь», листиком слетевшая с руки и ударившая в не-лицо твари на самом излете. Не прикрытое шлемом лицо, какое тут же треснуло и брызнуло кровью – резерва в этот удар землянин не пожалел вложить, даже понимая, что удар смертельным не станет. Не стал, раскрытие «слетевшего листа» все же несет только долю от мощи изначального умения, это так, но удар еще сильнее замедлил врага, еще сильнее контузил, принудил упасть на спину, потеряв равновесие. Еще только звучит грохот удара тяжелых лат по камню, а Птах уже добивает, все той же ладонью в изувеченный лицезаменитель, с презрительной легкостью обходя блок свободной рукой и пригнувшись под лихорадочным и отчаянным взмахом цепи.       Его удар сливает воедино три взмаха с активацией боевого умения и совпадает с магической стрелой, посланной в затылок человеку, но принятой на «духовный блок» второй рукой, взмахом за спину, не глядя. Удары звучат влажным и омерзительным шлепком, но не более, даже мозги не брызнули из глаз за полным их отсутствием, только потоки синей жижи из ушей. И тут же едва ли не сальто-пируэт себе за спину, уходя от удара нагинатой, от второго, третьего, пятого. Оставшийся последним враг не спешил сдаваться и уверенно держал Птаха на дистанции, постоянно угрожая острием длинного клинка и направленным точно в центр массы человека жезлом, с какого стрелы слетали с неприятной частотой.       Синий свет вокруг начинает мигать, словно тварь от него подпитывается резервом, но это не сильно помогает, для Птаха зрение уже давно не является абсолютно необходимым ингредиентом успешного сражения. Очень быстро ситуация поменялась и уже тварь обороняется, осторожно и опасливо, а человек пляшет волчком вокруг, успешно маневрируя и принимая выпады нагинаты на блок голыми руками. Тварь даже стала куда осторожнее применять свои активные умения, особенно оружейные, потому что резерв тоже не бесконечный. Даже у твари, даже у той, какой сами стены зала помогают и какую подпитывают чертовы факелы.       Вот синим пламенем и дымом мразь лупить не перестает, явно надеясь землянина вымотать и подловить, падла этакая! Птах не ловится в расставленные на него силки, он лишь еще глубже созерцает противника, лучше познает его движения и начинает прессовать. Сближение, принятие нагинаты на блок, схождение и резкий, стремительный и бескомпромиссный обмен ударами, блок, блок, блок, а следом синхронный рывок. Враг пытается разорвать дистанцию, отцепиться от слишком мелкого и юркого противника, а наглая мелочь просто уходит в рывок следом, не давая разрыв провести. Враг повторяет, используя «повторный заряд», но и Птах повторяет, а после все же достает клювом в локтевой сустав противника, вынуждая уронить длинный клинок, выпустить поток синего дыма из жезла, отшагнуть и вытащить из ножен на поясе что-то похожее на вакидзаши, если оценивать соотношение длины к габаритам безлицей мрази.       К чести твари она отбивалась еще довольно долго, почти полную ноту, быстро заживив рану на руке синим дымом, но после потери клинка это была уже агония. Просто землянин не спешил рисковать и тратить новые заряды «Полного Обновления» или вовсе запасную жизнь, действуя неспешно и наверняка, отчего бой вышел красивым, даже кинематографичным, но при этом предельно практичным и утилитарным. Новых трюков тварь не показала, ударить его огнем факелов не попробовала и даже не детонировала одиноко стоящий алтарь с цепью. Так и упал мечник после нескольких десятков пропущенных ударов кулаков, чтобы получить в лицо еще один коготь. Птах снова тут же использовал «стремительное сближение» в обратной тяге, но удара возмездия не последовало.       Зато ожила Хроника, сообщая, кого и как он только что подебил.       Враг уничтожен (гомункул/сотворенный/элитный/гуманоид): Раскаленный Копейщик (воитель) одиннадцатая Ступень.       Враг уничтожен (гомункул/сотворенный/элитный/гуманоид): Кинетический Защитник (воитель) одиннадцатая Ступень.       Враг уничтожен (гомункул/сотворенный/элитный/гуманоид): Воин Синего Огня (воин-маг) одиннадцатая Ступень.       Первооснова поглощена Святилищем Дверей.       Птах отмечает факт того, что противники все же не хаотические твари, а тоже твари, но создания Всевидящей, пусть и не осененные Ею, а сотворенные таковыми. Иногда гомункулы даже получают Ее милость и становятся во всем подобными обычным жителям Иулатара, но это редко, чаще они так и остаются уникальными, опасными и довольно редкими типами мобов в разломах или элитными охранниками, слугами или даже любовными игрушками, хотя это уже реальный изврат. Не потому, что аморально, а потому что осененному сношать не осененного и почти тварь – лютое западло, хуже нетрадиционной ориентации и земного куклоебства, причем на порядок. Местные заморочки, причем намного более осуждаемые, чем любовь к маленьким девочкам и мальчикам. Да-да, Птах от лицемерия местного социума регулярно ловил дикий когнитивный диссонанс пополам со столь же дикой злобой.       Под мысли о падении местных нравов, если бы им было еще куда падать, Птах лениво наблюдает за тем, как зловещие кандалы просто ржавеют на глазах, вместе с растрескивающимся и осыпающимся пылью алтарем. Пожав плечами, Птах принялся искать выход и нашел таковой в течение пяти минут – на боковой стене зала, сокрытый за вполне пристойной иллюзией. Он и заметил-то именно иллюзию, ее энергетический фон, а там ложная картина просто рассыпалась, открывая идеально сокрытый в сенсорном поле выход из зала.       Второе испытание пройдено!       Альтернативная награда: одно случайное элитное внеуровневое улучшение!       Идеальная награда: одно свободное очко умений в случайный навык (Акробатика); пустой листок с предупреждением!       Частично свободное очко, конечно, очень радует, как и новое улучшение, причем элитное, но лучше бы это было именно что полностью свободное очко умений. Можно было бы провести его через «Совершенство», да и повысить Птах бы предпочел боевое умение. Тот же «пронзающий клюв» себя показал очень пристойно даже в настолько серьезном бою, работая не хуже бронебойного чекана и копья одновременно, компенсируя мощь лишь краткой дистанцией удара и проблемой с потерей маневренности из-за застревания в жертве. Впрочем, и «Акробатика» тоже сгодится, есть там одно умение, какое он прокачать не откажется, оно себя уже зарекомендовало.       ==+==       Вне навыков и Ступеней:       - регенерация мышечных тканей и привязанных к ним тонких тел увеличена (телесно-энегретический/элитный Малый Хранитель/Мертвые Залы)       - зрение значительно улучшено, а также заметно лучше работает в темноте, тумане и наведенном мороке (духовно-энергетичеки-телесный/Первое Испытание/Святилище Дверей)       - удачливость и сопротивление предиктивным эффектам улучшены (эфемерно-духовный/Второе Испытание/Святилище Дверей)       ==+==       Ого.       Ого!       Или даже...       Ого!!!       То ли опять бонусы «Совершенства», то ли элитность обещанного улучшения выстрелила на сто из ста. Все улучшения, дающие повышения удачи и связанного с ней, доступны либо при наличии одного из редчайшей группы навыков, либо просто на высоких ступенях и не во всех навыках вообще. Те же хоббиты известны тем, что у них такие улучшения регулярно проскакивают в любом навыке после двадцатой ступени, но даже там улучшения крохотные или, в лучшем случае, незначительные. А у Птаха просто улучшение, без примечаний – это реально круто, можно в казино выигрывать. Хотя туда могут и не впустить, если узнают. А в тех, куда пустят даже с таким навыком, умеют чужую удачу подавлять и нивелировать, есть специальные артефакты и расходники.       Эффект ценен в первую очередь не азартными играми, а второй частью – сопротивление предиктивным атакам, то есть всяческим не выражаемым энергетически-эфемерным проклятиям. Не просто проклятиям неудачи, а проклятиям-пророчествам, в стиле, «проживешь на день дольше меня», «принять тебе смерть от своего коня» и прочие «убьет тебя то, о чем не знаешь ты, но в красных одеяниях». Подобные воздействия, конечно, до крайности редки, а уж чтобы настолько ультимативно, как с тем же Олегом, мать его, Вещим, так и вовсе почти никогда не встречается, но все же есть умельцы. И твари тоже есть. Да и проклятые места попадаются.       И поскольку Птах раньше или позже гарантированно выйдет в высшую лигу, то получить некую защиту от такого говна заранее – самое милое дело. Осталась теперь сущая, ха-ха, мелочь: пережить испытания, пережить отчет перед Юделем или успешно того обмануть, сбегая (и пережить побег), пережить дальнейшую прокачку и таки войти в высшую, блядь, лигу. Задача для третьего класса, второй четверти, любой малолетний сопляк справится. Выключить внутренний сарказмогенератор удалось не сразу, помогла необходимость вложить дополнительное очко умений.       ==+==       Акробатика (достойный): 118/1000       Смена вектора: 2/3       ==+==       Сегодня это умение ему разок спасло жизнь, а может и две таковые, так что Птах быстро вложился в него, увеличив длительность до семи тактов, а откат сократив до трех нот, какие превратились в две с хвостиком под эффектом благости. И только потом позволил себе осмотреться и поискать последнюю часть своей награды. Юдель ему мало сказал, но намекнул о том, что листки – это сама жизнь, если имеешь достаточно мозгов их верным образом использовать. Посреди очередного зала, опять квадратного, стоял небольшой каменный постамент, скорее уж просто придорожный столбик, на вершине какого лежал пустой листок бумаги среднего качества, размерами примерно в половину классического офисного стикера.       Краткая справка от Хроники подсказала, что этот расходник можно и нужно применять в залах между испытаний, применять на дверях, получая краткую и, вероятно, не совсем бесполезную подсказку о том, что именно ждет за той дверью. Или о том, что нужно сделать. Или что делать не нужно. Или рецепт чая с бубликами. В общем, степень пользы варьируется, но в целом выбрасывать или использовать вместо туалетной бумаги эту вещицу не стоит. Птах посмотрел на листок, потом на двери, все четыре, тяжело вздыхая – на одной из дверей был повторно изображен демонически-нечистый рисунок, причем тот же самый, словно упрашивая поучаствовать в увлекательном конкурсе.       Птах еще сильнее уверился в том, что эту дверь выбирать не станет, а решение примет в пользу одной из трех оставшихся. Той, на какой видно изображение капкана, только теперь чуть иного рисунка, словно более изящное, утонченное даже. Иной, украшенной весьма детально нарисованным змеем, черным и чешуйчатым, рядом с каким был пририсован человечек, видимо, для сравнения (не в пользу человечка). Или последней, на какой нарисована была схематичная рожица-смайлик из двух кружочков и веселой улыбки. Только глаза эти плачут кровью и это ничуть не вдохновляет. Птах на все это посмотрел и решил отдать должное мастерству написания классики американской литературы. В том смысле, что он закатил глаза, вынул из инвентаря полюбившееся ему одеяло, а после молвил классическое:       - Я подумаю об этом позже.       И пусть его фамилия нигде не О’Хара, но ощутил он удивительное умиротворение, принявшись неспешно и пребывая в полудреме прогонять себя через циклы медитации. В конце концов, ему нужно дождаться отката потраченного заряда «Полного Обновления», ибо соваться в следующее испытание без запасного высшего исцеления будет дебилизм чистой воды.       Птах слушает мир, слушает бурный водоворот, неистовый шторм запертых в оковах «Святилища Дверей» мировых течений.       И центром этого шторма был и есть он сам.       Только он сам.