От ненависти до любви

Полвека.       Всего лишь пятьдесят оборотов солнца вокруг земли – для обычных смертных целая жизнь, а для них – лишь мгновение между вдохом и выдохом. Дэмиан стоял на вершине разрушенной башни, его плащ хлопал на ледяном ветру. В руке он сжимал кровавый кристалл – он всё ещё был твёрдым, холодным, лишь слегка подтаявшим по краям. – Чёрт возьми, – прошипел он, сжимая артефакт так, что тот впился в ладонь. Где-то далеко, за горами и лесами, Аэллис сидела у окна своей скрытой обители. Она чувствовала его ярость сквозь связь кристалла – как жар отдалённого пожара. – Нетерпеливый, –прошептала она, проводя пальцем по стеклу, оставляя за собой след инея. Её отражение в окне улыбнулось – нежной, почти жалостливой улыбкой. Пятьдесят лет... и ещё столько же впереди. Дэмиан внезапно швырнул кристалл в стену. Он отскочил, не разбившись, и покатился по камням. – Я найду тебя раньше, – пообещал он пустому воздуху, и его слова смешались с воем ветра. Аэллис почувствовала этот вызов – как укол в сердце. Она закусила губу, подавляя улыбку. – Попробуй, мой страж. Попробуй. Где-то между ними, в тени веков, тикали невидимые часы. Осталось всего пятьдесят лет... или вся вечность, если он решит нарушить их договор. Но Аэллис знала – он не устоит. Никто из них не устоит.

***

      Эти пятьдесят долгих лет Дэмиан провёл в яростном ритме меча и крови, но каждую свободную секунду его мысли возвращались к ней. Первый год. Он водил новобранцев Стражей через болота, где прятались молодые ведьмы. Его клинок свистел в воздухе, отсекая головы с хирургической точностью. – Смотрите и учитесь, – его голос звучал ледяным звоном стали. – Они не заслуживают милосердия. Но когда ученики расходились, он оставался у костра, сжимая в руке кристалл, который всё ещё оставался холодным. Десятый год. Великая охота в столице. Десятки ведьм сожжены на площадях. Дэмиан стоял на помосте, его серебристые волосы сливались с дымом. – Следующая, – бросал он палачу, но взгляд блуждал по горизонту, будто ища в толпе чёрные волосы и синие глаза. Двадцатый год. Тренировочные залы крепости Стражей. Он ломал кости новичкам, заставляя их подниматься снова и снова. – Слабость – смерть, – рычал он, ломая парню руку. – Вы либо убиваете, либо умираете. Потом, в тишине своей кельи, он сжимал кулаки до крови, представляя её смех. Тридцатый год. Ночь у камина в таверне. Молодые Стражи пили, рассказывали байки. Дэмиан сидел в углу, вертя в пальцах бокал с вином. – Слышали? Говорят, Королева Ведьм снова объявилась на севере, – болтал один из новичков. Дэмиан раздавил бокал в руке. Алые капли смешались с вином. – Глупости, – прошипел он. – Она мертва. Но сердце бешено колотилось в груди – ложь обжигала губы. Сороковой год. Он стоял на вершине башни, наблюдая, как восходит солнце. Кристалл в его кармане наконец подал слабый признак тепла. – Скоро, – прошептал он, и впервые за десятилетия уголки его губ дрогнули. Пятидесятый год. Дэмиан сидит у окна в своей спартанской келье, протирая клинок. На столе – карты, испещрённые пометками. – Ещё немного, – его пальцы скользят по почти целому кристаллу. – И я приду за тобой, моя ведьма. Где-то далеко Аэллис чувствует этот шёпот и улыбается, рисуя на окне узор из инея. – Терпение, Дэмиан, – шепчет она в пустоту. – Всё ещё впереди. Но оба знают – когда эти пятьдесят лет закончатся, мир содрогнётся от их встречи.

***

Пятьдесят лет.       Для Аэллис это был лишь миг между страницами древних фолиантов и шёпотом звёзд. Первый год. Она скользила между тенями разрушенных храмов, собирая обрывки забытых заклинаний. Её пальцы чертили символы в воздухе, заставляя камни петь древние гимны. – Как скучно без тебя, мой страж, – шептала она, наблюдая, как её магия оживляет мозаики на полу. Пятый год. Аэллис основала новое убежище для ведьм – скрытую долину, где те могли пить её кровь без страха. Она сидела на троне из переплетённых корней, наблюдая, как её сестры возрождаются. – Пейте и живите, – её голос звучал мягко, но глаза оставались холодными. Десятый год. Ночь в библиотеке запретных знаний. Она переводила тексты, написанные на языке, который забыли даже боги. Иногда её пальцы задерживались на странице, будто чувствуя его ярость сквозь кристалл. – Ищешь меня, Дэмиан? – улыбалась она пустому воздуху. – Ищи же. Двадцатый год. Ритуал под кровавой луной. Она стояла в круге из свечей, её чёрные волосы развевались в невидимом вихре. Магия времени пульсировала вокруг, но она сознательно избегала заглядывать в своё будущее. – Нет, – прошептала она, разрывая чары. – Пусть будет сюрприз. Тридцатый год. Война между кланами ведьм. Аэллис наблюдала с высоты, её плащ колыхался на ветру. Когда одна из сторон обратилась к ней за помощью, она лишь рассмеялась. – Убивайте друг друга, глупые. Мне есть кого ждать. Сороковой год. Она бродила по руинам своей старой обители, где они впервые встретились. Её пальцы скользили по обугленным стенам, оживляя воспоминания. – Помнишь, как ты кричал, когда я сбежала от тебя? – её смех эхом разнёсся по пустым залам. – Ах, да... ты всё ещё кричишь. Сорок девятый год. Лунное затмение. Аэллис стояла на вершине самой высокой горы, чувствуя, как кристалл в его руках наконец начинает таять. – Скоро, мой страж. Очень скоро, – её голос слился с воем ветра. Пятидесятый год. Сейчас она сидит у зеркала в своей спальне, заплетая длинные чёрные волосы. В отражении мелькает тень – не её, а его. – Терпение, Дэмиан, – она целует кончики своих пальцев и прикладывает их к зеркалу. – Всего несколько мгновений осталось. Где-то далеко он чувствует этот жест и сжимает кулаки. Оба знают – их танец только начинается.

***

Ещё пятьдесят лет.       Сто оборотов земли вокруг солнца – и Дэмиан стал ещё беспощаднее, ещё одержимее. Первый год. Он стоял на костях поверженного дракона, его клинок капал чёрной кровью. – Где. Она. – каждый удар меча по шее чудовища сопровождался этим вопросом. Шестой год. Дэмиан возглавил Великую Чистку – сжигал целые деревни, где укрывались ведьмы. Пламя лизало его доспехи, оставляя на них новые шрамы. – Выгорите всё дотла, – приказывал он солдатам, но сам шарил взглядом по теням, ища её силуэт. – Если среди пепла будет хоть одна искра её магии... Двенадцатый год. Он тренировал новое поколение Стражей, ломая им рёбра на поединках. – Вы даже не представляете, с чем вам предстоит столкнуться, – его голос звучал хрипло, когда он душил одного из учеников. – Она... она играет с тобой, пока ты умираешь. Двадцать пятый год. Дэмиан проник в Запретную Библиотеку, где хранились пророчества о Королеве Ведьм. Он провёл там три года без сна, читая при лунном свете. – Ложь, – швырял он очередной фолиант в стену. – Всё это ложь! Тридцать восьмой год. Он нашёл её след в древнем лесу – каплю крови на мху, всё ещё тёплую. Дэмиан упал на колени, впитывая этот аромат. – Я близко, Аэллис, – его пальцы вцепились в землю. – Чувствуешь? Пятьдесят лет. Сейчас Дэмиан стоит на краю пропасти, сжимая в руке почти полностью растаявший кристалл. – Сто лет... – его голос звучит хрипло. Где-то в тени Аэллис чувствует его ярость и проводит пальцем по губам, подавляя улыбку. – Скоро, мой страж. Совсем скоро. Но оба знают – эта игра только набирает обороты.

***

Ещё пятьдесят лет.       Для Аэллис это были лишь мгновения между страницами её вечной игры, но каждое из них было наполнено ожиданием. Первый год. Она восстанавливала древний обсерваториум, где звёзды рассказывали ей истории о прошлом. Её пальцы чертили созвездия в воздухе, заставляя их оживать. – Где ты сейчас, мой бессмертный страж? – её смех звенел, как разбитый хрусталь, когда она видела его отражение в звёздной пыли. Двадцать пятый год. Аэллис основала новый ковен в глубине ледяных пещер. Юные ведьмы пили из её чаши, их глаза загорались магией. – Я дарую вам силу, – её голос звучал, как зимний ветер, – но помните – однажды они придут и за вами. Сорок третий год. Она стояла на руинах мельницы, где они впервые слились в поцелуе. Её пальцы провели по обугленному дереву, оживляя воспоминания. – Ты всё ещё чувствуешь мой вкус, Дэмиан? – её губы искривились в улыбке. – Он навсегда в твоей крови. Пятьдесят лет. Сейчас она сидит в кресле, наблюдая в магическое зеркало за его поисками. – Скоро, Дэмиан, – её пальцы сжимают подлокотники, оставляя следы когтей. – Я уже скучаю.. Оба знают – их встреча будет подобна столкновению двух стихий. И мир не переживёт этого.

***

      Последние капли кристалла исчезли с ладони Дэмиана, оставив лишь липкий след магии. Он стоял посреди пустынного плато, где ветер выл как потерянная душа. Его пальцы сжали пустоту там, где ещё мгновение назад лежал артефакт. – Значит... пора. Где-то за горами, в башне из чёрного камня, Аэллис медленно открыла глаза. Её пальцы разжали хватку на ручке кресла – дерево треснуло под давлением. – Наконец-то. – Приходи, Дэмиан, – прошептала она, целуя кончики своих пальцев и оставляя на ветру след магии, чтобы вести его. – Я жду.

***

      Поляна у озера была залита лунным светом, превращавшим воду в жидкое серебро. Аэллис сидела на мшистом камне, её чёрное платье сливалось с тенями, а бледные пальцы перебирали опавшие листья. Каждый лист, коснувшись её кожи, на мгновение вспыхивал голубым светом, затем рассыпался в пепел. – Ты опоздал на семь минут и тридцать две секунды, — она не подняла глаз, но губы дрогнули в полуулыбке. – Я начала волноваться. Из тени деревьев вышел Дэмиан. Его доспехи звенели тише обычного, будто и они боялись потревожить эту ночь. В руке он сжимал обломок кристалла – теперь уже пустую скорлупку. – Ты знала, что я приду. Аэллис наконец посмотрела на него. Её синие глаза светились, как лёд под полярным сиянием. – Знала. Но мне нравится наблюдать, как ты бежишь ко мне... словно простой смертный. Он бросил кристалл к её ногам. Осколки подпрыгнули, превратившись в стайку светлячков. – Ты могла просто позвать. Аэллис встала, и ветер играл её волосами. Она подошла так близко, что он почувствовал холод её дыхания. – Где в этом веселье? – её пальцы скользнули по его нагруднику, оставляя инеевые узоры. – Ты же любишь мои игры... даже если притворяешься, что ненавидишь их. Дэмиан схватил её за талию. Его перчатки оставили на тёмной ткани чёткие отпечатки. – Может, хватит игр? Она рассмеялась, и этот звук заставил воду в озере забурлить. – О нет, мой страж... – её губы почти коснулись его. – Мы только начинаем. Где-то вдали завыл волк, но они уже не слышали ничего, кроме биения сердец – его, яростного и быстрого, её, ровного, как отсчёт вечности. Его руки обхватили её так внезапно и крепко, что Аэллис на мгновение потеряла дыхание. Доспехи впивались в её тело, но она не сопротивлялась. Дэмиан прижал её к себе, его лицо уткнулось в изгиб её шеи, горячее дыхание обжигало кожу. – Я скучал... – его голос был хриплым, будто он годами не произносил этих слов. – Чёрт возьми, как же я скучал. Аэллис почувствовала, как его пальцы впиваются в её спину, словно он боялся, что она рассыплется в прах. Она медленно подняла руки, её пальцы вплелись в его серебряные волосы, выбившиеся из хвоста. – Сколько? – её шёпот был едва слышен над плечом. – Сто тридцать два года. Четыре месяца. Семнадцать дней. – он произнёс это без колебаний, будто отсчитывал каждый час. Она рассмеялась, но в смехе слышалась дрожь. – Ты считал... Дэмиан отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза. Его карие глаза горели, отражая лунный свет. – Каждый. Проклятый. День. Аэллис провела пальцем по его щеке, смахивая несуществующую пыль. – Бедный бессмертный страж... – её губы искривились в улыбке. – Так долго гнался за злой ведьмой. Он резко притянул её ближе, их лбы соприкоснулись. – Заткнись... – его дыхание смешалось с её. – Просто... заткнись. Их губы встретились в поцелуе, который ждал столетие. В нём была вся ярость разлуки, вся тоска, которую они так тщательно скрывали. Аэллис вцепилась в его плащ, её магия вспыхнула вокруг них голубым сиянием, заставляя траву под ногами зацветать синими огоньками. – Я тоже скучала... – прошептала она, когда они наконец разъединились. – Хотя никогда в этом не призналась бы. Дэмиан прижал её ладонь к своей груди, где сердце билось как бешеное. – Врёшь. Я чувствовал это каждый раз, когда ты оставляла следы. Она не стала отрицать. Просто прижалась к нему снова, слушая этот стук – звук, который ждала дольше, чем хотела бы признать.

***

      Аэллис провела пальцем по воздуху, и пространство перед ними разорвалось, открывая тропу, усыпанную серебристыми искрами. Она шагнула вперёд, не отпуская его руки. – Не бойся, мой страж, – её голос звучал насмешливо, но в нём сквозила нежность. – Я не позволю тебе потеряться между мирами. Дэмиан последовал за ней, его доспехи звенели непривычно глухо в этом искажённом пространстве. Вокруг плыли тени древних деревьев, которых не было в их мире, а под ногами мерцала дорожка из звёздной пыли. – Ты всегда так путешествуешь? – он сжал её пальцы чуть сильнее. – Или это просто чтобы впечатлить меня? Аэллис оглянулась через плечо, её глаза светились в полутьме. – А что, работает? Он не успел ответить – пространство сомкнулось за ними, и они оказались перед высокими чёрными воротами, увитыми живыми ветвями. Ворота распахнулись беззвучно, пропуская их внутрь. Дом Аэллис был тёплым хаосом древних книг, магических артефактов и странных растений, растущих прямо из стен. В камине горел синий огонь, отбрасывая причудливые тени. – Добро пожаловать в моё логово, – она сбросила плащ, и тот повис в воздухе сам по себе. – Здесь даже такие, как ты, могут чувствовать себя в безопасности. Дэмиан осмотрелся, его взгляд задержался на склянках с тёмной жидкостью – её кровью, которую пили другие ведьмы. – Ты всё ещё кормишь их... Аэллис подошла к нему, закрыла ладонью его глаза. – Не сейчас, – её губы коснулись его уха. – Сегодня только мы. Она щёлкнула пальцами, и двери дома захлопнулись, запечатывая их в этом убежище времени. Где-то вдали завыл ветер, но здесь, в её мире, царила тишина. – Дом принимает тебя, – прошептала она, проводя рукой по его доспехам, которые начали сами собой расстёгиваться. – Как и его хозяйка. – В прошлый раз мы были в другом доме, что с ним стало? – спросил Дэмиан, оглядевшись вокруг. Аэллис замерла на мгновение, её пальцы застыли на пряжке его плаща. В синем свете камина её лицо стало неожиданно хрупким. – Ты помнишь тот дом... – её голос звучал тише, потеряв обычную уверенность. Она отошла к окну, где вместо стекла плелась живая магия, показывая вид на бескрайний звёздный океан. – Он сгорел. Восстание ведьм тридцать лет назад... – её ноготь прочертил линию на магическом стекле, и оно на миг показало пепелище. Дэмиан подошёл сзади, его руки легли на её плечи. – Ты не остановила их? Аэллис рассмеялась, но в смехе не было радости. – Я могла стереть их с лица земли. Но тогда кто будет пить мою кровь? Кто сохранит баланс? – она обернулась, её глаза горели холодным огнём. – Так что я построила новый. Лучше. Сильнее. – её пальцы сжали его запястья. – И теперь он прячется не только от людей... но и от своих. Дэмиан притянул её к себе, его доспехи холодом касались её тела. – Ты могла позвать меня. – А ты бы пришёл? – её губы дрогнули. – С мечом против сотен моих сестёр? Он не ответил. Просто прижал её крепче, и они стояли так, слушая, как магия дома поёт вокруг них древнюю песню – о потерях, о предательствах, о том, что даже бессмертные могут терять то, что любят. – Теперь у тебя есть я, – наконец прошептал он. – И этот дом не сгорит. Потому что я здесь. Аэллис закрыла глаза, позволяя его словам согревать её лучше любого огня. – Чем бы ты хотел заняться? У нас есть лишь сутки. – спросила ведьма. Дэмиан провёл пальцами по её щеке, его глаза отражали мерцание синего пламени в камине. – Каждую нашу встречу мы тратили на споры и погони... – его голос звучал глухо, будто он сам не верил в то, что сейчас скажет. – Сегодня я хочу просто быть с тобой. Аэллис приподняла бровь, её губы искривились в коварной улыбке. – Как скучно, мой страж. – она крутанула пальцем, и в воздухе возникли три мерцающих образа: древняя книга, карта звёздного неба и... их сцепленные руки. – Выбирай: знания, приключения или... Он перебил её, резко схватив за запястье. – Ты. Только ты. Без твоих магических фокусов и игр. – его дыхание стало тяжелее. – Дай мне запомнить тебя такой... не королевой, не ведьмой. Просто Аэллис. Она замерла, её синие глаза расширились. Потом тихо рассмеялась. – Ты становишься сентиментальным за эти столетия. – но её пальцы уже расстёгивали застёжки его доспехов. – Хорошо. Один день... без масок. Она щёлкнула пальцами, и дом вокруг них изменился – стены растворились, оставив только огромную кровать, окружённую звёздами. – Но учти... – её губы приблизились к его уху, – даже без магии я не обещаю быть тихой. Дэмиан сбросил последнюю часть доспехов, его руки обхватили её бёдра. – Я на это и рассчитывал. Их тела слились в поцелуе, пока звёзды вокруг мерцали в такт их сердец. День начался – и каждый его миг принадлежал только им. – Я хочу тебя, Дэмиан... – её слова прозвучали как заклинание, заставив его кровь вспыхнуть. Дэмиан почувствовал, как её пальцы впиваются в его плечи, а её тело прижимается к нему всем весом. – Ты уверена? – его голос был хриплым, руки уже скользили по её бёдрам, поднимая подол чёрного платья. Аэллис ответила не словами, а действием – её зубы впились в его нижнюю губу, а ногти оставили красные полосы на спине. Она чувствовала, как его член напрягся, упираясь в её живот через тонкую ткань. – Сто тридцать два года я ждала этого, – прошептала она, срывая с него рубашку. Её ладони скользнули по рельефу мышц, останавливаясь на шрамах от древних битв. – Ты всё ещё... идеален. Дэмиан перевернул её на спину, его пальцы быстро расправились с застёжками её корсета. Грудь Аэллис освободилась, её бледная кожа мерцала в свете звёзд. Он опустил голову, захватывая сосок губами, заставляя её выгнуться от прикосновения. – Ты дрожишь... – он провёл языком по её животу, чувствуя, как её бёдра сами приподнимаются навстречу. – Так прекрасна... Аэллис схватила его за волосы, притягивая к себе. – Перестань говорить... – её ноги обвились вокруг его талии, а пальцы одной руки уже скользнули между её собственных бёдер, показывая, насколько она готова. – Или мне придётся заставить тебя замолчать. Дэмиан поймал её запястье, прижав к матрасу. Его свободная рука провела по её влажным складкам, заставляя её резко вдохнуть. – Нет уж, королева... – он медленно ввёл два пальца внутрь, чувствуя, как она сжимается вокруг них. – Сегодня ты будешь просить. Аэллис закинула голову назад, её чёрные волосы раскинулись по подушке, а губы приоткрылись в беззвучном стоне. Его губы скользят по её шее, оставляя влажные следы на бледной коже. Каждый шрам, каждую отметину веков он встречает поцелуем — нежным, почти благоговейным. – Здесь... – его язык обводит тонкий след от зубов под её грудью. Аэллис вздрагивает, её пальцы запутываются в его серебристых волосах. – Ты помнишь... каждый... – её голос срывается, когда его зубы слегка задевают тёмный узор на внутренней стороне бедра. Дэмиан не отвечает. Он продолжает свой путь вниз, целуя шрам на её колене – след от укуса ведьм много лет назад. Его пальцы тем временем скользят между её ног, раздвигая влажные складки, находя тот самый чувствительный бугорок. – Ты... – она пытается говорить, но его палец входит в неё, медленно, до самого основания, и слова превращаются в стон. – Ох... Он чувствует, как её внутренние мышцы сжимаются вокруг него, как её тело уже на грани. Но не торопится. Второй палец присоединяется к первому, растягивая её, а его большой палец ритмично давит на клитор. – Нет-нет... не так быстро... – он приподнимается, чтобы видеть её лицо – покрасневшее, с полуприкрытыми глазами. – Я ждал слишком долго, чтобы закончить сейчас. Аэллис кусает губу, её бёдра дрожат от напряжения. – Чёрт возьми... – она выгибается, когда его пальцы находят внутри неё особую точку. – Дэмиан... я... Но он уже опускается между её ног, заменяя пальцы языком. Его горячее дыхание, влажные ласки заставляют её вцепиться в простыни. – Вот так... – он шепчет против её кожи, чувствуя, как она сжимается вокруг его языка. – Покажи мне, как ты скучала... И когда её тело вздрагивает в первом оргазме, он лишь прижимает её бёдра сильнее, продолжая ласкать, пока её стоны не сливаются в сплошной поток мольб. Дэмиан не даёт ей опомниться после первого пика, его руки крепко держат её бёдра, прижимая к матрасу. – Ты думала, это всё? – его губы скользят по внутренней стороне её бедра, оставляя красные отметины. Аэллис пытается приподняться на локтях, но он резко вводит два пальца снова, заставляя её откинуться назад. – Нет... подожди... – её голос дрожит, когда его большой палец снова находит перевозбуждённый клитор. – Я не могу... так быстро... Но он уже движет пальцами внутри неё, изгибая их так, чтобы задевать ту самую чувствительную точку с каждым толчком. Её внутренние стенки пульсируют вокруг него, влажные и горячие. – Можешь, – он прикусывает её бедро, оставляя синяк. – Я понимаю твоё тело лучше, чем ты сама. Его свободная рука скользит вверх, сжимая её грудь, щипля сосок до боли. Аэллис кричит, её ноги судорожно сжимаются вокруг его плеч. – Вот так... – Дэмиан ускоряет движения, его пальцы хлюпают в её соке. – Кончи для меня ещё раз. Сейчас же. Она не может сопротивляться – её тело выгибается в дугу, когда второй оргазм накрывает её волной. Внутренние мышцы судорожно сжимают его пальцы, вытягивая из неё последние капли удовольствия. Дэмиан медленно вынимает руку, поднося пальцы к её губам. – Попробуй, – его голос звучит хрипло. – Попробуй, какая ты сладкая. Аэллис покорно открывает рот, её язык обвивает его пальцы, слизывая её же соки. Глаза её полуприкрыты, ресницы дрожат. – Доволен? – она шепчет, чувствуя, как его твёрдый член давит на её бедро. Он отвечает лишь низким смешком, переворачивая её на живот. – Мы только начали. Дэмиан резким движением перевернул её на живот, его ладони скользнули по её бёдрам, раздвигая их шире. – Ты так прекрасна вот так... – его голос звучал хрипло, пока он любовался её розовой, блестящей от влаги киской. – Вся дрожишь, вся моя. Аэллис приглушённо застонала, когда его член упёрся в её вход, но не вошёл. Он медленно провёл головкой по её складкам, собирая её соки, заставляя её сжимать кулаки в простынях. – Дэмиан... – её голос звучал как мольба, когда она попыталась приподнять бёдра навстречу. – Не мучай меня... Но он лишь крепче прижал её к матрасу, одной рукой удерживая за шею. – Проси. – он снова провёл членом по её клитору, заставляя её вздрогнуть. – Скажи, как ты хочешь меня. Аэллис выдохнула проклятие, её ногти впились в ткань. – Войди в меня, чёрт возьми! – она выгнула спину, её голос дрожал. – Я хочу твой член... сейчас же... Дэмиан удовлетворённо хрипло рассмеялся и одним резким толчком вошёл до самого основания. Она вскрикнула, её внутренние стенки судорожно сжались вокруг него, горячие и влажные. – Боже... – он замер на секунду, наслаждаясь её теснотой. – Ты такая тесная... Будто это первый раз.. Но долго терпеть он не мог – его бёдра начали двигаться, выстраивая жёсткий ритм. Каждый толчок заставлял её тело подаваться вперёд, её грудь тёрлась о простыни. Аэллис закусила губу, её стоны становились громче с каждым движением. – Да... вот так... – она выгнула спину, когда он наклонился, кусая её плечо. – Ещё... глубже... Дэмиан схватил её за волосы, оттягивая голову назад, его дыхание обжигало шею. – Кончай для меня... – он ускорился, его яйца хлопали о её попку. – Я хочу почувствовать, как ты сжимаешься. Его слова стали спусковым крючком – её тело затряслось в новом оргазме, внутренние мышцы сжимали его член как тиски. Дэмиан застонал, его движения стали хаотичными, прежде чем он с силой влился в неё, заполняя её горячим семенем. Они замерли, оба дрожащие и потные. – Вот теперь... – Аэллис повернула голову, её губы искривились в усталой улыбке. – Мы квиты. – Думаешь? – он нагло ухмыльнулся и снова вошёл одним резким движением, заставляя её вскрикнуть. Но это был крик удовольствия – её бёдра тут же встретили его, сжимаясь вокруг него как перчатка. – Боже... – он замер на мгновение, чувствуя, как её внутренности пульсируют. – Ты создана для меня... Аэллис ответила лишь страстным поцелуем, её ноги обвились вокруг его поясницы. – Докажи... – прошептала она ему в губы, прежде чем он начал двигаться. И Дэмиан доказал – каждым толчком, каждым стоном, каждым вздохом. Впервые за века они были не врагами, а просто мужчиной и женщиной, потерявшими счёт времени в объятиях друг друга. Дэмиан не спешил, наслаждаясь каждым моментом. Его бёдра двигались плавно, входя в неё до самого основания, затем почти полностью выходя, заставляя её скулить от нетерпения. – Так лучше... – он прижал лоб к её, их дыхание смешалось. – Хочу запомнить каждый твой вздох. Аэллис обвила его шею руками, её губы искали его с жадностью. Поцелуй был влажным, глубоким, их языки сплетались в медленном танце, пока он продолжал вгонять в неё свой член с невыносимой нежностью. – Ты сводишь меня с ума... – она прошептала между поцелуями, её внутренние стенки сжимали его пульсирующе. – Так медленно... Дэмиан улыбнулся в её губы, его руки скользнули под её спину, прижимая ближе. – А ты так прекрасна, когда теряешь контроль... Его толчки стали чуть глубже, но всё так же размеренны. Каждое движение задевало ту самую точку внутри неё, заставляя её пальцы впиваться в его плечи. – Дэмиан... – её голос звучал как стон, когда он снова захватил её губы. – Я не могу... – Можешь, – он провёл языком по её нижней губе, прежде чем снова погрузиться в поцелуй. – Я не отпущу тебя, пока не услышу, как ты кричишь. И он продолжал – медленно, методично, разжигая в ней огонь с каждым движением. Их тела сливались в едином ритме, поцелуи становились всё более жадными, дыхание – прерывистым. Аэллис задрожала, её ноги сжались вокруг его талии. – Я... сейчас... Дэмиан лишь глубже вошёл в неё, его губы приглушили её крик, когда волна удовольствия накрыла её. Он чувствовал, как её мыщцы сжимаются вокруг него, и наконец позволил себе отпустить контроль, заполняя её горячим семенем. Их губы расстались лишь когда последние судороги удовольствия прошли. – Вот видишь... – он прошептал, всё ещё внутри неё. – Иногда медленно – лучше, чем быстро. Её тело обмякло, как тряпичная кукла, когда последние волны удовольствия отступили. Аэллис лежала на спине, её чёрные волосы растрепались по подушкам, грудь поднималась частыми, прерывистыми вздохами.

***

– Я... я больше не могу... – её голос звучал хрипло, почти шёпотом. Дэмиан медленно выскользнул из неё, оставляя за собой следы их страсти на её бёдрах. Он притянул её к себе, чувствуя, как всё её тело дрожит от переутомления. – Сколько раз?.. – он провёл пальцами по её влажному лбу, собирая капельки пота. – Четыре? Или пять? Аэллис лишь слабо хмыкнула, её веки тяжело опускались. – Я... потеряла счёт... – её пальцы беспомощно скользнули по его груди, не в силах даже сжать кулак. – Ты... ненасытный... Он улыбнулся, целуя её закрытые веки, затем соски, которые всё ещё стояли твёрдыми бугорками. Она слабо вздрогнула, но даже не открыла глаз – её силы были полностью исчерпаны. – Спи, – Дэмиан накрыл её одеялом, чувствуя, как её дыхание сразу становится ровнее. – Я буду здесь. Его пальцы медленно расчесали её волосы, убирая пряди с лица. Аэллис уже не ответила – лишь слабо прошептала что-то неразборчивое, прежде чем погрузиться в глубокий сон. Дэмиан наблюдал, как её грудная клетка поднимается в медленном ритме, её губы слегка приоткрылись. Даже во сне она выглядела царственно – но теперь без обычной маски власти, просто уставшая женщина. Он притянул её ближе, чувствуя, как её горячая кожа прилипает к его. – Спи, королева моя...

***

– Жаль, что у нас всего есть лишь одна ночь за столетие, – прошептал Дэмиан, заметив, что его ведьма проснулась. Аэллис приоткрыла глаза, её синие зрачки мерцали в лунном свете. Она медленно подняла руку, коснувшись его щеки дрожащими пальцами. – Сто лет ожидания... – её голос был тихим, как шелест листьев. – И всего одна ночь, чтобы вспомнить, каково это – чувствовать. Её ладонь скользнула вниз, по его груди, останавливаясь над сердцем. – Ты слышишь? Оно бьётся для меня даже сейчас... Дэмиан поймал её руку, прижал к губам, ощущая тонкий аромат её кожи, смешанный с их общей страстью. – Я бы растянул эту ночь на века, если бы мог... – его пальцы вплелись в её волосы, тёмные, как само забытье. Она слабо улыбнулась, приподнявшись на локте. – Тогда не трать время на слова, страж... – её губы коснулись его, мягкие и требовательные одновременно. Её тело, ещё не остывшее после предыдущих ласк, снова ответило на его прикосновения. Дэмиан почувствовал, как её сосок твердеет под его ладонью, как её бёдра инстинктивно приподнимаются навстречу. – Ты... не устала? – он прошептал между поцелуями, уже чувствуя ответ её тела. Аэллис лишь глубже впилась ногтями в его спину, её дыхание снова участилось. – Устану... когда умру... Их тела слились снова – медленно, словно пытаясь запомнить каждый момент. Каждый вздох, каждый стон, каждый взгляд. Сто лет ожидания. Одна ночь страсти. И вечность воспоминаний.

***

      Дэмиан стоял у массивного каменного очага, его серебристые волосы были собраны в небрежный хвост, а рукава белой рубашки закатаны до локтей. На деревянной разделочной доске лежали свежие грибы, только что собранные в ближайшем лесу, их шляпки блестели от росы. – Ты не должна была видеть это так рано... – он бросил взгляд через плечо, заметив, как Аэллис прислонилась к дверному косяку в его плаще. – А я люблю смотреть, как ты корчишься у плиты... – её губы растянулись в хищной улыбке, когда она подошла ближе, обняв его сзади. Дэмиан фыркнул, аккуратно нарезая грибы тонкими ломтиками. – Это называется 'готовить', дикарка... Её холодные пальцы пробрались под рубашку, лаская его живот. – Ммм... а это называется 'отвлекать'... Он отвлёкся ровно настолько, чтобы раздавить зубчик чеснока плоской стороной ножа, затем бросил его в шипящее масло на сковороде. Аромат мгновенно заполнил комнату. – Ты хоть помыла руки? – Дэмиан ловко увернулся от её объятий, доставая из печи тёплый хлеб. Аэллис притворно надула губы. – Я королева. У меня руки всегда чистые... – Врёшь как дышишь... – он шлёпнул её по бедру кухонным полотенцем, заставляя её вскрикнуть. Она ответила тем, что укусила его за плечо, пока он помешивал яйца с трюфельным маслом. – Чёрт возьми, женщина! – Дэмиан зашипел, но не отстранился. – Хочешь, чтобы у нас был уголь вместо омлета? – Хочу, чтобы ты перестал притворяться поваром... – её язык облизал место укуса. Аэллис засмеялась, когда он одной рукой продолжил готовить, а другой удерживал её на месте. – Ты ужасный гость... – А ты ужасная хозяйка... Он наконец выложил всё на фаянсовые тарелки – золотистый омлет с грибами, хрустящий хлеб, мёд в маленькой фарфоровой чаше. – Ешь. Пока я не передумал... – Дэмиан отодвинул стул для неё, но она предпочла сесть прямо ему на колени. – Корми меня... – она приоткрыла губы, как птенец. Он вздохнул, но поднёс вилку к её рту. – Невыносимая... – Зато твоя... – Аэллис слизнула каплю мёда с его пальца, наблюдая, как его зрачки расширяются. Завтрак растянулся на два часа. Грибы остыли. Кофе пролился на скатерть. А Дэмиан впервые за сто лет забыл, что значит быть стражем.

***

      Солнечные лучи играли на позолоченных тарелках, оставшихся после завтрака. Аэллис, всё ещё в его плаще, развалилась на кресле, лениво облизывая палец от капли мёда. – Ты умеешь удивлять, страж... – её голос звучал томно. – Я не думала, что инквизиторов учат готовить. Дэмиан, стоя у окна, допивал кофе, наблюдая за ней через край чашки. – Нас учат всему... – он поставил фарфор на подоконник. – Как убивать. Как выживать. Как различать ложь... – А любить? – она подняла бровь, её нога качалась в такт невидимой мелодии. Он подошёл ближе, его тень накрыла её. – Это... пришло само. Аэллис потянулась к нему, обвивая руками шею. – Твой омлет был почти так же хорош, как твои руки на моей шее прошлой ночью... Дэмиан прикусил её нижнюю губу в ответ. – Берегись, королева... – его пальцы впились в её бёдра. – Иначе в следующий раз я добавлю в еду чеснок, который тебе так не нравится. Она рассмеялась, её смех смешался с его поцелуем. – Угрозы? – её ногти впились в его спину. – Я думала, ты выше этого... – С тобой... – он приподнял её, заставляя обхватить его талию ногами. – Я готов опуститься ниже... Одна ночь. Одно утро. И вечность ожидания до следующей встречи.

***

      Позже Аэллис раскинулась на диване, её чёрные волосы рассыпались по бархатной обивке, как разлитые чернила. Дэмиан сидел у её ног, медленно проводя пальцами по её голой щиколотке, оставляя мурашки на бледной коже. – Ты съел мою клубнику... – она лениво указала на пустую фарфоровую тарелку, где остались лишь следы от ягод. Дэмиан приподнял уголок губ, его глаза сверкнули. – Ты ела мой омлет... – Ты сам положил его мне в рот... – Аэллис облизала губы, вспоминая, как его пальцы скользнули между её зубов. Он наклонился, его дыхание обожгло её шею. – Я могу положить в твой рот кое-что ещё... Она рассмеялась, перекатываясь на него, так что её бёдра оказались по обе стороны от его талии. – Ох уж эти стражи света... – её пальцы развязали шнурки его рубашки. – Такие благородные... такие праведные... Дэмиан перевернул её, прижав к дивану. – Заткнись, ведьма... Его губы нашли её шею, зубы слегка сжали тонкую кожу, заставляя её выгнуться. Солнце поднималось выше, заливая комнату золотым светом, но они уже не видели ничего, кроме друг друга. Рубашка соскользнула на пол. Фарфоровая посуда опрокинулась со стола. А за окном, в саду Аэллис, расцвели ночные цветы – днём, нарушая все законы природы. Как и они. Как и это. Как и всё, что было между ними – невозможное, запретное, порочное. И потому – бесконечно прекрасное.

***

– Тебя не смущает, что мы встречаемся лишь в шестой раз, а уже переспали? – спросил Дэмиан. Аэллис замерла, её пальцы застыли на пряжке его ремня. Холодные синие глаза поднялись к его лицу, изучая каждую черту. – Шесть раз? – её губы искривились в странной полуулыбке. Она медленно провела пальцем по его груди, оставляя след из искр магии. Дэмиан схватил её запястье, но не оттолкнул. – Первая встреча – ты поймала меня в ловушку из корней. Вторая – когда играла с волчатами.. – Третья – ты видел меня голой... – её голос звучал насмешливо, но пальцы дрожали. – Четвёртая – мы пили вино... – Пятая – ты зашивал мои раны... она прикусила губу, вспоминая. – И шестая... – Дэмиан наклонился, его дыхание обожгло её ухо. Аэллис резко вдохнула, когда его зубы сомкнулись на мочке. – Шестая – ты принёс мне завтрак... – её голос сорвался на шёпот. Он отстранился, его карие глаза сверлили её насквозь. – Ответь на вопрос, ведьма. Она рассмеялась, внезапно резким движением сбросив его на кровать. Её чёрные волосы накрыли их обоих, как занавес. – Я королева... – её губы коснулись его горла. – Мы трахаемся, когда хотим. Дэмиан застонал, когда её зубы впились в шею, но его руки тут же обхватили её бёдра. – Это... не ответ... Аэллис приподнялась, её глаза вспыхнули синим пламенем. – Ты прав. Шесть встреч – это ничто. – Она медленно провела ногтями по его груди, оставляя красные полосы. – Но когда ты живёшь веками... время течёт иначе. Её ладонь легла ему на сердце. – Я знала тебя дольше, чем думаешь. Видела во сне. Чувствовала в каждой капле крови, что пила. – Её голос стал тише. – Ты думаешь, это случайность? Что ты нашёл меня тогда? Дэмиан замер. Его пальцы впились в её кожу. – Ты... – Закрой рот, страж... – она прижалась губами к его груди. – И считай это седьмой встречей. Комната взорвалась магией, когда их тела слились. Где-то далеко упала ваза. Потухли свечи. Но они уже не видели ничего, кроме вспышек за веками – синих, как её магия, и золотых, как его душа. Слишком быстро. Слишком поздно. Слишком... правильно.

***

– Ты моя? – спросил Дэмиан, когда они лежали на кровати. Аэллис замерла, её пальцы, только что скользившие по его обнажённой груди, вдруг впились в кожу. Синие глаза вспыхнули, отражая магический огонь, но в глубине – что-то дрогнуло. – Ты... что? – её голос прозвучал неестественно тихо, почти хрупко. Дэмиан не отводил взгляда, его руки сжали её бёдра, прижимая к себе. – Ты слышала. Она резко рассмеялась, но смех получился нервным, надтреснутым. – Я принадлежу только себе, страж. – Её ногти впились в его плечи. – Ты это знаешь. Он перевернул её, прижав к простыням, его тело горячее, как расплавленный металл. – Не играй словами... Аэллис выгнулась, пытаясь вырваться, но он лишь сильнее вжал её в матрас. – Ты спрашиваешь... словно я вещь! – её глаза вспыхнули яростью. – Ты забыл, с кем говоришь? Дэмиан наклонился, его губы коснулись её сонной артерии, чувствуя бешеный пульс. – Я помню. Королева. Ведьма. Матерь. – Каждое слово он сопровождал поцелуем вдоль шеи. – Но сейчас... ты просто женщина подо мной. Она застонала, когда его зубы сомкнулись на чувствительном месте, но тут же стиснула зубы. – Я не... – Ты моя, – он перебил её, поднявшись на руки, чтобы видеть её лицо. – Так же, как я твой. Сотни лет одиночества... и только ты. Аэллис вдруг перестала сопротивляться. Её глаза стали влажными, но не от магии. – Дэмиан... – её голос дрогнул. – Мы не можем... Он прижал её ладонь к своей груди, где под кожей билось сердце. – Уже поздно, Аэллис. И тогда она сдалась. Её ноги обвили его талию, пальцы вцепились в волосы, губы нашли его рот в жгучем поцелуе. – Да... – прошептала она между поцелуями. – Только твоя. Только сейчас. Только здесь. Комната наполнилась синим сиянием её магии, смешавшимся с золотым светом, исходящим от его кожи. Где-то треснуло зеркало. На столе закачались флаконы с зельями. Но они уже не замечали ничего, кроме этого момента – хрупкого, как первый лёд, и вечного, как звёзды над их головами. Обещание. Признание. Проклятие. И всё же – дар.

***

      Лунный свет медленно полз по полу, как серебристая змея, освещая разбросанную одежду. Дэмиан стоял у окна, завязывая шнуровки на груди, его профиль резко очерчен в холодном сиянии. Аэллис лежала на кровати, завернувшись в простыню, её чёрные волосы растрепались по подушкам. Она наблюдала за ним, не шевелясь, только пальцы сжимали ткань. – Сто лет... – её голос прозвучал хрипло. – Это всего лишь сон для таких, как мы. Дэмиан повернулся, его глаза отражали лунные блики. – Ты будешь спать? Она усмехнулась, проводя рукой по оставленному им следу тепла на простыне. – Я буду ждать. Он подошёл к кровати, опустился на колени, его ладонь легла на её щёку. – Не меняйся... Аэллис прикрыла глаза, прижавшись к его руке. – Обещаю остаться той же циничной сучкой. Дэмиан рассмеялся, но смех быстро оборвался. Его пальцы запутались в её волосах. – Я вернусь. – Я знаю... – она открыла глаза, и в них отразились столетия одиночества. – Ты всегда возвращаешься. Он наклонился, их губы встретились в последнем поцелуе – горьком от предстоящей разлуки, сладком от обещания. Когда Дэмиан поднялся, его плащ уже был застёгнут, меч на месте. Он сделал шаг назад, в тень, где начал растворяться в магическом тумане. Аэллис не провожала его взглядом. Она смотрела на луну за окном, пока последние следы его присутствия не исчезли из комнаты. Только тогда она сжала кулаки, и древние узоры на её коже вспыхнули синим огнём. – Сто лет... – прошептала она в пустоту. – Всего лишь сон. Но комната, наполненная их смешанными запахами, их теплом, их следами на простынях, кричала обратное. Сто лет – это вечность. Сто лет – это пытка. Сто лет – это цена за одну ночь. И они заплатят её снова.