Как Виру заработать пытался

      Я, на самом деле, совершенно не приспособлен к жизни за стенами. У меня так-то ни опыта выживания в белой пустоте со скалами, ни знаний нет, и что делать, не особо понимал. Первым делом, знать ли вам, стоило пойти к скалам, что было, собственно, и сделано это было стремительно.       Скалы действительно из камня. Красные и острые на верхушке, но высотой судьба их обидела. Аршинов пять в высоту, не более. Я к одной подошёл: с расстояния поближе они и кажутся побольше. Очень острые скалы, угловатые такие и порезаться можно, если, конечно, и приложиться об них посильнее. Думаю, из них можно было бы извлечь выгоду. Очень редкая, видать, порода в Варуленде, но кто меня обратно туда пустит?.. Дело происходило днём, совершенно было скучно и неинтересно, зато безопасно. Близ меня, саженях в десяти-двенадцати царских, проходил какой-то мужичишка в серой рубахе, в серых штанах и, видать, с каким-то грузом на спине. Какой-то второй мужичишка, без сознания на плечах у него в жёлтой одёжке. Конечно, я отчаянно подошёл к этому всему делу с разговорами. —Здравствуйте, говорю, что это вы делаете? —Это я человека, говорит, тащу в необходимое мне для повышение место. —Да, говорю, интересное дело. А вы откуда будете? —Я, говорит, из Курограда. —Никогда не слышал. —Жаль. —А с вами можно пойти? Я уж мужчина крепкий, вам помогу тащить эту ношу нелёгкую. Мужичок задумался. —А ты сам откуда будешь? —Я, говорю, из Варуленда буду. —Да, говорит, вроде бы оттуда. Ну, и помоги тогда таскать эту ношу. Это фелицийский офицер, очень важный.       Я подошёл к нему поближе; он наклонился и перекинул на меня сначала туловище офицеришки, потом ноги. Сделано это было весьма быстро и просто. Я сначала поинтересовался его именем — именем серого, конечно же, — и выяснил, что звать его Куроном. Он — личный помощник главы тамошнего государственного образования... Куромаку? Вроде так и звали. Важный человек и проповедует идеологию, то ли коммунистскую, то ли куромистскую. —И все там равны? Спросил я. —Нет, отвечает Курон, не все равны. У нас люди, работающие много, лучше живут. Зато все равны по возможностям политическим и экономическим. —Тогда у вас все равны по возможностям. —Да, говорит, и не поспоришь.       Множество великое мы ещё вещей обсуждали: и экономику, и политику, и этого бедолагу Аристида. И многое узнал я про Куроград, куда двигаюсь за новым счастьем.