Жизнь в штормовом цвете/Life in Storm green color

      В Больничном крыле Маргарет было неприятно. Она была в абсолютном одиночестве и в темноте, только за окном сквозь тучи пробивался свет огромной луны. На полчаса она, казалось, задремала, но потом очнулась в инфернальном страхе.       — Люмос!       В палате, к счастью, никого не было — или все же ей хотелось увидеть кого-то? Белые пустые койки стояли в ряд, и Маргарет в тусклом свете от палочки страшно было даже смотреть в их сторону. Она словно бы оказалась в психушке. Нет, нет, нет, зачем она согласилась остаться ночью в Больничном крыле? И что это за отвратительный звук… она его знает?       Маргарет, чувствуя, что у нее дрожит рука с палочкой, пошла на звук, к раковине в дальнем углу. А, это капает кран! Боже, девочка, что ты такая трусиха! Кап, кап, кап… Несколько минут спустя этот навязчивый звук начал действовать ей на нервы. Кап, кап, кап, кап, кап, кап, кап… Нет, это невыносимо!       Стараясь игнорировать этот сводящий с ума «грохот», Маргарет быстро оделась. В глубине души она боялась, что дверь заперта и она обречена до самого утра слушать это вбивающееся в мозг «кап-кап-кап-кап». Право, если она сейчас не уйдет, она свихнется.       — Алохомора!       Маргарет никогда не понимала, зачем волшебникам запирать дверь на простой замок, который снимается элементарно — тут и первокурсник справится. Ее пробрала дрожь — если она так легко может выйти… получается, так же легко можно было войти в Больничное крыло и застать ее спящей. Хорошие же меры безопасности в школе! У Маргарет появилось неотступное желание написать Снейпу и попросить его прийти за ней. Но уже было три часа ночи, Снейп наверняка спал, а она бы унизила себя, если бы так легко расписалась в собственной беспомощности.       Нужно было идти одной. Пройти несколько этажей, рискуя, во-первых, нарваться на наказание, а во-вторых, столкнуться с тем, кого она боялась больше всего. Она старательно загоняла этот страх поглубже — все хорошо, нынче же приехала чиновница из Министерства, кто в здравом уме будет шляться по ночному замку в поисках приключений? Кроме нее, таких безумных наверняка нет.       Из-за страха магия Маргарет ослабла, и палочка светила хуже обычного. Хогвартс спал, но в тишине снова и снова раздавались резкие, пугающие звуки. Скрежет рыцарских доспехов. Бормотание персонажей с картин. Скрип ступеней. И огонь — факелы загорались близ Маргарет с жутким потрескиванием и шелестом.       Когда она уже спускалась на первый этаж, ей показалось, что на нее кто-то смотрит. Нечто… живое. Маргарет даже почудилось, что она слышит чужое дыхание. Сбежав с лестницы, она ускорила шаг, заставляя себя не оборачиваться. Взгляд приближался к ней со спины. Маргарет решила сделать быстрый рывок, бросилась за угол… и столкнулась с темной невысокой фигурой, явно женской и очень молодой. Эта девушка закричала и выронила с десяток разных пирожных. Маргарет вскинула палочку, чтобы различить ее лицо, а та закрылась руками, будто ее хотели ударить. Перед Маргарет стояла Нарцисса Блэк в черном домашнем халате.       Не сдержавшись, Маргарет выругалась. Нарцисса, не привыкшая, что при ней выражаются подобным образом, вздрогнула.       — Какого черта ты бродишь здесь посреди ночи? — выпалила Маргарет.       В другом случае Нарцисса бы непременно надела маску надменности. Сейчас же она была до полусмерти напугана.       — Я… я просто ходила на кухню, — пролепетала она. — Мне хотелось есть, и я… я…       Нарцисса наклонилась за помятыми пирожными.       — Зачем тебе столько сладкого посреди ночи?       — Я… это… это я не себе.       — Ага, конечно, рассказывай.       — Только не говори Белле, — испугалась Нарцисса. — Она у меня все отнимет. И я бы не хотела, чтобы узнали… Ах-х!       Нарцисса вскрикнула и зажала рот ладонью. Маргарет тут же проследила за ее взглядом и обернулась.       Поодаль от них, в тени стояло что-то огромное, черное, с длинными, тонкими лапами и вытянутой мордой. Нарцисса издала затравленный вздох и спряталась за спину Маргарет, будто выставляя ее в качестве своего щита. Свет от палочки отпугивал существо — оно боялось выйти из тени. Но, когда Маргарет и Нарцисса попятились, это нечто зарычало, как раненный волк, который рассвирепел и желал одного — отомстить своим обидчикам.       Внезапно существо кинулось из тени — в круг света. Маргарет отбросила его в сторону взмахом палочки — боже, спасибо, спасибо! Нечто перекатилось и подготовилось к новой атаке. Теперь, когда оно вышло на свет, было видно, что у него серьезные, смутно знакомые карие глаза. Маргарет невербально бросила ожоговое заклинание, но существо лишь поморщилось от него.       — Помоги мне! — У нее сорвался голос.       Нарцисса заскулила за ее спиной и только сильнее прижалась к ней. Существо выплюнуло довольное рычание — от страха у Маргарет дрожала рука, она не смогла бы прицелиться. Чертова магия, лучше бы я наколдовала себе пулемет!       Животное прыгнуло, растопырив длинные лапы. Маргарет инстинктивно закрыла руками голову и пригнулась — и вдруг сверху вылетело еще одно огромное чудовище. Видно было, что оно тоже черное и с густой шерстью.       — Бежим, бежим!       И Нарцисса, схватившись за Маргарет, побежала за ней.       Задыхаясь, они понеслись по коридорам, по каким-то комнатам, вниз — в подземелье. Они быстро выдохлись, но бежали из последних сил, боясь, что теперь их преследуют сразу два монстра.       В гостиную они влетели с ощущением, что сейчас откажут легкие. Нарцисса упала рядом с диваном — сил не было даже на то, чтобы сесть на него.       — Белла… позови ее… — взмолилась она.       О нет, только не идти по лестнице! Маргарет вытерла мокрое лицо рукавом.

.·: *¨ ¨*: ·.

      В спальне девочек Беллатрисы не было. Решив, что она шляется по своими делам (может, тоже ворует из кухни пирожные?), Маргарет пошла в комнату мальчиков. Удивительно, но юноши не спали, хотя было уже больше трех часов ночи. Они говорили за дверью. Маргарет затаилась, чтобы подслушать.       — …Это точно кто-то из наших, — говорил Снейп, — больше некому.       — Хочешь сказать, — возмутилась Беллатриса, — у нас есть идиоты, которые решили наследить прямо в замке?       — Белла, большинство людей — полные идиоты, — ответил Снейп. — Чему ты удивляешься?       — Я согласен со Снейпом, — заговорил Эйвери. — Кто бы это ни был, он все портит. Не хватало нам обысков на всем факультете.       — Ты реально считаешь, что нам должно быть дело до этой грязнокровки? — перебил приятеля Долохов. — Или все дело в том, что ты с ней обжимался?       — Я не… — Снейп запнулся.       — Хватит этих мерзостей! — возмутилась Беллатриса. — Не хочу знать, с какими грязнокровками кто-то «обжимается».       — Ага, просто Тони забыл, как минувшим летом он носился за грязнокровкой из паба в Косом переулке, — насмешливо добавил Эйвери. — Ничего, потом еще хвастался, в каких позах он ее получил.       Белла возмутилась. Эйвери и Снейп дружно засмеялись, а Долохов обиженно запротестовал.       — Кто-то за дверью, — вдруг сказал Долохов.       Маргарет не стала ждать, когда ее обнаружат, и толкнула дверь. Беллатриса скривилась от омерзения. Юноши уставились на Маргарет так, будто она явилась с того света.       — Там… Нарцисса…       Беллатриса побелела.       — Что ты ей сделала, что?!       — Ничего, сама спроси.       Беллатриса уже бежала вниз по лестнице. Маргарет, держась за стену, пошла следом за ней.       — Да что случилось? — бросил ей в спину Эйвери. — Объясните хотя бы, что у вас такое.       В гостиной Беллатриса уже перетащила сестру на диван. Белая, как полотно, со слезами на щеках, Нарцисса лежала, обняв себя руками. Из кармана ее халата выпало несколько пирожных.       — А, так вот, где ты была? — в приступе ярости закричала Беллатриса. — Мама запретила тебе есть сладкое! Она тебе запретила!       С размаху она хлопнула Нарциссу по лицу. Та сжалась, предчувствуя следующий удар, и жалобно зашмыгала носом.       — Нет, ей плохо!       Маргарет попыталась перехватить руку Беллатрисы. Вспылив еще больше, Беллатриса извернулась и отвесила ей сильную пощечину. Маргарет потеряла бы равновесие, не появись рядом Эйвери.       — Белла, остановись!       — Не прикасайся ко мне, грязнокровка! — как в приступе закричала Беллатриса. — И не смей указывать чистокровным, как им наказывать себе подобных!       — Остановись! — Снейп выскочил между ними. — Ты сходишь с ума!       — Не тебе учить меня жизни, мерзкий полукровка!       — Белла! — Последним в гостиную выбежал Долохов.       — Что? Что, Тони, что?..       Долохов обнял ее. Беллатриса не сопротивлялась. Внезапно, ответив на объятие, она заплакала.       — Сколько раз мама говорила ей не есть сладкое? И вообще не есть больше 400 граммов в день? А ночью…       — Да все образумится, Белла, ну что ты! — успокаивающе сказал Долохов.       — Легко тебе говорить! Это не твоя семья опозорена! Малфой сразу сказал, какой размер должен быть у нее. Она не должна весить больше 45 килограммов!       Она вырвалась из рук Долохова, подняла с пола пирожные и швырнула их в плачущую Нарциссу.       — Сучка! — вопила Белла. — На, жри, хоть ты 100 килограммов будешь весить — мне наплевать! Вместо свадьбы будешь жить под забором и ублажать грязнокровок!       — Белла!       Несколько минут спустя Беллатриса успокоилась. Долохов ласково гладил ее по темным волосам и шептал нежные слова. Обессиленно Беллатриса села на диван, рядом с запуганной сестрой.       — Да что произошло? — не выдержал Эйвери. — Я спать хочу, а не могу лечь!       Маргарет боялась заговорить. Нарцисса кое-как приподнялась и сбивчивым голосом пересказала то, что с ними произошло.       — Это безумие какое-то! — выпалила Беллатриса. — Значит, Снейп был прав?.. Нет, это уже чересчур! Не верю, что Дамблдор допустил это!       А, сообразила Маргарет, получается, Снейп не рассказал своим приятелям тайну «Дамблдора».       — Это звучит безумно, — ответил Эйвери. — Должно быть логичное объяснение.       — Логичное? Логичное?.. — вновь закипела Беллатриса. — Мы в опасности, заперты в замке с монстром! Он может напасть на нас! И ты ищешь логичное объяснение, ничтожество? А ты… — Она презрительно взглянула на Нарциссу. — Ты позволила грязнокровке защищать тебя? Ты, ты — трусливая сука, ты пряталась за спиной грязнокровки? Не останавливай меня, Тони!       — Белла, не надо! — снова взмолился Долохов.       — Я вырву ей все волосы! Будешь жирная и лысая! Посмотрим, что Малфои скажут на такую невесту!       Маргарет осторожно протиснулась мимо Эйвери и Снейпа и на цыпочках поспешила в спальню мальчиков. К счастью, они были заняты новой истерикой Беллатрисы. В спальне Маргарет поскорее спряталась за шторами, словно они могли спасти ее. Она и не заметила, что по-прежнему задыхается.

.·: *¨ ¨*: ·.

      — Эй, эй!       Кто-то еле слышно шептал ей в ухо. Она дернулась и потянулась к волшебной палочке. Этот кто-то успел перехватить ее руку.       — Тише.       Это был Снейп. Он зажег свет, и Маргарет рассмотрела его бледное обеспокоенное лицо.       — Что случилось?       — Нужно поговорить.       Он шептал так тихо, что даже она едва различала его слова. Снейп на всякий случай проверил шторы, чтобы убедиться, что их не увидят — бессмысленная затея, учитывая, что Долохов и Эйвери были в нескольких метрах от них. Маргарет поправила воротник пижамной рубашки.       — Который час? — спросила она.       — Почти шесть. Вчера вечером Амбридж допрашивала Гриффиндор и сегодня утром продолжит.       — А-а-а… какая Амбридж?       — Чиновница из Министерства, — нетерпеливо зашептал Снейп. — Она допрашивает всех учеников. Розье слышал, что сегодня она начнет допрашивать Слизерин.       Маргарет села на постели и хмуро уставилась в его лицо, которое теперь было лицом уязвимого, неуверенного в своих силах человека.       — Понятно, зачем ты разбудил меня. Хочешь узнать, расскажу ли я Амбридж о вашей веселой компании. Боишься загреметь в Азкабан?       Он не ответил, но Маргарет увидела, что руки у него слегка дрожат. События явно развивались не так, как думал Снейп. Если бы не этот чокнутый убийца, Министерство бы не послало в Хогвартс своего человека, слизеринцев бы не допрашивали, а раз теперь школьников поголовно подозревают, ожидаемо, что слизеринцев будут подозревать больше остальных. Как-никак, убивают грязнокровок — а кому еще это придет в голову, если не настоящему слизеринцу и поклоннику Волан-де-Морта?       — Ты хочешь, чтобы я молчала? — прямо спросила Маргарет.       — Это не поможет, — мрачно ответил Снейп. — Амбридж не будет разбираться. Она заставит нас закатить рукава — и сразу будет видно, кто здесь убийца… или убийцы.       Маргарет почувствовала укол сожаления. Девочка, ты в своем уме? Ты должна радоваться, что Пожирателей смерти станет меньше!       — Почему это… у тебя? — Она успешно загнала свою совесть поглубже.       — Ну… — Снейп колебался. — Потому что… нас не спрашивают, хотим мы этого или нет.       — Что? Не спрашивают, когда принимают в Пожиратели?       Чувствовалось, что он желает закрыться, изо всех сил сдерживается, чтобы не нагрубить ей. Маргарет хорошо его понимала сейчас — Снейп был достаточно умен, чтобы просчитывать свои действия, и не в его интересах было ссориться с ней, когда ему угрожало заключение в Азкабан.       Вместо того, чтобы ответить, Снейп закатил рукав мантии и сунул ей под нос свою левую руку. Там, на мертвенно-бледной коже, будто никогда не видевшей солнца, четко вырисовывалась блеклая татуировка (или шрам?) в виде человеческого черепа, из которого выползала большая змея. На мгновение Маргарет показалось, что Снейпу стыдно за что-то. Он неловко закрыл Черную метку и глухо спросил:       — Ты меня боишься?       Сейчас Маргарет его не боялась. Это был не тот Снейп, который душил ее. Не тот Снейп, который со злости грубил ей и нисколько не переживал из-за этого.       — Сейчас — нет, — честно сказала она. — Возможно, я просто устала все время бояться.       — Ты странная, — вдруг сказал Снейп.       — Почему?       — Будь ты нормальной, ты бы не разговаривала со мной. Ты бы избегала меня. Смотрела бы на меня с отвращением, как остальные.       Он прав, девочка, одумайся! Он — Пожиратель смерти!       — Может, я просто расчетливая. Или стала такой. И вообще… не все относятся к тебе плохо. Например, Лили Эванс.       Снейп скривился, болезненно вздрогнул, будто его только что укусила змея.       — Это другое!       — Ага, — отозвалась Маргарет. — Не держи меня за дуру. А Эйвери и Долохов не спят и прекрасно слышат, о чем мы говорим. Я права?       — Да! — крикнул Долохов с другого конца комнаты.       Снейп смотрел на нее с таким выражением, будто готов был возненавидеть Маргарет исключительно за ее ум и догадливость.       — Слушайте, — Маргарет отодвинула штору, — давайте вести себя по-человечески. Мы все люди. И как люди мы можем договориться. Я знаю, что вы бы убили меня при первой же возможности. Да, я правильно оцениваю свои шансы. Давайте договоримся — вы не трогаете меня, а я не трогаю вас.       — Слишком многого просишь, грязнокровка, — отозвался Долохов.       — Тони, ты вечно все портишь, — подал голос Эйвери.       — Томми, ты теперь на стороне грязнокровки? Фу, омерзительно!       — Тони, хоть иногда прояви благоразумие. — Эйвери тоже вылез из-за шторы. — Давайте заключим временное перемирие.       Долохов высунул голову из своего укрытия — он был в смятении от предложения приятеля.       — Темный Лорд убьет нас за такие сделки, — заявил Долохов. — Он прочитает твои мысли, идиот! Он узнает, что мы якшаемся с грязнокровками! Давайте сбежим из Хогвартса — и делов-то! Я совершеннолетний, Снейп вон тоже!       — А спать с грязнокровками, значит, лучше? — со смехом спросил Эйвери. — За это Темный Лорд тебя не поругает?       — Да почему вас волнует, с кем я сплю?!       — Ты лицемер, Тони!       — От лицемера слышу!       — Амбридж закрыла все выходы из замка, — перебил их Снейп. — Мы не уйдем незамеченными.       — А что ты предлагаешь?! — злился Долохов. — Ходить на допросы к этой крысе? Ты не думал, что она захочет посмотреть твою руку? И что тогда?       Пока они ругались, Маргарет залезла в свой чемодан, надеясь, что взяла с собой самую нужную вещь — несомненно, она их спасет. Но только зачем?..       — Черную метку невозможно спрятать! — истерил Долохов. — Ни одно заклинание не подействует!       — Дай-ка руку! — бросила ему Маргарет.       Долохов поежился — ему было до зубовного скрежета противно от одной мысли, что до него дотронется грязнокровка.       — Я попробую скрыть Метку, — сухо пояснила она.       Снейп и Эйвери ждали. Долохов, чувствуя, что ему не оставили другого выбора — и поэтому он ненавидел Маргарет больше всего на свете, — закатил рукав пижамной рубашки. Маргарет увидела ту же «татуировку», что ранее ей показал Снейп. Она выдавила на руку Долохова тональный крем и прикинула, насколько он подходит к естественному оттенку его кожи. Тональный крем почти полностью закрыл страшную Метку.       — Это тон… ну, магловские девушки наносят его на лицо, чтобы иметь ровный цвет кожи, — пояснила Маргарет Долохову, который морщился от омерзения. — У меня раньше были прыщи, поэтому я с ним не расставалась.       — Мне это неинтересно, — обрубил ее речь Долохов.       — Если закрыть тон консилером, вообще будет незаметно. Думаю, я смогу магией изменить его оттенок под каждого из вас. Советую вам не переборщить с этим. Лучше… слизеринцы же не сдают друг друга? Отлично. Закатайте рукава, когда Амбридж придет допрашивать слизеринцев. Она заметит, что у вас руки чистые, и потом не будет требовать показать их… позже. Надеюсь.       Ее соседи настороженно молчали. У Маргарет чуть не вырвалось вопросительное «что». Увлекшись своим планом, она позабыла, как он смотрится со стороны… и как воспринимают ее.       — Ты ненормальная, — заявил Долохов.       — Я просто хочу доучиться нормально и уехать, — отрезала Маргарет. — Мне не нужны лишние проблемы. Если вас упекут в Азкабан, мне пользы не будет. Другие слизеринцы меня сожрут. Все будут думать, что я сдала вас Амбридж — я же живу в вашей комнате. А у вас круговая порука, не так ли? Я не хочу, чтобы ваши приятели…       — О, да она хочет себе союзников-Пожирателей, — рассмеялся Эйвери. — Ты точно грязнокровка? Ты слишком расчетливая для грязнокровки. Все грязнокровки либо тупые, либо бестолково храбрые, в ущерб себе.       — Да, — нагло ответила Маргарет и села на его кровать. — Я хочу, чтобы вы меня не обижали и чтобы меня не трогали другие. Чтобы никто ко мне не прикасался. Мне надоело жить, ожидая удара в спину.       — Кто бы говорил, — процедил Долохов. — Не слушайте ее! Она хочет, чтобы мы потеряли бдительность. Она напоит нас снотворным, а потом убьет нас спящими.       — У тебя паранойя, — возразил Эйвери.       — Да? Пусть сначала докажет, что она та, за кого себя выдает! Явилась из Франции, сразу на седьмой курс, грязнокровка — и ее распределили к нам. Нисколько не подозрительно!       — У вас нет другого выхода, — ответила Маргарет. — Если вы навредите мне, вы станете главными подозреваемыми. А если мы не договоримся, Амбридж узнает о ваших метках.       — А я говорил, что нужно было убить ее, — заявил Долохов и завалился на свою постель.       Снейп вздохнул за спиной Маргарет. Как-то она уловила его слабое, еле тлеющее чувство — облегчение.       — И я не хочу, что Белла прикасалась ко мне, — сказала она. — Пусть не трогает меня руками. Вообще. И вы меня тоже не трогаете, договорились?       «Давайте вести себя по-человечески. Мы все люди». Они — люди, Маргарет. Как ты. Все мы — люди. Разные. Ей бы хотелось думать, что Пожиратели — инопланетяне, подводная раса, да хоть драконы, но только не люди из той же плоти и крови, что и она. Думать об этом было мучительно. Зачем люди убивают других людей, если мы все так похожи?       Обстановка необъяснимым образом изменилась. Эти мальчишки смирились с тем, что деваться некуда — остается договариваться. Она опасается их, но и они боятся ее — потому что не понимают, как она оказалась в их обществе. И они живут вместе — значит, нужно учиться… взаимопониманию. Пустив человека в свою спальню, живя с ним бок о бок, ты неизбежно начнешь считаться с ним. А потом появятся общие секреты. Не замечая того, ты, Маргарет, расцарапаешь эти души, а они расцарапают твою.