Жизнь в штормовом цвете/Life in Storm green color

      Друзья не поняли ее. Возможно, даже оскорбились. Маргарет за завтраком сидела за столом Слизерина — неслыханно. Она почти слышала, как ее осуждают — пусть не вслух, но в мыслях. И она понимала это — она тайно ненавидела себя за компромиссы, на которые шла. Из страха? Из глубинного конформизма?       Долорес Амбридж, посланница Министерства, прошла мимо нее, обогнула стол Слизерина — она, наверное, шла к пустому месту директора. Маргарет не успела ее рассмотреть, в глаза бросился разве что ярко-розовый цвет, который больше бы подошел магловской «Барби», а не министерскому чиновнику. Оглянувшись на Амбридж, Маргарет случайно увидела, как на нее смотрят Лили, Сириус и Джеймс. Не с осуждением, как она ожидала, а со страхом. Наверное, подумала Маргарет, они боятся, что ее заставили сидеть со слизеринцами — должен же быть порядок хотя бы под наблюдением Министерства.       — Люпина нет, — шепнул Снейп.       — Да… — рассеянно ответила Маргарет.       В магической сети снова распускали неприятные сплетни и говорили об Амбридж.       «Что? Она серьезно допрашивает всех студентов? Что за извращение?» — «Кто с Гриффиндора, расскажите, как это было? Она страшная?» — «Да нет, нормальная, со мной говорила минут пять, не больше» — «Вы меня извините, конечно, но что у нее со вкусом? Что за мерзкий розовый цвет?» — «Ага, как конфета из «Сладкого королевства», которая вечно тянется» — «А вдруг она введет цензуру в сети?» — «Как? Сеть же общая, международная» — «А что за бардак был на первом этаже? Опять Пивз разгулялся?»       MarlenM (Марлен Маккиннон): «Марго, ты правда сбежала из Больничного крыла? Милая, почему? Нельзя рисковать своим здоровьем. Будь осторожна, пожалуйста».       DogDog (Сириус Блэк): «Голова раскалывается, словно всю ночь пил. Не спрашивайте ни о чем».       FrankL (Фрэнк Лонгботтом): «Почему Пивза до сих пор не выставили из школы? Давайте напишем петицию и направим Дамблдору. Сколько можно портить облик замка?»       LiliFlower (Лили Эванс): «Как научиться прощать себя? Несчастье — когда хочешь любви, но никогда не простишь своему любимому даже один его недостаток».       JPotter (Джеймс Поттер): «Лили, ты совершенство!!! Я буду говорить об этом всегда!!! Выходи за меня замуж!!!!!»       Подавленная, Маргарет сбросила ленту. Хогвартс жил обычной жизнью — неужели никто не умирал? неужели Дамблдор жив? или по школе не мечутся страшные монстры? а как же маньяк? Хогвартс не изменился. В чем-то изменилась она.       Маргарет вышла в уборную, чтобы вымыть руки перед уроком. Она уже включила воду в раковине, вскинула голову — и испугалась отражения Снейпа, который стоял за ее спиной, прислонившись к стене.       — Это женский туалет, — прошипела она.       — Нет, общий.       Он закрыл дверь заклинанием и поставил заглушающее, чтобы их не услышали.       — Хочешь, расскажу, что произошло вчера ночью с тобой и Нарциссой?       Маргарет насмешливо хмыкнула:       — С чего такая щедрость? Ты всегда говоришь лишь то, что тебе выгодно, верно?       — Ты должна знать, кто твои друзья на самом деле, — вкрадчиво ответил Снейп.       — Должна?.. Хорошо, я слушаю.       — Я уверен, что Люпин — оборотень.       Маргарет от неожиданности облилась холодной водой. Быстро выключила кран и повернулась к Снейпу лицом.       — Что, ты серьезно? Прости, но звучит бредово.       — Я уверен в этом, — спокойно заявил тот. — Это Люпин напал на тебя вчера ночью. Вчера было полнолуние, а сегодня он якобы в Больничном крыле. Понимаешь?       — Как ты вообще дошел до такой мысли?       — Я долго наблюдал за ним, за ними всеми. Поттер, Блэк и Петтигрю — незаконные анимаги. Я видел их, когда они превратились. Ты описывала огромного пса, который дрался с Люпином. Это Блэк, он превращается в черную собаку, я уверен, что это были они. Учителя покрывают это.       Не сдержавшись, Маргарет перебила его:       — Стоп, стоп! Ты сейчас хочешь сказать, что по Хогвартсу гуляет просто так Люпин в обличие оборотня и… учителя об этом знают? Это звучит безумно!       — А у тебя есть другое объяснение? — с холодной насмешкой возразил Снейп. — Обычно они уходят из замка в лес, я уверен. Но сейчас замок закрыт, из него не выйти, это распоряжение Амбридж. Вчера вечером она допрашивала гриффиндорцев. Люпин не мог уйти из замка и превратился здесь, внутри.       — То есть… — Маргарет тупо смотрела на него. — Мы заперты в одном огромном доме с маньяком и оборотнем… Отлично! Да, это очень полезная информация, Северус, спасибо.       Снейп надменно ей улыбнулся. Маргарет сдержалась, чтобы не швырнуть в него своей сумкой.       — А ты расскажешь, что за конфликт у Белки с Нарциссой? — снова отворачиваясь, спросила она. — Или мне спрашивать главного сплетника Слизерина?       — А, Регулус? — протянул Снейп. — Я скажу, чтобы он не мучил тебя своими бесконечными «ок». Нарцисса состояла в интимных отношениях с пуффендуйцем-полукровкой. Год назад об этом узнали. Она опозорила себя. На ней согласен жениться Люциус Малфой, но с большими оговорками.       — Полукоровка…       — Что? — быстро переспросил Снейп.       — Ну, наполовину божья коровка, — пояснила она. — Ты в детстве не ловил божьих коровок? Я их очень любила.       — Да, я видел в твоих воспоминаниях, — нехотя ответил он.       — А почему Нарцисса себя опозорила? Из-за того, что была в отношениях? Из-за того, что он был из Пуффендуя? Или потому что «полукоровка»?       — Чистокровным нельзя встречаться с полукровками, это портит кровь, — пояснил Снейп. — Полукровкам нельзя встречаться с грязнокровками…       — А с кем можно тогда?       — С полукровками. До тех пор, пока кровь достаточно не очистится.       Прозвенел колокол — вот-вот должен был начаться первый урок.       — Кажется, мне нужен психиатр, — сказала Маргарет. — Я не могу больше выносить весь этот бред.

┏━━━✦❘༻༺❘✦━━━┓

      После первого урока слизеринцев накрыла паника — пустили слух, что шестой и седьмой курс вместо следующего урока отправят в гостиную для допроса посланницей Министерства. Личные сообщения Маргарет разрывались от вопросов, может ли она поскорее замазать Черную метку. Понимая всю абсурдность этой ситуации, она всех отправляла в свою спальню и просила занять очередь. По гостиной Слизерина в это время носились ученики, которые прятали все, что могло их скомпрометировать.       — Ты можешь повысить температуру в гостиной? — спросила Маргарет у Снейпа, который тоже пришел к ней в комнату.       — Да. Думаешь, это сможет обмануть Амбридж? Я могу сказать, что это мое зелье утром взорвалось…       — Как минимум это объяснит, почему нам «жарко», — ответила Маргарет.       В глубине души она чувствовала себя глупо и неестественно, словно ей снился сон под высокой температурой. Хуже всего было то, что она искренне переживала за успех своего «предприятия». Голос разума будто заглох, мыслей не было — она осталась в абсолютной пустоте, и ею двигали разве что неосознанные чувства.       Когда она наконец закончила закрашивать Черные метки, в гостиной уже стало очень душно. Спустившись вниз, Маргарет еле вздохнула — Слизерин стал этаким тропическим островом, хотя за окном была прохладная осень. Студенты снимали мантии, оставаясь только в рубашках и брюках. Маргарет тоже пришлось раздеться, развязать галстук (он ужасно душил) и закатить рукава. В ожидании они, держась подальше от камина, расселись, обмахивались пергаментами и перьями и молились, чтобы эта чиновница поскорее явилась.       И вот в гостиную, в сопровождении встревоженного Слизнорта, вошла невысокая молодая женщина. Это и была Амбридж. Вблизи ее схожесть с магловской куклой была почти невыносимой. Розовый цвет присутствовал везде, у нее еще были туфли на тонком и высоком каблуке, что обычно надевают на коктейльные вечеринки, а на локте висела пушистая розовая сумочка с кошачьим принтом. Амбридж осветляла волосы до белоснежного блонда и завивала их, чтобы получились упругие кудряшки (в действительности это было похоже на овечью шерсть). Приблизившись к школьникам, которые выстроились перед ней, Амбридж нацепила овальные очки в розовой оправе с камушками и всмотрелась в лица подозреваемых, которые не скрывали шока и отвращения.       — Кхм, все тут из шестого и седьмого курса? — спросила она у Слизнорта.       — Э-э-э… разумеется.       — Что-то вы не очень уверены, — придралась Амбридж к его сомнительному «э-э-э».       — Ох, дело в том, что на шестом курсе была барышня, как ее… мисс Стоун, и она не вернулась в школу, не стала доучиваться и…       — Кхм, и в чем же причина этого решения? — Она сказала это таким тоном, будто подозревала ее в ужаснейшем преступлении.       — В том, что она… как бы сказать… — Слизнорт слегка покраснел. — Она родила ребенка, поэтому осталась дома.       — Что?! Вы допустили беременность вашей ученицы прямо в школе?       Декан Слизерина, не думавший, что он должен отвечать и за подобные случаи тоже, еще сильнее залился краской.       — Я доложу об этом в Министерство, — заявила Амбридж и отвернулась от него.       Слизнорт с опаской смотрел на своих студентов, не уверенный в их благоразумии. Амбридж наконец заметила, как жарко в гостиной, и громко спросила, кто в этом виноват. Эйвери подтолкнул в спину Снейпа, заставляя его выйти вперед. Амбридж недовольно выслушала версию произошедшего.       — Вы несанкционированно варите опасные зелья в гостиной своего факультета?       — Нет, я… то есть… — Тот пытался возразить, но чиновница его перебила:       — Вы ставите под угрозу жизнь и здоровье детей! Я считаю, что вам, профессор, нужно его наказать.       Слизнорт не стал спорить. Амбридж уставилась на руки Снейпа, будто надеялась увидеть на них что-то ужасное. Не найдя, видимо, того, что ей хотелось, она велела ему вернуться в образовавшуюся шеренгу.       — Я буду допрашивать вас в спальне, — заявила она. — По одному. Профессор будет присутствовать, чтобы сохранить ваше… законное право.       И, вытирая вспотевший лоб, Амбридж зашагала в спальню мальчиков. Школьники остались в душной гостиной и с опаской переглядывались. Первой на допрос отправилась испуганная, очень бледная Нарцисса.       — А у Крауча нет Метки? — шепотом спросила Маргарет у Регулуса Блэка.       — Нет. Он не Пожиратель.       — А-а-а…       У Регулуса Метка была. Маргарет испытала странное чувство, когда замазывала ее — не страх, не отвращение, а некое смутное сожаление. Регулус, которому едва исполнилось 16 лет, зависел от своей величественной матери, которая обожала Волан-де-Морта, он и вообразить раньше не мог, что у него может быть другой путь. Даже близ Маргарет он был хрупким, изящным, больше походил на стройную красивую девушку с этими тонкими, правильными чертами. И он, даже не достигнув совершеннолетия, обрек себя на вечное служение Волан-де-Морту — какой же невозможный кошмар!       Студенты шли на допрос к Амбридж, выходили минут через десять. Амбридж вызывала не по фамилиям, а как ей вздумается, просто говорила: «Позовите вон того, со светлыми волосами… или того, у которого длинные руки». Значит, она запомнила, кто как выглядит. Маргарет очень надеялась, что она запомнит и другое — «отсутствие» Черных меток у них на руках.       Наконец вызвали и ее. Маргарет поднялась в спальню седьмого курса — ту самую, в которой она сама жила. Амбридж сидела на стуле посреди комнаты, Слизнорт стоял у приоткрытого окна. Маргарет же осталась стоять. Чиновница задала несколько пустых вопросов — о Шармбатоне, о родственниках.       — Это вы нашли первое тело… Элен Вайс, если я ничего не путаю?       — Нет, — ответила Маргарет, — его нашла Марлен Маккиннон, другая староста. Мы обе дежурили в ту ночь.       — Кхм, но вы были на месте преступления?       — Да, вместе с Марлен, когда она попросила меня пойти с ней. После этого мы обратились к профессору Макгонагалл.       — А вы можете доказать, что вас не было на месте преступления раньше?       Маргарет удивилась.       — А зачем мне это доказывать? — спросила она.       — Мисс Фокс, вопросы здесь задаю я. То есть вы не можете доказать это?       — Нет, не могу, — сердито ответила Маргарет. — И никто не может. Была ночь, мы дежурили в разных частях замка. У этого… происшествия не было свидетелей. Все в это время спали.       — Вы называете это происшествием? — с любопытством спросила Амбридж. — Правильно ли я поняла, что вы не считаете смерть Элен Вайс убийством?       — Я не следователь, чтобы что-то считать. Я озвучиваю ту версию, что мы получили от профессоров.       — Кхм, все же, каково ваше мнение на этот счет?       — Простите, но у меня этого мнения нет, — отрезала Маргарет. — Как я уже сказала, я не веду следствие и не располагаю информацией, чтобы делать какие-то выводы.       Амбридж смотрела на нее с интересом. От этого любому бы стало не по себе.       — Вы подозреваете кого-то? Хоть в чем-то? — потом спросила чиновница.       — Нет.       — Кхм, совсем?.. Я слышала, на вас вчера ночью напали.       — Не понимаю, откуда эти слухи, — ответила Маргарет. — Если бы на меня напали, вы бы наверняка услышали об этом от меня.       — Вы дружите с мистером Снейпом?       — Нет. Мы просто однокурсники.       — У вас есть с кем-то дружеские отношения на факультете? — настаивала Амбридж.       — Нет, со всеми обычные… приятельские отношения.       — Вас обижают за ваше магловское происхождение?       — Нет.       — Может быть, называют «грязнокровкой»?       — Нет.       Амбридж недовольно уставилась на нее сквозь девчачьи очки. Слизнорт, заметив это, решил вмешаться:       — Мисс Амбридж, девочка недавно в Хогвартсе. Заверяю вас, она ничего не знает.       — Но вас уже назначили старостой…       — Это моя инициатива, мисс Амбридж, чтобы девочка быстрее влилась в коллектив. В Шармбатоне она два года была активисткой, вела газету. Я подумал…       — Вы можете идти, — резко бросила чиновница. — И позовите ту брюнетку, с волнистыми волосами.       Это явно было сказано о Беллатрисе.       — Кхм, постойте, — внезапно остановила ее Амбридж, — вы в какой спальне живете?       Вот оно! Амбридж кто-то проболтался, что она поселилась в комнате мальчиков. Если она признается в этом, ее непременно накажут — это нарушение правил. А если солжет… пожалуй, случится что-то похуже.       Маргарет оглянулась.       — Думаю, вы сами знаете ответ на этот вопрос. До свидания, мисс Амбридж.       Прозвенел колокол. Спустившись в гостиную, Маргарет бросила Беллатрисе:       — Ты следующая. Если что, я живу у мальчишек. Она в курсе.       — Ты куда? — спросил Регулус.       — На урок. У меня травология.

┏━━━✦❘༻༺❘✦━━━┓

      За три дня Амбридж опросила всех школьников, включая самых младших (пусть это и было бессмысленно). По школе поползли слухи, что она ничего не узнала и теперь вынуждена взяться за профессоров. К директору ее так и не допустили — Макгонагалл заявила, что Дамблдор заболел и встанет с постели не раньше, чем через неделю. Амбридж это не понравилось, но она решила пока не настаивать. Вместо этого она учинила длинные допросы работников Хогвартса, досталось даже лесничему Хагриду и завхозу Филчу, которые просто не могли никого убить магическим способом. Потом Амбридж переключилась на эльфов-домовиков. Эта вакханалия длилась целую неделю, некоторые были допрошены по второму разу, но Амбридж убийцу так и не нашла. Злая донельзя, она расхаживала по Хогвартсу с выражением бессильной ярости, пугая студентов одним лишь стуком своих высоких каблуков.       Ремус Люпин наконец поправился и стал ходить на уроки и в Большой зал. Его чиновница допрашивала наиболее долго и подробно, но Люпин, как поговаривали, играл такую святую невинность, что Амбридж все-таки отстала от него. Маргарет старательно его избегала, и Люпин, почувствовав это, тоже отстранился и притворялся, что не видит ее, когда проходил мимо нее по коридору. Сириус Блэк и Джеймс Поттер посматривали на Маргарет странно, словно она успела в чем-то провиниться. Лили, Мэри и Марлен улыбались, когда Маргарет подходила, но получалось у них неловко. В какой-то момент Маргарет поняла, что ее не рады видеть за столом Гриффиндора. Ученики Когтеврана и Пуффендуя отсаживались от нее, если она садилась за их стол в библиотеке. Конечно, ее никто не оскорблял, не окатывал презрением, вместо этого были недоумение и неуверенность. Неужели они как-то узнали, что Маргарет со слизеринцами заодно?       Ну разумеется, с досадой на себя размышляла она, никто бы из ее приятелей не понял ее. Кому бы вообще пришло в голову помогать Пожирателям? Эти гриффиндорцы, ученики других факультетов — они хорошие, простые люди, у которых есть четкое понимание, что есть честность, храбрость и достоинство. Она же в последнее время сомневалась, что обладает данными «высокими» качествами. Бабушка бы стыдилась ее — как быстро ее сломали обстоятельства! Хорошая, правильная Лили никогда бы не вступила в сговор с соучастниками Волан-де-Морта. А Мэри? Марлен?..       Однажды ночью ей приснилось, что родители выгоняют ее из дома, а она плачет и стучится в дверь с криками: «Но я же тоже хорошая, я же тоже, я же тоже!..» Маргарет проснулась в страхе. Шторы были немного раздвинуты, и она увидела, что Долохов стоит у открытого окна и смотрит вдаль. Долохов услышал движение и посмотрел в ее сторону.       — Что, плохой сон?       Маргарет набросила халат и вышла к нему. Долохов — какая внезапность! — курил магловскую сигарету.       — Хочешь? — предложил он.       — Не думала, что ты куришь. Впервые вижу волшебника с сигаретой.       — Чушь это, — бросил Долохов. — Ничто не мешает брать магловские удовольствия и адаптировать под себя.       От него неуловимо-приятно пахло табаком и мятными конфетами. Протягивая руку за сигаретой, Маргарет заметила, какие у Долохова вытянутые ладони с тонкими пальцами.       — А, ты курила раньше? Ясно.       — Странно все, — обронила она.       — Что?       — Да все. Часто ты куришь с грязнокровками?       — М-м-м, бывало, — неопределенно ответил Долохов.       — А можно вопрос? Хм, вам реально… э-э-э… нельзя пересекаться с грязнокровками и… полукровками?       — Зависит от того, как посмотреть, — пожал плечами Долохов. — Ну, вот как ты видишь Темного Лорда?       — Никак, — честно ответила Маргарет.       — Так вот, Темный Лорд — это типа Бога у маглов, — заявил Долохов. — Понятна эта аналогия?       — Откуда ты знаешь про Бога у маглов? — воскликнула Маргарет.       — Ты думаешь, я настолько тупой? — в свою очередь удивился Долохов. — Ну вот… типа у маглов есть заповеди, верно? Нельзя там воровать, убивать, заниматься сексом без брака и все такое. И если ты соблюдаешь правила, то попадешь в рай, а если нарушаешь заповеди, Бог тебя накажет и отправит в ад. Ясно?       — Бог нереален, — заявила Маргарет, — а Волан-де-Морт вполне реален. Думаю, ты даже видел его вживую.       — Это неважно, — перебил ее Долохов. — Просто вообрази, что у Пожирателя есть свои заповеди, данные ему «Богом». Если ты их нарушишь… это как грех — тоже будет наказание, если «Бог» узнает. Но не бывает же верующего, который ни разу не согрешил. Ясно? Можно быть верующим в «Бога», иногда грешить, раскаиваться потом… Если правильно раскаяться, все равно попадешь в рай, но успеешь заодно насладиться прелестями грехов. Ясно?       — В общих чертах. Признаюсь, этот гедонизм мне понятен.       — Правда? — с интересом спросил Долохов.       Не дав ей понять, что происходит, он схватил ее за талию и притянул к себе. Маргарет уперлась руками ему в грудь и искренне, громко рассмеялась. Долохов забавлял ее. Эйвери со своего места закричал, чтобы они заткнулись. Долохов обругал его и выпустил Маргарет из объятий. Пока он не передумал, она запрыгнула на подоконник и выбросила окурок в окно.       — Но на твоем месте я был бы осторожнее с заигрываниями, — уже тише сказал Долохов. — Гриффиндор пустил слухи, что ты со Снейпом.       — Что? — возмутилась она. — Что я им сделала вообще?       — Они думали, ты — их подружка, а ты якшаешься со слизеринцами.       — Это не причина. Это тупость!       За дверью послышались громкие, стремительные шаги. В комнату влетел Розье:       — Всем спать, срочно! Амбридж проверяет, кто на месте!       — А что случилось?..       Оказавшись в постели, Маргарет предусмотрительно накрылась с головой. Сердце у нее бешено застучало. Мысль, которую она загоняла подальше так долго, возникла в ее мозгу, оглушила: ты теперь сообщница Пожирателей, если они завалятся, они потянут тебя за собой, они сдадут тебя! Ты помогла им скрыть Метки! Ты вступила в сговор с преступниками. Азкабан…       Близ нее застучали высокие каблуки. Амбридж. Не лучше ли признаться во всем? Она заслужит снисхождение. Пожирателям самое место в Азкабане. Пожиратели убили твоих родителей, Маргарет! Они… они… они… У нее не было сил, чтобы сожалеть о прошлом. Слез тоже не было. Было лишь невыносимо сильное желание жить.