Жизнь в штормовом цвете/Life in Storm green color

      Добби перенес их в одинокую рощу. Было пасмурно, сумрачно и промозгло. Элис больно приземлилась в новом месте, но вскочила тут же, не чувствуя ничего, кроме душевного волнения.       — Ты не поранила ногу? — спросила ее Маргарет и наклонилась.       — О, нет, нет… Все равно. Марго, я сейчас лишусь чувств!       Кажется, Элис нужно было успокаивающее зелье, но с собой у Маргарет его не было.       — Все хорошо, — уверенно сказала она. — Это быстро и, думаю, безболезненно.       Добби с любопытством смотрел на них, выпучив огромные, как теннисные мячики, глаза.       — Спасибо, — сказала ему Маргарет, — вернись пока в дом Эйвери. Позже я тебя позову.       Домовик поклонился, несмотря на то, что «хозяйка» просила этого не делать, и с громким хлопком исчез.       — Марго, а если костюм помялся, у меня же получится исправить это заклинанием? — тревожно шептала Элис.       Они вышли из рощи с испачканными в грязи ногами. Посмотрев по сторонам, нет ли поблизости маглов, Маргарет быстро очистила их туфли.       — Не беспокойся, не помялся он. Я наложила на него…       — Марго, а у тебя уже было?..       Маргарет даже споткнулась от неожиданности.       — Было — что?       — Ну… — Элис залилась краской. — Это.       — Это?.. В смысле, секс?       — Нет! — Элис нервно рассмеялась. — Ну, то есть он, но… не совсем он.       Похоже, что не было, хотела ответить Маргарет, поэтому она не понимала, о чем Элис пытается ее спросить.       — Ну… — Элис снова замялась. — Я об использовании палочки в… ну… во время…       — Э-э-э…       Они как раз вскочили на ступеньку магловского автобуса.       — Я боюсь, что это больно, — прошептала Элис. — Регулус сказал, что знает некоторые… м-м-м… заклинания. Он хочет меня удивить. А я боюсь.       — Боюсь спросить, откуда у Регулуса такие познания, — с иронией ответила Маргарет.       — Марго, скажи, тебе… было бы страшно?       — Конечно, учитывая, что ты не можешь внятно объяснить, чего конкретно хочет Регулус. Может, тебе действительно нужно его спросить, как это работает? А то мало ли…       Боже, какой нелепый, какой неловкий разговор!       За окном автобуса хлестал ледяной, налетевший с залива Мори-Ферт ветер. Старый город был тих и по-старинному красив. Когда они проезжали через мост, Маргарет смогла рассмотреть внизу темную холодную воду. Инвернесс — кто бы мог подумать, что однажды она заберется в такую даль.       Автобус высадил их недалеко от церкви Святого Андрея. Маргарет взглянула на эту скромную красную церковь и отчего-то решила, что она напоминает ей Нотр-Дам в Париже. Напротив церкви, у пожелтевшего от старости кирпичного фасада, стояли Регулус и Снейп. Завидев Регулуса издали, Элис издала радостный вопль и стремительно бросилась в его объятия. Тот едва успел поймать ее за талию — Элис повисла на нем, и он сам чуть не упал.       Снейп курил в этот момент. Он оглянулся на Маргарет с хмурым, недовольным лицом, которое выражало эмоцию «пожалуйста, оставьте меня все в покое». Но секунду спустя его лицо изменилось — на нем появились нежность и приятное удивление, словно Снейп не думал, что она тоже придет. Чувствуя, как сильно колотится сердце, Маргарет приблизилась к нему и быстро поцеловала в щеку. Снейп не прикоснулся к ней, возможно, стесняясь при Регулусе, но невинный поцелуй заставил его слегка улыбнуться. Маргарет скосила глаза и едва сдержала смешок — Элис зацеловывала лицо Регулуса с такой яростью, будто хотела его съесть.       — Как добрались? — тихо спросил Снейп.       — Хорошо, — прошептала она. — Добби помог. Спасибо тебе за него.       — Это не мне, это Люциусу.       Наконец, с приветствием было покончено, и они, разбившись на пары, зашагали в магловский отель, в котором собирались остановиться на ночь. Регулус и Элис шли первыми, держась за руки, как подростки — это было очень мило. Регулус уже был в официальном синем костюме и легком бежевом тренче, волосы были уложены так, словно он побывал у парикмахера. Ну типичный аристократ, пусть и магический — в нем теперь чувствовалась изысканность его класса. Снейп выглядел, как полная его противоположность. В новом магловском журнале Маргарет прочитала о новой субкультуре готов, появившейся на основе панк-движения. Снейп же, понятия не имея о панках и готах, умудрялся выглядеть, как каноничный их представитель.       — М-м-м… а где ты достал магловскую одежду? — спросила Маргарет.       Снейп уловил в ее голове удивление и ответил:       — С ней что-то не так?       — Да нет, все нормально. Просто где ты ее достал?       — Купил в магазине. Мы с Регулусом прошлись по кварталу, он сказал мне выбрать что-то праздничное. Я увидел магазин только с черной одеждой — и зашел. Недостаточно празднично?       Слышавший их разговор Регулус замедлил шаг и сказал:       — Я говорил Северусу, что люди одеваются не только в черное, ок? Но он не признает других цветов.       Снейп, похоже, смутился. Чтобы его поддержать, Маргарет положила руку ему на локоть и прошептала:       — Все хорошо. Мне нравится, как ты выглядишь.       Но он уже погружался в пучину собственной неуверенности. Маргарет слегка потянула его за руку, чтобы Регулус и Элис их обогнали. Она нарочно пошла медленно, чувствуя, что Снейпу неловко близ счастливых невесты и жениха, и скоро Снейп с облегчением выдохнул.       — Ты как? — спросила его Маргарет.       Он взял ее руку в свою и нежно сжал ее.       — Я… был на одной свадьбе. Беллатрисы и Лестрейнджа. Это вторая.       — Да? И какой была первая?       — Очень громкая, — с неприязнью ответил Снейп. — Много людей, шум и алкоголь. А еще Белла играла на скрипке, и мне захотелось удавиться.       — Она так плохо играет? — удивилась Маргарет.       — Не знаю, но это было отвратительно.       Снейп помолчал. Они уже свернули на набережную Несс Уолк и приблизились к отелю в старинном светло-желтом здании. Регулус и Элис стояли близ низкого ограждения и, обнявшись, любовались на колышущуюся от ветра воду.       — Марго, а у тебя есть… сухой шампунь? — вдруг на одном дыхании спросил Снейп, словно долго готовился к этому вопросу.       — Э-э-э… — Она полезла в свою бездонную сумку. — Ага. Есть, свежий баллончик.       — Можно тебя попросить?.. В номере.       Только сейчас Маргарет заметила, что у него, как в школе, сальные волосы. Испугавшись ее возможной реакции, Снейп быстро объяснил:       — Я сегодня утром заканчивал работу… с новым составом.       — Конечно, — боясь смутить его еще больше, ответила Маргарет. — А над чем ты сейчас работаешь?       — Вакцина от ликантропии. Скоро буду испытывать ее, мне помогает Эйвери, без него бы я не справился.       — О, расскажешь?       — Да, потом. — Снейп немного расслабился. — Это для людей, которые часто взаимодействуют с оборотнями, чтобы… не случилось, как с Эйвери. Только обещай, что Сопротивление не получит эту вакцину.       — Хорошо… Злишься, что я отдала им защиту от твоего «оружия»?       — Нет, не злюсь. Понимаю. Но эта вакцина — моя. После войны я сделаю на ней состояние.       Практичность Снейпа была ей приятна. На его месте она бы и сейчас продала рецептуру этой вакцины какой-нибудь американской лаборатории за бешеные деньги.       — Марго, а можно фото? — окликнула ее Элис.       — Фото?.. А, сейчас.       Снейп отступил в сторону, чтобы не мешать ей снимать. Маргарет достала из сумки фотоаппарат и взяла в объектив обнимающихся будущих супругов. В глубине души она посетовала на неэстетичный план, но если Регулус и Элис хотели сняться на фоне реки и магловского моста, то кто она, чтобы их отговаривать?       — Готово! Можете разойтись!       Регулус тепло ей улыбнулся и зарылся лицом в волосы Элис — и в это мгновение Маргарет пронзила страшная мысль, от которой она чуть не выронила камеру. Снейп же не знает, что Регулус работает на Сопротивление! Она быстро взглянула на Снейпа, потом — на Регулуса, счастливого и беззаботного — и ей стало жутко, что Регулус может окончательно переметнуться к Сопротивлению и… навредить Снейпу? Элис бы ни за что не вышла замуж за Блэка, не будь он тайным агентом. Она не считает Регулуса Пожирателем. А Снейпа — считает…       Долгожданная идиллия развеялась. Даже сейчас все четверо были на войне. Ну нет, она не позволит Регулусу сорвать планы Снейпа! С другой стороны, рассказать Снейпу, что Блэк — шпион Сопротивления, рассказать сейчас, за пару часов до свадьбы… Не захочет ли Снейп в порыве ярости убить своего приятеля?       Маргарет пыталась скрыть тревожные мысли, но у нее плохо получалось. Элис заметила, что она помрачнела, и слегка толкнула ее локтем. Маргарет не ответила. Регулус и Снейп в этот момент расплачивались магловскими деньгами на стойке регистрации. Маргарет переминалась с ноги на ногу, не зная, что предпринять — говорить Снейпу правду или нет? Сказать — значит испортить день Регулусу и Элис. Не сказать — значит предать доверие Снейпа. Кто знает, когда они снова увидятся и появится шанс рассказать ему о Блэке.       Когда Маргарет прошла со Снейпом в их номер, ее напряжение достигло пиковой точки. Ничего не замечая, она присела на застеленную постель. Ноги у нее дрожали от волнения.       — Марго… — тихо позвал Снейп, легко уловив ее настроение.       — Сев, я… — В горле у нее пересохло. — Я должна тебе кое-что сказать.       Ей показалось — или он испугался?       — Я тебя слушаю, — ровным голосом ответил Снейп.       Как же сказать?.. Она встала. Снова села.       — Сев, я… это касается Регулуса. Это… он — шпион Сопротивления.       Несколько секунд Снейп сверлил ее недоверчивым взглядом, а потом вдруг успокоился.       — А, ты об этом, — выдохнул он. — Да, я знаю, что Регулус дает информацию Сопротивлению.       — Что? — воскликнула Маргарет. — Откуда?       — Он — двойной агент, — спокойно объяснил Снейп. — Работает на две стороны. Приспособленец. Встанет в итоге на сторону тех, кто выиграет.       В голосе Снейпа теперь не было презрения. Несмотря ни на что, он симпатизировал Регулусу, хоть и не доверял ему.       — Ты смотрел, что у него в голове? — на всякий случай спросила Маргарет.       — Да, — ответил Снейп. — Он неплохой, может быть преданным, но своя выгода ему важнее. До конца войны он будет лавировать.       — Элис думает, что он искренне помогает Сопротивлению.       — И пусть думает. Он ее любит. Если Блэк скажет ей правду, она не поймет и не простит его.       В этом Снейп был прав: Элис верит, что Регулус даже в стане Пожирателей служит «правому делу» и все его поступки можно объяснить необходимостью — чтобы не быть раскрытым, например. Этим мотивом (все делается во благо Сопротивления) можно было оправдать все — боль, насилие, убийства. Так легче было жить самой Элис, чтобы не мучиться совестью, что ее любимый — преступник.       Маргарет вдруг захотелось помешать этим двоим пожениться. Снейп заставил ее увидеть то, что она никак не хотела замечать — насколько Элис и Регулус разные.       — Не стоит, — ответил Снейп на ее мысли. — Это их дело. Но ты права: у брака без взаимопонимания нет будущего.              — Элис так счастлива. — Маргарет откинула голову на покрывало. — Не хочу портить ей день.       Снейп сел близ нее. Она спохватилась и полезла в сумку за сухим шампунем.       — Давай я, — предложила она. — Не придется стоять у зеркала.       Ухаживая за его спутанными волосами, Маргарет продолжала думать об этой милой, странной, порывистой любви. Она ругала себя за то, что сомневалась в будущем Регулуса и Элис. Боялась, что у нее не получится радоваться за них на свадьбе. Снейп чувствовал ее напряжение и, когда она закончила с его волосами, привлек ее к себе и уложил ее голову себе на колени.       — Все еще переживаешь?       — Немного, — тихо призналась она.       — Тебя что-то еще беспокоит?.. Может быть, Клара ненароком сожрала Петтигрю?       Она невольно рассмеялась.       — Нет!.. Хм… я была у Люпина. Он сошел с ума.       Она закрыла глаза, и Снейп, поняв ее правильно, заглянул в ее воспоминания.       — Он тебе дорог? — серьезно спросил он потом.       — Да. Он хороший… для меня.       Снейп промолчал, мрачно смотря на желтую стену.       — Ты ненавидишь его за то, что он дружил с Блэком и Поттером? — тихо спросила у него Маргарет.       — Да… Терпеть его не могу. Лицемер. Вечно таскался за ними, потакал им, боялся, что они его «разлюбят». Противно.       — Прости меня, — еле слышно шепнула она.       — Не за что. Ты не виновата.       Снейп тихо ласкал ее волосы.       — Ты сильно им дорожишь?.. Давай я подумаю, как его вылечить. У меня есть наработки и есть лекарства от моего коллеги.       — Ты… правда хочешь помочь?       — Если тебя это порадует, — небрежно ответил Снейп.       Маргарет привстала и с распирающей ее благодарностью обняла его шею. Она знала — если Снейп обещает что-то, то постарается это сделать. Он подхватил ее под колени, другой рукой придерживал ее спину и так прижал к себе, словно укачивая в своих объятиях. Маргарет уронила голову ему на грудь и закрыла глаза, ощущая, как под одеждой и плотью сильно стучит любимое ею сердце.       — Марго?       — М-м-м?       Она приоткрыла глаза. В комнате было сумрачно. Она видела только белый потолок и склоненное к ней лицо Снейпа. Он был до невозможного, до боли красивым.       — Я люблю тебя, Сев, — прошептала она еле слышно.       У него сбилось дыхание. Он прислонился лбом к ее лбу.       — И я тебя люблю, лисичка.       Они помолчали.       — Марго?       — М-м-м…       — Давай поженимся.       Она нехотя разлепила глаза.       — М-м-м… зачем?       — Чтобы быть мужем и женой.       Объятия Снейпа так действовали на нее, она была столь расслаблена и разнежена, что, кроме «угу», у нее ничего не получилось.       — Марго, давай поженимся сегодня.       Это, уже сказанное решительным тоном, вывело ее из сладостной неги.       — Сев, ты… — Маргарет запнулась. — Сев, ты же знаешь, что это невозможно.       — Возможно, — возразил он. — Мы оба совершеннолетние и можем пожениться.       — Но… — Ее мысли разлетались. — Но Волан-де-Морт же узнает. Он прочитает твои воспоминания. Он узнает, что ты женился на грязнокровке!       — И пусть знает.       Она опешила; уверенно слезла со Снейпа и вскочила на ноги. Снейп остался на постели и смотрел на нее снизу вверх, спокойно и нежно, словно все уже давно решил.       — Темный Лорд настаивает, что мне нужна жена. — Он будто выплюнул это. — Я должен быть, как он… как Лестрейндж.       Маргарет хотела что-то сказать, но он успел ее остановить:       — Я не безумен. Я не сошел с ума, Марго! Ты обещала мне доверять! И да, я слышу твои мысли! «Ты нас погубишь»?       Да, он правильно услышал. Ей пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть.       — Сев, — голос у нее совсем сел, — ты не можешь жениться на грязнокровке. У Лестрейнджа жена из чистокровных, из Блэков. А я что? Я — кто?       — Я тебя люблю, — запальчиво ответил Снейп. — Этого мало?       — Пожирателям — мало.       Маргарет показалось, что он о чем-то размышляет, мучительно и тревожно, но сейчас бы не смогла угадать его мысли. Снейп встал и, скрестив на груди руки, прошелся по маленькой комнате.       — Сев… — Она откашлялась. — Я все понимаю, но… любовь двух людей не может быть сильнее политики и… идеологии аристократии. Если ты пойдешь против Темного Лорда, он просто убьет тебя и…       — И тебя, — закончил за нее Снейп. — Я знаю. Твой страх логичен. Я пойму, если ты откажешься. Нет, стой! Я серьезно, Марго! Он сказал мне быстрее найти жену, я должен жениться до начала весны.       Она пошатнулась. Пришлось сесть на ближайший стул.       — Марго, либо я женюсь на тебе, либо ни на ком. Я не хочу, чтобы мне навязали какую-то женщину. Я не хочу, как Антонин, как Эван… Унизительно, мерзко! Если я буду женат на тебе, женить меня во второй раз не получится.       …До тех пор, пока жива твоя жена. Ей казалось, что Снейп топит ее в океане безумия, а она даже удовольствие получает от этого.       — Сев, это звучит…       — Ненормально? — уточнил он. — Да. Да! Я знаю, Марго! Я знаю, что в меня поверили люди. Я знаю, что не могу их подвести… Я знаю! Но, Марго… я знаю, что это страшный риск! Но я хочу рискнуть! Я верю, что… Темный Лорд меня простит и поймет.       — Простит? Поймет?..       Нет, дурак, он растопчет тебя, уничтожит! Волан-де-Морт отчего-то поверил в тебя, приблизил к себе, сделал тебя соперником Лестрейнджа, а ты готов обмануть его доверие! Волан-де-Морт тебя не простит!       Она, кажется, задыхалась. Маргарет ослабила воротник и глубоко вздохнула. Снейп остановился рядом с ней и смотрел темными беспокойными глазами в ее побледневшее лицо. Маргарет со страхом встретилась с его взволнованным взглядом. Он будто был в лихорадке.       — Марго, я знаю, что… не так нужно делать предложение. — Он сбился и стал кусать сухие губы. — У меня нет букета, нет кольца, но я… я люблю тебя. И если ты хочешь и можешь, я… прошу тебя пройти этот путь вместе. Ты можешь отказаться, ничего не изменится, обещаю. Но я не хочу иметь жену и любовницу. Если я не женюсь на тебе, то не женюсь ни на ком.       Она взывала к собственному разуму, пыталась объяснить себе, что Снейп не в себе и позже пожалеет о своем решении. Это не помогло. Не справившись с любовью к нему, она бросилась на его шею и зашептала ему на ухо:       — Хорошо, хорошо… я стану твоей женой. Хорошо.       От ужаса и желания у нее больно забилось сердце. Снейп сильно обнял ее, и у него вырвался полустон несомненного облегчения.       — Сегодня?.. Да, Марго? Да?       — Да…       — Я сообщу ребятам, попрошу их трансгрессировать.       Он сильно, почти до боли впился в ее приоткрытые губы. Маргарет повисла на нем, чувствуя, как ее тело совершенно слабеет. Снейп насылал на нее такую истому, что по коже бежали мурашки, а ноги подгибались. Оторвавшись от ее губ, он еле слышно прошептал:       — Ложись на постель.       Была ли эта просьба? Или приказ, облеченный в бархатный, почти умоляющий тон?       Маргарет отпустила его шею и, чувствуя, как мутнеет в голове, села на что-то мягкое. На покрывало? Это не имело значения. Не дав ей ни мгновения, словно боясь, что она вырвется из эротического настроения, Снейп наклонился к ней, а потом прижал к постели. Ее глаза были закрыты. Задевая ее губы своими, Снейп прошептал:       — Нет, смотри. Слышишь, Марго?       — М-м-м…       — Смотри на меня.       Да, Снейп любит, когда она на него смотрит. Часто, даже задыхаясь от наслаждения, он продолжал вглядываться в ее глаза, настойчиво и жадно. Порой она ловила в его взгляде смутный страх — будто Снейп боялся, что она не с ним, что она воображает кого-то другого, а его тело лишь использует для простейшего удовольствия.       Сейчас, когда Маргарет открыла глаза, она увидела его неуверенность. Он сглотнул, не отводя взгляда.       — Я здесь, с тобой, — прошептала она.       — Ты… — Снейп запнулся. — Ты не пожалеешь, что выйдешь за меня?       — Нет… Нет, Сев.       — Ты…       — Я люблю тебя. Я хочу тебя. И нет, я не пожалею.       Больше ничего не имело значения — кроме него. Как же она любит его замкнутое, но открытое ей лицо, его изящные, но такие сильные руки, его тонкие губы, которые в один момент заслоняют собой весь мир — и как хочется зацеловать его до безумия, до полной потери контроля, чтобы он потерялся в собственных стонах и ее теле…       — Я осторожно, — прошептал Снейп ей в губы. — Попробуй… расслабиться.       — Но все отлично…       — Я хочу доставить тебе удовольствие.       Ей уже было безумно хорошо. Руки немного дрожали. Когда Снейп лихорадочно начал расстегивать ее одежду, его руки тоже дрожали — это было совместное переживание, жажда, в которой совмещались животная и личная страсть. Сквозь острые ощущения Маргарет подумала: какое счастье, что Снейп не только желает, но и любит ее. Ей наверняка было бы мерзко, если бы он просто хотел ее без любви, да и самой желать без любви было странно, почти противоестественно. Довериться кому-то, кроме Северуса? Это было непостижимо.       От мысли, что его могут заставить жениться на другой, что он вынужденно будет ласкать эту чужую, ее пробрало в омерзении. Да лучше она сегодня же умрет его женой, чем будет жить с осознанием, что он содрогается в оргазме с другим, не ее телом. Отдать его другой, тем более не по его желанию, а по вынужденной необходимости — нет, ни за что. Она не согласна!       — Тебе нравится? — заметив, что она напряглась, прошептал Снейп.       — Да… да… еще…       Маргарет отогнала мерзкие мысли о другой и позволила себе чувствовать — сейчас, с ним. Жадно, покусывая, а после зализывая место укуса, он ласкал ее грудь, живот, раздвинутые перед ним ноги. Маргарет вцепилась в его волосы, крепче прижимая к себе. Волосы были мягкие, струились между пальцами — она хотела тянуть за них, будто это заставило бы Снейпа умолять.       Его губы снова оказались близ нее, и он проглотил ее первый стон, когда резко вошел в нее.       — Полегче? — на всякий случай спросил Снейп.       — Нет… так… я хочу жестко. Более… чем обычно.       — Да?..       Он послушался — сам хотел того же, но стеснялся признаться. От его движений, быстрых и глубоких, Маргарет инстинктивно зажмурилась.       — Нет, — жарко прошептал у ее губ Снейп. — Смотри!       — Я не…       — Смотри на меня!       Она приоткрыла глаза и увидела его жадное, увлеченное страстью лицо — и эти полубезумные глаза, впивающиеся в нее.       — Это что… приказ? — сквозь невольный смешок спросила Маргарет.       — Да. Приказ.       Он неожиданно остановился. У нее вырвался протест:       — Что? Нет…       — Тогда слушайся. Не сопротивляйся.       Воспользовавшись этой паузой, Снейп перехватил ее руки и свел их вместе над ее головой. Маргарет завороженно смотрела на его дрожащие губы. Второй рукой, свободной, Снейп взял ее за подбородок, развел ее губы двумя пальцами и прошептал:       — Возьми.       С азартом, подогревающим возбуждение, она приоткрыла рот и впустила его влажные пальцы. Тут же она осознала, что ранее этими пальцами он ласкал ее между ног. В другой раз это бы, возможно, смутило ее, но теперь было чем-то естественным и… чистым. Искренним. Это было доверие. Поэтому, не отрывая взгляда от Снейпа, она сомкнула губы вокруг его пальцев и стала посасывать их. У него вырвался тихий стон.       — Да, Марго… моя хорошая, любимая…       Движения возобновились. Удерживать ее руки и изучать ее рот теперь было сложно, но Снейп не отпускал ее. Бессознательно, уже зная ее тело, он понимал, что это ее возбуждает.       Когда она задрожала и судороги вытолкнули его наружу, Снейп наклонился и заменил пальцы своими губами.       — Нет, смотри на меня!       — М-м-м…       Различив в ее глазах отблеск долгожданного удовольствия, он счастливо рассмеялся и поцеловал ее.       — Постой, — тихо попросила Маргарет.       — Что, милая?..       — Я хочу… иначе.       Она сбросила его руки и каким-то чудом перекатила его на спину. Снейп улыбался, явно гадая, что она придумала. Чувствуя, что заливается краской, Маргарет прошептала:       — Я хочу… чтобы ты меня… попросил.       — Попросил? — мягко переспросил он. — Как же?       — Ну…       Чтобы поддержать Маргарет, Снейп сел и привлек ее к себе.       — Не бойся, Марго. Что мне сделать? Как тебе нравится?       — Я не знаю… — желая спрятаться, пролепетала она.       — Нет, знаешь, — ласково настаивал Снейп.       — Ты… не будешь смеяться?       — Нет. Все правильно. Все, что ты хочешь, — правильно. Марго… попробуй. А я тебе помогу.       Переступая через неловкость, она высвободилась из его рук и сползла ниже, к его паху. Желая успокоить ее, Снейп запустил руку в ее волосы и начал поглаживать.       — Попроси меня, — набравшись смелости, прошептала Маргарет.       — Хорошо… Я прошу тебя.       — Не так. Мало… лучше проси.       Если Снейпу и было смешно от этой ситуации, держался он прекрасно, ничем не показывая, что его что-то может смешить.       — Пожалуйста, Марго. Пожалуйста.       Для нее это было не очень убедительно, она хотела чего-то большего, но сама не понимала, как и что он должен сказать. Решив подумать об этом позже, она наклонилась и впустила его через приоткрытые губы. Его пальцы сильнее впились в ее голову.       — Да, Марго… пожалуйста.       Чувствуя, как это важно, Маргарет с триумфальной радостью наблюдала, как он дрожит под ее ласками — как закусывает нижнюю губу, как закатывает глаза, а потом прядь волос падает на его губы, и он ловит ее зубами и сжимает, будто пытаясь сдержаться.       — Попроси, — прошептала она, на секунду отвлекаясь от ласки.       Вот оно — его слова сквозь стоны, сквозь замутненное сознание:       — Еще, Марго… пожалуйста, еще…       — Проси лучше.       Но она уже продолжила ласку, позволяя ему двигаться ей навстречу. Принимая ее правила, Снейп начал шептать:       — Боже, я тебя хочу… я очень тебя хочу. Боже мой, Марго… пожалуйста, не останавливайся, я больше не могу…       Но, понимая, что он впадает в исступление, Маргарет вновь остановилась и игриво потребовала:       — Проси еще.       — Марго…       — Лучше, Сев. Ты такой красивый сейчас…       Он сглотнул.       — Умоляю, Марго. Я правда больше не могу. Боже, я тебя люблю, я хочу твои губы, твой язык, тебя всю, боже, я тебя умоляю…       Довольная, она снова вобрала его в себя. Несколько быстрых движений — и на язык ей брызнула вязкая, чуть солоноватая сперма. Она почувствовала, как по его телу пошли сильные судороги. Его вскрик, стоны после этого, вырвавшиеся от избытка наслаждения слова «боже, боже мой…» — Маргарет испытывала от них чистый, острый восторг. Она сглотнула.       — А что будет, если продолжать? — с томным энтузиазмом спросила Маргарет.       — Эм… что?       — Ну, не останавливаться, — пояснила она.       Снейп явно был не в состоянии, чтобы раздумывать над ее словами. Желая все же понять, как он отреагирует, она стала ласкать его медленно, в самом верху. Внезапно, словно не выдержав этого, он вновь сильно содрогнулся и судорожно вцепился в покрывало.       — Марго… это…       — Как ты это делаешь? — восхищенно спросила она.       — Я… не знаю…       Она повторила те же движения. Больше нежности, не так сильно — лучше мягче. Снейп вел себя странно и немного пугающе. Он не вырывался, позволяя ей экспериментировать с ним. Несколько раз подряд, после простой и короткой ласки, его накрывали новые волны спазмов, он метался на постели, задыхаясь в собственных стонах, будто бы желал отстраниться, но потом снова хватался за Маргарет, как за единственный якорь.       — Еще? — прошептала она еле слышно.       — Да… черт, что ты со мной делаешь?       Маргарет счастливо рассмеялась. То, каким чувствительным и уязвимым он был в этих необычных оргазмах, действовало на нее опьяняюще.       — Марго, я… больше не могу, — тихо, умоляюще прошептал он после очередных сильных судорог.       Она наконец отпустила его и поднялась к его губам. Снейп лежал на спине с закрытыми глазами, совершенно обессиленный. Кровь прилила к его впалым щекам. Потом Снейп взглянул вверх и шепнул:       — Потолок плывет…       Маргарет накрыла нежность к нему. Ни разу она не видела его столь беззащитным. Она поправила подушку под его головой, набросила на них покрывало и устроилась молча у его подрагивающей груди. Снейп обнял ее и зарылся лицом в ее волосы.       — Ты как? — шепнула она.       Разомленный и открытый, Снейп прижался к ней всем телом и стал целовать ее лицо, нашептывая:       — Спасибо… спасибо тебе…       — Я хотела этого, Сев.       — Назови меня по имени, — свистящим шепотом попросил он.       — Сев… Северус. Мой Северус.       И — сквозь новые поцелуи:       — Марго. Моя Маргарет. Только моя. Всегда.       Вспомнив об Элис и Регулусе, Маргарет тихо напомнила:       — Они нас ждут.       — Пусть ждут, — устало ответил Снейп.       А потом:       — Я не могу без тебя. Ни за что, Марго. Никогда.       И она станет очень скоро его женой…       …Какая же ты дура, Маргарет! Снейп все поставил на красное, а ты и радуешься, дура! Вот убьет его Темный Лорд за это — что ты будешь делать? Какая же ты дура!..

☾༺♰༻☽

      А потом, после этого сладкого удовольствия, ей пришлось пойти к Элис, чтобы помочь той облачиться в свадебный костюм.       — Все хорошо? Точно? — дрожащим голосом переспрашивала Элис, осматривая себя в высоком зеркале.       — Все замечательно.       — А ты пойдешь так?       На Маргарет было короткое черное платье с кожаным поясом.       — Да, — сказала она, — привыкла носить черный цвет. И со Снейпом будем гармонично смотреться.       Элис уже хотела предложить ей сменить цвет платья на более женственный, но Маргарет не дала ей сказать:       — Я тоже выхожу замуж.       Та вытаращилась на нее, явно шокированная.       — Ты… что? За Снейпа?       — Да, — спокойно ответила Маргарет.       Элис сглотнула, а затем закашлялась. Чтобы прочистить горло, отхлебнула воды из стакана.       — А-а-а… Марго, он что, захотел жениться на тебе?       — Да.       — А-а-а… Марго, и что ты сказала на это?       — Я согласилась.       В глазах Элис появилось сочувствие. Она сжала руку Маргарет и прошептала:       — Марго, но он же… Пожиратель.       — И что? — откликнулась та. — Регулус тоже.       — Это другое! — Элис отпустила ее. — Регулус помогает Сопротивлению. Он бы ни за что не… это не Снейп!       — В таком случае, — уточнила Маргарет, — почему ты разрешила Регулусу взять Снейпа в свидетели?       От слепоты Элис ей было почти физически больно. Снейп был прав: Элис смирилась со своей любовью к Регулусу, только убедив себя, что он, Регулус, не такой, как остальные Пожиратели. Она позволяет себе любить Блэка, потому что приписывает ему возвышенные чувства вместо обычного в их время приспособленчества. Регулус лучше Снейпа, он же помогает Сопротивлению… он заслуживает любви, а Снейп — нет. В глубине души Маргарет могла понять Элис, которая так долго искала оправдание собственным чувствам. Но это означало и то, что Элис никогда не поймет ее, Маргарет, и к ее браку отнесется, как к предательству Сопротивления.       Элис долго молчала — застегивала последние пуговицы, надевала прозрачные перчатки, поправляла банты на нарядных осенних туфлях. Потом, понимая, что вечно молчать не получится, выдавила:       — Ну хорошо. Я тебя не осуждаю. Это, в конце концов, не мое дело.       — Я хотела спросить, можешь ли ты быть моей свидетельницей, — сказала Маргарет.       — Нет. Прости, Марго. — Элис говорила быстро, с примесью вины. — Я не могу. У вас же будут Пожиратели? Я не буду на свадьбе Пожирателей.       Маргарет проглотила обиду.       — Хорошо. Я понимаю.       В молчании они вышли из номера Элис и спустились на первый этаж, где их уже ждали Регулус и Снейп. Заметив, что его невеста чем-то озабочена, Регулус недоуменно поднял брови и переглянулся с Маргарет. Та же только пожала плечами.       Волшебник, который должен был закрепить магией брачный союз, жил в двух улицах от отеля. Они прошли этот путь пешком. Регулус и Элис, как и раньше, шагали впереди. Элис так хваталась за руку будущего мужа, словно боялась, что он ее вот-вот бросит. Хмурая Маргарет шла за ними, скрестив на груди руки. Снейп ласково приобнял ее за плечи и на ухо спросил:       — Дигори тебя не обидела?       — Нет, — тихо ответила она. — Я уже привыкла.       — М-м-м?       — Что Пожиратели меня лучше понимают.       Думать, как так вышло, что она сроднилась с Пожирателями, виновниками этой войны, ей не хотелось.       — Знаешь, о чем я думаю? — спросил Снейп.       — О чем?       — О том, почему я, выбирая между Эванс и Пожирателями, выбрал Пожирателей. Она давала мне выбор тогда, до тебя. Я знал, что не смогу совместить Эванс и Пожирателей.       Он сильнее сжал ее плечи.       — Уже тогда, когда я вроде бы любил Эванс, я выбрал не ее. У Пожирателей много плохого, но… Я ненавижу, когда меня ломают, прикрываясь благими намерениями.       — У Пожирателей честнее, — мрачно ответила Маргарет.       — Да. Когда тебя ломают из ненависти, для цели и жестокости — это лучше. Ломать ради любви — издевательство.       Снейп умел находить правильные слова. В благодарность Маргарет подтолкнула его плечом. Это легкое прикосновение было приятнее прямого согласия.       Брачующиеся первыми поднялись на крыльцо старого трехэтажного дома. Им открыл седовласый волшебник в торжественной серебристой мантии.       — О, пришли! Пожалуйста, все готово! А вы — свидетели? Пожалуйста-пожалуйста!       Из маленькой, заставленной кувшинами прихожей они попали в затемненную гостиную. Быстро стало ясно, что свет приглушили, чтобы пришедшие не заметили царящего у стен и в углах беспорядка. Хозяин взмахнул палочкой — и белая ткань упала с простой деревянной арки, привлекая всеобщее внимание. Маргарет никогда бы не подумала, что будет выходить замуж в столь странной обстановке.       — Пожалуйста, прошу, вот сюда, — хлопотал волшебник, — жених тут, невеста… Вот букет!       Тут из сумрака выплыл изящный белоснежный букет и опустился в руки Элис.       — А что нужно делать? — шепнула Маргарет на ухо Снейпу.       — Ничего, — ответил он, — просто смотри.       — И все?..       Хозяин, похоже, затягивать не любил. Как только Регулус и Элис оказались у арки и взялись за руки, он открыл записную книжку и затараторил:       — Леди и джентльмены, мы собрались здесь сегодня, чтобы отпраздновать союз двух верных сердец Регулуса Арктуруса Блэка и Элис Элизабет Дигори.       Элис на этих словах заплакала от счастья. Регулус сильнее сжал ее ладони. А ведущий церемонии продолжал тараторить:       — Регулус Арктурус, вы берете в жены Элис Элизабет?.. Элис Элизабет, вы берете в мужья Регулуса Арктуруса?.. В таком случае я объявляю вас навечно мужем и женой.       После этих слов волшебник поднял палочку и осыпал новобрачных десятком серебристых звезд. Красивое свечение словно охватило их обоих — а потом погасло, уступив место прежней полутьме.       Элис плакала — и Регулус, что было совершенно невозможно, тоже. Пока Маргарет обнимала их, Снейп пролез к ведущему свадеб и спросил, может ли он сегодня поженить и его с Маргарет. Волшебник, не раздумывая, согласился. Маргарет показалось, что она сейчас лишится чувств. Она до сих пор не понимала, как она сейчас выйдет замуж за Снейпа — без подготовки, приняв решение сегодня, под влиянием чувств. Но сомневаться уже было поздно. Снейп был прав — либо они поженятся, либо его заставят жениться на ком-то, кого он, возможно, даже не знает. Это было жестоко, ужасно.       Элис споткнулась на ступеньках и упала бы, если бы ее вовремя не подхватила сильная рука. Она вскинула голову — это был Долохов. Тот немедленно расплылся в своей самой соблазнительной улыбке и ласково сжал запястье новобрачной.       — Долохов, не лезь, — проворчал Регулус.       — А что так? Занято? Точно?       Элис задрожала от страха. Заметившие это Эйвери и Розье потянули Долохова от нее, чтобы он случайно не скомпрометировал новую миссис Блэк.       — Малышка, я не кусаюсь! — крикнул Долохов вдогонку Элис, которая торопилась уйти от компании Пожирателей. — Или нет — кусаюсь! Но если ты меня попросишь, не раньше!       — Тони, ты неисправим, — заявила Маргарет, обнимая его.       — Не мешай ему, — сказал Розье, — он выполняет великий план — тысяча женщин до достижения тридцатилетия.       — Я стремлюсь к тому, чтобы мое потомство захватило весь магический мир, — с умным видом заявил Долохов. — И да, это великая миссия. Тебе не понять, ты у нас скромник.       Поверх плеча Эйвери Маргарет увидела, как Элис и Регулус быстро идут обратно в отель. Ее охватила необъяснимая грусть. Возможно, ей все же было важно, чтобы Элис была на ее церемонии.       — Возьми. — Розье протянул ей букет из черных роз.       — Спасибо…       — Вы точно знаете, что делаете? — с ноткой неуверенности спросил Эйвери.       — Томми, не порть людям праздник, — вмешался Долохов.       — Да что я?.. Главное — чтобы все выжили.       Маргарет дрожала всем телом. Ее страшно пугало, что через несколько минут она станет женой — и что это может погубить ее и Снейпа. Она заставила себя не думать ни о чем. Тело плохо слушалось, но, к счастью, близ нее был Снейп, который ей помогал.       Они вернулись в полутемный зал с деревянной аркой, только теперь на место Элис встала сама Маргарет. Она с таким страхом взглянула на вставшего напротив нее Снейпа, что он вздрогнул.       — Марго, если ты…       — Все хорошо. Я хочу.       Ее руки судорожно схватились за его. Волшебник откашлялся, открыл записную книжку и уже знакомо затараторил:       — Леди и джентльмены, мы собрались здесь сегодня, чтобы отпраздновать союз двух верных сердец… э-э-э…       — Северус Тобиас Снейп и Маргарет Ксена Фокс, — подсказал Снейп.       Маргарет, это плохо кончится, остановись! Сейчас же скажи это проклятое «нет»! Но было уже поздно. Она бы скорее умерла, чем бросила Снейпа вот так, перед общими друзьями. От ужаса, что с ним сделает Темный Лорд за подобное, у нее полились слезы.       — Северус Тобиас, вы берете в жены Маргарет Ксену?       — Да.       Она не сможет ответить, она сейчас потеряет сознание от напряжения!       — Маргарет Ксена, вы берете в мужья Северуса Тобиаса?       Что? Что? Что?..       — Да, — сквозь слезы выдавила она.       Ведь еще не поздно все закончить, верно?       — В таком случае я объявляю вас мужем и женой до скончания ваших дней.       Да, это был конец. Упоминание возможной скорой смерти добило ее — Маргарет бросилась Снейпу на шею и так больно его сжала, что он сдавленно прошептал:       — Ох, Марго, полегче.       Затем ее обнимали Томми, Эван и Тони. Она ничего не запомнила. Сердце ее рвалось наружу от боли и страха. Если Снейп умрет из-за этой глупости, она себя не простит. Она снова прижалась к нему и тише задышала, когда муж запустил пальцы в ее волосы.

☾༺♰༻☽

      Эйвери протянул через стол шкатулку со словами:       — Это вам — от всех нас.       В шкатулке были золотые галеоны — на ремонт семейного дома Снейпа. Собранного, по подсчетам Долохова, должно было хватить на восстановление нескольких комнат.       Они отмечали в ресторане отеля. Выпивший Розье заявил, что им нужны танцы. Хозяева-маглы поставили компании медленную музыку — все равно, кроме этих щедрых гостей, никого не было в этот поздний час. Маргарет с удовольствием танцевала сначала с мужем, а потом с остальными.       Ей давно не было столь спокойно и хорошо. Страх ушел благодаря вниманию и добродушным шуткам друзей. Когда Снейп сжал ее руку и привлек к себе, она почувствовала себя в полной безопасности. Маргарет подалась вперед и обняла его за шею. Они танцевали медленно, крепко держась друг за друга, и каждый вдыхал запах своего любимого. Осень, опавшая листва, свежесть, ночной дождь, плесень — Маргарет могла бы узнать Снейпа с закрытыми глазами, только встав близ него.       Потом ее позвал танцевать Розье. Он был весел и кружил ее так быстро, что Маргарет невольно рассмеялась.       — Рад за тебя и Северуса, — сказал Розье. — Я редко видел его счастливым.       — Спасибо…       Эйвери тоже пошел с ней на импровизированный танцпол, но был молчалив и как-то необычно печален.       — Переживаешь? — тихо спросила его Маргарет.       Держащая ее рука дрогнула.       — Нет, — так же тихо ответил он.       Потом, ближе к концу танца, Эйвери сказал:       — Думаю, вы поторопились.       — Почему?       — Темный Лорд накажет Северуса. И тебя… возможно.       — Все будет хорошо, — попыталась успокоить его Маргарет, но Эйвери уже не слушал.       Закончив танцевать, он первым вернулся за стол и понуро уселся на свободное место. Розье и Долохов оглядывались на входную дверь, откуда доносился возмущенный женский голос:       — Нет, Северус, это уже перебор! Ты возомнил, что тебе все позволено?!       — Марго, пошли танцевать, — быстро сказал Долохов, чтобы отвлечь ее.       — Нарцисса?       Это действительно была миссис Малфой — оттолкнув злого Снейпа, она влетела в зал ресторана и, как дикая валькирия, бросилась к компании.       — Так, она не в себе. — Долохов потянул Маргарет танцевать. — Давай пока с ней не встречаться.       — Я не хочу больше танцевать, — возразила Маргарет.       — Придется, детка. Дай Цисси немного остыть.       Маргарет сопротивлялась, и тогда Долохов утащил ее к дальней стене, будто там миссис Малфой не могла их заметить. Нарцисса была в таком бешенстве, что схватила с накрытого стола бокал с шампанским и вылила его на Снейпа.       — Что за отвратительная истерика? — с презрением спросил тот.       — Цисси, успокойся! — кричал Эван.       — Успокойся? — вопила Нарцисса. — Я знаю, что вы тут отмечаете! Темный Лорд тоже знает! Он в ярости!       — О, нет! — воскликнул Эйвери. — Я знал! Северус, ты должен сейчас же объясниться с ним!       — Перестаньте кричать. — Снейп говорил яростным шепотом.       — Ты погубил нас! — Нарцисса упала на ближайший стул. — Боже мой… за что? Бедный Люциус! Он верил в тебя! Теперь мы все умрем!       Хозяин-магл осторожно заглянул в зал и поманил к себе Снейпа. Выслушав его жалобу, Снейп возвратился к своим и жестко сообщил:       — Вас выставляют. Спокойной ночи.       Цисси еле дышала, держась за живот. Розье закрыл лицо руками, шокированный неприятным известием. Эйвери вцепился руками в волосы.       — Северус, ты должен быть с ним, — прошептал Эйвери. — Если Темный Лорд в ярости… Цисси права — ты должен пойти к нему.       — Я не пойду к нему в полночь, — сухо ответил Снейп. — И Метка не жжет. Если он вызовет меня, я явлюсь тут же.       — Да он спятил! — жалобно простонала Цисси.       — Как он узнал? — спросил Эван.       — Регулус Блэк сказал. Вечный сплетник.       Хозяин-магл снова появился в зале, ожидая, когда громкие гости наконец уйдут. Розье подхватил Нарциссу и вывел ее из ресторана. За ними, сжавшись, нервно сгорбившись, шел Эйвери.       Долохов наконец отпустил Маргарет и позволил ей приблизиться к Снейпу.       — Сев, ты… — неуверенно начала она.       — Я остаюсь здесь, — смотря на Антонина, заявил Снейп. — Я имею право побыть со своей женой.       Долохов спорить не стал. Потрепал его по плечу, поцеловал Маргарет в лоб и ушел за остальными.       — Пойдем спать, — сказал Снейп, — хватит на сегодня представлений.       — Я убью Регулуса, — сквозь зубы ответила Маргарет.       — Незачем. Темный Лорд все равно бы узнал. Главное — чтобы Сопротивление не знало.       — Элис не проболтается — сама замужем за Пожирателем.       Мирная, любовная атмосфера вновь исчезла. На место благополучию снова пришел страх. Маргарет было трудно подняться по лестнице — так дрожали ноги. Она дышала быстро, словно пробежала марафон.       Когда дверь номера закрылась, Снейп сразу привлек ее к себе и требовательно, на грани с болью, поцеловал ее губы. Маргарет поняла его и ответила со схожей яростью. Это была не страсть — нет, страх потерять. Она так сильно вцепилась в его кожу, что ногти оставили на ней красные полосы.       А если он умрет? А вдруг он не вернется? Искаженное ужасом и злостью лицо Нарциссы всплыло в ее памяти. То, что они совершили, было безумием, причем абсолютно бессмысленным. Неизвестно, на что рассчитывал Снейп, но было похоже, что он только что проиграл. В нынешних обстоятельствах это означало одно — смерть.       — Сев?..       Он прислонился щекой к ее обнаженной груди и прислушался — как неистово бьется ее сердце.       — Марго, я все знаю… Доверься мне. Пожалуйста.       Она сглотнула — довериться ему сейчас было равносильно прыжку с километровой башни.       — Пожалуйста, доверься мне, Марго. Я постараюсь все исправить. Клянусь, я все исправлю.       Она жадно впилась в его затрепетавшие губы, пытаясь передать так, насколько доверяет ему.       Когда она со счастливым вздохом задрожала в его руках, он сильнее прижался к ней и заглянул в ее затуманенные страстью глаза. Она понимала и это — Снейп хотел запомнить это мгновение, ее вспышку удовольствия, то, как нежно изменилось ее лицо от его бережной ласки. Она прижала его голову к своему плечу и почувствовала, как он содрогнулся, а потом задрожал всем телом. С нетерпеливым стоном он стал целовать ее шею, щеку и волосы.       — Мне так хорошо с тобой… Пожалуйста, помни обо мне.       …Маргарет вдруг проснулась и резко села на постели. Она была обнажена, а Снейп исчез. Хрустального кулона на шее больше не было. На столе у окна стояла вчерашняя шкатулка с деньгами и маленький пузырек — с воспоминаниями Эйлин. Она вскочила, забегала по комнате, желая найти хоть что-то, хоть записку, хоть какое-то напоминание о Снейпе… Но его больше не было.       А потом она приблизилась к столу — и нашла на нем свое зеркало, то самое, что она оставила еще в лондонской штаб-квартире Сопротивления. То самое, что подарил ей Снейп в Хогвартсе. Получается, все это время зеркало было у него. Маргарет подняла зеркало и взглянула на свое отражение. На нее смотрела красивейшая женщина на свете. И это было все, что осталось у нее от Снейпа.