Жизнь в штормовом цвете/Life in Storm green color

      Она бежала в пустоте. Ночь, тьма — быть может, поле? В черном небе, сквозь тучи, несколько раз мелькнули далекие звезды. За горизонтом — а был ли этот горизонт? — застыла бесконечность. Бегут ли за ней? Или она потерялась в этой бескрайней черноте и никто больше не сможет ее найти?       — Ох…       Она оступилась, упала, как-то необъяснимо быстро оказалась на мягкой земле или… на траве? Это трава?.. Ее голова запрокинулась. Она уставилась в мучительное небо, что не имело конца.       Снейп оставил ее. Он больше не придет.       На глаза навернулись слезы. Сейчас, как никогда, она чувствовала себя одинокой. Одной — в огромном, чуждом ей мире. Хоть бы ее нашли Пожиратели — не все ли равно? Куда ей бежать?       Стало больно, защемило в груди — ей некуда бежать. К кому? Родители мертвы, а их дом сожжен. Бабушка мертва. Хогвартс и Шармбатон уничтожены. А ее друзья — есть ли они у нее? Эйвери, который ушел к Лестрейнджам? Розье — он уже мертв. Долохов? Да, Долохов — но встретит ли она его снова?       Она перекатилась на живот и уставилась в темную землю. Или то была трава?.. Пусть Пожиратели приходят. Жизнь отняла у нее все, что могла. Больше нечего отнимать. Жизнь? Словно она сможет жить после того, что с ней было.       А Снейп?.. Это имя причинило ей ужасную боль. Сколько она боролась, чтобы быть с ним. Сколько она прошла с ним — во имя чего? Отчего за столько времени он не пришел? Почему близ нее все — кроме него? Как ни глупо это было, она испытывала жгучую обиду. Быть может, Снейп не любит ее? Или власти он хочет больше? И сейчас, возможно, он переживает, что не станет наследником Волан-де-Морта. Или, напротив, он строит очередной гениальный план, уверенный в собственной неуязвимости? Не зная, что настоящий артефакт у Лестрейнджа, а он…       Она вскинула голову и посмотрела, нет ли кого-то поблизости. Черное поле было пусто. Она смогла убежать. Но этот браслет… Если верить Гойлу, ее все равно отыщут. Поэтому, возможно, и не гнались за ней — потому что понимали, что далеко ей не убежать. Наверняка они ждут рассвета, чтобы не блуждать в потемках, рискуя переломать себе ноги.       Кулон, кулон… Он был горячим. Снейп думал о ней. Вставай, Марго, вставай! Если за тобой придут Пожиратели… тебе нужно оказаться в оживленном магловском месте, в котором они не смогут просто так тебя схватить. Пожиратели не сошли с ума и не станут показывать силу при маглах. Нужно…       Она запустила руку в белье и достала оттуда свою вечную сумочку. Подумать только, сколько пережила эта бездонная сумка — уже несколько тюрем. Если она научилась прятать сумку, то справится и сейчас — вставай, Марго, вставай немедленно! Борись за себя! Не смей раскисать, не смей!       Опершись на руки, Маргарет встала сначала на колени, а потом в полный рост. Несколько раз ударила браслетом по своему бедру, будто верила, что это поможет. Браслет остался на руке — напоминание, что она по-прежнему заключенная.       — Да чтоб тебя, сволочь!       Иди, Маргарет. Но куда? Везде горизонт и пустота. Все равно! Иди! Ты можешь! Не смей сдаваться!       Она представила, сколько выскажет Снейпу, когда увидит его в следующий раз. О, она будет орать на него, будет бить его в грудь и твердить, что она прекрасно справлялась и без него! Все из-за него! Из-за него! Как же она его ненавидит! Она бросит его! Она уйдет к Долохову! Она бросит их всех! Пусть сами разбираются со своими Пожирателями! Она больше не их разменная монета!       На ходу, от любви к Снейпу, Маргарет заплакала. Понимала, что, когда увидит Снейпа, бросится ему на шею и заплачет, как испуганный котенок. Она справится — чтобы потом зацеловывать его до полусмерти. Как другие люди справляются с этой невообразимой тягой? Маргарет представила Долохова, который любил ее, как умел: с пошлыми шутками, встречаясь с другими женщинами, скрепя сердце отпуская ее к Снейпу, потому что желал им обоим счастья…       И она заплакала сильнее из сожаления, что не может любить Долохова так, как он полюбил ее.

°. ⋆༺☾𖤓༻⋆. °

      Она выскочила на дорогу. Заозиралась в темноте, пытаясь понять, в какую сторону двигаться, но дорога шла и шла — в обе стороны, без начала и конца.       Вдруг до нее донесся неприятный скрип шин. С замиранием сердца Маргарет оглянулась. Испуганная мысль, что это могут быть Пожиратели, стучала в мозгу, словно молоток. Потом она заметила в полутьме две желтоватые точки, они приближались к ней, а затем Маргарет услышала и шум мотора — автомобиль явно был старый.       — Стойте!       Это был вопль отчаяния. Захотелось броситься под колеса, только бы не оставаться тут, в неизвестности, рискуя быть загнанной, как раненное животное.       — СТОЙТЕ! УМОЛЯЮ, СТОЙТЕ!       Фары осветили ее. Маргарет закрылась руками от этого пронзительного света.       — Мисс?.. У вас все хорошо?       Из красной облупленной машины высунулся мужчина средних лет, черноволосый и с черными усами, похожий на стереотипного работника ранчо.       — Я… — Теперь она растерялась.       — Вам нужна помощь? Вы ранены? Что произошло?       Мужчина продолжал сыпать вопросами.       — А я… где я? — пролепетала Маргарет.       — Луизиана, мисс. Вас подвезти? Садитесь же, у меня есть место.       Она не сумела ответить. Мужчина уже вышел, чтобы открыть ей дверь близ водительского кресла.       Это твой шанс, Марго. Тебе нужно уехать подальше. Иначе тебя поймают и… после того, что ты сотворила…       — Спасибо, — тихо сказала она.       — Джек, мисс. Усаживайтесь.       Тебе нужно спрятаться. В магловском мире — Пожиратели не посмеют…       — Вы не помните, как оказались у нас? — спросил Джек с сочувствием, сев за руль.       — Нет, я… — Что же сказать? Что же сказать? — Я была с моими друзьями, мы выпили и… я отключилась и не поняла, как я тут…       — Вы шли пешком?..       — Да, я… — Она запнулась.       Автомобиль мягко скользил, фары светили слабо, и дальше пары метров ничего нельзя было различить. Маргарет уставилась в лобовое окно.       — Вы что, шли через болота? — допытывался Джек.       — Болота?       — Да, кругом болота. Вы шли в темноте? Вам повезло, что вы не угодили в трясину.       Маргарет заметно поежилась.       — Не местная, да? — спрашивал дальше Джек. — Британка?       — Да.       — Акцент… Все дело в нем. И что же девушка твоего возраста делает одна, в другой стране, посреди ночи?       Он смотрел не на дорогу. Он смотрел на нее. Хотя в салоне было темно, Маргарет хорошо видела его блестящие черные глаза, направленные на ее голые колени.       — Где тут ближайший город? — сухо спросила она.       Страшно ей не было — все равно, даже без палочки, она сильнее этого магла. Пусть только посмеет тронуть ее…       — О, это далеко. — Джек снова уставился на дорогу. — Бензина не хватит. Нужно достать его.       — Тут есть поблизости заправка?       — Да как сказать… — замялся тот.       — Я вам заплачу.       Джек покосился на сумку, которую Маргарет сильно сжимала.       — Видно, вы в разных передрягах побывали, да… — Он зацокал языком. — А не страшно садиться в машину к мужчине ночью, а? К незнакомому мужчине, ночью, в незнакомом месте?       — Нет.       Джек откашлялся. В этом была какая-то неловкость.       — Куда мы едем? — прямо спросила Маргарет.       — На мою ферму.       — Мне не нужно на ферму. Довезите меня до заправки. Или остановите машину.       Он послушался. Автомобиль съехал на темную обочину и затормозил. Маргарет отвернулась от водителя и схватилась за дверцу, но она была заперта.       — Выпустите меня, — холодно потребовала она.       — Нет.       Вдруг он вырвал из ее рук сумку. Маргарет дернулась от неожиданности и решила ударить его, но заметила в последний момент, что Джек сжимает в правой руке пистолет.       — Мы поговорим на моих условиях. — Голос его изменился, став грубым и быстрым. — Приличные девушки ночью не стоят на дороге, а?       Сквозь зубы она ответила:       — Если вы меня не отпустите, я вас просто убью.       — Да? И чем же?       Опытно, словно делал это уже не раз, он размахнулся и ударил ее в висок рукояткой.       Показалось, что ее выключило. Тело не слушалось, глаза словно ослепли. Когда Маргарет осознала, что с ней, мужчина уже вытаскивал ее из машины. Он бросил ее на землю, как мешок с картошкой. Она интуитивно перекатилась на спину и, когда рука легла на ее колено, пнула Джека по ноге. В ответ он тоже пнул ее, но в живот.       Спокойно, спокойно. Все нормально. У тебя все получится.       От осознания, что у нее есть только одна попытка, ее бросило в холод. Если она промахнется, если заклинание окажется слабым, то второго шанса убить может не представиться — этот псих испугается и просто застрелит ее. Он точно не рассчитывал наткнуться ночью на ведьму. И если она напугает его, кто знает, как он отреагирует.       Земля под ней — мокрая и отвратительно ледяная. Голова вся в грязи. Рука Джека с пистолетом — слева от ее бедра, рядом с кожей. Он уже лез ей под юбку потной от волнения ладонью. Маргарет уперлась обеими руками ему в плечи, словно пытаясь оттолкнуть, и, когда мужчина схватил ее за внутреннюю часть бедра, прошипела:       — Авада Кедавра.       Зеленая вспышка на мгновение ослепила ее. Джек мгновенно ослаб и всем телом упал на нее. Чувствуя себя грязной физически и морально, Маргарет вылезла из-под него и что есть силы пнула мертвое тело, целясь в голову. Но немного промазала — удар пришелся по плечу. Мысленно Маргарет взмолилась, чтобы у нее удался простой «Люмос», но магия после смертельного проклятия отказывалась слушаться. Она словно бы превратилась в магла.       — Да чтоб тебя!       Переступив через спину Джека, Маргарет вытащила из его ослабевшей руки пистолет. Она понятия не имела, как им пользоваться, но решила, что разберется позже.       Что же делать? Что же делать?.. Машину водить она не умеет. Она убила магла — и нарушила множество законов МАКУСА. МАКУСА! Если Пожиратели не захватили власть, если в МАКУСА узнают, что она натворила, то ее казнят. Смертная казнь! За убийство магла! И за связи с Пожирателями! Они же знают теперь, Маргарет! Они знают, что ты — жена Снейпа…       Нет, нельзя ехать в Нью-Йорк. Она не может заявиться в МАКУСА. Отныне МАКУСА, Сопротивление и Пожиратели Лестрейнджа — ее смертельные враги. Она умудрилась разозлить всех. Нужно спрятаться у маглов, притворяться… или искать, как связаться — с кем? С Долоховым? Неизвестно, что с ним. С Эйвери? Нет, он отныне работает на Лестрейнджа.       Она поняла, как выглядит со стороны — стоит посреди темной, неизвестной местности, рядом с трупом и машиной, которую даже завести не сумеет. Маргарет — против всех. Куда ей пойти теперь? Теперь — когда за ней следят Пожиратели?..       Усилием воли Маргарет подавила нарастающую панику. Стараясь не смотреть на труп, она вернулась к автомобилю и забрала с водительского сидения свою сумку. Кулон на груди болезненно запульсировал, и она схватилась за него.       — Северус?..              Но ничего не произошло. Кулон продолжал дрожать, а Маргарет бессмысленно ждала, когда хоть кто-то спасет ее.       Прошла она метров сто. Потом ее ноги почувствовали, что почва странно скользит, рискуя опрокинуть ее вниз. Маргарет с ужасом вспомнила слова Джека: «Да, кругом болота. Вы шли в темноте? Вам повезло, что вы не угодили в трясину».       Она попятилась, выбралась на твердую почву и, не сдерживая более чувств, упала на колени. Ее трясло, как в лихорадке. По-прежнему было темно, и занавешенное тучами небо казалось пугающе близким. Маргарет сильно сжала свои плечи: не смей, не смей, думай, что делать, думай, думай!       Тело болело от усталости. Горло охрипло. Страшно хотелось пить. Грязная, со спутанными волосами и безумным лицом, она сейчас бы напугала любого случайного путника.       Кулон пульсировал — все сильнее с каждой минутой. Маргарет подавила глупое желание — сорвать его и бить об землю, бить до тех пор, пока он не «заткнется».       Она легла или ей показалось?..       Кто-то, похоже, приближался. Но Маргарет лежала с закрытыми глазами. В голове панически стучало: это Пожиратели, они пришли за тобой, вставай, тебя схватят, тебя станут пытать! Но сейчас ей было все равно. Бежать? Бежать… Через болота? Через трупы? Бежать…       В лицо ударил свет от палочки. От неожиданности Маргарет подскочила и интуитивно замахнулась на этого человека.       — Это я. Тихо.       Близ нее на коленях стоял Снейп. Она отшатнулась от него.       — Это я, — повторил он и приблизил свет к своему лицу. — Не узнаешь?       От пережитого шока и усталости ей было наплевать, Снейп это или нет, но она пробормотала:       — Это может быть… оборотное зелье.       — Это я, Марго. И нам нужно спешить.       Она пожала плечами и отвернулась. Снейп задумчиво глядел на нее исподлобья, а потом тяжело встал с колен и протянул руку.       — Давай, — велел он надломленным голосом.       Не смотря на него, Маргарет схватилась за его пальцы — и мгновение спустя они трансгрессировали.

°. ⋆༺☾𖤓༻⋆. °

      На нее навалилось безразличие.       Смутно знакомая женщина встретила ее на пороге двухэтажного деревянного дома, повела ее наверх по широкой лестнице и открыла дверь в аккуратную, чистую спальню. Не чувствуя ничего, Маргарет присела прямо на постель.       — Нет, милая, в ванную. Пожалуйста, вам нужно принять ванну.       — Ванну?..       «Думаешь, тебе все можно? Мерзкая грязнокровка! Развелось, как крыс! Мне плевать, чья ты там жена! Поняла?»       — Хорошо.       Женщина открыла другую дверь, что вела в личную ванную комнату. Она включила горячую воду и насыпала в ванну соль и что-то розовое, «чтобы было много качественной пены, милая».       — И, пожалуйста, оставьте на столике справа от вашей комнаты вашу одежду. Я скажу, чтобы ее забрали постирать. Попросить принести вам кофе?       — Нет. Спасибо.       Женщина вышла. А не все ли равно, подумала Маргарет, быть здесь или на болотах?       В ванне ее стало клонить в сон. Мыслей не осталось. Она склонила голову на бортик и закрыла глаза.       — Ты спишь, Марго?       Она привстала и машинально прикрылась руками. На широком краю ванны сидел как ни в чем не бывало Снейп.       — Нет… нет… — прошептала Маргарет.       Ей стало отчего-то неловко, странно неприятно, что Снейп застал ее обнаженной. Она опустила голову, поняв, что покраснела. Он тоже отвел глаза.       Снейп заметно изменился — кажется, тот же черный костюм, небрежные волосы до плеч, цепкие и глубокие, словно всемирная пустота, глаза… но кожа его стала болезненно желтоватой, щеки еще сильнее впали, а глаза на осунувшемся лице выглядели огромными. Он скрестил на груди костлявые руки и уставился на свои ботинки.       — Где я? — спросила Маргарет единственно за тем, чтобы что-то сказать.       — У Поттеров. Американских Поттеров. Они тебе помогут.       — Где мой пистолет?       Снейп вздрогнул и сглотнул.       — Я положил его в твою сумку. Он… того человека? С машиной?       — Да. Ты нашел его?       — Да. Ты ушла недалеко.       — Ясно.       Молчание. Оба не знали, что говорить. Потом Снейп взглянул на магические часы и сказал:       — Меня ждут. Поттеры о тебе позаботятся.       — Хорошо. — Как безэмоционально прозвучало это слово…       Снейп встал, распрямился в полный рост и критически осмотрел ванную комнату. Маргарет лежала в воде, обняв себя за плечи и отвернув голову к стене.       Краем глаза она заметила, что Снейп приблизился. Двумя пальцами он взял ее за подбородок и мягко повернул к себе ее лицо. Он колебался, понимая, что она очень устала, но все же наклонился, чтобы поцеловать. Она не сопротивлялась.       Это был их первый бесстрастный, лишенный искренних чувств поцелуй. Снейп быстро оторвался от ее губ и попытался заглянуть в ее глаза. Маргарет сначала отвернулась, а потом сжалась, тело ее задрожало — и она зарыдала.       — Расскажи мне, — мягко попросил Снейп. — Расскажи мне, Марго.       — Нет…       — Пожалуйста, расскажи мне.       — Тебя ждут.       — Я не уйду, когда тебе плохо.       Она продолжала плакать и глотать слезы вместе со всхлипами. Когда Снейп потянулся к ней, Маргарет напряглась так, будто он собирался ее ударить. Но он только приподнял ее, а затем вытащил из ванны. Плача, она смотрела, как Снейп вытирает ее чистым полотенцем.       — Ты замерзнешь. Ты устала. Давай я тебя укрою.       Когда ее уложили в постель и укутали в жаркое одеяло, Маргарет не сдержалась — слова полились потоком. Она рассказывала, что было с ней в последние недели, сбивалась, возвращалась назад, снова сбивалась и продолжала со случайного места. Снейп в это время сидел на постели, уткнув нос в ладони и растирая переносицу.       — И все было зря! — вырвалось у нее. — Все это было зря! Зря! Зачем это все?..       Снейп прикрыл глаза рукой. Он ничего не отвечал.       — Зачем?.. Я… я была не готова к этому!       Тайное злое чувство уговаривало ее повысить голос, кричать на него, обвинять в том, что она пережила — из-за него… или не из-за него, но — обвинять.       — Ты говорил, что все будет хорошо, — запальчиво напомнила она. — Ты обещал, что мы справимся!       Маргарет захлебнулась словами — потому что любила его и не хотела причинять боли, но желание, чтобы он прочувствовал то, что пережила она, разрывало ее изнутри.       — Я… понимаю, Марго, — сдержанно ответил Снейп.       Его наигранное спокойствие взбесило ее.       — Понимаешь? Ты — понимаешь меня?.. Тебя не было там. Тебя не держали в заложниках. Тебя не угрожали пытать. Тебя не пытались изнасиловать за сутки целых два раза. Ты… послал Долохова вести переговоры, хотя знал, что он может с них не вернуться!       — А причем тут Долохов?!       Снейп вскочил с постели и сжал за спиной руки.       — Причем тут вообще Долохов? — прошипел он.       — А что с ним сейчас? — ответила резкостью Маргарет. — Ты уверен, что Долохова сейчас не допрашивают Лестрейнджи? Ты отдал его им, чтобы таким странным способом выйти на американцев и показать себя готовым к переговорам.       — Это не так, — возразил Снейп и отвернулся. — Долохов сам вызвался. Он узнал, что тебя тоже взяли в заложники. Он хотел тебе помочь…       — То есть это была инициатива Долохова?       — Да.       — Значит, ты бы ничего не сделал, чтобы спасти меня, если бы не вызвался Долохов?       Он быстро обернулся. Маргарет вздрогнула, поняв, что Снейп сильно разозлился.       — Да?.. — зловещим шепотом спросил он. — Ты думаешь, я ничего бы не сделал? Я сутки решал проблему с порталом в США, потому что Лестрейндж, устроив бойню… черт… потому что порталы отслеживаются, они больше не в ведомстве МАКУСА, они контролируются Лестрейнджем… Меня бы схватили тут же, если бы я не придумал, как обойти отслеживание порталов. Я три часа искал тебя на этих… болотах… степях… Ты бегала с места на место, я не мог найти тебя по твоему кулону, ты закрывалась от меня мысленно. Я три часа…       — Я бы не оказалась в этой ситуации, если бы…       — Если бы не я? — перебил Снейп.       Намеренно увеличивая дистанцию, он отошел в дальний угол.       — Думаешь, я не понимаю? — зло прошипел он. — Ты пытаешься вогнать меня в чувство вины — напрасно. Ты не можешь осудить меня сильнее, чем я сам. Я виноват — но не потому, что ты мне это сказала. Я понимаю, что сделал. Я заплатил за свои ошибки частью своей души. Если я тебя не устраиваю, лично я, — так и скажи. Незачем устраивать эти выяснения. Имей совесть и честность, чтобы прямо сказать.       Она молчала, поэтому Снейп вновь взглянул на часы и заметил:       — Я пойду. Поттеры защитят тебя. Да, я попросил их принять миссис Поттер с ее ребенком. После гибели д’Амбреза ей нужна защита.       Если он хотел ранить ее, то у него получилось.       — Эванс меня ненавидит! — завопила Маргарет. — Ты же это знаешь!       — Сейчас не время выяснять отношения, — уже устало ответил Снейп.       — Ну конечно, Эванс же твоя бывшая подружка!       — Ты будешь припоминать мне это до скончания века, да? — с сарказмом ответил он.       — Да, потому что люблю тебя почему-то.       Она закусила губы. Плечи Снейпа расслабились. Он вернулся к постели, все еще колеблясь. Чувствуя, что сердце стучит у самого горла, Маргарет потянулась к нему, обхватила за шею и привлекла к себе.       — Сев, я…       Губы у него дрожали, руки тоже. Маргарет поняла, что тоже дрожит всем телом. Напряжение выходило из нее, уступая место долгожданному облегчению. Снейп с такой силой вцепился в нее, что она тихо застонала — то ли от боли, то ли от счастья, что принадлежит ему.       — Прости меня, Марго, — зашептал он ей на ухо. — Прости.       — И ты… прости. Я такого могу наговорить порой.       — Не страшно. Я тебя не виню. Боже, я так тебя люблю, боже мой…       Она задыхалась. Снейп впивался губами в ее лицо, шею и плечи, это почти напоминало укусы. Она хваталась за его волосы и плечи, целовала везде, где могла достать. Мыслей вновь не осталось — теперь благодаря близости Снейпа.       Я очень люблю тебя, Сев. Боже, что бы я ни сказала, я через все пройду, чтобы в финале этого пути встретить тебя. Ты — мой мир, моя жизнь, мой смысл, моя бесконечность.       Он нехотя оторвался от ее губ. Снова поцеловал ее и снова отстранился.       — Не сейчас, Марго. Я правда должен уйти.       — Нет!       Она больно схватила его за плечи.       — Сев, возьми меня с собой!       — Марго, я…       — Возьми меня с собой! С собой! Пожалуйста…       Он вновь прижался к ней, обнял дрожащими руками и впился губами в ее. Снова все повторилось: я тебя люблю, поцелуи-укусы, лихорадочные ласки, спутанные волосы и утопание в нежности.       Наконец Маргарет разжала пальцы на его плечах.       — Ты вернешься? — тихо спросила она.       — Я вернусь. Я всегда вернусь к тебе. Всегда. Клянусь, Марго. Я вернусь.       — Сев, я…       Маргарет хотела рассказать ему об «артефакте» Лестрейнджа, но язык словно прирос к небу. Снейп ждал, что она скажет.       — Я… — сглотнула она. — Если любишь, пообещай мне кое-что.       — Что?       — Не вступай в открытый бой с Лестрейнджем. Никогда.       — Я не… — начал Снейп, но она перебила его:       — Пообещай, что будешь избегать прямого столкновения. Умоляю тебя. Умоляю, Сев.       Его глаза изменились — казалось, он смирился.       — Как скажешь, — после паузы, с некоторым мучением ответил он. — Я обещаю. Я сделаю, что смогу.       — Спасибо…       Маргарет повисла у него на шее, потянула обратно — к себе, на постель. Снейп не сопротивлялся. Она сама поцеловала его — настойчиво, прося остаться, словно ласки были защитой, способной спасти его от гибели.       — Позже, прости, Марго…       Снейп нехотя выбрался из ее объятий.       — Я очень хочу тебя, но… мы оба устали. И меня действительно ждут. Да…       Вспомнив, он полез во внутренний карман.       — Я был в Нью-Йорке, в твоей гостинице. На твое имя пришло письмо от… Ньюта Саламандера.       — Да?.. — Она и забыла об этом.       — Да, вот.       Маргарет кинула письмо на постель и бросилась в его руки. Снейп обнимал ее перед прощанием. Несколько быстрых поцелуев и сбивчивых признаний — и он выскочил за дверь.       …Она вновь осталась без Северуса. Это было душераздирающе.