Chapter XV.
15 июля 2026 г., 19:21
Примечания:
Глава получилась очень большой(42 страницы🥲), так что мне пришлось разделить её на две. Вторую главу я выложила сразу, чтобы не томить вас долгим ожиданием🫶
Проверять такой объем было очень тяжело, поэтому если вдруг вы увидели ошибку, которую я не заметила при проверке, то ПБ включена.
Эйрион вышел из комнаты так резко, что дверь чуть не слетела с петель. Гнев, раздражение и обида пульсировали под кожей, заставляя его крепче сжимать рукоять меча. Наверное, именно поэтому он никогда не позволял себе по-настоящему привязываться к кому-либо. Особенно — в детстве, к Дейне. Причиной был страх оказаться отвергнутым человеком, ради которого был готов проливать кровь рекой. Ведь люди меняются. С годами меняются их взгляды, убеждения, они сами. За эти три года изменилась и Дейна. Теперь он всё чаще ловил себя на мысли, что больше не узнаёт в ней ту девушку, которую когда-то знал.
Губы принца исказились в кривой усмешке. Когда-то он и сам оттолкнул Дейну в Эшфорде, надеясь, что она возненавидит его. Тогда ему казалось, что это будет проще для них обоих. Но Эйрион в полной мере почувствовал, что чувствовала Дейна в тот день. Судьба будто решила свести счёты, заставив каждого из них однажды оказаться по другую сторону этой боли.
Принц шагал быстро, почти стремительно. Сапоги глухо отбивали ритм по каменному полу, а звук шагов тяжёлым эхом разносился по коридорам замка. Даже стражник, возникший на его пути, не заставил Эйриона замедлить шаг.
— Мой принц, — начал Вейт, рассчитывая, что Эйрион хотя бы на мгновение остановится.
Но принц даже не замедлил шаг.
— Позже, Вейт, — коротко бросил он, не оборачиваясь.
Стражнику ничего не оставалось, кроме как поспешить следом.
— Мой принц! — окликнул он громче. — Наши люди наткнулись на его след.
Принц резко остановился. На мгновение задумавшись, он обернулся к стражнику и коротко кивнул, подзывая его ближе.
— Как вы приказывали, я отправил наших людей на поиски Лораса, — шепотом начал он, приблизившись почти вплотную. — Они нашли его след раньше людей десницы. В деревне в трёх милях отсюда он продал лошадь, которую украл при побеге. Крестьянин запомнил его по шраму на лице. От деревни след ушёл к реке. Лорас сошёл с тракта, чтобы его не заметили люди десницы. Теперь он идёт лесом, вдоль берега, надеясь обойти все заставы и выйти к порту быстрее. Но он не знает, что наши люди уже идут по его следу.
Эйрион довольно улыбнулся. Люди, которых он нанял и отправил на поиски, для конспирации были одеты как простые торговцы, рыбаки или охотники, да и знали эти места как свои пять пальцев поскольку кого-то искать им приходилось не впервые. Десница же послал вооружённых стражников, которые плохо ориентировались в Дорнийских марках и за счет своих доспехов были видны за версту, а люди принца же незаметны: они смешались с крестьянами, и Лорас при столкновении с ними даже не почувствует подвоха.
— И где он сейчас? — холодно спросил Эйрион.
— Наши люди идут по его следу, мой принц, — ответил Вейт. — Скоро его схватят.
На губах Эйриона медленно появилась надменная усмешка.
— Подготовьте моего коня, — приказал он. — Мы возьмем эту крысу раньше, чем до неё доберётся десница.
***
Прошла неделя.
За это время дурманящие свойства макового молока окончательно сошли на нет, возвращая принцессе Дейне ясность ума. Боль всё ещё напоминала о себе, но уже не настолько сильно, чтобы вновь затуманивать разум обезболивающим. Мейстеры давали ей простые травяные отвары, от которых ей становилось намного легче. — Это я так сказала?... — тихим, почти надломленным голосом уточнила Дейна, сжимая ткань белоснежной сорочки почти до треска. Поверить в услышанное было трудно. Она знала, что маковое молоко способно дурманить разум, но даже представить не могла, что настолько. Что под его действием сможет произнести слова, которые никогда бы не сорвались с её губ в здравом уме. — Да, принцесса, — несмело ответила Сандра, опустив взгляд. Дейна почти ничего не помнила о том, что произошло после нападения. Лишь жгучую боль, пронзившую живот, и сон с отцом, который до сих пор не отпускал её. Он просил оставить прошлое позади и начать жить заново. Сандра рассказала ей обо всём, в самых мельчайших деталях, что произошло за все эти дни. Но больше всего принцессу поразил рассказ об Эйрионе. Куда легче было представить, что кузен попросту подкупил Сандру, чтобы та рассказала эту красивую историю, чем поверить, что он действительно всё это время не отходил от её постели. Разве Эйрион может беспокоится о ком-то, кроме себя?.. Верилось с трудом. Но всё же, вопреки сомнениям, где-то в груди зародилось тёплое чувство. На губах принцессы мелькнула едва заметная улыбка. — Значит, мой разум воспользовался моментом и выплеснул всю ту боль, что копилась во мне с нашей последней встречи... — с печальной усмешкой произнесла принцесса, невольно взглянув на безымянный палец, где когда-то носила подарок кузена. Сандра ничего не ответила, лишь молча склонила голову. — Позови ко мне Эйриона, — тихо приказала Дейна, сама не до конца понимая, зачем ей так необходимо увидеть его. — Принца нет в замке, Ваше Высочество. Дейна медленно подняла взгляд на фрейлину. — Вот как... — тихо хмыкнула она. — И где же он? — Мне это неизвестно, — виновато пожала плечами Сандра. — Принц Эйрион покинул замок в ту же ночь и пока не возвращался. Брови Дейны едва заметно дрогнули. Впрочем, эта новость почти не удивила её. Эйрион всегда поступал так, как считал нужным, не считаясь ни с чьим мнением. Но теперь её не покидала совсем другая мысль: куда он отправился и зачем?... Однако обдумать свои догадки Дейна не успела. Двери покоев медленно распахнулись, наполняя комнату неприятным скрипом, режущим слух. Внутрь вальяжной походкой вошёл десница. Его красный глаз скользнул по замершей от неожиданного появления служанке, а затем остановился на принцессе. Дейна не выглядела удивлённой его визитом, однако её пальцы крепко сцепились в замок поверх живота, словно создавая невидимую преграду между ними. — Принцесса Дейна, — приветливо произнес он, останавливаясь возле у изножья кровати. — Вижу, вам уже намного лучше. — Вашими молитвами, лорд десница, — язвительно ответила Дейна. Мужчина тихо усмехнулся, но вскоре заметил едва уловимый кивок принцессы в сторону двери. Она без слов приказала служанке покинуть комнату. Сандра поклонилась и молча вышла, оставляя их наедине. Воздух словно стал тяжелее, а напряжение между ними достигло предела. Опираясь на локти, Дейна медленно приподнялась и села в постели. Каждое движение отзывалось болью, но она упрямо игнорировала её. Оставаться в таком уязвимом, почти унизительном положении перед десницей она не собиралась. Уж лучше терпеть боль, чем топтать собственное достоинство. Последние дни казались ей бесконечным кошмаром. В таком состоянии её видели все, включая Эйриона. Слабую, беззащитную, жалкую... Дейна не удивилась бы, если бы после увиденного кузен начал испытывать к ней лишь отвращение. Может быть, именно поэтому он и уехал? Эта мысль больно отозвалась в груди, сжав сердце тугим и мучительным узлом. — Как ваша память? — без лишних предисловий спросил десница. — Вспомнили что-нибудь? Дейна медленно перевела взгляд на мужчину, слегка прищурившись. Её губы дрогнули в горькой усмешке, а в следующий миг рана на животе отозвалась тупой болью, словно напоминая о пережитом. — Не волнуйтесь, память у меня хорошая, — холодно произнесла она. — Я никогда ничего не забываю. Десница многозначительно кивнул. — Ни минуты не сомневаюсь в этом, принцесса, — мелодично ответил он, складывая руки в замок. — Но мне важно знать другое: помните ли вы того, кто напал на вас? Если верить словам вашей служанки, один подозреваемый у нас уже есть. Однако я хотел бы услышать вашу версию из первых уст. Ладонь принцессы невольно коснулась перевязанной раны и пугающие, почти жуткие воспоминания волной нахлынули на неё. Сердце забилось чаще, дыхание стало тяжелее, а перед глазами вновь возник тот тёмный коридор. Она снова почувствовала чужую хватку на себе, снова как лезвие ножа вошло в плоть с беспощадной жестокостью. — Он напал на меня сзади. Я не видела его лица, — тихо произнесла Дейна, опуская взгляд. — Но это был кто-то из стражи точно. Я слышала, как гремели его доспехи. И ещё... Десница подозрительно прищурился, словно прощупывал каждое слово племянницы на достоверность. — Перед тем, как ранить меня, он сказал: "Корона передает вам большой привет", — более серьезным тоном произнесла Дейна, бросив на дядю презрительный взгляд. — А корона — это вы, лорд десница. Бринден медленно поднял подбородок и посмотрел на принцессу твёрдым, уверенным взглядом. Уголок его губ дрогнул в усмешке, словно её слова лишь подтвердили то, в чём он уже был уверен. Мужчина сделал шаг вперёд. — Ваша мудрость восхищает меня, принцесса, — произнёс он с лёгкой ухмылкой. — Иначе принц Мейкар уже давно с победным визгом обвинял бы меня в покушении на вас. Дейна усмехнулась, коснувшись кольнувшей раны. Хоть слова предателя указывали на то, что в покушении замешан десница, но она сомневалась в этом. Если бы Бринден хотел убить её, то сделал бы это в открытую перед народом, дабы каждый видел и знал, что бывает с теми, кто осмелится пойти против короны. Он не стал бы прятаться в тени, как трус, пытаясь избавиться от принцессы таким грязным способом. — Равных вам в интригах нет. В этом я убедилась, когда вы отняли моё право на трон,— прошлое невольно коснулось её памяти, отражаясь на лице горькой улыбкой. — Но всё же мне хочется верить, что вы человек чести и не опустились бы до унизительного убийства принцессы крови в тёмном коридоре. — Если бы я был полностью уверен в вашей вине, то не позволил бы вам спокойно разгуливать по дворцу и уж тем более... — на бледном лице десницы не дрогнула ни одна эмоция. — ...ворковать по ночам с принцем Эйрионом у пруда. Дейна резко взглянула на десницу. На мгновение на её лице вспыхнуло удивление, но затем исчезло. Глупо полагать, что от такого человека, как Бринден Риверс, можно что-то скрыть. Все поступки, все чувства у него были как на ладони. Десница читал людей, как открытую книгу. Не без своих талантов, конечно, и не без помощи его возлюбленной — леди Ширы, что приходилась ему единокровной сестрой. — К тому же мне известно, что лорд Стонтон покинул этот мир не без вашей помощи, — он вздернул бровью. — Будете отрицать? Принцесса прищурилась, вспоминая события прошлого. — Не расстраивайтесь, — хмыкнул Стонтон. — Выйдите замуж, родите мужу детей и будьте ему покорны. Делайте то, ради чего были созданы женщины. Тогда мужчина нагло насмехался над её поражением. Гадкий, толстый лорд с жирными пальцами и заплывшими глазами позволил себе смеяться над ней — принцессой крови. И это было не впервые, когда он позволял себе открыто выражать неприязнь к участию женщин в политике. Однажды слуги ей донесли, что после того, как король назначил Дейну своей наследницей, лорд Стонтон во время одного из своих размашистых ужинов со своими прихвостнями заявил: — Женщины не способны править и руководить страной. Боги создали их для мужских удовольствий. На большее же у женщин не хватит ни сил, ни ума. Тогда Дейна ничего не предприняла. Она хотела дождаться момента, когда сядет на Железный Трон и уже оттуда отдаст приказ распороть жирное брюхо наглеца. Но судьба распорядилась иначе. Королевой Дейна не стала, но оставлять лорда безнаказанным она не собиралась. По её приказу одна из служанок подлила яд, что медленно и мучительно убивает человека, разрывая его внутренности на кусочки. И перед тем, как лорд испустил последний долгожданный вздох после долгих болей и мучений, он услышал: — Принцесса Дейна просила вам передать, что никогда не стоит обижать женщин. Поскольку Боги не создали существ более мстительных, чем они. — Нет, не буду, — равнодушно ответила она. — Лорд Стонтон имел ошибочное представление о женщинах, за что и поплатился. Десница улыбнулся уголком губ, лишь на мгновение опуская голову. — Если вам известны даже такие подробности, то глупо полагать, что вам неизвестно и моей непричастности, — Дейна слегка качнула головой, ожидая услышать подтверждение своим словам. Бринден ничего не ответил. Вместо этого он достал из внутреннего кармана сложенное письмо, подошёл к племяннице и протянул его ей. — Прочтите. Дейна развернула свиток и быстро пробежалась взглядом по строкам. Письмо действительно было написано от её имени. В нём она просила принца Дорна помочь ей свергнуть узурпаторов: принца Эйриса и Бриндена Риверса — и вернуть трон, который по праву рождения принадлежал ей. В обмен на помощь Дейна обещала передать Дорну часть земель королевства и выплатить золото. В конце письма стояла её печать — настоящая. — Даже если бы я действительно просила Дорн мне помочь, я бы никогда не пообещала им часть земель королевства, — возмущенно она опустила письмо и взглянула на десницу. — Это абсурд. — Это и посеяло во мне семена сомнения, — Бринден опустился на стул рядом с кроватью принцессы. — Вы, которая отказалась от борьбы за трон ради мира, вдруг начинаете плести заговор и обещаете в знак поддержки любые земли королевства? Это не в вашем характере. Но... Бринден на мгновение замолчал, а затем продолжил: — Все мы прекрасно помним события прошлого, — в его взгляде на мгновение мелькнула тень грусти, но тут же исчезла, скрытая привычной холодностью. — Деймон тоже сначала не собирался поднимать восстание, но его прихвостни разжигали его амбиции и убеждали в справедливости его притязаний. Кто может гарантировать, что с вами не произошло то же самое? Дейна усмехнулась горько, но без прежней злобы. — Король Эйрис не поверил этим обвинениям, — тихо произнес он. — Он считал, что дочь такого доблестного и честного принца, как его брат, не способна на подобное предательство. Дейна подняла взгляд на десницу и почувствовала, как к глазам подступили слезы. Она пыталась сдержаться, не заплакать перед дядей. Но стоило ей лишь закрыть глаза, как солёные капли сорвались с ресниц и тонкими дорожками скользнули по щекам. — Поэтому король послал меня сюда, чтобы я разобрался в этой непростой ситуации. — Он был прав, — внезапно тихо произнесла Дейна. — Мой отец всегда учил меня, что нужно защищать семью, несмотря ни на что, — она подняла заплаканный взгляд на десницу. — И я лучше умру, чем пойду против семьи, — её голос дрогнул лишь на мгновение, но затем стал твёрже, а взгляд наполнился прежней решимостью. — Даже если однажды семья пойдет против меня. Бринден прищурился, внимательно разглядывая принцессу. Его бледные губы изогнулись в странной улыбке. Он уже собирался что-то сказать, когда дверь комнаты открылась и внутрь вошёл стражник. — Мой лорд, — произнёс он, поклонившись. — Предатель схвачен. Сейчас он находится в темнице. Бринден коротко кивнул, поднялся и направился к выходу. Но, оказавшись на пороге, остановился. — Поправляйтесь, принцесса. Дверь за ним тихо закрылась. Дейна осталась одна. Она смотрела на закрывшуюся дверь и чувствовала, как внутри неё ворочается что-то тяжёлое и сложное. В комнату вошла Сандра. — Предателя правда нашли? — Да, принцесса, — ответила фрейлина. — Принц Эйрион лично схватил его и привез сюда. Дейна резко подняла взгляд. На мгновение ей показалось, что она ослышалась. — Эйрион?.. — переспросила она, и голос предательски дрогнул.***
Темница.
Бринден Риверс неспешно спускался по крутой каменной лестнице. С каждым новым шагом дневной свет оставался всё дальше позади, уступая место дрожащему пламени факелов, один за другим освещавших путь к самому мрачному месту замка. Воздух в темнице был сырым и спертым, а каждый его вдох будто обжигал легкие. Проходя мимо решётчатых камер, одни из которых пустовали, а в других томились узники, неугодные короне, десница вдруг уловил жалобные всхлипы. Они были больше похожи на измученный звериный стон, чем на человеческий плач. У одной из распахнутых камер уже стояли стражники с факелами в руках. — Не убивайте меня! — надломленный голос разорвал почти мёртвую тишину темницы. — Я сделал лишь то, что мне приказали! Бринден подошёл ближе и застал весьма красноречивую картину. Посреди камеры на коленях стоял незнакомый мужчина. Его одежда была разорвана, покрыта пылью и пятнами засохшей крови. Лицо превратилось в сплошное месиво: один глаз заплыл, скулы и лоб покрывали свежие гематомы, а из-под разорванной кожи на разбитом носу виднелся хрящ. Рядом с ним, словно сама смерть, возвышался принц Эйрион. На его руках были чёрные кожаные перчатки, потемневшие от засохшей крови. На висках и лбу блестели капли пота, красноречиво свидетельствуя о том, кто именно превратил предателя в это жалкое подобие человека. — Достаточно, Эйрион, — спокойно, но властно произнёс десница. — Иначе мы так и не узнаем всей правды. Эйрион медленно повернулся к дяде. Его губы растянулись в хищной усмешке. Всего двумя шагами он сократил расстояние между ними и, наклонившись, заглянул Бриндену прямо в глаз. — Мы? — тихо переспросил он и коротко, почти безумно рассмеялся. — Это мои люди выследили эту тварь, пока ваши тупоголовые лучники слонялись по лесу. Эйрион ещё сильнее подался вперёд. — Так что кто поймал добычу, тому она и принадлежит, лорд десница, — победно произнёс принц. Он бросил короткий взгляд на Вейта, едва заметно кивнул ему и лишь после этого отошёл в сторону. Бринден молча выслушал племянника. Он слишком хорошо знал его вспыльчивый нрав. Одно неверное слово, и ярость Эйриона могла привести к непоправимым последствиям. — Несомненно, твои люди в поисках превзошли моих, — с едва заметной, лукавой улыбкой произнёс Бринден. — Но в искусстве допроса им до моих людей далеко. Эйрион уже собирался осадить десницу, но в последний миг его взгляд скользнул ему за спину. В проеме появился принц Мейкар. Тяжёлый взгляд отца встретился с его взглядом. Этого оказалось достаточно. Эйрион медленно разжал пальцы и сделал шаг назад, позволяя деснице сделать то, что мгновение назад намеревался сделать сам. — Он заговорил? — спросил Мейкар, взглянув на стражников. — Пока нет, — ответил один из них. — Ну это мы сейчас исправим, — десница кивнул своим людям. По его знаку в темницу вошли стражники. Они молча принялись раскладывать на деревянном столе инструменты для допроса. Эйрион скользнул по ним взглядом. В глубине его фиолетовых глаз вспыхнула та самая безумная искра, от которой даже самые закалённые воины невольно ощущали холодок. Понимая, что выхода у него больше нет, мужчина дёрнулся вперёд, но стражники тут же удержали его. — Я расскажу... расскажу всё! — воскликнул он. При виде разложенных на столе инструментов его зрачки расширились от животного ужаса. — Только не пытайте! Лучше убейте сразу! На губах десницы появилась довольная улыбка. — Мы все внимательно слушаем, рассказывай. — Блэкфайры... Это... это они приказали мне, — признался мужчина, бессильно опустив голову. — После второго поражения их ненависть стала лишь сильнее и отступать они не собирались. Тогда Хейгон предложил отыграться на принцессе. Ведь она была бывшей законной наследницей трона. Эйрион слегка склонил голову, не сводя с пленника пристального взгляда. — Сначала Хейгон предложил выкрасть принцессу и сделать её пленницей. Но это оказалось гораздо сложнее, чем... — ...убить её? — спокойно закончил за него Бринден. Мужчина судорожно кивнул, но следующее мгновение тяжёлый удар от принца пришёлся ему в раненый бок. Он захрипел и, скорчившись от боли, рухнул на каменный пол. Десница бросил на племянника недовольный взгляд. Эйрион же спокойно дернул бровью, словно ничего особенного не произошло. — Что было дальше? Говори! — рявкнул Вейт, схватив пленника за сальные волосы и резко запрокинув ему голову. — Тогда... тогда Эйгор Риверс предложил другой план, — задыхаясь, выдавил мужчина. — Подставить принцессу... сделать так, будто она предала вас и решила вернуть себе трон. Они надеялись, что вы казните её, а народ отвернётся от правящего дома, ведь все принцессу очень любят. Тогда люди взбунтуются и начнется смута, как было после кончины Хелейны Таргариен… королевство ослабеет. И пока вы будете заняты мятежами и беспорядками... они... они воспользуются моментами и нападут снова. — Новое восстание? — недоверчиво переспросил Бринден, прищурившись. — Видимо, урок из прошлых двух они усвоили плохо, — усмехнулся Эйрион и перевёл тяжёлый взгляд на десницу. — Вот! — Мейкар ткнул пальцем на предателя. — Вот к чему привело ваше упущение на поле битвы, — он медленно подошёл ближе. — Нужно было ещё после первого восстания перерезать выродкам Деймона глотки. Тогда нам не пришлось бы вновь становиться посмешищем в глазах народа. Бринден взглянул на принца и усмехнулся. — Нас ожидает новое восстание, как мы все поняли, — произнёс он, слегка наклонившись к нему. — Что ж... посмотрим, как вы лично это сделаете, мой принц. Бринден вновь перевел взгляд на пленника. — Что еще? Говори. Предатель сглотнул и продолжил: — Связь я держал через торговца тканями. Он часто приезжал в Летний замок и передавал мои сообщения дальше. — Его схватили? — сразу же спросил Мейкар у стражи. — Ещё нет… — Так чего ждете, остолопы!? — выругался он на стражу, которая мигом пошла за этим торговцем. — Других соратников здесь нет... — продолжил Лорас. — Я был единственным. Меня готовили долго. Сначала я просто слушал и докладывал обо всём, что происходило при дворе. Передавал любые сведения, которые могли быть полезны. Но потом... потом пришёл новый приказ. В темнице повисла тяжёлая тишина. — Когда они узнали, что принцессу Дейну вызвали в Летний замок... мне приказали убить её и сказать, что корона отдала такой приказ… Мужчина тяжело сглотнул, избегая смотреть кому-либо в глаза. — Сначала я хотел сделать это в её покоях. Но потом увидел её в коридоре... и решил, что другого шанса может не быть. Он опустил голову, почти обессиленно прошептав: — Это всё... Я рассказал вам всё, что знаю. Бринден медленно кивнул. — Ну что ж, — произнёс он, переводя взгляд на своих стражников. — Тебе повезло избежать встречи с пытками моих людей. А подобная удача выпадает далеко не каждому. Стражники десницы молча начали складывать инструменты обратно. Мужчина облегчённо выдохнул, и на его лице впервые появилась тень надежды на быструю смерть. — Но вот за людей принца Эйриона я, к сожалению, поручиться не могу, — с притворным сожалением добавил Бринден. Улыбка мгновенно исчезла с лица пленника. Он побледнел и медленно повернул голову в сторону стражников Эйриона, чьи лица уже озаряли предвкушающие усмешки. — Но вы обещали мне! — отчаянно закричал мужчина. Бринден лишь слегка усмехнулся. — Я обещал, что не стану пытать вас, если вы расскажете всё, что знаете. И своё слово я сдержал. Он сделал короткую паузу, наблюдая, как с лица пленника исчезает последняя надежда. — Но принц Эйрион такого обещания не давал. Пленник медленно повернул голову в сторону тёмного угла темницы. Из густой тени неспешно вышел принц Эйрион, словно сама смерть, решившая принять человеческий облик. За годы службы при дворе мужчина не раз слышал рассказы о жестокости принца. О его вспыльчивом нраве, о его безжалостности и о том, что Эйрион не привык проявлять милосердие к тем, кто становился его врагом. Кровь застыла в жилах. Десница взглянул на племянника. Он прекрасно знал, что Эйрион справится с задачей лучше, чем кто-либо другой. Не сказав больше ни слова, Бринден развернулся и покинул темницу. Лорас с ужасом наблюдал, как стражники Эйриона внесли инструменты для допроса. Он уже был измучен после предыдущих пыток по дороге сюда и теперь, увидев их снова, окончательно потерял остатки надежды. — Я же всё вам сказал! — голос его сорвался. — Убейте меня и покончите с этим... Эйрион неспешно подошёл к столу и взял один из инструментов. — Убьём, не волнуйся ты так, — спокойно ответил он. — Сначала тебя, потом твоих хозяев. Принц медленно повернулся к мужчине и подошёл ближе. Одной рукой он схватил Лораса за волосы, заставляя поднять голову. — Но сначала ты должен кое-что усвоить, — его голос оставался тихим, почти спокойным. — Пусть Боги будут мне свидетелями: отныне ни одна жалкая шавка не посмеет поднять руку на мою семью. Эйрион опустил взгляд на его дрожавшие пальцы. — Иначе... — он зажал щипцами ноготь мужчины. — Смерть медом покажется. В темнице повисла тишина, а затем резкое движение и каменные стены поглотил крик Лораса. На лице Эйриона не дрогнул ни один мускул. — Что-то ты слишком слабо кричишь, — равнодушно заметил он. — Я ожидал большего. Эйрион кивнул Вейту, и тот молча взял со стола раскалённый металлический прут и медленно приблизился к пленнику. Через мгновение комнату разорвал истошный крик. Мужчина захлебнулся собственным криком. Голова его безвольно повисла, и на мгновение в помещении стало тихо. Эйрион разочаровано цокнул. — О нет, — протянул он. — Терять сознание я ему не разрешал. По его приказу пленника быстро привели в чувство и истошный крик вновь разорвал потайную тишину темницы. И это было только начало.***
Прошло три дня с тех пор, как Эйрион вернулся в замок с пленным предателем. Но за всё это время Дейна так и не смогла поговорить с ним. — Занят? — недовольно спросила Дейна у фрейлины. — Клянусь, принцесса, мне так и передали... — виновато опустила голову Сандра. — Я не могу застать принца ни в коридорах, ни в его покоях, а в темницу меня не пускают. Стражники лишь повторяют, что он занят. Дейна швырнула серебряный кубок на пол, и он со звоном покатился по каменным плитам. Фрейлина испуганно отступила на шаг. — Он делает это мне назло! — Дейна потерла переносицу, пытаясь справиться с раздражением. — Что, он теперь ночует в той темнице? Уже три дня прошло! Этот изменник давно во всем сознался. Отрубили бы ему голову — и дело с концом. Зачем Эйрион держит его там столько времени? Сандра лишь пожала плечами, не зная, что ответить. — Какой же он упрямый! Гордый и невыносимо упрямый! — с досадой произнесла Дейна, устало подпирая ладонью лоб. Сандра промолчала. В этот момент в дверь постучали, и она обернулась на звук. — Да! Дверь распахнулась. Вейт вошел в комнату и почтительно поклонился. Следом за ним слуги внесли тяжелый сундук. — Принцесса Дейна. — Говори, что нужно. — Принц Эйрион прислал вам подарок. Слуги опустили тяжелый сундук посреди комнаты. Дейна недоверчиво посмотрела на него, затем коротко переглянулась с Сандрой. — И что там? — спросила она, переведя взгляд на Вейта. — Открой. Вейт молча шагнул к сундуку и откинул тяжелую крышку. На миг в комнате воцарилась такая тишина, что было слышно лишь потрескивание свечей. Запустив руку внутрь, он медленно поднял то, что лежало на самом дне. Это была человеческая голова. Сандра побледнела как полотно. Из ее груди вырвался испуганный вскрик. Закрыв лицо руками, она поспешно отвернулась, не в силах смотреть на страшную находку. Дейна не закричала. Ее глаза лишь широко распахнулись от неожиданности. Она застыла, не сводя взгляда с жуткого подарка, и не могла вымолвить ни слова. На мгновение даже дыхание перехватило. Она явно ожидала увидеть что угодно, но только не это. Лицо было изуродовано до неузнаваемости. Глазницы пустовали, язык был вырван, а нос срезан. Кожа покрылась запекшейся кровью и багрово-синими кровоподтеками, словно человека долго и жестоко избивали перед смертью. Лишь по словам стражника можно было понять, что это и есть тот самый изменник, который посмел напасть на принцессу. Дейна резко отвернула лицо и взмахом руки велела немедленно унести голову. Ладонь сама собой легла на грудь, где поднялся странный комок чувств. Вейт опустил голову обратно в сундук, захлопнул крышку и приказал стражникам вынести его. — Когда его казнили?... — едва слышно спросила Дейна. — Сегодня утром, — спокойно ответил Вейт. — Принц Эйрион лично отрубил предателю голову. — А почему вы столько держали его? Ответа не последовало. Не дождавшись его, Дейна подняла взгляд на Вейта. — Боюсь, ваша служанка не выдержит таких подробностей, — произнес он, коротко взглянув на побледневшую Сандру. Та все еще стояла, закрыв лицо руками, и тихо всхлипывала, не в силах забыть увиденное. Дейна больше не стала расспрашивать. Она и без объяснений поняла, что произошло. Зная, на какую жестокость способен Эйрион, она легко представляла, какой была судьба предателя. Если из-за одной лишь ревности он однажды искалечил Хамфри, то страшно было вообразить, что он сделал с человеком, пытавшимся убить ее. На губах Дейны на миг промелькнула едва заметная улыбка, но тут же исчезла. Она и сама не могла понять, что принесло ей облегчение: то, что предатель наконец мертв, или осознание, что Эйрион не позволил ему уйти из жизни быстро и безнаказанно?***
Прошло ещё несколько дней. Рана ещё давала о себе знать, но мейстеры наконец разрешили принцессе покидать комнату — сначала лишь ненадолго, под присмотром Сандры. Дейна медленно шла по коридору, осторожно придерживаясь за рану. За ней следовали фрейлина и несколько гвардейцев. Мейстеры пока разрешали принцессе лишь короткие прогулки, позволяя телу постепенно привыкать к нагрузке. Вскоре к ней должны были присоединиться Кира и Дейлла, чтобы вместе провести время. Девушки часто навещали её, почти каждый день. И за это время они втроем неплохо сблизились, да и Дейна была рада их видеть. Они хоть немного скрашивали её одиночество и постепенно возвращали улыбку на её лицо своими рассказами. Услышав за поворотом шаги, Дейна решила, что это они. Но блеск серебристых волос заставил усомниться. Из-за угла появился Эйрион, а за ним его стражники. Увидев Дейну, принц на мгновение замедлил шаг, словно сам не ожидал встретить ее здесь. В душе что-то приятно дрогнуло, когда он увидел её вновь на ногах. Дейне не пришлось замедлять шаг — она и так двигалась медленно. Поэтому, когда их взгляды встретились, она просто остановилась. Пальцы тревожно сжались вокруг отцовского кольца, словно это могло помочь ей скрыть дрожь. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга. Но затем Эйрион отвел взгляд, чуть ускорил шаг и направился дальше, проходя мимо кузины. — Эйрион.. — произнесла Дейна так тихо, что сама не была уверена, услышал ли он её. Он не остановился. Возможно, он действительно не услышал или просто решил сделать вид. — Эйрион, пожалуйста! — сказала она уже громче. Собственный голос, сорвавшийся чуть выше обычного, заставил её смутиться. Эйрион остановился так резко, словно невидимая стрела пронзила его спину. Он посмотрел на Дейну через плечо. Она стояла, придерживая рану, всё ещё бледная после пережитого. Принц тяжело выдохнул: внутри него боролись гордость, требующая продолжить путь, и чувства, которые он отчаянно пытался подавить. Но спустя мгновение он всё же кивнул стражникам. — Говори быстро, Дейна, — произнес он, стараясь придать голосу холодное безразличие. — У меня нет времени бесцельно слоняться по коридорам. От его слов Дейна невольно поежилась. В них было столько холода, что казалось, будто между ними вдруг выросли ледяные горы. Она перевела взгляд на свою свиту и едва заметным кивком велела им оставить их одних. Только когда фрейлина и гвардейцы скрылись за поворотом, Дейна снова посмотрела на Эйриона. И в этот момент она неожиданно почувствовала себя маленькой и беззащитной рядом с ним. Хотя, рядом с ним она всегда была такой... — Я.. я хотела поблагодарить тебя, — начала Дейна, но все слова, которые она заранее приготовила, вдруг исчезли. Холод в его взгляде и голосе выбил её из равновесия. — Ты спас мне жизнь... и наказал того мерзавца. И насчет твоей комнаты.. Мне уже стало лучше и я могу... — Это все? — холодно перебил он. Дейна на мгновение опустила взгляд, но затем снова посмотрела прямо ему в глаза. — Ты несправедлив, Эйрион... Те слова я сказала в бреду и не хотела причинить тебе боль. А ты в Эшфорде... — она запнулась, но продолжила. — Ты сказал мне те слова, будучи в полном сознании и хотел сделать мне больно. Она заметила, как в его обычно непроницаемых глазах что-то дрогнуло. Всего на мгновение, но этого хватило, чтобы понять, что её слова всё же задели его. Видимо, он и сам почувствовал эту слабость, потому что тут же отвернул лицо в сторону, скрывая эмоции за привычной усмешкой. Но вся его холодная маска рассыпалась в тот миг, когда он почувствовал лёгкое прикосновение. Дейна невесомо коснулась его грубых пальцев. — Ты жутко упрямый, — она горько усмехнулась. — Я столько лет пытаюсь понять тебя... но не могу. Её взгляд задержался на его лице. Впервые она заметила тонкий, едва различимый шрам на его щеке — наверное, оставшийся после того самого проклятого турнира. — Видимо, это суждено другой женщине, — тихо произнесла она и хотела уже уйти, но не успела. Эйрион резко поднял руку и коснулся её лица. Дейна замерла от неожиданности. Его ладонь нежно, но требовательно легла на её щеку, а большой палец медленно скользнул по бледной коже, затем коснулся её нижней губы, задержавшись на мгновение. Как бы они ни сопротивлялись, как бы сильно ни обижались друг на друга и ни пытались держать дистанцию, их всё равно тянуло друг к другу с силой, которую невозможно было избежать. — Я очень благодарна тебе за всё, Эйрион, — тихо произнесла Дейна. — Ты был рядом со мной в самый трудный момент. Но ты оказался прав… Дейна подняла взгляд на Эйриона и только теперь осознала, насколько близко они находятся. Но перед глазами у неё возникло побитое лицо Кригана. Кузен рассказал ей об этой ситуации и признался, что в порыве гнева не сумел сдержаться. Дейна не знала, кого винить. Один позволил себе оскорбление и проявил неуважение, другой ответил на это с жестокостью, которую уже ничем нельзя было оправдать. От этих мыслей у неё раскалывалась голова. Она не понимала, кто был прав в этой истории, и был ли вообще хоть кто-то. Но одно она знала наверняка: жестокость Эйриона по-прежнему пугала её. Принцесса опасалась, что однажды это может навредить ему самому… — Нам действительно нужно держаться друг от друга подальше... Сквозь боль произнесла она и почувствовала, как его пальцы чуть сильнее сжали её лицо, словно Эйрион невольно сопротивлялся её словам. Будто одна часть его понимала, что она права, а другая отчаянно не хотела её отпускать. Дейна на мгновение закрыла глаза, собираясь с силами. Но тут она почувствовала, как Эйрион медленно прислонился лбом к её лбу. От этой близости внутри неё всё предательски дрогнуло. Сердце забилось быстрее, а от простого прикосновения и ощущения его присутствия внизу живота разлилось странное тепло. Она едва сдерживалась, чтобы не коснуться его пухлых губ, которые были так близко. Эйрион сначала ничего не ответил. Но спустя несколько мгновений он лишь тихо усмехнулся и покачал головой, словно впервые не знал, что сказать. Но Дейна почувствовала, как он наклонился к ней и крепко поцеловал в лоб. Прежде чем она успела что-либо сказать, Эйрион медленно отпустил её, а затем развернулся и пошел дальше по коридору. И ни разу не обернулся. Дейна смотрела ему вслед, пока его фигура не скрылась за поворотом. В груди саднило не от раны, а от чего-то, что она не могла назвать. Она стояла, прижимая ладонь к животу, и чувствовала, как внутри медленно растёт пустота. После этой встречи в коридоре они больше не говорили друг с другом. Но избежать встреч было невозможно — замок был слишком мал, а их пути пересекались снова и снова. За исключением одного дня... Эйрион тогда сидел за письменным столом, бездумно листая пожелтевшие страницы книги, которую привёз из Лиса. Её отдала ему одна женщина во время выполнения одного из заданий, сказав с загадочной улыбкой: «Знатному господину понравится эта книга». Тогда он не придал этому значения, сунул книгу в один из сундуков и забыл о ней до возвращения в Летний Замок. Книга оказалась о чёрной магии и алхимии. Поначалу Эйрион не видел в ней ничего примечательного — обычные записи, странные символы, рецепты зелий, которые вряд ли могли пригодиться в реальной жизни. Он уже думал отдать её Рей, зная, что младшая сестра питает слабость к подобным вещам. Но вот что-то завораживало его в этих строках, будоражило кровь при прочтении того, на что способна чёрная магия. На что способен человек, овладевший ею. Он начал изучать книгу более детально. В его голове даже созрела мысль нанять толкующего человека, который помог бы ему начать практиковать это все, но ситуация с Дейной на время заставила его отложить эти планы. И даже сейчас мысли о ней не позволяли ему углубиться в пожелтевшие страницы. Кузина сама, подобно колдунье, околдовала его. После последней встречи в коридоре они не виделись, только Вейт сообщал ему о её состоянии. Гордость обвивала его шею тугими верёвками, а чувства скребли душу. Но покоя Эйрион не получил даже так. Он сидел, уставившись в одну точку на странице, и не видел ни единой буквы — только её лицо, её глаза, её голос: "Нам действительно нужно держаться друг от друга подальше". В какой-то момент он поднялся, отложил книгу и, приказав страже оставаться у дверей, направился к коридору. Он почти не осознавал, что делает, пока не оказался у её дверей. Возле покоев Дейны никого не было. Смена караула — стража покинула пост, оставив коридор пустым. Эйрион подошёл ближе к двери, остановился напротив, коснулся холодных дверных ручек и на мгновение замер. Дейна в это время не спала. Она сидела в кровати, крутя задумчиво кольцо на пальце, подаренное отцом много лет назад. Лунный свет освещал комнату, придавая всему загадочную, почти тоскливую атмосферу. Она посмотрела на свою руку, а точнее на палец, на котором когда-то было кольцо Эйриона. Тоска сжала её сердце: ей хотелось, чтобы он был рядом. Но их отношения были настолько сложными, что они даже не могли нормально ни разу поговорить, не то, что просто посидеть рядом. Но вдруг в груди зародилось странное чувство, внутреннее напряжение, которое заставило её посмотреть на дверь. Дейна неспешно поднялась с постели и, придерживаясь за ещё не зажившую рану, медленно подошла к двери. Она взялась за холодные дверные ручки и глубоко вздохнула, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. А затем резко распахнула двери и посмотрела вперёд. Но никого. Пустой коридор. Только где-то вдалеке слышались отдаляющиеся шаги. Наверно, стражников... Дейну охватила такая горькая досада. Она явно ожидала увидеть кого-то за дверью. И её сердце точно знало кого... Принцесса вновь вернулась в комнату и закрыла дверь, прислонившись к ней спиной и чувствуя, как внутри разрастается пустота, которую она так и не смогла заполнить за все эти годы.***
Прошло четыре недели. За это время рана принцессы зажила, оставляя после себя только небольшой розоватый шрам на бледной коже — он останется с ней на всю жизнь, каждый раз напоминая о той ночи, когда её жизнь могла оборваться также легко, как волосок. Но с каждым днём ей становилось все лучше: головокружение было не таким туманным и при помощи Сандры принцесса могла выходить не только в коридор, но и даже в сад. Для Дейны это было и наказанием, и спасением. Ведь каждый раз, словно назло, она сталкивалась с Эйрионом. И в те минуты Дейна молила, чтобы земля разверзлась у неё под ногами. Уж лучше так, чем они оба делали непричастный друг к другу вид и проходили мимо, словно между ними никогда не было ничего того, что заставило бы их остановиться. Лишь изредка их взгляды встречались в коридорах, задерживаясь всего на несколько мгновений, прежде чем один из них первым отводил взгляд. А затем они, словно ничего не произошло, продолжали идти в разные стороны. Но Дейна не обижалась на Эйриона, нет. Ведь именно она сама попросила об этом. Но от этого на душе все равно было паршиво... — Рана затянулась чисто, без признаков воспалений, принцесса, — мейстер мягко, почти невесомо нажал на розоватый шрам, проверяя болезненность. — Шрам будет бледнеть ещё несколько лун, но мышцы срослись. Никаких снадобий больше не нужно, разве что крапивный отвар для бодрости и гусиная печень за ужином, чтобы вернуть румянец. Дейна едва заметно скривилась при упоминании гусиной печени. С самого детства она не переносила ни вкус, ни запах этого блюда. Она до сих пор с ужасом вспоминала, как мать заставляла её есть этот ненавистный продукт, каждый раз повторяя, что он полезен. — Благодарю вас, мейстер Гормен, — мягко ответила Дейна, опуская подолы ночной сорочки, а затем фрейлина помогла ей надеть платье. — Ваши познания спасли мне жизнь. — Что вы, Ваше Высочество, я всего лишь выполняю свою долг, — седовласый мужчина поклонился, и цепи на его шее тихо звякнули. — Это все воля Богов, принцесса. Девушка грустно усмехнулась и покачала головой. Почему-то именно эта фраза вызывала в ней столько противоречивых чувств, что от них становилось тяжело дышать. — Когда я смогу вернуться домой? — Уже можете возвращаться в Черный Приют, принцесса, — одобрил мейстер. — Ваше состояние позволяет вам переносить недолгие поездки. С вашего позволения... Дейна кивнула ему и мейстер, поклонившись, покинул её комнату. Когда двери за ним закрылись, девушка медленно перевела взгляд к окну. За ним безжалостно палило солнце, заливая всё вокруг ярким светом. Стояла такая жара, что даже цветы в саду начали увядать под палящими лучами. В комнате было ничуть не лучше. Воздух казался тяжелым и неподвижным, а духота даже сильнее ощущалась за закрытыми стенами. К такой температуре было трудно привыкнуть — Сир Криган, — объявил гвардеец, поклонившись. В комнату вошел Криган. Дейна взглянула на его лицо: синяки и отёки давно сошли, но следы тяжелой руки Эйриона все же остался. Нос был ровным, но теперь, при ярком свете, можно было заметить лёгкую горбинку, которой не было прежде. — Принцесса, вы желаете чего-нибудь? — спросила Сандра. — Пусть подготовят мне ванну с розовой водой, — приказала Дейна, потирая затекшую шею. Сандра поклонилась и вышла. — Что сказал старик? — спросил Криган, опускаясь на диван рядом с Дейной. — Что моя рана уже зажила и мы можем вернуться домой, — с едва уловимой ноткой грусти произнесла Дейна, хотя на её губах была улыбка. Криган заметил это, но ничего не сказал. Он слишком хорошо знал Дейну, чтобы не понять: возвращение домой должно было принести ей радость, но что-то всё ещё удерживало её здесь. — Ну и славно, — выдохнул Криган. — Находиться в этом жарком месте просто невыносимо. С меня уже три проливных пота сошло. Дейна тихо рассмеялась и согласно кивнула. — Да, здесь действительно очень жарко, особенно днём, — она улыбалась, но взгляд её невольно скользнул в сторону. — Лучше скажи, что теперь с десницей? Криган внимательно посмотрел на неё. — А что с ним? — Мне сообщили, что вы простились с ним достаточно тепло, — произнес он с лёгким недоверием. — Хотя именно из-за его интриг ты оказалась в таком состоянии. Дейна лишь грустно улыбнулась, а её взгляд ненадолго потускнел, когда в памяти всплыла их последняя встреча с десницей.2 недели назад.
Принцесса сидела в садовой беседке и положила руки на невысокую опору, устроив на них голову. Тёплый ветер мягко перебирал её отросшие волосы, уже почти достигавшие лопаток. После долгого заточения в постели силы всё ещё не вернулись к ней полностью: от продолжительной ходьбы у неё кружилась голова, а мышцы быстро уставали от непривычной нагрузки. Но теперь мейстеры разрешили ей понемногу возвращаться к обычной жизни и больше двигаться. Первым делом Дейна попросилась в сад. Она больше не хотела оставаться в душной комнате или бродить по коридорам, словно призрак. Ей хотелось снова чувствовать солнце на коже, слышать ветер и видеть что-то кроме стен, которые слишком долго окружали её. Запах цветов и фруктовых деревьев, казалось, исцеляли куда лучше всяких горьких лекарств. Она умиротворенно сомкнула глаза, наслаждаясь теплым ветерком, ароматом фруктов и пением садовых птиц. В такие моменты принцесса забывала, что жизнь может быть суровой, и просто наслаждалась редким мгновением покоя. — Принцесса. Голос Сандры мягко нарушил её лёгкую дремоту, но не заставил сразу открыть глаза. — Говори, Сандра. — Лорд Десница пришел. Дейна открыла глаза, медленно подняла голову и посмотрела в сторону. Перед ней действительно стоял десница. — Принцесса Дейна, — спокойно произнес он. — Лорд Десница, — кивнула она, а затем взглянула на Сандру. — Можешь идти. Сандра поклонилась, сразу поняв, что принцесса хочет поговорить с десницей наедине, и молча покинула беседку. Когда они остались вдвоём, Дейна чуть выпрямилась, внимательно глядя на гостя. — Я слышала, что вы сегодня уезжаете, — произнесла она. — Неужели пришли попрощаться со мной? Бледные губы десницы тронула слабая улыбка. Его работа была здесь закончена. Непричастность принцессы Дейны была окончательно доказана. Более того, расследование выявило ещё одного предателя — человека из замка Дондаррионов, который за деньги воспользовался печатью принцессы и передал подложное письмо. По приказу Манфреда Дондарриона виновную девушку казнили. В Летнем Замке также приняли меры. По распоряжению принца Мейкара большую часть стражи сменили, оставив лишь тех, чья преданность семье не вызывала ни малейших сомнений. — Все ещё злитесь на меня? Дейна тихо усмехнулась, зажав пальцы в кулак. — Это зависит от того, действительно ли вы бы убили меня, если бы я не смогла доказать свою непричастность? — Король Эйрис милосерден, — спокойно ответил десница. — Вас бы отправили в ссылку. Подальше от столицы, лишили содержания из королевской казны и права появляться при дворе. Полагаю, в тех обстоятельствах это было бы самым лучшим решениям для вас. Дейна едва заметно приподняла бровь. — Но ведь вы уверяли, что убьёте меня в любом случае. — Пришлось надавить на вас. Перед лицом смерти люди обычно запевают, как соловьи. — На самом деле, я не злюсь на вас, — призналась она после короткой паузы. — Вы лишь выполняли свою работу. Она посмотрела на десницу с усталой улыбкой. — Если бы я всё-таки стала королевой и узнала о возможном предательстве со стороны кого-то из моей семьи, я бы тоже отправила вас разобраться в ситуации и выяснить правду. Дейна ненадолго опустила взгляд. — Мне было больно принять, что под подозрением оказался кто-то из близких, — тихо произнесла Дейна. — Но если бы его причастность подтвердилась, я бы приказала вам казнить его. На лице десницы мелькнуло что-то похожее на уважение... и даже сожаление. — Король Дейрон был прав, — тихо признался он. — Вы были бы прекрасной королевой. Дейна грустно улыбнулась, кивая. Наверно, это единственный поворот в её жизни, о котором она не жалела. Потому что знала слишком хорошо: корона — это не награда, а бремя, а трон — не величие, а проклятие, которое однажды заставит её выбирать между личными чувствами и долгом. — Вы были правы... — несмело начала она. — Все эти годы после смерти родных я была одинокой. Очень одинокой и злой, — губы ее дрогнули в горькой улыбке. — И Дондаррионы подпитывали мою ненависть. Ветер мягко подхватил пряди её волос, скользнув по лицу, словно пытаясь стереть слёзы, выступившие на её глазах. — Но что это изменило? — она вопросительно качнула головой. — Моя злоба и боль... разве они вернули мне отца или братьев? Смогли ли они скрасить моё одиночество или сделать жизнь лучше? — она сжала отцовское кольцо на пальце, чувствуя, как слеза скатилась по её щеке. — Нет. Они лишь сделали мою жизнь ещё более невыносимой. Эти чувства, словно болото, затягивали меня в эту пучину всё глубже и разрушали день изо дня. Бринден посмотрел на неё с непроницаемой серьёзностью, но в его красном глазу мелькнуло что-то сочувственное. Он не перебивал, позволяя ей выговориться. — Когда оказываешься на волоске от смерти, то задумываешься о многом... — Дейна ненадолго замолчала, задумчиво глядя вдаль. — Всё это время я много думала и поняла, что больше не хочу жить с этой болью. И простила своего дядю — принца Мейкара. Всем сердцем и душой, — Дейна сделала секундную паузу, собираясь с мыслями. — Когда я наконец отпустила прошлое и перестала держаться за старые обиды, мне стало легче. Намного легче. Словно целые горы упали с моей души, и я наконец смогла снова дышать полной грудью. Отец был прав... — мягко произнесла она, вспоминая недавний сон. — Чтобы было будущее, нужно отпустить прошлое. Десница медленно шагнул вглубь беседки, и его тень на мгновение накрыла принцессу. Он не спешил с ответом — смотрел на неё с той странной смесью отстранённости и интереса, которая всегда отличала его от других. — Принц Бейлор был очень мудрым человеком, — тихо произнес десница. — И его любовь настолько сильна к вам, к своему ребенку, что даже мир мертвых не стал для него преградой, чтобы помочь вам выбраться из этой ямы. Дейна удивленно взглянула на десницу. Хотя, разве стоило удивляться, когда про десницу давно ходили слухи, как об опытном маге? Разумеется, он знал больше, чем остальные. — Я простила и вас. За всё, — она кивнула головой. Губы его дрогнули в странной, но безобидной улыбке, которую она видела на его лице всего несколько раз за всё время их знакомства. — Как-то на похоронах ваших братьев я сказал вам, что даже после самой тёмной ночи наступает рассвет. Ваш рассвет уже наступил, принцесса. Главное, чтобы вы его вовремя увидели. Дейна мягко улыбнулась, чувствуя странное облегчение. Несмотря на всё, она верила ему. Потому что знала, что его слова всегда имели вес и никогда не были выброшены на ветер. — Если вам однажды что-то понадобится, дайте мне знать. Если мне будет подвластно, то я с удовольствием исполню вашу просьбу. — Разве вам подвластно не все? — Дейна удивленно вздернула бровью. — Как выяснилось, нет. Принцесса мягко усмехнулась, кивнув. — Счастливой дороги, лорд десница. — Принцесса, — он слегка склонил голову, прощаясь, и вышел из беседки, оставляя Дейну наедине со словами, которые эхом отдавались в её душе. Она смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри неё разливается то самое спокойствие, которое ждала долгие годы.Настоящее время.
— Ну, тогда тебя стоит в народе называть «Дейна Простительница», — язвительно усмехнулся Криган. За эту насмешку он тут же получил лёгкий удар локтем в бок от кузины. — Я не прошу тебя понять меня, — тихо произнесла Дейна, посмотрев на него. — Потому что ты и не сможешь. Нельзя понять человека, пока не прочувствуешь всё то, что почувствовал он. Криган ничего не ответил. Только посмотрел на кузину и, вспоминая о том, как она призраком ходила по замку, отказываясь от еды и радостей, задумался. Может, это действительно для неё лучшее решение — простить и отпустить. Ведь если носить в себе груду обид, то однажды они раздавят тебя. Он вздохнул и коснулся её плеча, слегка сжимая. Дейна слабо улыбнулась, чувствуя тепло его ладони на своём плече. Она знала, что Криган не из тех, кто легко сдаётся или соглашается с чем-то против своей воли. В комнату вошла служанка, которую принцесса видела впервые. — Принцесса, — она поклонилась. — Меня прислал принц Мейкар. — Говори. — Сегодня вечером его высочество устраивает ужин со своими детьми. И принц пожелал, чтобы вы присутствовали тоже. Дейна удивленно дрогнула бровью, переглянувшись с Криганом. — Хорошо, я подумаю. Девушка поклонилась и вышла из комнаты. — Принц Мейкар у нас прямо семьянин, — усмехнулся Криган. — Не Таргариен, а настоящее золото. — Здесь даже у стен есть уши, — Дейна посмотрела на него. — Смотри, сейчас они донесут твои слова Эйриону, и тогда одними синяками ты уже не отделаешься. Она заметила, как Криган едва заметно напрягся и тяжело сглотнул, вспомнив прошлое. — Он напал внезапно, — пробормотал он, словно пытаясь защитить свою гордость. — Я просто не был готов. Дейна тихо рассмеялась и почувствовала, как на душе становится чуть теплее от его слов, от его присутствия. Даже если этот мир был полон боли и потерь, в нём всё ещё оставались люди, ради которых стоило жить.
