The Fall

Время летело. За последние десять лет жизни Сюань Цзи ранний подъем превратился в обыденность. Теперь девочка не оттягивала тот момент, когда нужно было вставать с кровати. И это были не все изменения за последние пять лет. Во-первых, теперь Сюань Цзи было не принято игнорировать. Большинству офицеров все чаще приходилось взаимодействовать с ней, что делало игнорирование неловким. Во-вторых, теперь Сюань Цзи работала вместе со всеми над боевыми стойками и участвовала в спаррингах. Разумеется, получалось у неё не все и, совершенно точно, не сразу, но она старалась. И наконец в-третьих – самое главное! – с этого дня к их тренировкам присоединялись новички. Было волнительно. Отец обмолвился, что новички ей ровесники, поэтому Сюань Цзи рассчитывала завести друзей. Она совершенно не представляла, как это сделать, но сделать это было необходимо. Детей, помимо неё, в поместье не водилось. Последнее время это ее действительно беспокоило.  Разумеется, были девочки-служанки, но там общение как-то совсем не задалось. Сюань Цзи была молодой госпожой, что само по себе создавало дистанцию между ней и девочками-на-побегушках. Это было рациональное объяснение, но Сюань Цзи не покидало странное чувство. Ей казалось, что девочки её сторонятся и даже, возможно, боятся.  Они странно дергались и моментально затихали, если Сюань Цзи проходила мимо. Ни на кого в поместье эти девочки не смотрели так, как на неё.  На свою беду, Сюань Цзи была наблюдательной. Какое-то время она действительно отрицала очевидное и пыталась наладить общение со служанками. Ей очень хотелось поиграть с кем-то в то мизерное свободное время, что у неё случалось, но попытки эти постоянно с треском проваливались.  Это было обидно. Сюань Цзи была достаточно разумной, чтобы не лезть во время их работы, но даже тогда, когда девочки были свободны, они никогда не играли с ней. Зачастую, стоило Сюань Цзи застать их во время игры, те быстро сворачивались и внезапно вспоминали забытые поручения.  — Просим прощения, молодая госпожа, старшая служанка ждёт нас для пересчёта продуктов, — очевидная ложь. Продукты не закупали в пятый день месяца.  — Извините, молодая госпожа, мы уже закончили, — снова неправда. Сюань Цзи сама видела, когда подглядывала из-за угла, что они только-только начали.  — Вы можете пораниться, молодая госпожа, — а вот это было просто нелепо. Эти дурочки и четверть шичэня бы не продержались на её тренировках, но сами пораниться что-то не боялись.  В общем, пресловутое неизменно вежливое “молодая госпожа” уже набило оскомину. Но это было полбеды. Больше всего Сюань Цзи пугали их взгляды.  Ей было даже не стыдно себе в этом признаться, но глаза этих девочек иногда снились ей в кошмарах. Она смогла бы понять зависть или настороженность, но было в них что-то жутко холодное. Непринятие. Абсолютное и поэтому страшное.  Оно ранило хуже меча генерала. От меча можно хотя бы попытаться увернуться, а как увернуться от взглядов? Каждый чёртов раз, когда Сюань Цзи давала им поручения, проходила мимо или просто существовала, каждый раз она чувствовала эту холодную отчужденность. Они её вообще за человека считали?  Сюань Цзи уже была в достаточно осознанном возрасте, чтобы понимать, что она отличается от других девочек. Тех даже близко не подпускали к мечу, тренировочному плацу и офицерам на нем. Сюань Цзи не понимала, чем так гордятся другие девочки. Взять хотя бы вышивку. Сюань Цзи не впечатляла вышивка, но она была готова попробовать послушать о ней, даже могла изобразить восхищенный вздох – она тренировалась и точно знает, что он у неё получается! – но никто не предоставил ей эту возможность.  Видят боги, она старалась. Её наивный детский разум даже генерировал планы, подобные планам битв, которые она изучала под присмотром Ван Го Шэна. В них она подходила к девочкам с вопросом, просьбой или похвалой и непременно обзаводилась подругами. Жаль, что ни один из этих планов не сработал.  В принципе, в реальном бою часто случается такое, что все идёт не по плану. Офицер Ван так вообще считает, что хороший генерал не тот, кто все хорошо спланировал, а тот, кто из всего вырулил. А вот чтобы выруливать, надо трезво смотреть на ситуацию и не дрогнувшей рукой принимать необходимые решения. Вот и Сюань Цзи в какой-то момент все же собралась, обдумала все это безобразие и решила оставить попытки обзавестись подругами: слишком большой урон наносил каждый провал хрупкому детскому сердцу.  Как-то так и вышло, что самыми близкими, кого Сюань Цзи можно было бы назвать друзьями, оказались офицеры из армии её отца. Те уже достаточно привыкли к ней, чтобы иногда даже включать её в свои разговоры. Но много ли найдётся общих тем для взрослых воинов и маленькой девочки, пусть и такой особенной как Сюань Цзи?  Ответ на это вопрос застывал в её грустном выдохе.  Впрочем, так дела обстояли до сегодняшнего дня. Сегодня Сюань Цзи была твёрдо намерена изменить ситуацию. Да, девочки её возраста шугались её, да, мужчины-воины никогда не смогут принять её в свой круг. Но ведь оставалось пересечение – мальчики её возраста, с которыми у них будет много общего!  Сюань Цзи не могла дождаться прибытия новичков!  — Сегодня вы делаете больше ошибок, госпожа, — усмехнулся бородатый офицер, только что приставивший меч к её горлу.  — Нарисовав дракона, добавь глаз, — отбрила Сюань Цзи и вывернулась из захвата. — Этого недостаточно, чтобы сломить меня.  Бородатый офицер усмехнулся её выбору слов и закрылся от внезапного выпада. Эта девочка всегда так отдавалась бою!  Вообще, у офицеров с самого начала был приказ: не щадить маленькую госпожу. Первое время малявка почти все время проводила на земле – так даже им не доставалось в ученические годы. Но, как оказалось, упорства дочке генерала было не занимать. Прошли жалкие несколько лет, а молодая госпожа уже сейчас порою становилась той ещё головной болью. Она была до ужаса вертлявой. И, что раздражало и восхищало больше всего, умудрялась придумывать на ходу совершенно невообразимые, даже дикие комбинации.  Однако силы ей пока не доставало.  — Убита, — угрюмо констатировала Сюань Цзи с земли.  Бородатый офицер протянул ей руку и помог подняться.  — Справедливости ради, вы заставили меня повозиться, госпожа.  — Повозиться не значит проиграть, — девочка с важным видом протерла лезвие меча.  Бородатый офицер рассмеялся. Со стороны они выглядели нелепо.  — Думаю, через несколько лет госпожа сможет вытереть мной пол.  — Через пять, — раздался голос подошедшего генерала. — Максимум, шесть.  Брошенная фраза оказала магический эффект. Суровый бородатый воин и едва достающая ему до груди девочка выглядели сейчас до смешного похоже. Подобравшиеся, серьёзные, они застыли на месте.  — Через четверть шичэня прибудут юнцы. Надо будет их посмотреть на деле. Вы оба – за мной.  Сюань Цзи, как и было приказано, проследовала за генералом. Никто так и не узнал, чего ей стоило сдержаться и не начать подпрыгивать от нетерпения.