Конец 2000-х

Шион стал старостой. Говорить об этом громко не было принято, и, тем не менее, Хару такому исходу событий совсем не удивился. Будто это само собой разумеющее, логичное продолжение школьной "карьеры" Татсунами. В их классе, как, наверное, и в любом другом классе в Японии, существовали некоторые критерии, по которым могли выбрать старосту. Громким быть не нужно: таких, как правило, считали высокомерными. Школа любила тишину, и потому, если ты спокойный организованный человек, то дверь для тебя будет открыта шире. Так и произошло с Шионом. Когда его кандидатуру выдвинули, он и глазом не моргнул. И когда наконец-то можно было точно сказать, что Татсунами будет старостой, какую-то реакцию дала только Аой. Она весело потрясла Шиона за плечо. — Ну-ну, я знала, что это скоро произойдёт! Я говорила с прошлой старостой, и она сказала, что только рада. Слишком она устала от всех этих обязанностей. Я уверена, что ты будешь здесь лучшим! — Да? Наверное, это так... Наверное. И ничего больше. Выходило правда неплохо. Шион вовремя информировал о каких-то мероприятиях, делал напоминания ученикам, помогал, если кто-то попросит. С успеваемостью проблем у него точно не было: его отметки держались превосходно, он быстро стал лучшим учеником в классе. И, с ума сойти, никогда не показывал усталость. Для Хару это было самой большой загадкой. В средних классах, когда их назначали старостами по очереди, он едва ли продержался неделю: слишком много обязанностей и ожиданий от других. Он вспоминал прошлую старосту: даже она, несмотря на свой организованный и уверенный настрой, иногда ходила угрюмой. Так в чём был подвох? — Как ты этого добиваешься? Хару спросил Шиона напрямую, когда они сидели в библиотеке после уроков. Аой мирно спала за столом, пока они разбирали, как работает центростремительное ускорение. — Добиваюсь чего? – Татсунами осторожно опустил карандаш. — Ну, всего этого. Лучшая успеваемость в классе, а с недавнего времени обязанности старосты. Не представляю, как с этим можно справиться. Меня уже от списка твоих дел воротит... — Ох, я понял. Это... Не так уж и сложно, на самом деле. — И... Всё? Достаточно расплывчатый ответ, на самом деле. — Вам не хватает организации, Сенпай. Когда не знаешь, с чего начать, то любое дело будет бременем. Я просто понимаю что нужно делать. — Теперь я чувствую себя ещё более неловко. — Не стоит! Вы и так хороши! В этом Ваша особенность. Такая суетливость делает Вас больше похожим на человека, Сенпай. Не думайте об этом много. — Хватит уже. Ты описываешь это слишком положительно... – что-то очень неприятное и неуместное закололо на щеках. — Хе-хе! В таком случае мы вернёмся к задаче, хорошо? — Да, так будет гораздо лучше...

***

Топот учеников звенел в ушах. Хару не любил такое и, наверное, уже давно ушёл бы, но сегодня он остался. У Шиона было собрание студсовета, и это значило, что последующая дорога домой ему предстояла с Аой. — Это мероприятие занимает слишком много времени! Как глупо! Чем вы вообще там занимаетесь? – Татсунами ворчала больше всех. — Зависит от случая, но, как правило, мы говорим о предстоящих школьных мероприятиях и экзаменах. Не думаю, что тебе это интересно, – Шион, однако, держался спокойно. — И правильно думаешь! Незачем вас собираться ради этого аж несколько раз в неделю! Никакого свободного времени. Когда ты освободишься? — Не могу сказать точно. Но я, наверное, напишу тебе. У меня не разряжен телефон, – Шион достал такую же раскладушку, как и у Аой, только черного цвета. — Только не забудь! Хару смотрел на это с некоторым ощущением неловкости. Он, возможно, встретится с отказом, и, тем не менее, хотел попробовать. — Прошу прощения. Раз уж вы заговорили об этом, и мы ладим, то, наверное, стоит обменяться почтовыми адресами. Я пойму, если вы откажетесь. Татсунами замолкли, но тут же их лица сменились. Аой без промедления достала свой телефон. — Конечно! Почему мы раньше этого не сделали? Давно стоило бы! Хару едва заметно кивнул и достал свой скромный телефон. С Аой они обменялись достаточно быстро: уже через пару минут она отправила ему сообщение: "Привет-привет, Акинаши (⁠≧⁠▽⁠≦⁠)". Что ж, с этим сделано. — Какой адрес у тебя, Татсунами? – Хару наконец поднял взгляд на Шиона, который стоял уж слишком прямо. — Точно! Сейчас, подожди, – Шион поспешно начал что-то искать в телефоне. – Вот оно! Акинаши осторожно взял телефон Татсунами и ввёл свою почту. Всё это время Шион переводил взгляд то с раскладушки, то с Хару. Когда же Акинаши дал ему свой телефон, он совсем замешкался. Несколько раз он написал неправильно, но в конце концов ввёл адрес. — Хе-хе, ты весь красный, – Аой ткнула Шиона в щёку. — Замолчи. Ты привлекаешь слишком много внимания... — Хе-хе-хе, молчу, молчу!

***

Хару предпочёл довести Аой прямо до дома. Теперь это не было чем-то слишком личным и смущающим для них. — Как хорошо, что ты предложил обменяться адресами! Сама не знаю, почему я не сделала этого раньше. — Если честно, мне это стоило некоторых сил. Не то чтобы я часто делаю это, и думал, что вы откажетесь. — И почему это? Нам так гораздо лучше. Наконец-то мы сможем болтать не только, когда видимся лично! Брось, Акинаши, вот ты всегда такой! Никакой уверенности! Тебе точно стоит научиться проявлять инициативу. Сам не знаешь, когда это может пригодиться. — Да-да, я снова повёл себя как мямля. Прошу прощения, Ваша Светлость. — Вот дурёха! – Аой слегка толкнула Хару. – Я вообще не так это сказала! — Хе-хе, хорошо. Может быть и не так. — Ну-ну, никакой благодарности! – после этих слов Аой, однако, рассмеялась. Это было так просто. Не стоило думать ни о чём лишнем. Хару непринуждённо говорил о том, что думал, и так же непринуждённо Аой отвечала. Никакой недосказанности, никакой осторожности. Поток слов шёл сам собой, без всяких кривых линий, спутанных путей, и той скованности, которую он чувствовал с другими. В этом и был смысл дружбы? — Раз уж мы заговорили об "инициативе", то я хотел спросить... — Спрашивай, конечно. Мне нечего скрывать. — Насчёт твоего брата. Я как-то раз разговаривал с ним в библиотеке, пока ты спала. Спрашивал, как ему удаётся поддерживать такие высокие отметки и ещё быть старостой. Он, конечно, ответил, но мне это мало что дало, поэтому спрашиваю у тебя. — Это? Ну, папа с детства приучал Шиона к такому образу жизни. На самом деле он и в прошлой школе был старостой и хорошо справлялся. — И он не уставал? Я, возможно, лезу не туда, но это достаточно тяжёлая работа, тем более когда мы на последнем году учёбы. — Я не уверена... Конечно, все устают, но... Ну знаешь, как это обычно бывает. Хочешь, не хочешь, а что-то надо делать обязательно. Вот и он такой же. В этом Шион и папа похожи. Всегда работают, и неважно, как себя чувствуют. Ну и бред, никогда этого не пойму. — Ну... Родители наверняка гордятся им, так ведь? Не каждый способен выкладываться на все сто, когда устаёшь. — Ох? – Аой замедлила шаг и отвела взгляд. Опомнившись, она вернула скорость, но глаз не подняла. – Я думаю, что да... — Ты говорила об уверенности пару минут назад, и где она? — Ой! – Аой выпрямилась, но затем нахмурилась. – Знаешь... Они те ещё болваны. Шион стоит бо́льшего, но они почти ничего не говорят. Это несправедливо! — Что, правда ничего? — Ничего! Как так можно? Они определённо не отдают ему должного! Ты вообще знаешь, сколько у него стоит наград? Я бы столько в жизни не получила! И всё равно вот мы здесь... Ничего. Что-то серое осело в горле. Не такого ответа ожидал Хару. Постоянно работать, не покладая рук, и совсем без поддержки? Акинаши в этом мало чего понимал, и, тем не менее, не мог не согласиться с Аой.