Конец 2000-х

— Ты точно особенный человек, Акинаши. Лёгкий ветер. Множество цветов и других травинок колыхались в такт какой-то природной симфонии, которую точно не сможет уловить человеческий слух. Посмотри чуть выше и увидишь, как на горизонте далёкие деревья позволяли своим ветвям чертить в небе причудливые символы, подобные иероглифам. Аой сидела в траве и плела венок. Цветы скромные: мелколепестники. Но Хару соврал бы, если бы сказал, что эта простота ей не идёт. Татсунами и не нужно что-то сложное: слишком это неправильно и неестественно. Для этого у неё, в конце концов, был старший брат. — Правда? Меня едва ли замечают, – Хару плёл венок тоже. — Ну-ну, это ты так считаешь. А на самом деле ты много на что влияешь. Не поверишь, как ты упростил адаптацию мне и Шиону. Что бы мы без тебя делали? Взять только вот это место, – Аой провела пальцем по стволу мелколепестника, который ещё не успела сорвать. – Не думаю, что вообще узнала бы о нём, если бы не ты. — Довольно уже, – что-то неведомое заставило Хару улыбнуться, – это меньшее, что я могу сделать. — И этого уже достаточно! Ты хороший человек. Кто бы что ни говорил, а это самое большое твоё достижение. — Разве это не то, что должен делать каждый?.. — Может и так, но не все этому следуют... Ну-ну! Ты же должен был рассказать мне о вчерашнем походе в кафе! Шион прямо светился, когда вернулся домой!  — Э-это? Ну, на самом деле ничего такого. Мы были в том кафе недалеко от школы. Могло произойти что угодно, но всё-таки проблем не было, – почему-то говорить о том, сколько Шион заказал блюд, Акинаши совсем не хотелось. Неприлично это как-то. — И чудненько! Это всё, что я хотела знать... Хорошо, что теперь ему есть, с кем поговорить... – Аой начала плести венок медленнее. — ... – Хару остановился. — Шион не сговорчив, знаешь. Может показаться, что я не права, но поверь, до четырнадцати лет он почти ни с кем не болтал. Ему просто не хотелось. Потом он будто ожил, стал чаще общаться с кем-то вне семьи. И всё хорошо, но иногда мне кажется, что он будто... Не сильно этого и хочет. Помнишь, как ты спрашивал, почему он такой... Переорганизованный? Тогда я не уделила этому внимания, но сейчас мне кажется, что это как-то неправильно. Я знаю его всю свою жизнь, мне есть о чем сказать! Как ты думаешь, – Аой сжала цветы крепче, – я не преувеличиваю? — Я не знаю. В конце концов я, в отличие от тебя, знаю его всего-то пару месяцев. Возможно, ты была права, когда говорила, что мне не стоит думать лишнее. Но иногда я думаю, будто он что-то недоговаривает... — Точно... – Аой опустила голову, но потом быстро выдохнула и выпрямила спину, – хватит уже всяких глупостей! Давай вернёмся к работе! Плечи Хару расслабились. Да, не стоит думать лишнее.

***

— Родители отпускают нас двоих на прогулку не так часто. Отнесись к этому времени с умом, – мальчик поправил длинную, лезущую на глаза челку. — Ну хватит, Онии-чан! Всё веселье испортишь! Девочка потрепала волосы брата. Он поморщился и осторожно убрал её руку. — Дурёха, нам не до игр. Отец дал мне часы: ровно тридцать минут. Сама знаешь, что будет, если мы опоздаем. — Ого! Дай посмотреть! – девочка потянулась к часам, которые достал мальчик, но он поспешно остановил её, – Жадина! — Я не доверяю тебе. — Ну хватит, Шион, идём уже поскорее! – Аой, не дослушав брата, потянула его к тому небольшому участку цветов, которые росли рядом с их домом. Когда они остановились, Аой торжественно указала пальцем на цветы. — И это то, ради чего я просился на улицу вместе с тобой? — Они тебе не нравятся? – Татсунами поджала губу. — Не обижайся. Они милые... Они встали на корточки перед цветами. На самом деле Шион мог бы потратить это время на что-то – по мнению их родителей – более важное. Аой, однако, уже надумала себе прогулку и прожужжала ему с этой затеей все уши. Слишком она не серьёзная для восьми лет. Какая-то мимолётная идея пришла в голову. Ну, если он возьмётся за это, то вечер можно будет назвать не таким уж и потерянным. — Я видел в книге, как плести венки. Никогда их не делал, но могу попробовать. — Ух ты, правда? – Аой подвинулась к Шиону ближе, – Тогда тебе немедленно нужно сделать мне лучший венок в мире! — Тут совсем немного цветов, – Татсунами едва заметно улыбнулся, – но я постараюсь. Не то чтобы Шиону нужны были эти навыки. Уметь плести венки недостаточно для того, чтобы превосходно сдать последние экзамены, получить престижное образование, стать гордостью семьи. Но Аой... Ей не нужно об этом думать. Может быть, если сестра научится делать хотя бы венки, то она будет на порядок счастливее. У неё есть друзья, которых это может заинтересовать. — И... Думаю, что готово. — Какая прелесть! Ты самый, самый, самый лучший брат в мире! – Аой тут же примерила венок. — Замолчи, дурёха. Ты слишком громкая, – Шион поспешил отвернуться. – Точно! Осталось меньше пяти минут! – Ой-ой, побежали! Аой потянула Шиона быстрее, чем он успел что-либо сказать. Вот же глупая, снова смеётся. Что смешного? Если они опоздают, их точно больше никуда не выпустят. И всё равно, как бы он не волновался, какой бы глупой он не считал свою сестру, злиться на неё просто не мог.