Конец 2000-х

Всё-таки Шион прав. В мире Аой он не ошибался почти никогда. О чём она вообще думала? С такими низкими отметками у неё в самом деле могут быть проблемы. И когда отец уже давно перестал обращать внимание на её "дурной характер", а мать то и дело принаряжала во всякие безобразные розовые вещички, Шион был единственным, кто ещё следил за тем, чтобы Татсунами совсем не забыла о будущем. На самом деле, он был единственным, кто вообще держал её здесь, в моменте. Аой не соврала бы, если бы сказала, что за всякими прогулками, глупыми вечерами за просмотром аниме или рисованием, она совсем теряла счёт времени, а оставалось его совсем немного. В конце концов, её брат был умным человеком. Гораздо умнее, чем она. И в жизни он добьется бо́льшего просто потому, что был организованным. Где же была Аой? Она едва ли собирала сумку в школу, ничего не забыв. А если забудет? Всё равно Шион носил с собой запасное. Она точно знала, что ради неё. Всегда ради неё. Ну нет уж, так дела никуда не пойдут. Она обязательно покажет, что его слова не идут даром. Исправит она отметку, и уже знает как. В английском Аой не так хороша, как хотелось бы, но ведь способ всегда найдётся. Уже нашёлся. Подходила Аой к учителю по английскому. Человек, благо, понятливый. Знал, что никого Аой своими навыками не покорит, но и оставить её в таком положении не оставил. — Можешь сделать презентацию. Скажем... Про современные социальные проблемы. Постарайся использовать грамматику из темы, по которой мы писали тест. Если будут проблемы, ты всегда можешь обратиться к своему брату. Он точно разбирается. Она и не стала упоминать, что своего ноутбука для презентации у неё не было. Тему она тут же подхватила и обещала подготовить всё, что нужно, уже к понедельнику.

***

Погода сегодня была пасмурной. В последнее время дождливо. В любой другой день Аой бы это раздосадовало, но точно не сегодня. Сегодня она покажет, что чего-то стоит. И поэтому домой она шла чуть ли не вприпрыжку. — У тебя хорошее настроение, – Хару, в отличие от Татсунами, шёл куда размереннее. — Ну-ну, оно всегда хорошее! – Аой весело толкнула Акинаши в бок. — Ха-ха, я знаю. Просто... Ты особенно энергичная. Помирилась с Шионом? — Ну-у, можно и так сказать. Мы ещё в процессе, но я полна сил закончить начатое! — Рад это слышать, – лицо Хару смягчилось улыбкой. Хотя что уж там, в последнее время он чаще был таким. – Напиши мне потом. Хочу знать, как всё прошло. — Обязательно! Я уверена, что всё будет замечательно! — Мне бы твой оптимизм, – в такую погоду румянец на щеках Акинаши был особенно заметен. — Ты не отстаёшь, на самом деле. Я рада, что ты стал улыбаться чаще. Можно узнать причину? – Татсунами легко поправила прядь волос, которая выбилась Хару на лицо. — Э-это... Я... Просто я... Я хотел поговорить с тобой об этом вечером. Хочется подготовиться морально, хах... – Акинаши тут же отвёл взгляд. — Ого, звучит как что-то очень важное! — Да, это так... Не думаю, что могу откладывать постоянно. Аой остановила Акинаши. — Хей, что бы это ни было, я тобой горжусь. Ты уже очень далеко зашёл. Я рада, что ты делаешь первые шаги всё чаще. — Д-да? Спасибо... Я горжусь тобой тоже. Ты всегда находишь в себе силы идти дальше.

***

Аой чуть ли не мчалась по лестнице, когда добиралась до квартиры. Как бы это сложно ни было, как бы много времени это ни заняло, она справится. Ради него. И только когда Татсунами прошла в квартиру, она выдохнула. Времени ещё много, к этому моменту она как раз приведёт себя в порядок и приступит к работе. Итак, волосы в порядке. Одежда домашняя. Даже готов чай, который она как раз недавно научилась готовить. Обязательно следует приготовить такой же для Шиона. И вот оно. Она полностью готова к работе. Всего-то нужен мамин ноутбук и... . .. ... Ой. Ноутбука не оказалось на месте. Сколько бы Аой ни смотрела, ничего она не нашла. Конечно, время от времени мама забирала его, если выполняла какую-то работу на дому, но ничего такого Татсунами в последнее время не припоминала. Видимо, сегодня было что-то срочное, а утром Аой даже не обратила внимания на отсутствие. Что же ещё она могла сделать? Думай, думай... В комнату к отцу она не пойдёт точно. Дверь всегда заперта, да и он точно не будет в восторге, если узнает, что Аой что-то делала с его вещами. И всё же... Ноутбук также был у Шиона. Он определённо не будет рад, если узнает, что Аой брала что-то из его комнаты без разрешения, но... Она делает это из лучших побуждений, верно? Он точно поймёт. Тем более сейчас он на собрании студсовета, ноутбук ему и не нужен. С ключами, правда, пришлось повозиться. Шион, как и отец, предпочитал закрывать комнату. Дубликат же, которым изредка пользовался отец, пришлось искать на кухне. Так было с детства, и, хотя Аой не знала о новом местонахождении ключей, хотелось бы верить, что ничего не поменялось. . .. ... Какая радость! Он лежал на верхней полке шкафчика с посудой. Осталась только исполнительная часть. В комнате Шиона было... Хмуро? Аой бы не подобрала подходящее слово, но будто бы это лучшее, что могло бы описать унылость цвета стен, это неестественное сочетание аккуратно разложенных вещей для учёбы и неряшливости в личных. Будто с детства ничего не поменялось, и, наверное, поэтому комнаты Шиона Аой побаивалась. За столом лежали исписанные листы, толстые скучные книги без картинок, шрифт которых можно было разглядеть разве что под лупой, тональный крем, использованный совсем недавно, ну и, разумеется, ноутбук. — Ну конечно, тут пароль... Не страшно, Аой будет подбирать наугад. А даже если не подберёт... Ну чего же расстраиваться. Всё ещё можно дождаться маму с работы и попросить ноутбук на неё. Ох, ну и много же времени она провела. Теперь ещё и несколько минут уйдёт на пароль. 1111? Не то... 1234? Слишком банально. 0123? Попробовать всё равно стоило. 2222? Ну нет же. 1212? Как легко! Почему она не попробовала сразу? Залезать в лишние папки Аой не стала. Это и так нарушение личных границ, верно? Всего-то нужен PowerPoint и браузер для поиска. Время шло. Сайтов Аой перебрала много и даже воспользовалась некоторыми учебниками, которые нашла на книжных полках. Но мысль совсем не шла. Ничего в этом английском она не понимала, сколько бы ни пыталась почерпнуть начало из разных источников. Чай оставался нетронутым, а Татсунами нервно постукивала по дереву. Нет, так дело совсем не пойдёт. Следует немного остудить голову. Аой отодвинула стул и встала, когда...

Бам

Что-то тяжелое упало на пол за её спиной. Шион стоял у двери в комнату, рядом на полу лежала его школьная сумка. Боже, почему он всегда приходит домой так тихо? А выглядел Татсунами... Не самым лучшим образом. Давно, а может и никогда Аой не видела его таким взъерошенным. Белые неопрятные пряди слиплись и спутались в рваные, совсем неосторожные пучки. И будто это было меньшее, что делало его вид совсем безобразным. Он смотрел на Аой, как ошпаренный: глаза едва заметно дёргались и уставились на неё, будто видели и не сестру вовсе, а смерть. Губы подрагивали, будто он, с одной стороны, хотел что-то сказать, а с другой... Не успела Аой ничего спросить, как к ней тут же подбежали и вцепились в шею. Что-то внутри прохрустело. Рваный, мерзкий и совсем неправильный звук, который тут же пошёл в сочетание с резкий падением на пол. Больно, больно... Секунда одна, вторая, третья. С места Шион не сдвигался, сколько усилий ни приложи, сколько ни процарапай руки до крови, пока оно не начнёт впиваться под ногти. Даже этого недостаточно. Его лицо... Что-то жаркое и вместе с тем безумно страшное расползались по всему телу так, будто ещё немного, и от неё ничего не останется. Крик срывался на жалкий, тусклый в этой и без всего того унылой комнате хрип. Услышал бы он, если даже это заглушалось стуком её же ног о пол?

Больно, больно!

Хватит!

Прости!

простипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипростипрости

Тихо.

Почему здесь так тихо?

Шион убрал руки. Аой уже не смотрела на него. Она не смотрела никуда. Что-то пассивное, совершенно безучастное в её глазах и близко не было похоже на то, что он видел последние семнадцать лет. — Хей... Я немного вспылил, я понимаю, но тебе необязательно...

Тишина.

— Почему ты молчишь?

Тишина.

— Ты вообще слушаешь?!

Тишина.

Татсунами резко поднял её. Голова свободно откинулась назад. Никогда её тело не было таким тяжёлым. Шион отскочил от того, с чем он разговаривал буквально пару часов назад. Она не говорит. Она не смотрит. Она... ... ... ... Татсунами выпрямился и встал. Это всё глупость какая-то. Не может же... Он глянул на ноутбук. . .. ... Ни одна лишняя вкладка не была открыта. Всего-то PowerPoint, переводчик и какие-то сайты с околоанглийской тематикой. Как же так? Она всего-то хотела сделать презентацию? Она даже не... Шион рухнул на пол, подальше от вещи. Что всё это значит? Мысли перекручивались, слипались, мерзотно танцевали хороводом в голове и убегали всякий раз, стоило только подойти поближе. Они хрустели, царапали изнутри, пока он пытался сделать хоть что-то, чтобы это прекратилось... Татсунами аккуратно поднялся; ноги едва ли давали сделать хоть шаг вперёд, когда он осторожно поднял вещь и потащил отсюда подальше. У вещи длинные волосы. Они то и дело за что-то цеплялись. Он должен был поднять её, но она была слишком тяжёлой. Посреди комнаты мамы висела красивая люстра. Вещи она нравилась с момента, как они переехали. В комоде лежали чулки. Это лучшее, что он мог найти. Всего-то переплести их вместе. Он знает, как. Ведь сплести их, как венок, будет достаточно? Минута, другая, и ещё одна. Сколько бы он не тянул, сколько бы не переплетал, всё не выходило. Ничего, ничего... Ещё немного... Конечно, вот и оно... Всё хорошо. Он справился. Не так уж и сложно, правда? Стул оказался достаточно устойчивым. Что-то он прицепил к люстре хоть и не с первой попытки, но достаточно крепко.

Подожди ещё немного.

Это всё, что ты можешь сделать.

Оно слишком тяжёлое, не так ли?

Нет, всё в порядке. Не так уж и сложно, на самом деле. Пришлось, конечно, повозиться, но вот оно.

Вещь висела в чем-то.

Это всё, что ты мог сделать.

Уходи и не смотри назад.

На столе был чай. Уже холодный. Шион поднёс к губам. Сладко. Даже слишком. Но лучше, чем ничего. Вещь хотя бы пыталась готовить. Он выпил до конца. Пошёл на кухню. Кое-как вымыл кружку. Вернулся в комнату. Всё, что можно было убрать, он убрал тут же. И учебники, что лежали не на своём месте, что волосы, которые цеплялись за пол. . .. ... Он продолжал носить красный галстук. В конце концов, вещь сказала, что этот цвет ему подходит больше. Осторожно, он переплёл его между пальцами. Ткань слегка прошелестела под касанием. Но это всё тот же галстук. А он всё тот же человек.