Я в игре! 4 глава.
13 октября 2025 г., 20:06
В деревне скрытого Листа те, кто поверхностно знаком с юношей по имени Ишида Рэн, уже мысленно похоронили его, возведя в ранг героя. Уцелевшие кое-как пересказали историю: Рэн благодаря своей смерти отвлек жутких тварей, дав шанс Кавакити Сенджу сбежать из ада и вынести на своих плечах дочь четвертого Хокаге и племянницу главы клана Учиха.
Удобная версия, утешительная, ничего не скажешь. Она помогала забыть о поражении, страхе перед невиданной силой и чувстве вины, которое грызло Сенджу.
В одной из палат госпиталя, куда пускали только избранных, было тихо, очень тихо. Мито, бледная, как призрак, с трудом принимала пищу. Ее кормил младший брат, Намикадзе Наруто. Обычно ее брат сиял улыбкой, а тут улыбка была натянутой, будто маска, которая прятала что-то внутри.
Наруто провел бессонные ночи, чувствуя, как молча переживают его родители. Да и он сам был не лучше в этом плане. Он вспоминал, как он с сестрой мог смеяться до хрипоты над глупостью, а в следующее мгновение ссориться из-за последней порции рамена и всякой ерунды. Мито была его якорем, ниточкой, что связывает с миром, помимо мамы и папы. А сейчас она будто потухла, и у него все сжималось от страха, что она не будет прежней.
В стороне, подобно двум прекрасным и одновременно грустным статуям, стояли Кушина Узумаки и Учиха Микото.
Обычно алые волосы Кушины, яркие, как закат, потускнели. Руки сцеплены, а в темно-фиолетовых глазах, обычно безудержной силы, бушевала бездонная тревога и ярость внутри. Это злость была на тех, кто посмел тронуть ее дитя. Она стояла прямо и слегка вяло, как натянутая струна.
Микото, ее красота была спокойной, изысканной, тоже померкла. Темные, как ночь, глаза полны тихой боли. Она смотрела на племянницу, и сердце словно кровью обливалось. Она знала, что такое гордость клана Учиха, и какая буря может скрываться за маской.
А Мио, в свою очередь, просто уставилась в одну точку. Лицо было каменное, будто высеченное на камне. Ни морщинки, ни слезинки. Но за маской была пустота... Рэна больше нет. Того самого зазнайки, слабака, на которого она все время смотрела свысока. Она дразнила его, язвила, считала чуть ли не грязью под ногами. Однако он был частью команды. А команда для нее была второй семьей. И теперь в этой семье дыра.
Она могла бы разреветься. Даже должна, но гордость Учихи, вбитая в нее с молоком матери, была прочнее стали. Вместо слез в сердце заросла тихая клятва. Она мысленно благодарила каждый раз Рэна. За их спасенные жизни, купленные его смертью. Она пообещала себе, что больше никогда не будет судить о людях по силе его чакры и количеству техник в арсенале. Рэн доказал, что даже слабый может совершить подвиг, который перевесит всю мощь клана. Эта мысль сжигала все изнутри, переплавляя высокомерие во что-то новое. Может, даже в мудрость, а может, в еще большую боль.
Дверь в палату скрипнула, и внутрь зашел Кавасаки-сэнсэй. Он вошел тихо, лицо было серым от усталости, а в глазах, обычно столь ясных, застыла тяжесть, что ложится на плечи командира, похоронившего своего солдата.
Кавасаки подошел к койке Мито, и на его лице возникла слабая, почти отеческая улыбка, кривая, уставшая, но искренняя:
— Мито, дорогая моя девочка, как ты? — спросил он, и голос его был хрипловатым, будто проглотил пыль.
Мито, все еще бледная, но уже с легкой искоркой в глазах, слабо улыбнулась в ответ:
— Бывало и получше, сэнсэй, — прошептала она. — Но в целом пойдет, жить можно.
Кавасаки кивнул, его взгляд скользнул с Мито на двух женщин, стоявших в стороне, словно стражи у ложа королевы.
— Кушина-сан, Микото-сан, — обратился Кавасаки к двум женщинам, в его тоне прозвучала официальная нота, непривычная в этих стенах. — Нам надо поговорить, есть важный разговор, который требует того, чтобы не было посторонних ушей.
Микото и Кушина быстро обменялись понимающими взглядами. В глазах Узумаки вспыхнула долька интереса, смешанная с опаской. А взгляд Микото оставался непроницаемым, но она мягко кивнула. Без лишних слов они последовали за Сенджу из палаты, оставив за спиной тишину.
Когда дверь закрылась, Мито перевела взгляд на брата. Ее все еще уставшие глаза обрели твердость:
— Наруто, оставь нас с Мио наедине, пожалуйста.
Наруто нахмурил брови, он готовился возразить, желая остаться и словно защитить ее. От чего? Он и сам не знал. Но взгляд сестры, тот самый, что он не мог ослушаться, заставил его сдаться. Он кивнул, сжав кулаки:
— Ладно, — буркнул он. — Но если понадобится помощь, я рядом.
Мито улыбнулась, и на этот раз улыбка была чуть теплее. Протянув руку, она слабо потрепала непокорные золотистые волосы своего младшего брата.
— Знаю, Наруто. Спасибо тебе.
Наруто вышел, тяжелая дверь за ним захлопнулась, и тишина в палате стала еще глубже.
Мито повернула голову на подушке, ее взгляд, полный разочарования и боли, устремился на Мио.
— Мне так жаль Рэна, — тихо сказала она, и слова повисли в воздухе, словно как звон колоколов.
Мио, все также неподвижно, молча кивнула. Казалось, она смотрит сквозь стену, в ту самую крепость. Когда она наконец заговорила, ее голос был ровным, но в нем слышалось напряжение:
— Они пошли за ним, — произнесла она, выговорив каждое слово четко, что могло словно резать слух. — Самураи и те твари, летающие. Они оставили нас и пошли именно за его телом. Я не понимаю почему.
Мито медленно кивнула, и в ее глазах заплясали тревожные догадки:
— Это странно очень. Я даже не знаю, что и думать по этому поводу, Мио. Может... Может, он все еще жив и они забрали его с собой?
— Маловероятно, — отрезала Мио, ее маска на миг дрогнула, обнажив отчаяние. Она закрыла глаза, словно вновь переживая тот кошмар. — Рэну оторвали руку и ногу. Я это видела своими глазами.
Мио замерла, глаза широко расширились, наполняясь ужасом, которого она была до сих пор лишена. Она ахнула, ее голос стал слабым, едва слышным:
— Я не видела, — пробормотала она, отводя взгляд в сторону окна, за которым текла своим чередом жизнь деревни. — К счастью, не видела этого ужаса...
***
Утро в стране Медведей, в деревне скрытой Звезды, было холодноватым и сыроватым. Туман, словно простыня, зацепился за крыши домов, деревьев, а воздух пах хвоей и землей. Пока простой народ отсыпался после вчерашнего похмелья или усталостью после задания, Рэн уже пыхтел на тренировочной площадке. Сто отжиманий, сто приседаний, сто на пресс и десять километров бега. Обычная рутина, чтобы держаться себя в тонусе. Но сегодня он пахал не из-за дисциплины, а перед глазами висела система, а там написано: Ежедневное задание: комплекс упражнений. Награда: опыт. Не будь этой фигни от неведомой силы, он бы вообще забил. Но система стала для него чем-то вроде проклятия и спасения одновременно. И ослушаться ее было страшнее, чем бросить вызов шиноби уровня джоунина. Мышцы после комплекса были упругими, на пампе казались чуть больше. Стиснув зубы, он добежал последний километр. Задание выполнено: Вы подняли уровень: 4 Слабая ухмылка тронула его губы. Два очка навыков распределились сами по себе, и тут же выскочило сообщение: Сила +2. Чакра +5. Рэн был приятно удивлен. Прирост чакры был куда ощутимей, чем в прошлый раз. Он присвистнул, кивая в такт ударам собственного сердца. И снова накатило волна чистого кайфа. Это опьяняющее чувство роста, когда ты ощущаешь, как твои пределы отступают, словно берег перед приливом. Достав флягу, он сделал большой глоток воды. И тут в голову полезли вчерашние слухи из таверны. Множество людей обсуждало, что кто-то заставил шиноби из Конохи бежать. И обсуждали, как мужчина вместе со своим клоном тащил на себе двух девчонок. Рэна пронзила радость, острая, как нож. Они живы! Кавасаки-сэнсэй, Мито и Мио. Все были живы. Но тут же подкралась обида. Прошло несколько дней, а из Конохи ни слуху ни духу. Ни поисковой группы, ни спасателей. Они забили на него. Списали со счетов, посчитав, что он умер и остался там гнить. — Ну и бог с ними, — прошептал он, выдыхая. Он смирился с этим и переживет. Решение было простым: он сам вернется домой. Шаг за шагом, километр за километром. Он даже представил, как войдет в ворота деревни, как все удивятся. Невольно улыбнувшись, тут система снова дала о себе знать. Новое сообщение, при котором кровь застыла в жилах. <ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ> Возвращение в Деревню Скрытого Листа в течение текущего цикла (30 дней) карается штрафом. Таймер: 0/30 дней. Рэн вытаращил глаза на эти цифры. Значит, целый месяц ему нельзя вернуться обратно в свой дом. Вот попадос! Но он не станет рисковать. Это система, что давала ему силу и делала сильнее, может и угробить его. Штраф? Даже страшно представить, что будет ждать его. — Ладно, — вздохнул он, глядя в туманное небо. — Тридцать дней... Не такой уж и большой срок. Хотя мысль была хорошей, так как за эти тридцать можно хорошенько прокачаться, поохотиться, прогуляться и развеяться. Стать сильнее, но насколько? Что его ждет в будущем? Рэн не знал, но знал одного, что он просто пешка в чьей-то игре. И путь домой стал на месяц длиннее.***
Прежде чем покинуть негостеприимные стены деревни Звезды, Рэн решился пополнить скудные запасы провизии. Удача, если убийство шайки головорезов можно назвать удачей, подарила ему туго набитый монетами кошелок. Не состояние, конечно, но хватит, чтобы прожить недельку, а то и две, не питаясь всяким дерьмом или кормом животных. Он решился закупить вяленого мяса, твердого сыра, сухарей, немного фруктов. Скудновато, но на некоторое время хватит. А по пути в лесу можно и дичь добыть. И тут резко его осенило... Инвентарь?! Вызвав систему, он нашел нужную вкладку и, ткнув пальцем, вся еда переместилась в инвентарь. Продукты быстро растворились в воздухе, словно их и не было, а в ячейке инвентаря появилась крошечная иконка мяса, сыра, сухарей и фруктов. — Боже, я даже и не ожидал, что получится, хах. Удобно, — не удержался от ухмылки Рэн. Было чертовски удобно, ни тяжести за спиной, ни лишних голодных глаз. С облегчением он направился к воротам. Местные шиноби, люди подозрительные и довольно грубые, то и дело задавали очень много вопросов: кто он, откуда и куда держит путь. Рэн, научившийся врать еще со времен Академий, безразлично и небрежно отвечал, что он путешественник, странствующий от страны к стране, дабы узреть все красоты этого мира. Как ни странно, они клюнули на эту удочку, хоть и смотрели на него с опаской и легким недоверием. — Странник, ищущий красоты в мире шиноби? Либо дурак, либо шпион. Но, видимо, сочли за дурака. Выйдя за ворота, Рэн ощутил странное облегчение. Воздух был тем же, но дышалось свободнее. Развернув купленную карту, он начал изучать маршрут. Путь в страну Огня лежал через две дороги, которая через страну Земли, что была опасна из-за натянутых отношений. Или же через длинную дорогу, через страну Гор. Выбор был очевиден, да и времени из-за длинной дороги можно потерять неплохо так. Хрустнув шеей, он снова вздохнул. Привычка, что прочно укоренилась в нем последние дни. Он, посмотрев вперед, зашагал по горной тропе. Но не успел сделать и сотни шагов, как система вновь напомнила о себе. Обнаружено событие! Цель: Победить врагов. Уничтожить босса. Награда: Опыт, предметы. — Что за нах?! — резко выдавил Рэн, замерев на месте. Его взгляд упал теперь вперед, и он увидел то, чего не видел мгновение назад. В воздухе, прямо над тропой, висела странная, мерцающая метка, а под ней цифры: 1143. Сделав несколько настороженных шагов вперед, цифры изменились: 1140. Рэна охватило странное чувство. Он попал словно в какую-то РПГ-игру. Непонятную, опасную, где его жизнью распоряжался чужой и неведомые и странные правила. Но вместо страха в его груди вспыхнула искра азарта. Что ж. Если уж ему суждено быть пешкой, пусть эта игра будет хоть скрашивать его путь. От такого становилось лишь веселее. И опаснее. Но к опасностям он привык. — Я в игре!
