Только сила воли дает право идти дальше 5 глава.
14 октября 2025 г., 19:20
Рэн двигался к красной метке не спеша, каждый шаг взвешен, дыхание под контролем, а ментально он готовился к сражению. Прикидывал свой скудный арсенал, представляя схватку с приспешниками, а затем с самим боссом, тем самым, кого система удостоила столь громким титулом.
Во что бы то ни стало ему надо выжить, прокачать уровни, стать наконец-то уже сильнее вчерашнюю версию себя.
Лес вокруг него был густоватым и тихим на удивление. Деревья здоровенные, увешанные мхом, теснились друг к другу, их вершины терялись в плотном, низком тумане. Сейчас он был на границе страны Медведей, воздух здесь также прохладный, пах хвоей, да и гниющими пнями. Туман стелился по земле, пряча корни и грибы, превратив словно в мир подобия монохромного царство.
Рэн не удивился, заметив темные, массивные силуэты в чаще. Медведи... Еще бы, не зря ж страну так назвали. Они тут были частью пейзажа, вроде скал и рек. Но нутро шиноби сразу насторожилось в нем. Здешние животные не были обычными, они впитывали чакру из этой земли, и некоторые особи могли запросто потягаться в силе с чунином, а то и слабеньким джоунином. Вот поэтому приходилось двигаться тихо, словно тень, стараясь не привлекать лишнего внимания.
На удивление, путь обошелся без происшествий. Ни зверей, ни людей. Только гнетущая тишина, да и собственные мысли, которые не давали покоя. Кто может ждать его? Люди? Монстры на подобии тех каменных самураев? И что за босс его мог ждать?
Наконец, спустя некоторое время, он добрался. Цифры на метке показывали ноль метров. Он остановился, осматриваясь, и тут ничего не было, пусто. Ни врагов, ни сооружений, ни признаков жизни вокруг. Только поляна, затянутая туманом, да и старая избушка. Неужели система его обманула или, может, ошибка какая-то?
Рэн сделал еще один шаг, и красная точка перед ним моргнула и исчезла, как будто ее и не было. Прямо перед его глазами вспыхнула система:
<СОБЫТИЕ НАЧНЕТСЯ>
Готовы ли вы?
<ДА> / <НЕТ>
Предупреждение: Обратного пути не будет.
Рэн замер, сердце бешено заколотилось. Это был выбор? А если он нажмет на кнопку «нет», то что тогда будет? Система даст ему время? Или даст штраф? Он сглотнул, думая об тридцати днях изгнания, о силе, которая потихоньку в нем сейчас росла. Бежать сейчас — значит перечеркнуть всё.
Он немного подумал, вспомнив лицо сэнсэя, насмешки Мио и обещание самому себе стать сильнее.
Его палец будто сам по себе выбрал <ДА>.
И мир перевернулся с ног на голову. Не с грохотом, а с тихим, пугающим странным звуком втягивания. Поляна, туман, деревья — всё поплыло, закрутилось в вихревой воронке. Его тело вытянулось, свет мерк, уступив место всепоглощающей черноте. Его засасывало в невидимый портал, а пути теперь назад не было, как и предупреждала система.
***
На седьмом полигоне деревни скрытого листа кипела жизнь привычной суеты под присмотром Хатаке Какаши. Его юные генины пахли потом, землей и молодой горячей кровью. Какаши, облокотившись на дерево, казался спокойным, как удав. В одной руке любимая книжка, в другой неспешно грыз яблоко. Но за этой расслабленностью он следил за каждым движением своих учеников, которые, кряхтя и потея, выполняли сложный комплекс упражнений. Наруто и Саске, к всеобщему удивлению, оказались в одной команде. Два полных антипода. Один был словно вулканом, такой яркий и неугомонный. Другой — холодный, как лед, закрытый, мыслью о том, чтобы превзойти старшего брата. Они постоянно препирались, подкалывали друг друга в грубой форме, но со стороны чувствовалась какая-то странная, почти братская искра. Как две стороны одной монеты, они оттачивали друг друга, помогали стать сильнее и лучше. Сакура, третья в команде, была девочкой умной, знала теорию от и до. Но вот на практике же ее умение оставляли желать лучшего. Но ничего, рано или поздно Какаши сделает из нее настоящего шиноби. Его мысли тем временем улетали далеко за пределы полигона. Он вздохнул, и из-под маски промелькнула слабая улыбка. Жизнь, когда-то мрачная после войны, потихоньку налаживалась. И в этом была заслуга Минато-сэнсэя и Кушины-сан. Они вытаскивали как могли его из тьмы после гибели Рин и Обито, стали для него семьей. Да и Наруто с Мито... Он относился к ним, как к младшим брату и сестре. Они шумные, надоедливые, но родные. Мысль о Мито, чуть не погибшей на миссии, заставила его сердце сжаться. Эта боль была ему слишком знакома, призрак Рин вновь встал за спиной. Он рад, что с девушкой все в порядке, что ее скоро выпишут. Но ему было жаль того парня, погибшего в том аду. Ишида Рэн чем-то напоминал ему Обито, такой же упрямый, духом сильный, но без особых талантов. Какаши знал Рэна всего лишь поверхностно. Слышал, парень был добрым, всего помогал, но, к сожалению, слабоват. Упрямый, как Гай. Его раздумья прервал Наруто, который закончил упражнения первым и тут же начал требовать: — Я хочу настоящее задание, не ловить этого дебильного кота! Саске, молча, но с горящими глазами от данной авантюры, поддержал Наруто кивком. Им нужна была миссия ранга C. За пределами деревни, дабы ознакомиться с миром шиноби. Спокойствие Какаши пошатнулось. Одна мысль о вылазке за ворота, подальше от родных стен, вызвала у него неприятный холодок. Не дай бог, повторится история с командой Кавасаки. Он хотел отказаться, сослаться на что-нибудь, придумать отговорку. Но... Всего-то сопроводить какого-нибудь торговца до соседней деревни. Никаких столкновений с вражескими шиноби, всего лишь разбойники, по идее. Какаши долго смотрел на горящие глаза Саске и вызов во взгляде Наруто. Вздохнув так, словно на него взвалили гору, он медленно кивнул: — Ладно, — произнес он, и в его голосе слышалась вся усталость. — Но ни шага в сторону без моего приказа. Понятно? Какаши согласился, но в душе уже проклинал за себя за эту слабость и мысленно готовился к худшему. Такова уж его судьба, вечно нести на плечах груз чужих жизней и собственных страхов. Через несколько секунд, медленно закрыв книгу, единственный глаз Какаши скользнул по трем потным, слегка взволнованным лицам. — Ладно, слушайте, — сказал он ровным голосом, без всяких там «ура» или «ой, как жалко». — Завтра на рассвете встречаемся у резиденции Хокаге. Кто опоздает, пеняйте на себя, никакой вам миссии ранга C не будет. Вместо нее неделя уборки дерьма будок собак клана Инузука. Наруто аж пошатнулся от откровения Какаши-сэнсэя, но быстро взял себя в руки и кивнул решительно, будто собирался в одиночку захватить вражескую деревню. Саске едва заметно кивнул в ответ, в его глазах мелькнуло что-то вроде предвкушения, как будто он ждал возможности показать, кто он на самом деле. Какаши посмотрел на Сакуру. Она переводила взгляд с Саске на землю, и было понятно, как внутри нее борются две стороны. Разум трезво оценивал ее скромные способности и твердил об опасности. Но сердце, полное слепой любви к Саске, кричало, что нельзя показывать слабость перед Учиха. «Эх, Сакура», — подумал с жалостью Какаши. «Только о нем и думает. Никаких планов на себя. Никакого желания стать сильнее по другой причине», — но он лишь пожал плечами. Это было ее личные проблемы, да и его тоже, как ее наставника. Какаши уже собирался их отпустить, когда чей-то веселый голос нарушил тишину и завоняло дымом и саке: — Вы чего такие кислые? Как будто на похороны собрались! Обернувшись, Какаши заметил, как к ним начали подходить команда номер десять во главе с Асумой Сарутоби. Шикамару Нара шел с ленивой походкой, заложив руки в карман, Ино Яманака сияла, как солнышко, а Чоуджи Акимичи неспешно доедал чипсы. — О, Шикамару, Чоуджи и Ино! — крикнул Наруто, и его лицо снова расплылось в широкой улыбке, он радостно им помахал. Вскоре это место на мгновение превратилось в базар-вокзал. Генины тут же сбились в кучку, а Какаши и Асума остались в стороне, обсуждая личные дела. — Ребята, если вы не знали, но мы завтра идем на миссию ранга C! — похвастался Наруто, скрестив руки, сделав вид, что он важная персона. Отчасти да, как-никак, он сын Хокаге. Ино удивленно вскинула бровь: — О, правда? А мы только через пару недель тоже собираемся. Будем сопровождать важную шишку из страны Железа. Встретим его и обратно нужно будет сопроводить. Наруто аж рот открыл от масштаба задания команды десять, а потом тут же перевел взгляд на Какаши. Какаши стоял невозмутимо, но Наруто, как ни странно, уловил, о чем думает Какаши, он против. Против того, чтобы они уезжали так далеко от деревни, в эту неизвестность. Какаши в свою очередь вздохнул, стараясь отогнать мрачные мысли, тени прошлого: — Не торопи события, Асума, — тихо сказал он. — Время сейчас не такое, как в наши годы. Не думаешь, что для них рановато? Асума усмехнулся, прикурив новую сигарету: — Да ладно тебе, Какаши, будь попроще. Все мы когда-то были генинами и хотели приключения на свою задницу. Пусть мир познают и посмотрят. Не век же им в деревне сидеть. — Именно поэтому я и не хочу, чтобы они увидели этот мир таким, каким видели его мы, — ответил Какаши, и в его голосе неожиданно прозвучала нотка стали. Он на миг вспомнил то время, где мелькнули тени кровавых рек, что текли во время войны. — Не хочу, чтобы им пришлось хоронить друзей раньше, чем они попробуют вкус саке.***
— Что это за дыра вообще? — только и смог выдавить из себя Рэн, крутя головой в разные стороны. Он точно в лесу, но деревья жуть какие странные были: кора отливала синевой, листья светились, как ночники. Воздух вонял плесенью, мокрой землей и железом. А посреди этого леса была огромная темная дыра, в которую вела крутая, высеченная в камне лестница. Пути назад не было, Рэн вздохнул, пытаясь хоть как-то успокоить дрожащие коленки, и начал спускаться вниз. Каждый шаг отдавался эхом в этой могильной тишине. Дойдя до самого низа, там был огромный зал, потолок которого терялся где-то вверху. Везде колонны, расписанные какими-то знаками, и сундуки, обитые кожей да железом. Но больше всего поражали грибы. Огромные мухоморы, выше деревьев, чьи красные шляпки с белыми крапинками отбрасывали жуткие тени, а вокруг светящийся мох. Рэн сглотнул, аж мурашки побежали, и тут увидел их, странных существ, похожие на людей, но с головами коров. Грубые, жилистые мышцы, короткая шерсть и тупой, полный животной ярости красный взгляд. Над головой одного из них висела серая надпись: пехотинец-минотавр. В мощных лапах сжимали острые топоры, аж блестели. Один из этих тварей сорвался с места, даже не издав звука. Рэн едва успел чудом выхватить кунай и скрестить их перед собой, принимая на себя удар топора. Лязг стали оглушительно прокатился по залу. Сила удара этой твари была чудовищной, он почувствовал, как немеют его пальцы. Они были сильными, даже очень. Присев, Рэн хотел попытаться сделать подсечку, но этот бык, хоть и здоровый, а оказался проворным. Отбил атаку ногой и тут же своей сильной ногой впечатал ему в голову. Он с грохотом, как мячик, отлетел назад, всё поплыло в глазах, а во рту кровь. Он едва успел сделать кувырок, когда топор с свистом рассек воздух на том месте, где секунду назад была его голова, и орудие глубоко застряло в каменном полу. Пока этот рогатый вытаскивал свое оружие, Рэн, позабыв о своей усталости, с диким криком помчался вперед и воткнул кунай прямо в висок. Кость хрустнула, и минотавр рухнул, как подкошенный. Рэн тяжко дышал, оперевшись на колени. Перед глазами всплыло сообщение системы: Уровень повышен!!! Очки автоматически распределены: Сила +2. «О да...» — прошептал он, ощущая прилив новых сил, смывающий часть усталости. Но передышка была короткой. Еще трое минотавров молча пошли на него. От первого удалось увернуться, от второго удар был парирован, он хотел сделать один маневр, но третий, откуда ни возьмись, оказался позади него. Острая боль пронзила бок, топор прошелся по ребрам, разрезая кожу и мышцы. Рэн скривился, его отбросило в сторону. Придя в себя, он кувыркнулся назад, едва успев отбросить ногой топор четвертого минотавра, целившегося ему в голову. Оставшиеся девять минотавров не рванули на него толпой, как того можно было ожидать от тупых тварей. Они надвигались, черт возьми, строем. Топоры нацелены прямо на измотанного Рэна, а из ноздрей вырывался горячий пар столбом в сыром подземелье. Рэн не то чтобы побежал, он просто старался не сдохнуть. Каждый шаг — не стратегия, а чистый инстинкт. Мечется меж колонн, использовав их как укрытие, но эти бугаи своими топорами выбивали колонну. Первый из них кинулся на него. Рэн увернулся, пропустив топор над головой, и воткнул кунай подмышку твари. Оно зашло глубоко, теплая кровь хлынула ему в руки. Но в ответ тяжелая и волосатая махина вцепилась в предплечье, он услышал треск, не кости, но сухожилия заныли так, что потемнело в глазах. Вырвавшись, он оставил на лапе минотавра клочья своей кожи. Второй и третий навалились с двух сторон. Он отпрыгнул, и лезвие топора полоснуло по бедру до кости. Рэн крикнул коротко, хрипло, но как раненный зверь, и, падая, воткнул кунай в колено другому. Громила заорал и рухнул, а Рэн, валяясь в собственной крови, добил, отрубив шею топором, пока тот не затих. Но плата за победу была ужасной и дорогой. Пока возился с одним, другой врезал рукоятью по спине. Боль адская, аж искры из глаз пошли. Он почувствовал, как что-то внутри сломалось, аж ноги подкосились. Уползая от следующего удара, который раскрошил каменную плиту. Дыхание стало хриплым, свистящим. Каждый вдох обжигал легкие, будто он глотал раскаленные иглы. Синяки, как черная плесень, расползались по телу. На щеке глубокая царапина сочилась кровью. Все его умения, годы тренировок — всё пошло прахом, осталось только одно: убей или умри. Четвертого он прикончил, когда тот поскользнулся на крови своего собрата. Рэн навалился на него сверху и с диким криком отрубил голову. Пятого он заманил под огромный гриб и дернул за ногу так, что тот головой об ножку гриба треснулся. Пока этот дурень приходил в себя, Рэн, еле стоя на ногах, перерезал ему глотку. За каждую победу над ними он платил кровью. Шестой провел лезвием по его груди, раскрыв ее, как тушу. Седьмой ударил коленом в лицо, и Рэн чувствовал, как ломаются зубы и хрустит нос. В глазах все плывет, он двигался на одном упрямстве, на той самой силе воли, когда-то помогла ему, бездарю, стать чунином. Не найдя другого решения, ему пришлось бежать до такой степени, что спотыкался о груды растерзанных тел и скользил в лужах крови, что растеклись по каменному полу подземелья. Оставшиеся минотавры не отставали, как бешеные псы. Нога вдруг предательски подвернулась, и он грохнулся на пол, приложившись лицом о камень. В ушах зазвенело, ну всё, приехали. Каждая мышца и рана вопила, смирившись со своей участью, он ожидал топора в спину, конца этой мясорубки. Но удара не последовало, вместо этого перед глазами, замазанными кровью, вспыхнула до боли знакомая синяя голограмма. Сквозь боль и туман он разобрал слова: Уровень повышен! Здоровье: 280 / 280 (+35) Чакра: 45 / 45 (+5) И случилось нечто вроде чуда, новые силы ворвались в это избитое тело не теплом, а как удар током. Усталость никуда не делась, раны в некоторых местах пропадали, но что-то внутри будто встало на место. Боль в боку, острая, как нож, немного отступила, дав вдохнуть полной грудью. Коленки дрожать перестали, мышцы вновь налились новой силой. Он не был исцелен до конца. Его просто подлатали, дабы мог драться дальше. С хрипом, больше похожим на звериный рык, Рэн оттолкнулся от земли, подобрав топорик на полу, встал. Он увидел, как один из тварей замахнулся топором. И он двигался навстречу. Пусть израненный, пусть на последнем издыхании, но он, мать его, шиноби! Он не стал уворачиваться, а шагнул навстречу топору, и его топор нашел слабое место в его доспехе. В то же мгновение он схватил руку с топором и, пользуясь силой врага, вывернул ее так, что лезвие вонзилось в шею другого минотавра, который подбегал сбоку. Минотавр перед Рэном взревел от злости и бросился на него. Рэн встретил того ударом кулака прямо в морду. Кости хрустнули, и минотавр отлетел назад, оглушенный. Этого хватило, чтобы Рэн подпрыгнул и ударом топора вонзил ему прямо в основание черепа. Тяжело дыша, его собственное тело было изодрано в клочья, каждая рана продолжала гореть, словно огнем, а кости ныли от бесчисленных ушибов. Перед ним, вместо долгожданной пустоты, стояли еще трое минотавров. И Рэн заметил в их взгляде, полном ярости, нечто иное, в них читалось сомнение и тень страха. Они смотрели на тела своих сородичей, уложенных этим хрупким, окровавленным человеком. Переводя взгляд на него самого, на его сведенное болью лицо, окровавленный топорик в руке, на взгляд, в котором не осталось ничего человеческого, лишь животная воля к жизни. И случилось невероятное, не рыча, не бросаясь в последнюю отчаянную атаку, они переглянулись, в их тупых бычьих глазах мелькнуло некое подобие молчаливого соглашения между собой. Затем, весьма странно, они развернулись не к нему, а прочь. Их тяжелые человеческие ноги бросились бежать мимо него, к той самой лестнице, что вела наверх, к спасительной дыре в потолке этого подземелья. Рэн, не веря своим глазам, не понимал, почему они бежали от него? И тут ноги просто отказали, и он грохнулся на этот проклятый, залитый пол кровью. Выдохнул так, словно из него душу вырвали. Облегчение было горьким до тошноты, накрывшее с головой. Да, он не победил остальных, не убил всех, но он очистил это место. Выстоял так, что эти твари убежали, поджав хвосты. Лежа в луже собственной и чужой крови, он смотрел на тусклый потолок пещеры и слышит, как внизу издается топот копыт. Это еще не конец. Впереди другие залы, и они будут еще жестче, чем этот. Насколько? Как обычно, придется испытать на своей шкуре. И тут, как назло, перед глазами возникла система, словно насмехаясь над его болью. Бонус опыта: «Бегство врага». Враги, узревшие вашу мощь, отступили. Опыт удвоен. Уровень повышен: 7. Уровень повышен: 8. Рэн медленно моргнул, пытаясь понять, что к чему. Сразу два уровня поднял? За то, что враги драпанули? Видать, система ценит не только убийства, но и страх, который ты можешь нагнать. Здоровье: 300 / 300 (+20) Чакра: 50 / 50 (+5) Сила: 18 (+3) Да, вновь это чувство прилива новых сил. Мышцы наполнились новой энергией, а чакра стала чуть мощнее и чуть больше. Но система на этом не остановилась. Достигнут 8-й уровень. Начислены случайные награды: 2. Сердце Рэна учащенно забилось, он сглотнул ком в горле и нажал, дабы открыть награды. В его инвентаре появились два сундука. Один был обычным, деревянным, с железными скобками. А второй сверкал серебром и был весь в резьбе. Начал с простого. Сундук исчез, и появилось крутящееся колесо, словно он оказался в казино. Стрелка прокрутилась и с щелчком остановилась на иконке, изображавшей стеклянный пузырек. Получено: Зелье исцеления (x3). Три небольших флакона с алой жидкостью упали ему на грудь. Не раздумывая, он откупорил один и выпил залпом. Эффект был мгновенным и ошеломляющим. Тепло разлилось по телу, словно он нырнул в горячий источник. Раны затянулись, синяки пропали, кости и мышцы зажили вмиг. Он сел, будто заново родился. Ни боли, ни усталости. Одна лишь удивительная сила и энергия. Затаив дыхание, он глянул на редкий сундук. Тот открылся без всяких спецэффектов, просто вспыхнул белым светом. Получено: Техника стихии Ветра: «Вакуумный меч». Поздравляем! Обнаружена природа чакры: Ветер. Стихия Ветра добавлена в арсенал. Вытаращив глаза, Рэн невнятно прошептал. Стихия ветра? Просто так? Он чуть не закричал от радости. Наконец-то! Однако тут же стало не по себе. Легко? Да ни фига подобного! Он заплатил за это адской болью, унижением, кровью и кучей моментов, когда был на волоске от смерти. Прошёл через такое, что многие бы не выдержали. «Уж лучше выучить технику, чем вновь испытать этот ад», — прошептал он, сжав кулак и чувствуя, как в нём появляется новая сила, сила стихии ветра. Поднявшись на ноги. Тело было целым, а дух закалился, а в арсенале пополнение. Впереди новые опасности. С каждым уровнем, с каждой раной и победой он становился сильнее. А в этом мире, будь то мир шиноби или мир системы, только сила воли даёт право идти дальше.
