Температура холода

Запах пота, мокрой формы и дешёвого дезодоранта стоял в раздевалке густым облаком. Кто-то стягивал коньки, кто-то смеялся, обсуждая, как Захар снова не удержался на льду и влетел в борт. Всё шло по привычному сценарию — пока разговор не повернул к новой «фигуре дня».— Ну что, как там наша новенькая докторша? — усмехнулся Игорь Крепчук, кидая полотенце на скамейку. — Серьёзная, да? — Да нормальная вроде, — отозвался Захар, застёгивая молнию на спортивке. — Только глаза такие… будто сразу всё про тебя видит. — И что, раздеваться пришлось? — подколол Олег Валенцов, подмигнув. — Или она просто спросила, как дела? — Да ничего такого. Осмотр как осмотр, — Захар пожал плечами. — А ты что, боишься? — Не-а, просто интересно, как она с Егоровым справилась. — Олег перевёл взгляд на Кирилла, который молча сидел в углу, вытягивая шнурки из коньков. Кирилл поднял глаза, ухмыльнулся — коротко, без веселья. — Справилась, — хмыкнул он. — Выгнала к чёртовой матери. — Что, реально выгнала? — оживился Игорь. — Да ты что-то явно сказал! — А что я сказал? — Кирилл лениво облокотился на стену. — Всего лишь правду. Что она ещё учится и опыта ноль. А мы тут, между прочим, не на кружке здоровья. — Бро, ты перегибаешь, — тихо сказал Влад Самсонов, капитан команды. Он сидел напротив, перекидывая клюшку из руки в руку. — Девчонка только пришла, день первый. Дай ей шанс. Кирилл усмехнулся: — Шанс на что? На то, чтобы снова опоздать? Или уронить кого-нибудь, когда будет бинтовать? — Кирилл, — Влад нахмурился. — Не начинай. — Да расслабься ты, — отмахнулся Егоров. — Просто не люблю, когда к нам пихают кого попало. Мы же не детсад, правильно? Захар усмехнулся, стараясь сгладить напряжение: — А может, ты просто ревнуешь? Не к тебе теперь внимание на тренировке. — Ревную? — Кирилл усмехнулся, но в его глазах мелькнуло раздражение. — К ней? Девчонке, которая едва не влетела носом в лёд, когда забежала в зал? Спасибо, но я пас. Влад выдохнул, бросив взгляд на капитанскую повязку, висящую рядом в шкафчике. Он знал Кирилла — слишком хорошо. Знал, что за этой колкостью прячется неуверенность, та самая, о которой Егоров никогда бы не признался. Он просто защищается. Снова. — Знаешь, — спокойно сказал Влад, вставая, — может, хватит всех мерить по себе? Не все ломаются с первого слова. Кирилл поднял взгляд, встретился с ним глазами — секунду-другую повисла тишина, прежде чем он хмыкнул: — Посмотрим. Пока она сама не понимает, куда влезла. Он взял сумку, накинул куртку и, не оборачиваясь, вышел из раздевалки. Дверь громко хлопнула. Игорь тихо присвистнул: — Вот это темперамент. — Угу, — буркнул Влад, глядя на дверь. — Только у него не темперамент, а броня. — Думаешь, он её не просто так зацепил? — спросил Захар, усмехаясь. — Думаю, да. — Влад кивнул, — Только он сам ещё не понял. ——— Поздний вечер. За окном серое небо тянуло дождём, город будто замер, уставший после дня. В квартире, которую Алина снимала вместе с подругой, пахло кофе и чем-то ванильным — Полина опять зажгла ароматическую свечу на подоконнике. — Ну? — Полина облокотилась на спинку дивана, наблюдая, как Алина разувается, бросая сумку у двери. — Как прошёл твой “первый день в новом аду”? Алина устало усмехнулась, проходя на кухню: — Как в аду и бывает. Горячо, шумно, и все считают, что знают лучше тебя. — О, — оживилась Полина, — рассказывай! — Да что рассказывать… опоздала на тренировку — спасибо утренней маршрутке и моему будильнику, который сдох. Влетела на лёд, споткнулась. Полкоманды чуть не умерло от смеха. Полина прыснула от смеха, прикрывая рот рукой: — Серьёзно? Прямо на глазах у всех? — А ещё один, самый “умный”, успел съязвить, — буркнула Алина, наливая себе кофе. — Мол, а если кому-то помощь нужна будет, что тогда? Опоздаю? — И кто этот смельчак? — Полина прищурилась, будто предчувствуя сплетню. Алина закатила глаза: — Кирилл Егоров. — Подожди… это тот самый Егоров? Сын спонсора города, “король льда”? — с наигранным восторгом протянула Полина. — Именно он, — Алина фыркнула, отпивая кофе. — Мажор, который жизни не знает, самодовольный, дерзкий и, как оказалось, хам. — Но красивый? — Полина не отставала, с хитрым блеском в глазах. Алина замолчала, делая вид, что задумалась над чем-то в чашке. — Ну… если бы молчал — возможно, да. Полина прыснула. — То есть всё-таки красивый. — Я сказала возможно, — сухо поправила Алина, но уголки её губ дрогнули. Она поставила чашку и села на диван, вытянув ноги. — Сегодня был осмотр игроков. И, как ты думаешь, кто последним заявился? — Егоров? — Полина прищурилась. — Угу. С видом, будто делает мне одолжение. Стоит, руки в карманы, ухмыляется. — И что ты? — с интересом спросила Полина. — Попросила снять верх, послушала дыхание. — И как дыхание? — Полина едва сдерживала смех. — Знаешь, дыхание нормальное, — ответила Алина, уже смеясь. — Вот только ЭГО зашкаливает. Глядит, так будто проверяет он меня, а не я его. — Ох, — Полина задорно хлопнула в ладоши, — от ненависти до любви один шаг. Алина отвернулась к окну. За стеклом снег медленно спускался вниз, будто повторяя её собственные мысли — скользящие, сбившиеся, неоформленные. — Просто раздражает, — пробормотала она. — Я таких видела уже десятки: уверенные, громкие, думают, что весь мир им обязан. — А потом один из них окажется тем, кто неожиданно поймёт тебя лучше всех, — тихо сказала Полина. Алина усмехнулась, но в её взгляде промелькнула тень: — Кирилл Егоров? Сомневаюсь. Это из тех, кто понимает только себя. Но уже через минуту, когда она открыла ноутбук и принялась разбирать медицинские карточки игроков, поймала себя на том, что взгляд снова возвращается к одной фамилии. Егоров Кирилл Сергеевич. Травма плеча. Она задержала взгляд, вспомнив его взгляд — наглый, прямой, и в то же время… немного усталый. Почему-то стало жалко. Совсем чуть-чуть.  Полина, не заметив этой перемены, уже зевала, собираясь в спальню: — Не забивайся в работу. Завтра тебе утром в институт. Алина тихо пробормотала себе под нос, листая карточки: — Как хорошо, что завтра тренировки нет… хоть отдохну от этого придурка. Полина лишь прыснула, приподняв бровь и усмехнувшись: — От ненависти до любви один шаг, Алиночка. Честно, это может закончиться любовью.  Алина хмыкнула и, не выдержав, метнула в подругу подушку. — Никогда в жизни с этим мажором, — пробормотала про себя, — с этим самовлюблённым никогда. Полина лишь смеялась, подбирая подушку, а Алина, сев обратно за стол с медицинскими карточками, всё ещё невольно задерживала взгляд на строке с фамилией “Егоров”, стараясь не признавать себе, что мысли о нём не дают покоя.