Мрак под клубничным сиропом. Сборник.

её маленькие странности — 1:1

Моя любимая была странной во всём. Она замачивала своё грязное бельё в ванне. Я просила её пользоваться стиральной машиной, но она продолжала делать своё. Словно стирка в ванне была для неё особенным ритуалом. Догадываюсь, ей нравилось чувствовать грязь под ногтями и плескаться в серой воде. Она не использовала никаких порошков, говорила, химия раздражает её нежную кожу. Зато в ванне плавали бутоны полевых цветов. Она рвала их на соседских клумбах, а затем, отрывая лепесток за лепестком, бросала их в воду. Затем она крошила пыльцу — так упоённо, будто это сахарная пудра. И каждый раз, проходя мимо ванной, я слышала её шёпот: «Плывите, цветочки… нетяжело утонуть, если тебе помогут, так ведь?» Слова звучали как сакральная мантра. [стирка от грязи внутренней]

— 1:2

Над постелью у неё висел ночник в виде кружки. Тусклый свет отражался на стенах, будто чай в чашке едва колышется. Она говорила, что с ним засыпать спокойнее. Тогда я не знала, что чудовище — она сама. Однажды я раскрыла ещё один её секрет. У неё была закрытая баночка с мелкими отверстиями в крышке, и она не разрешала заглядывать вовнутрь. Даже мне. Когда я вытирала пыль, баночка упала на кафель. Крышка покатилась, и то, что было внутри, повергло меня в шок. Там были конечности кукол — руки, ноги, головы. Она подошла, нагнулась, стала складывать их обратно, спокойно, почти ласково. Я спросила: — Что это? — Это куклы, — ответила она. — Но почему они сломаны? Она вздохнула. — Чтобы быть похожими на нас. Я потупила. — А зачем дырочки в крышке? — Чтобы они дышали. Для неё эти конечности всё ещё были куклами. Просто ей было важно хранить их не целыми, а по отдельности. [куклы дышат]