Кодекс Араксаса

Скрежет за дверью усилился. Каменные стены отзывались гулом, как если бы вся школа дышала вместе с тем, кто приближался. Гарри мгновенно выхватил палочку. — Протего тоталум! — выкрикнул он, и между ними и дверью встал защитный барьер. — Кто-то знает, что мы здесь, — прошептала Гермиона. — Мы не одни. Ни в этой комнате, ни в этом замке. Дверь распахнулась. Но никого не было. Пустой коридор. Тишина. Гарри сделал шаг вперёд — и всё потухло. Сразу. Факелы, заклинания, даже свет дневника. Только холод и темнота, полная, как внутри могилы. И в этой темноте, будто вспышка, показалась фигура. Существо — слишком высокое, тонкое, будто из сломанных теней. Оно не шло — скользило. Лица не было. Лишь зияющая пустота под капюшоном, в которой искрились капли чего-то похожего на звёзды. — Это не призрак, — прошептала Гермиона. — Это... — Из-за Завесы, — закончил Гарри. Существо остановилось. Оно не атаковало — просто смотрело. А потом заговорило. И голос его звучал так, будто тысячи людей шепчут одновременно: "Открыта первая печать. Пролилась кровь потомка." У Гарри похолодело внутри. — О чьей крови он говорит? Ответ пришёл мгновенно: "Эванна Стоун. Потомок основателя. Наследие сломано. Завеса трещит." Гермиона ахнула: — Стоун… это фамилия Ровены Равенкло до основания школы! В одной из летописей её называли "Стоунвейл" — Каменная Завеса… — Значит, Эванна… — Рон не договорил. Существо подняло руку — и прямо перед ними возникло зеркало. Гладкое, без отражения. Лишь чёрная гладь. И в этой глади Гарри увидел... себя. Но не таким, как сейчас. В зеркале он был старше. Глаза — без зрачков. Шрам — пульсирующий, как открытая рана. А за его спиной — Хогвартс, разрушенный, пылающий. — Что это? — прошептал он. Существо ответило: "Ты — вторая печать. Имя разрушенного спасителя. Когда ты узнаешь своё истинное имя — путь будет пройден наполовину." В этот момент зеркало дало трещину. Затем вторую. И разлетелось вдребезги. Существо исчезло. Позже, в кабинете МакГонагалл Гермиона перелистывала древние свитки, доставленные из Отдела Тайн. Рон пил чай, но его рука дрожала. — Он сказал: "Пролилась кровь потомка", — напомнил Гарри. — Это жертвоприношение? Открытие печати? — Возможно, — кивнула Гермиона. — Если печатей семь, и каждая требует цены, нас ждёт ещё шесть. А мы уже потеряли одного ребёнка. — И вторая печать — ты, — сказал Рон, глядя на Гарри. — Но что значит "имя разрушенного спасителя"? Гарри не знал. Но внутри, глубоко, он чувствовал, что в его прошлом что-то не так. Как будто его история — лишь половина правды. Он встал, подошёл к окну. Хогвартс казался таким же, как всегда. Но теперь он знал — внутри школы пробуждается сила, древняя и слепая, и она смотрит прямо на него. Вдруг дневник снова вспыхнул. Появилась новая надпись: Третья печать — зеркало между мирами. Ты уже видел его. Оно — в комнате, которую ты забыл. Комнате, где умер твой крестраж. Гарри медленно прошептал: — Комната Забытого Знания… Гермиона повернулась резко: — Но она была уничтожена при падении Волан-де-Морта! — Или просто... исчезла. Как всё, что связано с Завесой. Он сжал палочку. — Завтра мы туда пойдём. И если зеркало там — мы узнаем, что дальше.