Эхо прошлого.

Чуть позже Миллер и Харди сидели в кафе. В какой-то момент детектив достал небольшую коробку. Миллер прищурилась. — Это что? — Устройство для слежения за временем, — спокойно отвечает Харди. — Ты купил себе умные часы? Ты? — спрашивает Миллер, вскидывая брови. — Не начинай. — А как же «мне хватает глупых людей»? Харди смотрит на неё сверху вниз. В его взгляде — строгость и немного смущения. Миллер, тем временем, ржёт в голос. Позже добавляет: — Ладно. Показывай. Харди хмурится, щурясь в экран. — Он мне говорит «вдохните и выдохните». Я и так дышу. — Ну хоть кто-то будет следить, чтобы ты дышал, — парирует Миллер. Харди молчит, но уголки его губ едва заметно поднимаются. — Просто захотел знать, сколько раз ты заставляешь меня подниматься по лестницам. — О, тогда носи их всегда, — отвечает Миллер. — Нам предстоит много лестниц. Она улыбается. Харди хмыкает, но не спорит. На мгновение воцаряется тишина и редкое чувство спокойствия. Конечно, ненадолго. Уже через несколько минут детективы были на пристани. Полиция там расставила ленту. У воды работали криминалисты. Харди и Миллер шли вдоль берега — усталые, но собранные. У Миллер в руках фотографии, у Харди — привычный блокнот и ручка, которой он недовольно щёлкает. — Нашли лодку, — констатировала Миллер. — Без мотора. Без вёсел. Зато с отпечатками, которые принадлежат примерно всему городу. — Прекрасно, — бурчит в ответ Харди. Элли останавливается и показывает напарнику фотографию карту. — Если его позвали на пристань, то вот здесь могла быть точка, где его могли видеть в последний раз, — объясняла она. — И никто, конечно, ничего не заметил, — парировал Харди, глядя на горизонт. — Как всегда. Позади послышались голоса. Детективы синхронно обернулись. К пристани шла группа журналистов. — Да вы издеваетесь. — Детектив Харди, правда, что пропал ещё один ребёнок? — начал один из них. — Говорят, вы нашли записку, — подхватил другой. — Это подтверждено? — Детектив Миллер, правда, что полиция отрабатывает версию драки? Миллер вздохнула: — А правда, что вы, ребята, не умеете стоять за лентой? — Если бы вы тратили столько же времени на факты, сколько на догадки — у нас был бы ответ, — на грани терпения цокнул Харди. Журналисты, конечно, не отступили. — Правда, что мальчик может быть жив? — Без комментариев, — ответил Харди. — У вас уже есть подозреваемый? — продолжили журналисты. — Без. Комментариев. Миллер лишь закатила глаза. — Как мухи на варенье. — Если кто-то из них упадёт в воду, я не буду против, — в продолжение буркнул Харди. Потом молча достал часы. На экране загорелась надпись: « Высокий уровень стресса. Рекомендуется дыхательная пауза. » Миллер заметила. Уголки губ поползли вверх. Харди не выдержал: — Если они не уберут камеры, уже им понадобится медицинская помощь. Наконец, журналисты отступили. Миллер переглянулась с Харди. — Ну, теперь точно попадёшь в новости. — Надеюсь, не в некролог. Пауза. Ветер усилился. — Пошли, — сказала Миллер. В участок детективы входят почти синхронно. Каждый с кружкой в руке. За день стены будто сжались: к доске с фотографиями прибавились стикеры и стрелки. Миллер поставила кружку на стол: — У нас уже есть две точки — пристань и школьный двор. Харди берёт маркер и аккуратно соединяет линии. — Двадцать минут пешком, — добавляет он. Короткая пауза. Харди листает записи, Миллер, опершись на стол, наблюдает. — Мне не даёт покоя одно: какой у Ника мотив? Харди смотрит на фотографию Джейка. — Я снова свяжусь с Полом, — добавляет он и уходит. К полудню жара сменилась усталостью. Тени от домов стали длиннее, и даже воздух будто замедлялся. Свет в церкви падал косыми лучами через витражи. Харди сначала стоял у входа, потом всё-таки подошёл вперёд. — Снова вы? — удивляется Пол. — Да, похоже это входит в привычку, — вздыхает в ответ Харди. На деле церковь больше не казалась детективу чужой. — В прошлый раз вы говорили, что в семье Джейка были ссоры, — уточняет Алек. Насколько всё было плохо? — Плохо… — вздыхая вторит Пол. — Снаружи выглядело как обычные разногласия. Но люди по соседству жаловались, что по вечерам в доме часто кричали. Харди молча проходил между скамьями, останавливая взгляд на свечах. — …Что мальчик уходил гулять после десяти, — продолжал Пол. — Что его видели с кем-то постарше. Не родственником. Харди обернулся. В глазах — напряжение. — Имя? — Этого я не знаю. Но он сказал мне одну фразу, которая засела у меня в голове, — Пол посмотрел куда-то в пол, будто вспоминая информацию. — «Если они не хотят слушать, надо заставить их услышать». Харди нахмурился. — Похоже на подростковый бунт. — Или на отчаяние, — парировал Пол. Потом повернулся к детективу, и добавил: — Ты ведь знаешь, какого это, когда тебя не слышат. Харди лишь коротко кивнул в ответ. В голове мелькнула Дейзи. — Спасибо, — наконец ответил он. — Если вспомните ещё что-то — звоните. Дверь мягко закрывается, оставляя после себя только лёгкое эхо шагов и потрескивание свечей. Следующий день был пустым. С утра — допрос, к обеду — отчаяние, к вечеру — тишина. На стене те же фотографии, с теми же записками. Ничего нового. Люди делали вид, что всё в порядке. Дети шли из школы. Но среди них не было Джейка.