Часть 11
12 октября 2025 г., 10:05
Эпилог
Прошло много лет. Точнее, три года. Малышу Джону было уже три года и он во всю бегал по довольно просторной квартире. Правда было кое-что, чем мальчик Джонни отличался от других детей. У него была задержка речи, и он очень редко говорил. По началу, когда Эштон с Люком узнали об этом, это...это повергло их в шок, но они достаточно быстро сообразили, что, прежде всего, Джон – обычный ребенок. Просто с особенностями здоровья. Он такой же смышленный ребенок, как и все. И они любят его. – Малыш, зайка, ты не знаешь, где мой галстук? – раздался голос высокого блондинистого альфы, который копался в шкафу. В следующую секунду в спальню вошёл парень, чьи волосы были завязаны в небрежный пучок на затылке. Одет он был в спальные штаны и футболку. Длинная челка была убрана ободком, а под глазами находились патчи. – Что такое, милый? – спросил Эштон. – Я не могу найти свой галстук. Ну тот, который темно синий, – пояснил альфа, а его брови были сведены к переносице. – Ты, случайно, не знаешь, где он? Омега подошёл к шкафу, а потом обнял Люка со спины, заглядывая внутрь. – Ну так ты говорил, что он...ну...порвался и ты его выбросил, – ответил Эштон, а на его щеках появился румянец. – Он порвался? – удивился блондин и, кажется, эта новость была новой для него. – В смысле? Как он мог порваться? – возмутился альфа. – Ну... – протянул кудрявый, прикусив губу. – Ты разве не помнишь? – Нет! Напомни мне. – В последний раз, когда...ну когда мы...занимались близостью, ты...ну ты решил, что связать мне руки – хорошая идея... – А-а-а, – вспомнил. – Я вспомнил, – альфа обернулся, с любопытством смотря на Эштона. – Это была действительно хорошая идея, правда я не думал, что ты решишь его перегрызть. Это было странно, и этот галстук был моим любимым, – с досадой заметил Люк, поджав губы. – Прости, милый, – раскаялся кудрявый, проводя ладонями по широкой грудь альфы. – Но и без этого галстука ты выглядишь очень хорошо. Особенно если расстегнуть пару верхних пуговиц, – тонкие длинные пальчики поспешили вытолкнуть пару пуговиц из петель, открывая доступ к шее, на которой красовался след от зубов. – К тому же, всем сразу будет понятно и видно, что ты занят, – Эштон провёл пальцами по своим меткам с некой гордостью. – Какой же ты у меня собственник! – усмехнулся Люк, по хозяйски кладя ладони на бедра омеги. – Ты однажды сказал, что ты полностью мой, поэтому я могу делать с тобой, что хочу. Вот я и делаю, что хочу, – лицо омеги выглядело невинным, но хитрая улыбка выдавала его истинное отношение к этому. – Ты ведь разрешил, да? – Верно, малыш, разрешил, – и только Люк хотел оставить на пухлых губах страстный поцелуй, как в спальню на манер самолетика вбежал мальчуган, издавая не то какой-то треск, не то странное рычание. Так как Джонни не особо разговаривал, то и звуки вместе со словами становилось труднее понять, но Эштон уже почти в совершенстве понимал его речь, собственно, как и Люк. – О, мой малыш номер два, – альфа отлип от тела своего омеги и, присев, взял сына на руки. – Как ты? Готов с папочкой отправиться на занятия по гончарному мастерству? – мальчишка активно закивал, приоткрыв рот. – Вот и славно! Я люблю тебя, помнишь это? На пухлых щечках мальчика появился румянец, а губы растянулись в улыбке. Он прильнул к отцу, обхватив ладошками его щеки. – Ты тоже меня любишь, верно? – альфа потерся кончиком носа о носик сына, улыбнувшись. – Малыш, тебя подвезти? – обратился он к омеге. – Нет, меня подвезет Калум, к тому же, ещё очень рано, – кудрявый пожал плечами, а потом забрал Джона из рук Люка. – Но ты можешь меня забрать, чему я буду очень рад. – Ладно, солнышко, так я и сделаю. А сейчас мне пора идти, – Люк все таки оставил поцелуй на губах Эштона, а потом поцеловал сына в лоб. – Я скоро вернусь, Джонни, ладно? Не скучай без меня. И альфа покинул спальню, взяв с собой небольшую офисную сумку. Эштон проводил его взглядом, а потом, когда за широкой спиной закрылась входная дверь, отправился на кухню готовить завтрак. Он усадил сына на стульчик, а сам встал у плиты. Вода в кастрюле недавно вскипела, поэтому он просто забросил туда манную крупу, став помешивать смесь ложкой. Около года назад Люк окончил университет и почти сразу устроился работать в достаточно крупную компанию, где деньги, казалось, делались из воздуха. Это было хорошо, ведь Люк обеспечивал их семью, что и должен делать настоящий альфа. Эштон, как и многие омеги, чаще всего не работал, но работа у него имелась. Так как у Джона была задержка в развитии, то Эштон решил, что заняться сыном – верное решение, поэтому через какое-то время после первого дня рождения мальчика открыл свой собственный центр детей с ограниченными возможностями здоровья. Это было потрясающе, ведь он мог создать для своего ребенка подходящую среду среди других детей. Правда не только Джонни Ирвин-Хеммингс ходил в развивающий центр, но и забавная дочурка Майкла и Калума – Дана-Моника Худ-Клиффорд. Внешностью она пошла в Клиффорда, а характером в Худа – была такой же боевой и достаточно разговорчивой. К сожалению, ребята тоже узнали о том, что малышка совсем не слышит, поэтому и говорить она начала позднее. Уже тогда, когда родители купили очень дорогой слуховой аппарат, Дана-Моника заговорила, но так как она пропустили момент естественной речи – пришлось очень долгое время ходить к логопеду и дефектологу. Но уже сейчас она болтала без умолку. Эштон достал свой телефон, так как ему поступило новое сообщение. Писал Люк о том, что любит, на что Эштон послал ему кучу сердечек, а потом отправил поедающего кашу Джона. А также откликнулись на предложение о помощи две девушки – волонтеры. Они были сёстрами и практически каждый раз сопровождали и помогали в развивающем центре для детей. Эштон очень был им благодарен, ведь с каждым новым ребёнком они работали очень хорошо, мило общались, помогали во всем, а также были просто замечательными людьми. – Ну, что, Джонни, готов идти? – спросил кудрявый, вновь беря сына на руки. Мальчик задергал ногами, активно кивая. – На занятии будет очень весело, я думаю, а уже вечером мы увидим папочку, да? Ну, пошли одеваться. – Как все прошло? – раздался хриплый голос Люк над ухом. – Ему понравилось? – Понравилось? Ещё как! – ответил Эштон, чувствуя, как альфа начал спускаться губами вниз по его шее. – Сегодня были те сестренки. Они здорово помогли. Они мне очень нравятся. Что бы я без них делал? – Они замечательные, – согласился Люк, поглаживая ладонями бедра своего омеги. Это был вечер, и все они уже были дома. Люк, как и обещал, забрал мужа и сына после дня, проведённого на занятии. После работы он был слегка уставшим, но от нежного и медленного секса не отказался. Джон спал в соседней комнате, и Эштон, казалось, дергался от каждого шороха, правда губы и руки альфы заставляли его забывать обо всем на свете. – Что думаешь насчет...? – блондин поднял глаза на омегу, приложив одну ладонь к животу Эштона. – Я внутри тебя, мой узел, а? Хочешь его, а? Много спермы, м? – Ты хочешь еще одного ребенка? – удивился Эштон, обращая все своё внимание на альфу. – Я не уверен, но зато это сработало, – когда Эштон нахмурился, Люк поспешил пояснить: – Ты просто был так отвлечен, поэтому я решил привлечь твое внимание. Это сработало? – О, да. – Ну что ж, я рад, – губы альфы вновь накрыли пухлые губы омеги, а сам Люк навис сверху, подхватывая Эштона под коленками. Его бедра прислонились к бедрам омеги, а член плавно скользнул внутрь, заставляя обоих простонать. – Но насчет узла ты подумай. Это классно, не так ли? – Вероятно. – К тому же, мне нравится, когда ты беременный. Это мило, горячо и забавно. Мне это нравится, – сказал Люк, начав медленно двигаться. Ножки его омеги лежали на сильных альфьих плечах, а его пальцы хватались за простыни под собой от того, насколько приятно ощущался длинный и большой член его альфы. – Что думаешь? – Посмотрим, – просто ответил Эштон, прикрывая глаза и вздыхая. – Жизнь только начинается, верно? – Чертовски верно.
