Вкус мятных пряников

      Утренний сон прервал забывшийся за долгое лето звон противного будильника. Отец, вероятно, уже сделал кофе и ждал его на кухне для нравственных наставлений перед первым днём учебы. Приоткрыв глаза, Руслан бросил взгляд на грязную футболку на полу. Возвращение домой прошло не так гладко. Яркие картинки взрезались в память внезапными вспышками, — в голове сохранился запоминающийся образ высокого рыжего парня в красном худи.       Приведя себя в порядок и явившись к отцу на кухню уже в белой рубашке и темных, рваных на коленях, джинсах, Руслан старался избегать любого контакта с ним, отворачивая лицо в сторону. Губа ещё неприятно саднила, тупой болью навивая воспоминания. Мирно поговорить не удалось.       — Что с лицом?       Отец всё-таки подошёл к Руслану, грубо хватая его за подбородок и поворачивая на свет, — на скуле оказалось ещё пару ссадин. Сергей недовольно поджал губы.       — Упал.       Вывернувшись, Руслан отхлебнул ещё пару глотков остывшего кофе и поднялся, хватая рюкзак с пола. Делиться этим случаем не было никакого желания, прекрасно предвидя реакцию родителя. Опыт говорил сам за себя.       — Сел на место.       Ровный размеренный голос отца казался ледяным, совершенно не родным. Сжав зубы, Тушенцов перевел дыхание и, пытаясь сохранить самообладание, развернулся. Садиться он не планировал. Руслан, бегая взглядом по кухне, старался не пересекаться с отцом, знал, что не выдержит его тяжёлого напора.       — Ещё одна такая выходка не сойдет тебе с рук. Намотай себе на ус. Свободен.       Перед ним стоял не родной отец из детства, а предприимчивая беспринципная акула бизнеса, которому было плевать и на чувства других, и на собственного сына. Сергея всегда интересовала выгода и репутация, витавшая вокруг него самого и его семьи, поэтому смерть супруги он выкрутил в полнейший пафос, чего маленький Руслан тогда совсем не понимал. Только с возрастом он начал осознавать некоторые вещи, больше разочаровываясь в отце.              На линейку он шел не спеша, договорившись перед ней встретиться с Ильей. Открыв новую пачку вишневого чапмана, Руслан закурил. Приторные, уже приевшиеся сигареты, не отпускали своей зависимостью от никотина. Тушенцов начинал свой день с них, и заканчивал ими же, стараясь подавить тревожность. Да, они слабо помогали, и, вероятно, это очередная байка, что они могли выручить, но самовнушение играло немаленькую роль, — Руслан успокаивался, пусть и ненадолго.       Совсем скоро подошел Илья. Они поздоровались, и Коряков в то же мгновение обратил внимание на появившиеся изменения лица.       — Это что за роспись?

***

      Компания не привлекала своим составом, — кажется, там был тот самый шепелявый парень из класса, кинувший недвусмысленную угрозу в день прихода Руслана.       — Ты оглох?       Под светом фонаря появился высокий парень в красном худи. Он скинул капюшон, подходя к Руслану всё ближе и ближе. В татуированной руке дотлевала сигарета, которая тут же полетела вниз, — парень затоптал её модными вэнсами, сплевывая в сторону. Наконец можно было разглядеть его черты: рыжие волосы, весь конопатый и несуразно большой нос.       — Чё надо?       Разговаривать с сомнительной компанией не было никакого желания, а уж тем более с теми, кто не был настроен на мирный диалог. От парня, приближавшегося к Руслану, несло слабым запахом алкоголя и открытой агрессией, и что из них перебивало сильнее — вопрос оставался открытым.       — Лично хотел познакомиться. С Ильёй крутишься значит? А как же тот мальчик с белыми волосами?       В голосе послышалась явная усмешка. Вместе с тем дрогнули руки, а сердце на пару секунд замедлилось. Неужели, к ним в руки попала старая слитая фотография? Но даже если и так, то каким образом это вышло? Но время не прощало пауз, Руслан не растерялся.       — Переживаешь, что не первый засунул свой огромный нос в мою жизнь?       — Чё ты сказал?       — Выходит, проблемы со слухом не только у меня? Всё, бывай.       Руслан уже хотел развернуться и пойти спокойно домой, но резко летящий кулак в его губу испортил все дальнейшие планы. Слегка отлетев назад, парень встряхнул головой, касаясь пальцами разбитого места, — как и ожидалось, рыжему незнакомцу удалось её рассечь.       — Дань, помощь нужна?       Вот всё и встало на свои места. Голос действительно принадлежал парню из класса, который утром подначивал на скандал. Он явно знал, что делал, проговаривая каждое слово уверенно и четко. Картинка постепенно начала складываться. Кажется, это и был тот самый зловещий Кашин из рассказов Ильи.       — Не, Юр, я щас приду.       Данила схватил парня за футболку, притягивая к себе. Их взглядами можно было прожигать бетонные стены, — настолько те возненавидели друг друга за первую встречу. Желание подружиться и найти общий язык резко улетучилось, стало ясно, что они не смогут найти общих точек соприкосновения.       — Ходи и оборачивайся, щенок.       — Да пошёл ты нахуй.       Активного замаха на этот раз не было, но Руслан не успел среагировать и сейчас, — кулак чётко прилетел в скулу, принося огромную боль в правую часть лица. Следующий удар пришёлся в солнечное сплетение, выбивая весь воздух из легких. Парень явно разошёлся. Тушенцов оказался на земле, когда удар ногой прилетел прямо в живот. Руслан скорчился от резко появившейся боли, — удары Кашина явно было отработаны не одним годом практики.       На помощь подскочил Юра и оставшиеся два парня, пытавшиеся оттащить Даню. Он явно не любил, когда-то кто-то говорил поперёк его слов, показывая своё характер. Но и Руслан был не промах. Парень всё-таки поднялся, пытаясь стоять на ногах. Однако, нравоучения отца оставались где-то на подкорке. Ничего, он отыграется.       — Ещё увидимся, пидрила.       Сплюнув кровь в сторону, Руслан не быстрым шагом направился в сторону собственного дома. Впереди ещё предстояло испытание под звездочкой — как-то объясниться перед отцом и найти лед с перекисью. На его счастье, отец уже спал. Опять показушный контроль и желание выслужиться, показать, что он вообще-то заботится о дорогом сыне.

***

      — Рус, ты меня вообще слышишь?       Илья не унимался, рассматривая рассечённую губу. Руслан не решил должным сообщить новому другу о внезапной встрече с компанией из их класса, не посчитал нужным.       — С ка… кака… Кашиным вчера познакомился, кажется.       Неохотно ответил Руслан, делая очередную затяжку. Они стояли в соседнем дворе от школы и обсуждали предстоящий день, но время от времени Илья всё же пытался выяснить детали того вечера. Конечно же, Руслан предпочёл умолчать про каким-то волшебным образом найденную фотографию, где он довольно увлечённо целовал своего бывшего парня. Он не был еще готов делиться подробностями личной жизни и своей ориентацией. Питер, конечно, толерантней, чем Ачинск, но каждому встречному об этом точно трубить не стоило. Хотя, в толерантности этого города Руслан начал постепенно сомневаться.       На очередной попытке подступиться к вчерашней истории, Руслан не выдержал и прикрикнул на Илью, окончательно давая понять, что ничего не скажет. Разбили губу и разбили, чего бубнить.       Гимназия встретила их приветственной музыкой, за которую диджею хотелось вырвать руки и заставить ими что-то делать. Слушать это было невозможно. На линейке было собрано два корпуса — младшей и старшей школы. Нарядные первоклашки с огромными бантами, как им и подобалось, вертелись около своих не менее важных родителей, наверняка каких-либо предпринимателей или высоко занимающих постов чинуш. Руслану давно приелся весь пафос, создававшийся вокруг него с самого рождения. Он вспомнил, как когда-то и вокруг него бегала молодая мама, постоянно поправляя непослушный и косящийся вбок галстук. Но тогда ещё была семья, которую маленький Руслан так сильно любил, не зная, что последует дальше.       Все выстроились по секторам, где и должны находиться классы. Линейка была не самым весёлым мероприятием — директор важно говорил о сложном учебном годе, о выпускных экзаменах одиннадцатого класса и незабываемом пути у первого. За спиной постоянно шептались. Компания Кашина то и дело отпускала едкие шутки в сторону тех, кто их окружал. И без того радостная атмосфера начинала портиться. Пришла очередь давать первый звонок.       Проталкиваясь среди небольшой толпы, Кашин деловито отправился к первокласснице, которая должна сидеть у него на плече.       — Смотри, не урони. Или папочка прикроет?       Руслан не смог промолчать. Да, парень выглядел внушительным в белой рубашке и черном дорогом пиджаке, но сдержать колкость не получилось. Данила, проходя мимо, прошептал:       — Я и тебя так поднять смогу, не переживай.       И пошёл дальше, даже не оборачиваясь и не смотря в сторону Руслана. Тушенцов тут же изменился в лице, и зубоскалящая улыбка сменилась ошарашенным видом. Приоткрыв рот, Руслан хотел сказать что-то в ответ, но запнулся на полуслове, не сумев подобрать нужное.       Руслан не отрицал, что Данила был в прекрасной спортивной форме. Он с лёгкостью поднял первоклассницу, сажая к себе на плечо. Раздался первый звонок для тех, кто только начинал свой путь, а одиннадцатый для тех, кто уже его заканчивал.       Перед глазами вновь пронеслись воспоминания, когда мама Руслана, высокая и статная женщина, с особой важностью и трепетностью сентябрьским утром собирала сына в школу, пока отец давал наставления, но тогда они казались искренними и важными для семилетнего Тушенцова.       Переведя взгляд на Кашина, он обратил внимание на важное выражение лица, словно тот нес не первоклассницу, а дочь самого президента под камерами, транслирующими репортаж на федеральные каналы. Девочка улыбалась во все зубы, когда Данила обхватил её руку и с такой же улыбкой зазвонил в колокольчик вместе с ней. Все раздались бурными аплодисментами, а директриса подхватила всеобщую радость поздравительными словами.       — Как же он горд собой, аж тошно.       Шепнул Руслан на ухо Илье, а тот лишь хохотнул, соглашаясь с его фразой.       Данила с таким же важным видом вернулся на место, плечом задевая Тушенцова, привлекая к себе очередное внимание.       — Глаза себе не сотри.       Кашин снова обратился к Руслану, но тот промолчал, желая проигнорировать местную выскочку. Но почему-то отвёл взгляд в сторону, стараясь не смотреть на одноклассника. Кровь прилила к лицу. Руслан был готов провалиться сквозь землю из-за неловкости всей ситуации, — он не думал, что Даня заметил его взгляд.       Наконец линейка подошла к концу, и они могли зайти обратно в класс. Руслан часто ощущал на себе пристальное внимание компании, с которой ему довелось повстречаться тем вечером. Событие оказалось не из самых приятных, но сейчас было странно, что они продолжали к нему цепляться. Из головы всё ещё не выходила фраза про блондина. Руслан не мог понять откуда всплыл этот злосчастный кадр.       — Сегодня литературы не будет, но мы займемся с вами пересадкой. Значит, Шпагина садится к Юлию Онешко на третий ряд вторую парту…       Всё это случилось слишком спонтанно и быстро. Их учительница какая первый день появилась внезапно, так и продолжала это делать. Руслан ещё не успел привыкнуть к её манере. Она никогда не сидела на месте и была чрезмерно активной. Возможно, они ещё найдут общий язык.       Распределяли их не так долго, но Руслан и ещё пара людей, включая Кашина, стояли позади класса и ждали своей очереди. Мысли о том, что он попадёт за одну парту с Даней, начинали не смешить, а пугать. Ничем хорошим эта затея не закончится.       — Данила, твоя четвертая парта на первом ряду вместе с… — Светлана Леонидовна задумалась, но всё-таки озвучила мысль. — Зарыковская, ты с ним. А впереди вас будут сидеть Руслан и Лиза.       Тушенцов не знал, как на это реагировать. С Лизой он успел перекинуться только парой слов, и то насчёт курилки. Она казалось приятной девушкой, но его напрягало одно — она слишком близко общалась с Кашиным. Всю линейку они стояли рядом и что-то бурно обсуждали. Кинув взгляд на Илью, он лишь пожал плечами, поджимая губы. Позади сидел самый отпетый задира этой школы и праведная староста. Интересная компания вырисовывалась на эту четверть.       «Это до первой драки.» — пронеслось в мыслях у Руслана, и он отправился на своё место.       — В каких предметах ты хорош?       Первый вопрос, который задала Неред спустя долгую паузу. Светлана Леонидовна что-то рассказывала про предстоящие экзамены и говорила о важности февральского сочинения.       — Химия и биология, за них ручаюсь. К чему ты клонишь?       — Хочу предложить сотрудничество. На контрольных я беру на себя историю и общество, а ты помогаешь мне с химией и биологией. По рукам?       — Эй, я тоже хочу быть в доле. В разговор подключился Данила, дергая Лизу за плечо, словно маленький ребёнок.       — Дань, с твоей математикой мы как-нибудь сами.       — Вообще-то, я взял призёра в городской олимпиаде по физике.       С важным видом отозвался он, будто был лично знаком с самим Архимедом.       — Да, но с купленными ответами и я могу стать призёром.       За их детской перепалкой можно было наблюдать вечно, и Руслан ловил огромное удовольствие, когда видел, как его соседка ставит на место не полюбившегося одноклассника.       — Извини, это кружок помощи для умных. Ты остаешься за бортом.       Руслан невинно улыбнулся и повернулся обратно к себе, отвлекаясь на телефон. Илья уже заваливал его сообщениями, интересуясь его мыслями об окружающей его компании. Он агрессивно предупреждал, что Лиза с Даней дружат едва не с первого класса и вообще у него нет шансов заобщаться с девочкой с брекетами, уточняя, что за неё Кашин оторвёт всё возможное, что можно вообще придумать.       Даня едва не потерял самообладание, приходя в бешенство. Терпеть унижения он не собирался, особенно в присутствии своей близкой подруги, которая уже заливалась смехом и отбивала пять новенькому. Развитие этого гнева в классе не последовало — прозвенел звонок и все быстрее отправились на выход. Поймать в дверях Руслана не удалось — он улизнул быстрее, чем думал Кашин.       Тушенцов уже направлялся к выходу с территории школы, как услышал окрики за спиной.       — Эй, а в Красноярске все ходят, как педики?       Руслан хотел спокойно пойти домой и разобраться в новом учебнике по химии, — завтра она стояла первым уроком, а ударить в грязь лицом совершенно не хотелось. Оценив обстановку, он понял, что та не грозила закончиться грандиозным успехом в его пользу. За ним следовала вся компания Дани во главе с последним. Не было только Лизы. Ну конечно, кто бы это ещё мог быть. Он скрылся от Ильи, желая провести время в одиночестве, но от него уйти Руслан не успел.       — Что у твоего отца с утра в шкафу нашел, то и надел. Кстати, твоя мать очень милая женщина, особенно на коленях.       Руслан самодовольно ухмыльнулся, принимая победу. Этот рыжий выскочка раздражал его всё утро, кидая шутки в его сторону. Теперь отыгрывался он. Однако, тот упустил момент, когда парень скинул с себя рюкзак и подорвался с места, хватая Руслана за грудки.       — Ты откуда такой смелый вышел?       — Если ты про вчера, то из твоей матери. Ты что, дурачок, до сих пор не понял? Ты мне казался смышленее.       Ноздри парня раздувались ещё быстрее, он выглядел как бык, бросившийся на красную тряпку.       — Дань, отпусти ты уже этого педика, потом разберёмся. Нас Давид на квартире ждёт. Не буду передавать дословно, что обещал с нами сделать, если опоздаем.       Противный шепелявый голос, казалось, был спасением от разбитого лица в первый учебный день. Но Кашин не отходил, уже прижимая Руслана спиной к школьной стене.       — Молись, щенок. Я от тебя мокрого места не оставлю.       Данил разжал пальцы, и Руслан едва не упал вниз, опираясь об школьную голубую стену. Его скоро начнет выворачивать от этого цвета, — настолько за один день ему опротивела эта атмосфера лицемерия, фальши и грязи. Один Илья казался лучом света в этом темном непробудном царстве. Лиза, конечно, тоже создавала впечатление не такой и плохой, но что-то Руслана напрягало.       Телефон завибрировал.

Данила Кашин.

12:23

Я с тобой не закончил. До очень скорой встречи.