Вкус мятных пряников

      Очень скорая встреча наступила внезапно. Руслан хотел прошвырнуться по району, покурить и отдохнуть после анализа первых параграфов учебника по химии. Жаль, что его слишком поздно предупредили о проверочной работе за десятый класс.       Выйдя на улицу вечернего Питера, Тушенцов с облегчением выдохнул, осматриваясь вокруг. Первое впечатление оказалось не совсем тем, которое он ожидал, — сейчас Питер веял спокойствием и размеренностью, к которым так стремился парень. Где-то в отдалении слышался гул машин, но Руслан достал наушники, включая излюбленную музыку во вконтакте.       Сидя на детской площадке, где давно уже никого не было, — малышня смотрела ту самую передачу с Мишуткой и Каркушей, Тушенцов курил. День выдался не самым простым, особенно его утро. Встреча с Кашиным испортила напрочь всё настроение, а сообщение и подавно заставляло думать больше, чем любимая химия.       На плечо опустилась тяжёлая рука с золотыми часами, и Руслан вздрогнул, вынимая наушники. Выдохнув, он медленно обернулся. Внезапно из- под ног пропала земля: Тушенцов пятками ощущал опасность, создавшуюся около него.       — Я же говорил, что эта встреча не заставит себя ждать.       Кашин перекинул ногу через лавочку и сел рядом, нагло вытягивая из пачки одну сигарету. Он пришёл без своих дружков, которые вечно окружали его и поддерживали агрессивные провокации. Здесь не нужно было работать на публику и показывать своё превосходство над другими. В этой тишине рядом с ним наконец стало спокойнее, чем обычно.       В голове поочерёдно начали всплывать образы Дани, которые довелось увидеть Руслану за короткое время — сначала в красном худи, когда тот красиво отреставрировал его лицо, а после в костюме на школьной линейке, обаятельный и саркастичный, — Кашин словно был из двух разных миров. Сейчас же он вообще был третьим — спокойным и непринуждённым, будто вся сложившаяся ситуация была для парня обыденностью.       — Что тебе нужно?       Руслан курил вместе с ним, смотря на многоэтажки. На улице прилично стемнело, но на небе всё ещё были видны отголоски вечернего заката. Начали появляться первые звёзды, значит, завтрашний день обещал быть солнечным.       — Что ты забыл у нас?       — Вопросом на вопрос? — Руслан лишь хмыкнул. — Отец был вынужден переехать по работе, у меня не оставалось выбора.       — Фамилия твоя мне откуда-то знакома. Тушенцов…       Данила провёл пальцами по рыжим волосам и задумался, смотря вниз. Затишье, казавшееся лишь миражом, начало пугать.       — Боюсь представить, что будет дальше, когда ты вспомнишь. Ты постоянно смотришь на меня зверем, будто я вырезал всю твою семью.       — Борзый ты, Русик. Я таких люблю, но долго они здесь не протягивали.       — Не могу ответить тебе взаимностью. Мне пора. До завтра.       Бычок полетел в ближайшую мусорку, и обернувшись, Руслан хохотнул, увидев средний палец.       — Кашин, в следующий раз я тебе его сломаю.       На удивление, никакого ответа не последовало. Ни летящего кулака, ни оскорбления вслед за уходящим Русланом не отправилось. Он обратил внимание, что одноклассник казался каким-то загруженным, — даже в пустом и безжизненном взгляде проглядывалась усталость. Узнавать причину было не совсем правильно. Никто в друзья к друг другу не набивался, каждый указал свои границы и пытался уважать их в таких моментах. Всё-таки, им должна быть присуща хоть какая-то человечность.       В голове не укладывалось одно — чего добивался Кашин? Его поступки с каждым разом всё больше и больше противоречили друг другу. Эта личность заставляла задумываться. Кашин с легкостью проникал в мысли, отвлекая от важных и первоочередных дел. Например, от химии.       Дисплей телефона включился от уведомления, намекающего, что, согласно режиму, пора ложиться спать, но Тушенцов лишь смахнул его в сторону, прописывая очередную формулу превращения, на этот раз метилбутаноата.       Половина одиннадцатого ночи плавно перетекло в час. Закрыв тетрадь, Руслан выключил ноутбук и отправился спать. Шесть часов сна было не самой лучшей идеей, но по этой дисциплине он точно не мог ударить лицом в грязь. Телефон вновь завибрировал. Данила Кашин 01:15 В футбол играешь?

Руслан Тушенцов

01:15

Играл. Это на что-то влияет?

Данила Кашин 01:15 Не напрягайся, Русь. Завтра проверим. Спать вали, мне завтра в команде не нужны люди, которые еле ногами перебирают.       Кашин снова появился также неожиданно, как и вечером. Этот рыжий чертёнок засел в голове словно зияющая рана, что ещё дольше не давало заснуть Руслану.       Утро начиналось далеко не с кофе, но гораздо позже, чем ожидалось. В комнату зашёл отец, раздвигая шторы в стороны и впуская в комнату ненавистный солнечный свет. Руслан крепко зажмурился, бормоча себе под нос не самые культурные выражения и закрываясь одеялом. Было ощущение, что с утра не прозвонил будильник.       — Просыпайся быстрее, я тебя подкину до школы. Сегодня опоздаешь. Нам нужно поговорить.       Ничего хорошего это не предвещало. Руслан прекрасно осознавал, к чему это могло привести, но всегда соглашался, зная, что выбора здесь не предоставлялось. Отец, видимо, был в хорошем настроении, сдергивая с парня одеяло, едва не таща его за ноги с кровати.       — Давай-давай, у тебя пятнадцать минут на сборы, позавтракаем по пути.       — Угу.       Наконец отозвался Руслан, разлепляя глаза. Сергей покинул комнату, что-то насвистывая себе под нос. День обещал быть томным.       Недовольно соскользнув с кровати, Тушенцов медленно начал собираться. Официальный день, когда нужно было явиться в белой рубашке, прошёл, значит можно было отдать предпочтение тёмному худи и тем же рваным джинсам. Не забыв закинуть спортивную форму, тетрадь по химии и пару учебников, Руслан предстал перед отцом, который уже недовольно косился на время.       Они молча вышли из квартиры и сели в машину с водителем. Руслан и не думал, что его отец так быстро освоится — офис находился где-то на Невском, что позволяло закрадываться мыслям о чём-то незаконном в его делах, но Тушенцова в это не посвящали. Он никогда не задавал лишних вопросов.       В ресторане на фоне играла классическая музыка, — большая редкость было слышать Паганини в девять утра. Руслан действительно проспал будильник, первые два урока точно канули в лету.       — О чём ты хотел поговорить?       Тушенцов уже заканчивал расправляться с сырниками. Они не могли сравниться с теми, которые в далёком детстве готовила мама, каждое утро делая их из свежего творога и добавляя к ним домашний мятный сироп. Здесь же было вишнёвое приторное варенье с сахарной пудрой, что показалось Руслану чрезмерно сладким.       — В эту пятницу мне нужно быть на благотворительном вечере. Тебе необходимо присутствовать.       Отец медленно отрезал кусок мяса, кладя себе в рот. Вилка в руке Руслана сжималась сильнее и, пытаясь наколоть очередной кусок, он стукнул ей по тарелке, в конце концов вовсе отбрасывая столовый прибор.       — Что за психи, Руслан?       — Я не хочу. Почему ты всегда ставишь меня перед фактом и никогда не спрашиваешь чего хочу именно я?       — Это не обсуждается. Всё?       Одной фразы было достаточно, чтобы Руслан замолчал. Любой протест мог закончиться не самыми лучшими последствиями. Один раз парень попытался дать отпор. Страх был не в лишении карманных денег, интернета и провода от плойки, а во влиянии отца. В Ачинске он мог перекрыть воздух каждому второму, кто мог пройти против него, а собственному сыну и подавно. Руслан сразу попадал на домашний режим и лишался всего, что было ему дорого — социума и любимого человека рядом. Это было страшнее, чем карманные деньги. Хотя, без них тоже было тяжко.       Пойти в медицину — и то оказалось желанием отца. Отчасти сын разделял эти интересы, но единственное, что привлекало — хирургия, но путь туда был заказан ещё с пятого класса, когда открылся наследственный синдром Туретта. Хотелось удариться в исследования и науку, но отец настаивал на лечебном деле, пророча ему судьбу главного врача одной из больниц.       — Мне пора в школу. Следующая химия, её нельзя пропускать.       Сергей понимающе кивнул и, положив щедрые чаевые, направился к выходу.       Второй урок подходил к концу, но в рекреации стояла гробовая тишина — сейчас ничего не нарушало атмосферу абсолютного покоя. Никто не лез в драку, не бегал по широким коридорам и узким лестницам, не кричал во весь голос. Хотелось наслаждаться этим и дальше, но Руслану помешали.       — Эй, новенький, ты чё тут трёшься? Испугался, что выловят второй раз и поэтому пришёл к третьему уроку? Ну ты и ссыкло.       Кудрявый одноклассник, кажется, его звали Юра, появился из-за поворота, направляясь прямо навстречу к Тушенцову. Вот кого он не ждал увидеть, так это его. Постепенно внутри начинало закипать, но он помнил условие отца.       — Тебя это ебать не должно. Шел прямо — так и иди туда. Или тебе для ускорения поддать надо?       На лице одноклассника за пару мгновений сменилось несколько эмоций — от злости, граничащей с желанием полезть в драку, до самоуверенной ухмылки.       — Юр, топай дальше. Не лезь.       Ожидания кудрявого не оправдались. Руслан едва не засмеялся, увидев полную разочарованность во взгляде одноклассника. Появление Дани, который должен был поддержать своего друга, не обрадовало. Кашин появился с другой стороны коридора через пожарную лестницу. Лиза объясняла, что именно в том месте у школьников образовалась негласная курилка. Юра недовольно оглядел Руслана с ног до головы, толкнув плечом, пока проходил мимо. Он исчез за дверью кабинета.       Данила подошёл к Руслану ближе, чем позволяла доступная дистанция. От него пахло табаком и мятой, видимо пытался перебить запах сигарет жвачкой. Данила, ничуть не стесняясь, рассматривал черты лица Тушенцова, пока тот недоверчиво вглядывался в голубые глаза.       — Почему тебя с утра не было? Нарушил тишину Кашин, перестав улыбаться.       — Я не обязан перед тобой отчитываться.       — Не обязан, но будешь. Данила мерзко ухмыльнулся, видя округлившиеся глаза Тушенцова. Он начинал закипать.       — Хочешь, чтобы я был твоей персональной игрушкой для битья?       — Много ненужных вопросов, Русик. До встречи на физкультуре.       Хлопнув Руслана по плечу, Кашин отправился по коридору дальше, оставляя парня наедине со своими мыслями. До кабинета химии оставалось каких-то пару шагов, и тут раздался звонок, прям под ухом. Ну конечно, только он мог встать чётко под ним. Где-то позади послышались радостные выкрики его имени, — в начале коридора показалась макушка Ильи. Он как всегда улыбался, заприметив Руслана.       — Тебе так повезло, математичка дала проверочную по геометрии, хорошо Даша дала списать. Я думал всё, провал, здравствуй первая двойка, слетевший аттестат и профессия дворника.       Илья, как всегда, с увлечением тараторил про все произошедшие события, не замолкая. Руслан мысленно поблагодарил себя за то, что не услышал утреннего будильника. Проверочная по геометрии если не внушала страх, то заставляла хорошо напрячь мозги для решения задач из стереометрии.       — Тебя кстати с утра Кашин искал, не знаю зачем. Что он хотел?       — Не знаю, он странный какой-то. У него всегда пристальное внимание к новеньким?       Задумчиво обронил Руслан, заходя в кабинет химии. Илья почему-то начал говорить тише, словно кого-то боялся, хотя в классе особо никого не было. Зарыковская что-то объясняла Алишеру, водя пальцем по странице учебника, Настя с красными волосами в очередной раз за день подводила губы карандашом, а больше никого и не было — остальные, вероятно, расползлись между столовой, условной курилкой и подсобкой преподавателя ОБЖ. Руслан поставил рюкзак на парту Ильи, принимаясь слушать.       — Он всегда отдавал новеньких на растерзание своей шайке, сам редко куда вмешивался, если только не имел какого-то шкурного интереса. Даня взращивал свой круг общения слишком долго, чтобы им не пользоваться. Когда он начинает оказывать свой авторитет, всем вокруг становится страшно.       — А он сам пытался общаться с новенькими?       — Был какой-то парень в прошлом году. Они хорошо общались, но потом что-то случилось у них. Та девочка, про которую я говорил, сама лезла к Дане, поэтому и закончилось слезами. А вот после общения с тем парнем Кашин ходил живым мертвецом. Я уже не помню как звали его, перевёлся весной от нас, даже последнюю четверть не закончил. Не знаю, что там случилось, но говорят новенькая ему в душу запала, а тут расклад не в его пользу вышел.       — Они были близки с этим парнем?       — Даня часто мелькал у него в историях в инсте, Новый год встречали в одной компании. Там мутная история, правды до сих пор никто не знает. Кашин неплохой бывает, когда один, но его компания может уничтожить. Всё-таки советую держаться тебе подальше от него, как бы он к тебе не относился. Спокойнее жить будешь.       — Спасибо, конечно, но с этим я сам разберусь. Нам ещё с ним сегодня футбол бегать.       Илья аж присвистнул, начиная говорить ещё тише, чем раньше.       — Да он тебя раскатает, как нечего делать. Это же Кашин!       — И не таких в газон вкатывали, не переживай.       Руслан направился к своей паре, где уже сидела Лиза, судорожно листая что-то в телефоне. Мысли занимала не химия, а история, которой Илья решил поделиться, — он понял, что у того бывал язык без костей, Коряков быстро доверял личную информацию новому человеку в окружении. Как бы Руслан хорошо не относился к нему, это настораживало. В голове не укладывался тот факт, что Кашин мог спокойно найти общий язык с новенькими, что же им руководствовало в этот раз? Личная выгода? Искренний или спортивный интерес?       Из мыслей его выбила Лиза, щёлкая пальцами перед глазами.       — Эй, ты меня слышишь? Земля вызывает, Рус!       Дёрнувшись от внезапного звука, Руслан обратил на неё внимание, садясь за парту рядом с девушкой.       — А? Ты что-то хотела?       — Наталья Павловна обещала проверочную раздать. Сегодня не день, а сплошная проверка на прочность.       Она устало выдохнула, закидывая в рот жевательную конфету. По глазам Лизы было заметно, что она не выспалась, — слабо проглядывающие синяки под глазами, слегка покрасневшие глаза и тяжёлый взгляд.       — Я помогу.       — Забились, буду должна.       Лиза вымученно улыбнулась и прикрыла глаза, погружаясь в недолгий сон. Звонок, обозначавший начало неизбежного, раздался по всей школе. В классе появилась невысокая, худая девушка. Подведённые глаза, строго оглядывающие кабинет, казались любящими и приветливыми. Она поправила светлую прядь волос, слегка улыбаясь.       Вскоре на столах появились задания с проверочной работы и двойные листочки. Руслан выдохнул с огромным облегчением, не увидев заданий, напоминающих единый государственный экзамен. Дел было на пятнадцать минут. Вариант Лизы показался ещё проще, чем свой. Не прошло и пяти минут, как в спину тыкнули ручкой. Кашин молча передал записку.       «Помоги»       Всё, что там было написано. Руслан с довольным лицом накарябал ответ.       «Бог поможет. Помни, ты остался за бортом».       Отдав записку обратно, он тут же почувствовал тычок ручкой в ребра. Закатив глаза, Руслан молча встал с места и отдал листок с решением учителю. Наталья Павловна удивленно посмотрела на парня, но приняла работу и отпустила с урока. Следующим стояла физкультура.       До конца химии оставалось не так много, но этого хватило бы, чтобы переодеться в одиночестве. Одноклассники с завистью смотрели на уходящего парня, словно в этом было что-то сверхъестественное.       От учебного дня осталось пару предметов и можно было быть свободным. Пугало, что через день настанет пятница и придётся надевать маску лицемерия и подхалимства, вращаясь в высших кругах отца. Снимая худи, он продолжал задаваться вопросом, зачем он был нужен каждый раз? Пытаясь разобраться в этих мыслях, он не заметил, как в раздевалку кто-то зашёл.       — Я бы с таким прессом вообще голый ходил.       Кашин, опираясь об стену, не скрывал заинтересованного и любопытного взгляда, бегающего по телу Руслана. Года два назад парень бы залился краской, отворачиваясь в сторону или вообще уходя из этого места, привлекая к себе как можно меньше внимания. Со временем в нём что-то начало меняться.       — На твоем месте я бы не рассказывал свои фантазии каждому встречному.       Тушенцов напоследок ему подмигнул, перед тем как до конца надеть тёмную футболку и выйти из раздевалки. Он уже не видел реакцию Кашина, оставляя его без возможности сказать что-то в ответ.       Совсем скоро подтянулся и весь класс. В спортивный зал зашёл высокий пожилой мужчина с седой бородой, подавая звук свистка для построения в одну колонну.       Перекличка была пройдена, несколько кругов вокруг отбеганы, а разминка проведена. Время подходило к самому интересному.       — Команды набирают Кашин и Тушенцов, — учитель повернулся к Руслану. — Я читал твоё личное дело, хочу посмотреть на тебя в работе. Покажешь себя хорошо — попадёшь в команду. Не подведи.       — Ты что-то мне не рассказал?       Кашин нагнулся к Руслану, пытаясь выудить хоть какую-то информацию. По взгляду и поднятым бровям было ясно, что он готовился к совершенно другому раскладу.       — Я ещё много чего тебе не рассказывал. И не расскажу.       Команды были набраны. Руслан не был уверен в тех, кого он взял, — он никогда не видел, как те играли. Либо это была огромнае ошибка, либо грандиозный фурор.       — Да я порву тебя, как Тузик грелку, щенок.       — Это бы ещё посмотрим, котик.       Лучшим способом нападения было зеркалить противника. Тушенцов отправил Дане воздушный поцелуй, зло смеясь. Команда Руслана заулюлюкала, предчувствуя, что игра начнётся не на жизнь, а на смерть. Футбольное прошлое — первенства в юношеской сборной родного города, капитанство школьной команды, дворовые турниры, — вот, чем мог похвастаться Тушенцов перед тем, как соглашаться на проверку на прочность.       Главное, чему научился Руслан — ставить подножки так, чтобы никто не смог доказать его причастность к неслучайному событию. Поскользнулся, запутался в ногах, неправильно ударил по мячу — всё, что угодно, кроме умышленного причинения вреда.       По итогу жеребьёвки разводить мяч начинала команда Руслана. Зазвучал первый свисток. Игра на выживание начала свой отсчёт.       Первый гол был забит в ворота команды Тушенцова. Поперечный на защите не смог заблокировать один из отработанных финтов Кашина — он отвернулся от него спиной, уводя мяч в сторону, а после возвращаясь на свою линию атаки. Это было сделано настолько быстро, что он не успел осознать, что тот провернул.       Руслан спокойно подошёл к Поперечному, объясняя дальнейшую тактику. Кашин уже победно поднимал голову, а улыбка не сползала с лица. Хотелось стереть её как можно быстрее. Мяч был выброшен из ворот и Руслан, приняв его, передал пас Илье. Обогнув Юлика, Коряков передал ведение капитану команды. На пути встретился Юрий, который после очередного финта нерасторопно упал на поле. Свистка не последовало.       Внезапно мяч выбили, отгоняя его обратно. Руслан внимательно наблюдал, как Илья неуспешно пропустил мяч мимо себя, оставляя защитников одних. Но и Поперечному не удалось отстоять, открывая вратаря.       Все затаили дыхание, когда Юлик ударил точно по воротам. Вратарь, которому Руслан обязательно после игры пожмёт руку, словил крутой мяч, падая. На скамейке захлопали, кто-то даже выкрикнул слова поддержки. Зрители оживились.       Кусая губы, Тушенцов пытался обратить внимание на себя, заставляя сделать выброс на него. Мяч попал ему под ноги. Он повёл его вперёд, пока на пути не появился ухмыляющийся Даня. Простой, но старый трюк сработал безотказно — пробив мяч между ног, Руслан, набирая скорость, побежал дальше. Пару мгновений и мяч был в воротах соперника.       Все вновь взорвались визгами и восхищениями. Учитель физкультуры довольно улыбался, тщательно наблюдая за процессом. Одному Дане не было радостно от происходящих событий. Счёт сровнялся, что означало одно — наступало время беспредела. Игра продолжалась.       На этот раз под раздачу попадал никто иной, как Кашин. Руслан с большим увлечением вёл мяч к воротам противника, прорываясь через центр. Данила попытался его выбить, но вместо него налетел на ногу Тушенцова, негромко матерясь. Это случилось настолько быстро, что никто не понял, что произошло, — Руслан побежал дальше. Свисток не прозвучал.       Мгновение и мяч со свистом оказывается в воротах. Счёт вырывался вперёд. Данила, словно остервенелый, бросал гневные взгляды на сосредоточенного Тушенцова, который что-то объяснял Илье, обводя пальцем поле.       Они понеслись играть дальше. Команда Кашина выдыхалась и теряла надежду, даже вратарь, ловивший практически все мячи в начале игры, разочарованно мотал головой в стороны.       За следующим падением на самом центре поля, Данила схватился за колено, подавляя крик. Ужасная боль пронзила ногу, но он смог встать. На адреналине ничего не казалось таким важным. Все снова затаили дыхание, подозревая, что может сейчас начаться.       — Жёлтая карточка, Тушенцов!             — Он поскользнулся на покрытии, это видно. Жёлтая не заслужена!       — Геннадий Иванович, Руслан пальцем его не трогал.       Кто-то из девочек, сидя на скамейке инвалидов, как называл это место учитель физкультуры, подал голос в поддержку Тушенцова. Кашин молчал, следя за тем, как беззаконие процветает против него, но что самое главное, никто не мог доказать причастность новенького. Жёлтую карточку сняли. На удивление, Даня продолжил игру, но слегка хромая.       Кашин с Онешко перекинулись взглядами, слегка приподнимая кончик губы в ухмылке. Создавалось впечатление, словно те что-то задумали, — они понимающе кивнули друг другу.       Все были на взводе. До конца урока оставалось три минуты, а команда Руслана вырывалась вперёд. Кашин уже в открытую материл свою команду и в первую очередь другого капитана. Он не мог так опозориться.       Вывести счёт так и не удалось. Звуком свистка Геннадий Иванович остановил игру, объявляя команду победителей в капитанстве Руслана. Не успел Тушенцов отдышаться после последнего маневра, как на его налетел Данила, полностью сбивая с ног. Повалив его на пол спортивного зала, Кашин сел на него и схватил его за грудки, опускаясь к лицу непозволительно близко. Во взгляде голубых глаз, в которых, кажется, начинался шторм, читалась неподдельная враждебность и плохо скрываемая неприязнь.       — Я тебе все ноги поломаю, ублюдок!       Цедил Кашин сквозь зубы, тряся его грудь, грубо хватая за футболку. По лицу прилетел внушительный удар, в ушах начало звенеть.       — Так делают крысы, мудила!       Не унимался Данила, нанеся второй удар. С огромными усилиями, Руслану удалось скинуть с себя Кашина, отползая назад. Кажется, просьба отца оказалась невыполнима. Перед глазами всё двоилось, но это не помешало ему встать и замахнуться на Данилу в ответ. Пару ударов пропустил и второй, отшатываясь назад. Никто из них уже не помнил, когда их растаскивали по разным углам.       Каждый порывался подобраться ближе, нанеся очередной удар, но одноклассники не давали этого сделать. И Даня, и Руслан смотрели друг на друга, как быки на красную тряпку, а глаза заливались кровью. Они были готовы убивать.       — Да ты играть сначала научись, потом зарекайся за капитанство, инвалид!       Не отставал Тушенцов, но продолжить беспредел им не дали. В спортивный зал забежала молодая директриса, громко стуча каблуками.       — А ну угомонились и марш ко мне в кабинет! Как на петушиных боях!       Оба вытянулись по стойке смирно, — с директором шутить никто не любил. Их отпустили, пропуская из спортивного зала первыми. Парни шли молча. Коридоры сейчас казались бесконечными, а в глазах начинало резать. Руслан остановился на месте, пытаясь отдышаться, но внезапно голову дёрнуло в сторону. Кашин, обернувшись, сначала не понял, что происходило. Руслан стоял с закатившимися глазами и хаотично дёргался, не издавая ни звука.       — Эй, что с тобой?       Обида ушла на второй план, сейчас было непонятно, что делать в этой сложившийся ситуации, — из носа капала кровь, а самого парня качало в разные стороны, словно тот был под тяжёлыми наркотическими веществами.       — Ты употребляешь?       Это и было первым, что пришло в голову Кашина. Он метался, не зная, что предпринять первое. Не было времени, чтобы Руслан успел что-то принять, получив такую реакцию. В голове туда-сюда бегали мысли, хаотично подкидывая варианты действий.       — Руслан, что происходит? Чем я могу помочь?       Кашин, может, и испытывал ненависть, но имел принципы — бросить в таком состоянии человека он просто не мог.       — У него синдром Туретта. Руслан, ты таблетки пил с утра?       В коридоре появился Тушенцов старший в компании какого-то высокого мужчины в солидном костюме. Сергей подошёл к сыну, пытаясь заглянуть ему в глаза. Он поглаживал его по волосам, ища в рюкзаке таблетки.       — Черт, сынок, ты их не брал.       Отец продолжал говорить медленно и размеренно, с не свойственной ему нежностью в голосе. Он поглаживал его по плечам и щекам, любящим и встревоженным взглядом смотря на сына. Данила с незнакомым мужчиной удалились в кабинет, агрессивно переговариваясь и постоянно шипя друг на друга.       Наконец Руслана начало отпускать, парень приходил в себя, — ожидаемый тик сошёл на нет.       — Отец, это не то, что ты подумал. Я не лез в драку. Я не хотел.       Руслан с округлившимися глазами смотрел на рядом стоящего отца, склонившегося над ним. Руки до сих пор потрясывало, но Сергей прикрыл глаза и сжал губы.       — Пошли в кабинет. Я тебе верю.       Они вошли в кабинет, где уже все собрались — директриса сидела в кожаном кресле, а Данила рядом с неизвестным мужчиной, склоняя голову вниз. Между ними мог пробегать ток, искря в разные стороны — напряжение было колоссальным.             — Серёж, извини за сына. Мы всё возместим.       Начал говорить статный мужчина, поправляя дорогие часы на руке.       — Ничего не надо, сам полез, куда не надо.       — Я понимаю, что вы пытаетесь прийти к примирению, но и вы меня поймите. У нас приличное заведение. Понимаете, драка в школе во второй учебный день на глазах заслуженного спортсмена и всего класса… Это слишком.       — Светлана Константиновна, — Владимир продолжал говорить также уверенно, — я понимаю всю ситуацию. Я слышал у вас проблемы с компьютерным классом, и если Сергей не против, то мы можем в ближайшие сроки решить данный вопрос.       Владимир подмигнул молодой девушке, и та слегка улыбнулась, наклоняя голову вбок.       — Присоединяюсь. Всё лучшее детям.       Сергей кивнул, но в его тоне уже не было той нежности, когда он общался наедине с сыном. К вопросу денег мужчина относился серьёзно.       — Значит так. Вы оба сейчас идёте к машинам и ждёте нас. Без глупостей, Данила.       Кашин младший резко отодвинулся от стола и как можно быстрее покинул кабинет. Владимир устало вздохнул, закатывая глаза.             — Руслан, к тебе это тоже относится. Не лезь куда не надо.             Парень повторил действия своего одноклассника с точностью, удаляясь из кабинета с раздражающими и тревожащими лимонными стенами. От силы удара послышался звук ссыпающейся штукатурки.       — И без психов мне тут!       — Я думаю, мы сможем загладить этот вопрос. А сейчас, извините, мне работать надо.       Директриса с важным видом открыла крышку ноутбука и принялась что-то печатать, полностью игнорируя присутствие двух мужчину. Попрощавшись, они вышли.       ​— И всё-таки, ты уверен, что это хорошая идея? После того, что случилось сегодня…       ​Сергею договорить не дали. ​       — Более чем. Они найдут общий язык, это я гарантирую.