O forse sei tu

К вечеру жара спала, но город всё ещё жил этой победой. Монца гудела – на улицах слышались выкрики «Forza Ferrari!», рестораны пели, флаги свисали с балконов. Даже воздух пах красным. Катерина смотрела на улицы из окна машины. Победители должны отмечать – значит, команда направлялась в клуб, где уже ждал привычный хаос. На ней было короткое золотое платье с пайетками и длинными рукавами – эффектное, но, как ей казалось, не её. Бог знает, что она думала, когда решила, что оно подходит для вечеринки. Когда ты сомневаешься, стоит ли надевать вещь, лучше не надевать. Но выбора теперь не было, и Катерина думал о том, не слишком ли это всё какое-то… слишком. – Прекрати, если будешь тянуть его вниз – треснет, – Мария легонько шлёпнула подругу по руке. – Я просто не хочу, чтобы моё бельё стало достоянием общественности. – Господи, Кат, оно не настолько короткое. Даже если кто-то захочет – ничего не увидит. Мы с Лейлой проследим. – Ну и суматоха в городе, – протянула Лейла, которая глядела в окно и даже не вслушивалась в разговор девушек. – А ведь этому причина мы. – Да, конкретно мы, – с сарказмом произнесла Васкес. – Ещё скажи, что мы и платье Катерины. Петрелли фыркнула и тоже посмотрела в окно. Они приближались к месту назначения, к клубу, откуда уже доносились басы и шум людей. Поглубже вдохнув, она вышла из машины, направляясь ко входу. Охранник пускал поимённо, поэтому назвав свои фамилии, они увидели, как он жестом приглашает их внутрь. – Я никогда не привыкну к этому шуму, – сказала Мария, сразу таща подруг к барной стойке. Те особо не сопротивлялись, уже очень хотелось расслабиться после сложной недели. Где-то через полчаса подтянулась вся команда Ferrari, а также другие команды, точнее часть тех, кто был готов праздновать. Шарль, слегка шатающийся, вскарабкался на сцену в зале и произнёс свой тост с благодарностью команде. Всё это казалось большим температурным сном, но это и вправду всё происходило. Музыка играла очень громко, Петрелли на пару с Васкес переминалась с ноги на ногу в кругу медийщиков других команд, придерживая в руках бокал джин-тоника. Когда стало слишком душно, Катерина произнесла что-то в стиле «я отойду», поднялась на второй этаж клуба, где практически никого не было, поэтому воздуха там было в разы больше. – Можно? – услышала она и повернула голову. Оскар Пиастри с каким-то напитком в руках стоял и ждал, когда ему ответят. – Конечно, – улыбнулась девушка и слегка подвинулась, чтобы было больше свободного места. – Шумно, да? – спросил он, глядя вниз на толпу. – Ещё как. Не в твоём стиле? – Совсем нет. Как, видимо, и не в твоём. – Что не сделаешь ради своей команды, – пожала плечами Катерина, наконец отводя взгляд от Пиастри. – Даже сменишь красный цвет на вечернее платье? – Приходится, когда об этом предупреждает босс, – отшутилась Петрелли, глядя вниз на толпу людей в разноцветных нарядах. – Мои поздравления, кстати. Вы были хороши. – Вы тоже ничего, – подметила девушка. – Но прости, слишком перехваливать не могу, я лояльна своей команде. – Естественно, – произнёс Оскар. – Так как же ты всё-таки сюда попала? – Сюда – это куда? – переспросила Катерина, не совсем понимая, про что её спрашивают. – Сюда – это в Формулу, – усмехнулся Пиастри, отпивая свой напиток. – Как и все? – пожала девушка плечами. – Стажировка, потом контракт, потом бессонные ночи. – Думал, все попадают в команду красных через золотой билет из шоколадок Вилли Вонки. – Ну а ты тогда выиграл свой где? В лотерее? – Хм… – Оскар задумчиво почесал подбородок. – Я уже и не помню. Помню, что был картинг, Формулы, а потом оказался здесь. Видимо, где-то там золотой билет и нашёл. – Должно быть ты достояние семьи, – усмехнулась Катерина. – Да, особенно заставляю пищать от восторга подруг своих троих сестёр. – Троих?.. – неверяще переспросила Петрелли. – Троих, – со вздохом ответил парень. – Тот парень, что ходил с тобой в субботу, это ведь твой брат? – Он самый. – И как ему? – Он в восторге. Что ещё нужно подростку, кроме как эксклюзив на гонках? – Не знаю, – признался Оскар. – Девчонки? – Упаси бог, я буду той самой сестрой, которая будет проверять всех его подруг, особенно тех, что претендуют на его сердце. – А ты умеешь пугать, – заметил парень, снова делая глоток. – И я так понимаю, в семье у вас принято болеть за команду красных? – Это же очевидно, мы итальянцы, – Катерина сделала стереотипный жест руками, вызывая смех у собеседника. – Уверена, что он скупил половину мерча Ferrari в паддоке. – Жаль, думал, с барского плеча подогнать мерч McLaren. Должно же быть у него что-то оранжевое в жизни. – Тир оф с визора что ли? Думаю, его этим не удивить. – Как насчёт автографа? – почесал подбородок Пиастри. – Представляешь, вокруг алтарь Ferrari, а в центре моя фотокарточка с подписью. – Думаю, как бы странно это не звучало, он бы дорожил ей больше всего на свете. – Тогда надо задуматься и действительно это организовать в следующий раз. Они смотрели вниз, туда, где Норрис начал пробиваться к диджейскому пульту, туда, где толпа ревела под очередной ремикс “Smooth Operator”, туда, где Мария что-то снова доказывала Марко. Всё казалось одновременно таким картинным и таким настоящим. – С тобой как-то слишком просто, – подал голос Оскар. – И что это означает? – да, фраза не типичная. То ли комплимент, то ли недостаток. – Не знаю, – честно сказал Пиастри и улыбнулся. – Не знаю почему, но с тобой не хочется фильтровать слова. Как будто можно просто говорить, и ты поймёшь. У тебя аура такая, словно по определению хочется довериться. – Ты сделал этот вывод на основании эпизода с поломкой кофемашиной, эпизода с моим номером в отеле и эпизода с благодарностью за шоколадки? – Иногда хватает просто взгляда, – пожал плечами пилот. – Я не знаю, правда. Просто это так, как я чувствую. – Знаешь, – начала Катерина. – Это взаимно. То, что ты сказал про доверие. Ты подкупил меня ещё на том моменте, как ты ползал под столом в моторхоуме Ferrari. – Надеюсь, никто этого не видел. А если видел, нам придётся действовать радикально, Катерина. Петрелли посмеялась. – Ты чего? – недоумённо спросил Оскар. – Не знаю, просто интересно, как ты узнал, как меня зовут. – А ты как узнала, как меня зовут? – хмыкнул парень и тут же рассмеялся. – Я услышал, как Шарль к тебе обращается. – И никакого экшена? – Никакого. Катерина снова посмотрела вниз. – Завтра всё вернётся на круги своя, – вздохнула девушка, проводя пальцем по кромке бокала. – Таков путь воина, разве нет? – Да. Но чем больше ты вертишься в этом мире, тем больше ценишь такие моменты, как этот. – Значит, нужно будет повторить. Баку? – Я пока не уверена, что поеду. – Ты можешь дать мне свой номер телефона, – Оскар ответил так быстро, что чуть не перебил девушку. – Позвонишь? – улыбаясь спросила девушка. – Возможно. Нужно иметь контакты экстренной психологической помощи на всякий случай. Катерина протянула руку. Оскар посмотрел на неё и поднял брови в удивлении. – Телефон. Или ты хочешь, чтобы я телефон на салфетке помадой написала? Они рассмеялись, Оскар разблокировал и протянул свой телефон девушке, которая быстро вбила контакт, подписав его «Катерина из Ferrari». Снизу доносились крики и музыка, уже играл ремикс на “We Are the Champions”, и толпа, кажется, совсем сошла с ума. Они стояли молча ещё несколько секунд. Внизу публика скандировала имя Шарля, кто-то запускал конфетти, а из колонок снова заиграла музыка. Катерина посмотрела на часы и вздохнула: – Мне пора возвращаться. Она шагнула к лестнице, но Оскар успел сказать: – Эй, если вдруг решишь, что всё это слишком громко, дай знать. Я умею находить тихие места. Катерина обернулась, улыбнулась и только сказала: – Тогда, возможно, ты мне действительно пригодишься. И ушла вниз, теряясь в свете прожекторов и гуле вечера. А Пиастри остался стоять наверху, глядя ей вслед и, сам того не замечая, всё ещё улыбаясь. Утро выдалось нестерпимо ярким. Катерина приоткрыла глаза и тут же зажмурилась – солнце било прямо в лицо, безжалостно напоминая, что вчера она легла далеко за полночь. Голова гудела, в горле пересохло, а платье, аккуратно повешенное на спинку стула, сверкало в лучах, как напоминание о вчерашнем. Оглядев комнату, она поняла, что находится не у себя, а в комнате Марии. – Никогда больше, – простонала она и спряталась под подушкой. В гостиной кто-то шуршал чем-то – видимо, Мария уже успела проснуться и, судя по запаху, достать где-то кофе. Катерина наконец заставила себя подняться и, босиком ступая по холодному полу, добралась до комнаты. – Доброе утро, звезда подиума, – хмыкнула Мария, не отрываясь от чашки. – Не начинай, – буркнула Катерина. – Я до сих пор слышу басы. – Значит, вечеринка была успешной. – Слишком успешной, – она потерла виски. – Где кофе? Мария протянула ей чашку, и Катерина сделала осторожный глоток. Мир постепенно начал приобретать форму. – Кстати, – протянула Лейла, облокотившись о стол. – Тебе кто-то написал. – Что? – Катерина нахмурилась, машинально потянувшись за телефоном. На экране мигало одно новое сообщение. Оскар: «Надеюсь, ты добралась домой в целости и сохранности. Если нет – пиши. У меня есть волшебная таблетка от похмелья. Шучу. Или нет…» Катерина усмехнулась, уткнувшись взглядом в экран. – Ну-ка, кто это? – Мария вытянула шею. – Не говори, что ты успела подцепить какого-то парня в клубе. – Не говорю, – спокойно ответила Катерина, отставляя чашку. – Кат, – с подозрением произнесла подруга, – ты улыбаешься. – Просто смешное сообщение, – пожала плечами девушка, но уголки губ так и не опустились. Она набрала ответ, потом стёрла. Подумала, потом снова написала. «Добралась. Спасибо за заботу, доктор. Хотя таблетка, возможно, бы пригодилась.» Отправила. Сразу же пришло уведомление: прочитано. Через несколько секунд – новое сообщение. «Тогда у меня будет повод принести её лично. В Баку.» Катерина хмыкнула и, не удержавшись, снова улыбнулась. – У тебя вид влюблённой кошки, – констатировала Мария, всё ещё вглядываясь в лицо подруги. – Это от кофе, – парировала Петрелли. – Я просто в хорошем настроении. – Ты в хорошем настроении ровно с того момента, как тебе написали, до этого ты страдала от похмелья. Не притворяйся, я знаю этот взгляд. Но Катерина лишь закатила глаза и отложила телефон. Отъезд команды планировался в полдень, что не могло не радовать Петрелли. Она наконец окажется дома и сможет немного разобрать вещей, которые у неё накопились за это время, плюс, немного поработает без необходимости ехать в штаб. В автобусе спали практически все. Катерина включила себе «Отчаянных домохозяек» фоном, а сама смотрела в окно: итальянские пейзажи сменяли один за одним, превращаясь в смазанную картинку. Природа постепенно готовилась перейти в осенний режим, напоминая, что рано или поздно станет холодно и будут идти бесконечные дожди, которые будут навевать тоску и печаль. Под тихое покачивание автобуса девушка задремала, уже не обращая внимание на сериал в наушниках. Усталость взяла верх, и она позволила себе уснуть.