Память

…тогда

      Сидя на летней площадке при кафе, я разбирала букет, который мне подарили всего полчаса назад. Никогда раньше не занималась флористикой, но отчего-то хотелось разгрузить голову — возможно, ещё и потому, что ровно полчаса назад закончились мои отношения.       Дело было не в цветах — дело было в нас. За эти два месяца я поняла, что не вижу будущего с человеком, который был рядом.       Остановившись на довольно неприятной ноте, я уже собиралась выкинуть букет в мусорку, но передумала и решила зайти в цветочный, чтобы добавить в композицию больше красок.       Повторюсь: я совершенно в этом не разбираюсь — просто купила те цветы, что приглянулись, и упаковочную бумагу, которая показалась подходящей.       Увлекшись процессом, я наконец начала успокаиваться, отправляя к чёрту отношения, которые всё равно ни к чему не привели.       — Хорошо получается, — рядом прозвучал женский голос.       Я подняла глаза и увидела перед собой девушку с длинными чёрными волосами и светло-серыми глазами. Я даже застыла. На официантку она совсем не была похожа — мой заказ принимал молодой человек.       Девушка стояла уверенно, смотря на меня с лёгким прищуром, на её губах заиграла игривая улыбка. Она держала корзину с какими-то веточками, кажется, эвкалипта и чего-то ещё.       — Прости, — сказала я, чуть смутившись. — Я… просто пытаюсь собрать что-то, что не выглядит, как похоронный венок.       Незнакомка тихо рассмеялась — коротко, но искренне.       — Тогда ты выбрала правильные цветы, — произнесла она и присела напротив, окинув взглядом мою импровизацию. — Но, если хочешь, я могу помочь? — осторожно спросила она, явно не желая вторгаться в моё личное пространство. — Просто вижу, что ты стараешься, а руки немного дрожат. Ну и… похоже, у тебя был плохой день?       Я скривилась и кивнула. Попала в точку.       — Настолько заметно?       Девушка подмигнула и улыбнулась.       — Ты так рьяно пытаешься собрать букет, словно от этого зависит твоя жизнь. Я — Мими, кстати.       Имя ей очень шло — нежное, как запах жасмина, который почему-то витал вокруг неё.       — Вики, — представилась я. — Если ты спешишь, не хочу тебя задерживать.       Мими отрицательно качнула головой и поставила свою корзинку с эвкалиптом и другими цветами возле стула.       — Что конкретное хочешь сделать? — поинтересовалась Мими, глядя на меня своими светло-серыми любопытными глазами.       Я тяжело вздохнула и выпустила стебли из пальцев.       — Не знаю… — я отвела взгляд в сторону. — Полчаса назад мне подарили букет, и я рассталась с молодым человеком.       Мими тихо прыснула от смеха:       — Неудивительно. Ты решила дополнить подаренный букет другими цветами?       Я уставилась на неё удивлёнными глазами. Мими издала короткий, звонкий смешок.       — Он явно тебя не ценил. Когда мужчина по-настоящему любит девушку, букет выглядит так, словно он хочет добиваться её снова и снова.       — Ты флорист?       — Совершенно верно, — Мими подмигнула мне. — В квартале отсюда мой магазинчик. Я там и владелица, и продавец — в общем, всё в одном лице.       Серые глаза заблестели от радости — так бывает, когда человек занимается любимым делом.       — А ты чем зарабатываешь на жизнь? — спросила она, перехватывая инициативу и продолжая вместо меня собирать букет.       К нашему столику подошёл официант с моим заказом: кофе и чизкейк.       — Можно мне то же самое, — попросила Мими, не отвлекаясь от маленького цветочного колдовства.       Официант любезно кивнул и тихо удалился.       — Я работаю в архитектурном бюро, — без эмоций произнесла я.       Три месяца прошло с тех пор, как я устроилась туда, но удовлетворения так и не появилось. Всё скучно и однообразно. Учёба никогда не была для меня в тягость — тогда почему же должность, которую я сейчас занимаю, ощущается на шее удушающей петлёй?       Перспективы на будущее виделись совсем иными — яркими, амбициозными. Казалось, я создам не один впечатляющий проект… а вместо этого тону в скучной бумажной рутине.       — Ты задумалась, — мягкий голос Мими вывел меня из мыслей.       — Хочется послать всё к чёртовой матери.       Искренние слова сорвались быстрее, чем я успела подумать.       Мими приподняла брови, но не осудила — наоборот, будто даже одобрительно хмыкнула.       — Знаешь, иногда это самое здоровое желание, — сказала она, ловко поправляя в букете веточку эвкалипта. — Мир почему-то уверен, что мы обязаны любить то, что выбрали в двадцать лет. Но люди меняются. И желания тоже.       Я посмотрела на неё внимательнее. В её голосе не было поверхностного сочувствия — только спокойное понимание, которое почему-то пробрало сильнее любых объятий.       — Ты говоришь так, будто сама через это прошла, — заметила я.       — О да, — Мими усмехнулась, на секунду откинув прядь волос за ухо. — Я четыре года работала бухгалтером в компании своего дяди. Документы, отчёты, цифры… Меня это убивало. Каждый день казалось, что я сижу в аквариуме без воздуха.       — И ты просто ушла? — спросила я с ноткой неверия, будто в мире есть люди, способные на такие смелые решения.       — Нет, — Мими покачала головой. — Сперва я два года мучилась, убеждала себя, что так надо. Потом — рыдала в уборной каждый обеденный перерыв. А потом… — она сделала паузу и пожала плечами. — Потом однажды утром проснулась, посмотрела в потолок и сказала себе: или сейчас, или никогда. И открыла свой магазин.       Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло — маленькая искра зависти, восхищения и… надежды?       — И не жалеешь? — тихо спросила я.       — Ни секунды, — уверенно ответила Мими. — Это страшно. Но жить не своей жизнью — страшнее.       Она посмотрела на мой недоделанный букет и легонько повернула его, поправляя стебель.       — Знаешь, — сказала она чуть тише, — иногда нам просто нужен кто-то рядом, кто скажет: ты не обязана терпеть то, что тебя ломает.       Я вдохнула аромат эвкалипта и чего-то медового, что исходило от собранных Мими цветов. В душе чуть потеплело — ненадолго, но заметно.       — И вообще… — начала Мими, стараясь звучать непринуждённо, но в глазах мелькнула лёгкая нервозность. — Я давно ищу помощницу.       Я моргнула, не сразу поняв.       — Помощницу? Предлагаешь мне?       Мими усмехнулась, на этот раз чуть смущённо.       — Ну да. Магазин растёт, заказов всё больше. Я одна просто не успеваю. Нужен человек, который не боится учиться, любит красивые вещи и способен слушать себя. И… — она взглянула на меня внимательнее, — …ты сейчас выглядишь как та, которой нужна возможность выдохнуть и хотя бы попробовать что-то другое.       Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли на полпути, будто их держал невидимый страх.       Мими подняла ладони, успокаивающе.       — Это не предложение «сразу увольняйся и беги ко мне». Нет. Просто… приходи пару раз, посмотри, попробуй. Мне нужна помощь, а тебе, кажется, нужна пауза. Так почему бы не помочь друг другу?       Она сделала ещё один маленький, ободряющий жест.       — Это просто шанс. Без обязательств.       И впервые за долгое время я почувствовала, как внутри — где-то глубоко — что-то откликается лёгким, почти забытым: а вдруг?..       — Ты серьёзно? — наконец выдавила я; голос прозвучал тише, чем я хотела.       — Очень, — кивнула Мими, не отводя взгляда.       — Но я… — я запнулась, не желая озвучивать свои страхи вслух. — Я ничего не умею.       Мими мягко улыбнулась, будто ждала именно этого возражения.       — Никто не умеет в начале. Это нормально. Цветы — они как люди: если к ним относиться с уважением, они всё сами подсказывают. А остальное — дело практики.       Я покачала головой, пытаясь удержаться за привычный скепсис.       — Что? — Мими чуть наклонилась вперёд, опираясь локтями в стол. — Обязательно, чтобы всё было тяжело и страшно?       Я сглотнула. Вопрос ударил неожиданно глубоко.       — Я не знаю, потяну ли.       — А ты попробуй, — улыбнулась Мими, и в её тоне не было ни нажима, ни давления — только спокойная уверенность.       Я посмотрела ей в глаза — серые, светлые, чуть блестящие. Тёплые, но внимательные. Не тянущие меня куда-то, а просто открытые. И от этого внутри стало странно тихо.       — Это… неожиданно, — призналась я.       — Иногда самые правильные вещи приходят неожиданно, — сказала Мими и отпила кофе. — Ты ведь случайно сюда зашла?       — Да.       — Ну вот, — она улыбнулась уголками губ. — И всё равно мы сидим тут, собираем букет и обсуждаем твоё будущее.       Я не удержалась от тихого смешка — первый за весь день.       Мими сразу заметила это, глаза её чуть прищурились, будто она ловила свет.       — Мне нравится этот звук. Значит, всё не так плохо.       Я смутилась и спрятала взгляд в чашке. Мими чуть придвинула ко мне букет.       — Возьми. Это тебе. Первый шаг — маленький, но всё же шаг.       Я нерешительно коснулась стеблей, и сердце на мгновение забилось сильнее.       — Если захочешь — загляни завтра. Я буду в магазине с девяти утра. И не думай сейчас ни о чём глобальном. Просто… приди. Посмотри.       Мими улыбнулась — мягко, тепло, как будто светом изнутри.

『✎✐』

      Дорогой дневник!       Сегодня два мои любимых человека наконец-то познакомились — Люцифер и Мими.       Мими каждый раз замечает мои сияющие глаза и то, как я улыбаюсь, когда беру телефон и отвечаю на сообщения. Она знает, что я встречаюсь с Люцифером.       Вечер получился тёплым: много звонкого смеха, шуток и разных историй, которыми мы делились друг с другом.       Когда я смотрела на них со стороны, казалось, что наблюдаю за чем-то невероятно правильным. Будто две важные части моей жизни наконец совпали в одном пространстве и начали звучать в унисон. Они легко нашли общий язык, будто знакомы не первый день.       Люцифер слушал Мими с искренним интересом, иногда задавал вопросы, иногда — отпускал свои фирменные, чуть колкие, но добрые замечания. Мими в ответ смеялась так заразительно, что я ловила себя на мысли: как же хорошо, что именно эти люди рядом со мной.       Я благодарна за то, что рядом такие любящие и понимающие люди. Без них было бы определенно одиноко. Спасибо, что вы есть!

『✎✐』

Настоящее…       После телефонного звонка Люциферу пришлось уехать на работу. Перед тем, как уйти, он убедился, что со мной всё в порядке и я могу остаться одна.       Мне совсем не хотелось, чтобы со мной обращались как с маленькой. Базовые вещи и бытовые мелочи я прекрасно помню и знаю, как с ними справляться, поэтому приняла расслабляющий душ, нанесла свои уходовые средства — от макушки до пяток — и залезла в пижаму, которую нашла в шкафу.       На часах было три дня. Один раз звонила мама: я очень коротко поговорила с ней и завершила разговор. Приходили ещё уведомления о продлении каких-то подписок, но я их проигнорировала.       Войдя на кухню, я подошла к холодильнику и снова пробежалась по снимкам. На сердце стало тоскливо — казалось, я сама себе совершенно чужая. Больше всего смущало то, что в квартире не нашлось ни одной фотографии с мамой. Хотя… я ведь ещё не была в гостиной.       Живот жалобно заурчал, и я решила отложить поиски на потом. Открыв холодильник, обнаружила в нём достаточно еды. Надеюсь, я не придерживалась какой-то диеты, потому что, судя по последним воспоминаниям, ела я всё подряд.       В итоге выбрала салат с курицей и соусом, похожим на «Цезарь». Этого должно быть достаточно. Заодно взяла баночку колы.       Поставив всё на стол, задумалась, где могут лежать столовые приборы. На несколько секунд уставившись на ящики, попыталась мыслить логически.       Какой позор…       Подойдя к выдвижному ящику ближе к раковине, распахнула его — внутри оказались венчики, лопатки и прочая кухонная утварь. Следующий ящик был рядом с холодильником, но и там оказалось не то, что я искала.       Зато взгляд зацепился за листок. Вернее, за крупную надпись сверху: «Секс-лист».       Удивлённо приподняв брови, я взяла листок, чтобы ознакомиться с пунктами. Список был внушительным, и большая часть уже оказалась отмечена галочками.       Некоторые пункты были откровенно безумными. Другие — слишком романтичными. Третьи… покраснел бы даже сам дьявол. И рядом с такими пунктами стояли жирные галочки, настолько уверенные, будто бы я ставила их с особым удовольствием. А может, не только я.       — Это что вообще за версия меня? — пробормотала я, чувствуя, как щеки предательски краснеют.       Чем дальше опускался взгляд по строчкам, тем больше ощущение нереальности сгущалось, как туман, будто я читала чей-то чужой дневник, случайно найденный в старом чемодане. И в нём была я — но не я.       Желудок снова напомнил о себе, но на этот раз не только голодом. Внутри что-то неприятно сжалось, похожее на страх.       Я положила листок обратно, словно он обжег пальцы, затем открыла третий ящик — уже, скорее, на автомате, чем с надеждой. И, к счастью, внутри обнаружились аккуратные разделители и полный набор столовых приборов.       Достав вилку, я села за стол, подтянула к себе салат и пару секунд просто сидела, смотря на содержимое контейнера, будто пытаясь вспомнить, как вообще едят.       — Ладно, — сказала себе вслух.       Сделав первый укус, я почувствовала вкус — обычный, знакомый. И от этого вдруг стало чуть легче: мир, по крайней мере, в этом, оставался прежним.       Но даже пока я жевала, мысли упорно возвращались к листку в ящике. Точнее — к галочкам напротив пунктов.       Этот список точно принадлежал не только мне, но и Люциферу. Вот только чьей была сама затея — я, разумеется, не помнила.       И я понятия не имею, какой была наша жизнь до. От этой мысли становилось паршиво.       И что, возможно, она была куда более насыщенной… чем мне сейчас комфортно осознавать.

『✎✐』

      Весь день прошёл как в тумане, словно во сне. Я чувствовала себя чужой в квартире, которая хранила слишком много разных воспоминаний. Сидя на диване в гостиной, я смотрела в одну точку.       Похоже, не рассчитала свои силы, потому что реальность давила сильнее, чем я ожидала. Место, где я когда-то была по-настоящему счастлива, теперь ощущалось чужим, будто я больше не имею права на него.       Я закрыла глаза и потерла лицо ладонями, пытаясь успокоить колотящееся сердце и сосредоточиться на дыхании.       Кажется, получилось — стало немного легче и спокойнее. Я не должна давить на себя.       Насчёт фотографий. Пара совместных снимков с Люцифером стояло на высоком комоде, рядом — фотография с Мими. И больше ничего. Я заглянула в тот самый комод: внутри оказались всевозможные принадлежности для флористики — бумаги, ленточки, карточки для посланий и пожеланий и ещё куча всего.       Мне определённо нужно разобраться с тем, что произошло в прошлом. Вернуть те пять лет, которые стёрлись из памяти.       Накручивая прядь волос на палец, я задумчиво рассматривала светлую прядь. Что же заставило меня сменить мой тёмный цвет на блонд?       Люцифер познакомился со мной уже в светлом облике? Или это он хотел, чтобы я стала блондинкой? А как же Мими? Как мы познакомились? И каким образом я начала работать вместе с ней?       В голове снова образовался улей из вопросов, на которые у меня не было ответов.       Я беспомощно вздохнула и откинулась на спинку дивана. Чем глубже я погружалась в собственные мысли, тем сильнее ощущала пустоту, словно между мной и моей же жизнью стояла толстая стеклянная стена. Всё, что когда-то принадлежало мне, теперь выглядело как вещи постороннего человека.       Послышалось, как поворачивается замок входной двери. Я не шелохнулась — не знала, как себя вести. Это точно Люцифер — вернулся с работы. Но вскочить с дивана и броситься ему навстречу, как раньше, я сейчас была не готова.       Всё же я поднялась с дивана, подошла к дверному проёму и осторожно выглянула. Люцифер заметил меня и коротко улыбнулся.       — Привет, — произнёс он.       Выглядел он уставшим.       Сбросив ботинки, Люцифер направился ко мне… но, поравнявшись, прошёл мимо и тяжело опустился на диван, откинувшись на спинку. Я повернулась к нему. Люцифер закинул руки за голову и вытянул ноги. Наши взгляды встретились, и в его глазах я уловила что-то — тень, эмоцию, недосказанность.       Та прежняя Вики, скорее всего, подошла бы к своему мужчине и обняла, оставила тёплый поцелуй на щеке, сказала что-то мягкое, успокаивающее.       А нынешняя я стояла на месте, не зная, куда себя деть.       Всё же, преодолев неловкость, я подошла к дивану и опустилась рядом, но даже так — дистанция между нами ощущалась почти физически.       — Как прошёл твой день? — Люцифер повернул ко мне голову.       Я поджала губы, согнула ноги и развернулась к нему, опираясь локтем о спинку дивана и подперев щёку ладонью.       — Осматривалась, пыталась вспомнить, когда вообще стала блондинкой… и случайно нашла интересный список, пока искала столовые приборы, — я не удержалась от улыбки: стоило упомянуть список, как бровь Люцифера взлетела вверх, и уголок моих губ дрогнул.       — Список? — он прищурился, прекрасно понимая, о чём речь.       — Ага, — я кивнула, пряча смешок в ладони.       Люцифер глубоко вздохнул и чуть сполз вниз по спинке дивана. Он тихо фыркнул и заметно расслабился.       — Это была твоя затея, — вдруг признался он.       Я округлила глаза, не веря услышанному.       — Это всё твоё влияние? — выпалила я и тут же прикусила язык.       Взгляд Люцифера мгновенно стал игривым. Уперевшись ногами в пол, он оттолкнулся и выпрямился, усевшись ровно.       — Я с удовольствием поддержал. Потом подключился — дополнил список местами, где можно устроить нашу… приятную авантюру.       Кажется, я начинала понимать, почему прежняя я встречалась с этим мужчиной. И скорее всего, влюбилась в него с первого взгляда.       Люцифер чуть наклонился вперёд, упершись предплечьями в колени. Его голос стал ниже, мягче, будто он специально подстраивался под моё состояние.       — Ты сегодня много думала, — сказал он, внимательно изучая моё лицо. — Я вижу.       От его взгляда захотелось спрятаться, словно он видел больше, чем я сама могла бы о себе сказать. Я отвела глаза, пробежавшись взглядом по предметам стоящими в гостиной.       — Просто… трудно, — призналась я тихо. — Всё чужое… Иногда… — я сглотнула. — Иногда мне кажется, что я вторгаюсь в чью-то жизнь, которая уже прожита до меня.       Люцифер не шелохнулся, но атмосфера вокруг будто бы сдвинулась. Он был слишком внимательным, слишком открытым — и от этого становилось страшно.       — Вики, — произнёс он медленно. — Если бы ты вторгалась, я бы сказал. Поверь, я не буду молчать.       Я едва заметно улыбнулась.       — Но я вижу, что тебе тяжело, — продолжил он. — И я не хочу давить. Просто… я рядом. Даже если ты сейчас не чувствуешь ничего из того, что чувствовала раньше.       Я подняла взгляд и поймала его глаза. Они были спокойными: без претензий, без попытки что-то требовать. И от этого внутри болезненно дрогнуло.       — Я боюсь разочаровать тебя, — прошептала я.       Люцифер чуть качнул головой, затем медленно протянул руку и, не торопясь, коснулся моей кисти так, будто просил разрешения. Я не отдёрнула руку. Его пальцы были тёплыми.       — Какая бы ты ни была сейчас — ты настоящая, — сказал он тихо. — А воспоминания… мы либо восстановим, либо построим новые. Не заставляй себя быть той, кем ты не чувствуешь себя сегодня.       От его слов в груди болезненно кольнуло. Накатила тёплая волна — знакомая, почти живая, будто память пыталась достучаться до меня через эмоции.       — И насчёт блонда, — вдруг добавил он, и уголок его губ приподнялся. — Когда мы познакомились, ты уже была светловолосой.       Правда? Даже так?       Мы замолчали. Тишина впервые за день перестала быть пугающей — в ней появилось место для нас двоих.       — Люцифер, — произнесла я после краткой паузы. — Когда всё… началось? То есть… мы с тобой, — я переплела пальцы, пытаясь скрыть дрожь.       Он долго и глубоко выдохнул, будто собирался с мыслями.       — Хочешь услышать? — спросил он.       Я кивнула.       Люцифер откинулся назад, посмотрел на потолок и чуть улыбнулся — той тихой, почти неуловимой улыбкой, которой улыбаются, когда вспоминают что-то слишком личное.       Рядом с ним беспокойство понемногу утихло. Может быть, я действительно иду в правильном направлении?