Контракт

1 сентября Казалось, целая толпа родителей «внезапно» решила вместе отправить детей в Хогвартс. Мужья, жёны, братья и сёстры — все пригласили Корвуса присоединиться. Большинство знало о дружбе Дафны и Драко с Гарри, так что его присутствие не вызвало бы лишних вопросов. Это позволило Корвусу впервые и, возможно, в последний раз проводить Гарри до самого поезда. Если бы за ними и следили… что ж, в суматохе вокзала разглядеть что-либо было бы непросто. Прощания прошли идеально, без лишних эмоций — все обняли своих детей и дали напутствия в привычной домашней обстановке. В конце концов, видимость — это всё. Дети уже забирались в вагоны, махая родителям из окон купе. «Никогда бы не подумал, что скажу это… но я действительно скучал по Хогвартсу, — признался Драко, когда поезд плавно тронулся с места. — Рад возвращению». «Было непросто, — согласилась Дафна. — Как сдал экзамены, Гарри?» Она знала, что он сдавал их в Министерстве — они переписывались всё лето. ««Превосходно» по всем предметам, кроме зельеварения — там «Выше ожиданий», — ответил Гарри. — С зельеварением у меня всегда было туго. На экзамене я просто не уложился во времени». Ему не повезло: действие обезболивающего как раз начало ослабевать в самый неподходящий момент. «У меня та же история, только провалил я историю и астрономию», — неохотно признался Драко. «Не понимаю, как можно завалить историю магии… хотя, если подумать, все эти гоблинские войны и бесконечные даты… — Гарри закатил глаза. — Наша история, кажется, начинается и заканчивается на гоблинах». «А ты, Дафна?» — спросил Гарри, поворачиваясь к ней. ««Превосходно» по двум предметам, «Выше ожиданий» по истории и полётам, и «Приемлемо» по магии земли, — с лёгкой гримасой призналась она. — Не уверена, что хочу продолжать магию земли». Эта оценка стала для неё разочарованием, хотя и не решающим — в отличие от будущих С.О.В. и Н.У.М.А. «Но тебе нравится этот предмет?» — уточнил Гарри. Сам он взял лишь необходимый минимум — здоровье было важнее. В этом году он надеялся нагнать упущенное, но для этого предстояло договориться с профессором Флитвиком. «Очень! Это потрясающе!» — глаза Дафны загорелись. «Тогда продолжай. Можно наслаждаться магией, даже не будучи в ней лучшим, — заметил Гарри. — Это же факультатив. К тому же, если результаты не оправдают ожиданий, всегда можно бросить до выпускных экзаменов». Драко кивнул: «Отец говорил то же самое». Он жаловался на оценку по астрономии, и Корвус, вероятно, дал Гарри аналогичный совет. «Я, кстати, мечтал бы посещать уроки рисования и маггловского искусства, — признался Гарри. — Люблю живопись, портреты, пейзажи… В Риме мы видели столько всего захватывающего». «В этом году, возможно, их не будет в расписании, — предположила Дафна, оживляясь. — Говорят, в Хогвартсе грядут большие перемены… Ты что-нибудь слышал?» «Он ничего не сказал, — надул губы Гарри. — Как я ни пытался выведать — молчит. Придётся ждать». «Осталось всего девять часов, и мы всё узнаем», — заметил Драко, глядя в окно на мелькающие зелёные луга. «А твой отец?» — спросила Дафна. — Не слишком много, — признал Драко. — Только что всё будет по-другому. И дело не только в новом директоре. — Он многозначительно посмотрел на остальных. Все они знали, кто новый директор… как и некоторые из Когтевранцев. «Надеюсь, они изменят учебную программу», — с энтузиазмом сказал Гарри. «О, это точно. Думаю, занятий станет намного больше… и студентов тоже… ты заметил?» — Драко энергично кивнул. «Не особо, — призналась Дафна, — но логично, что студентов прибавится. Их число росло последние десять лет». «Цифры не сходятся, — возразил Гарри. — Если учесть общее население и количество поступивших шестьдесят лет назад… число студентов заметно сократилось». «Это… странно, — нахмурилась Дафна, обдумывая его слова. — Казалось бы, должно расти». Придётся самой покопаться в статистике. — Именно, — многозначительно кивнул Гарри. — Здесь что-то не так, но у меня не было времени разбираться. «Все слышали, ты подаёшь в суд на Дамблдора? Требуешь вернуть почту за десять лет или компенсацию?» — с любопытством спросил Драко, жаждая подробностей. — Да, — подтвердил Гарри. — До письма из Хогвартса я не получал ничего… даже дохлую птицу. — Заклинание перенаправления, — кивняла Дафна. — У меня такое было в детстве. Убрали, когда я выучила базовые заклинания и стала достаточно ответственной, чтобы проверять почту сама». «Все чистокровные так делают, — поддержал Драко. — Чтобы дети не вскрыли какую-нибудь… мерзкую посылку». Случаи, когда детей чистокровных губила проклятая почта, были редки, но осторожность не помешала. «Извините, я пойду поищу Трейси», — сказала Дафна, поднимаясь и кивая мальчикам на прощание. «Увидимся!» — улыбнулся ей Гарри. Он не удивился — ей, конечно, хотелось найти подруг, с которыми они почти не виделись за лето. «Сыграем в шахматы?» — предложил Драко. Играть с Гарри становилось всё интереснее — он быстро учился, и его уже не так-то просто было обыграть. «Я наконец уговорил отца купить мне новые, так что со мной старый набор!» — не те дорожные шахматы, что он обычно брал с собой. «Конечно», — согласился Гарри, подвинувшись, чтобы между ними можно было поставить доску. «Привет, Грегори, Винсент», — кивнул он вошедшим в купе. Оба ответили молчаливым кивком. «Хорошо отдохнули?» — вежливо осведомился Драко, роясь в вещах, пока не извлёк шахматы с победным возгласом. Оба буркнули что-то невнятное — лето показалось им смертельно скучным. Фигуры автоматически заняли свои места на доске. «Ходи первым», — сказал Драко, когда белые встали на сторону Гарри. Так они и провели большую часть пути, прерываясь лишь на то, чтобы Драко, Винсент и Грегори сбегали к тележке со сладостями. Гарри ничего не брал — у него и так был запас на год. Вместо этого он достал обед, который для него приготовили эльфы по просьбе Корвуса. «Всё ещё на здоровом питании?» — спросил Драко, разглядывая еду. Порция, впрочем, была внушительнее обычного. «Честно говоря, я предпочитаю это сладостям, — признался Гарри, принимаясь за сэндвич. — От сахара потом несколько часов чувствуешь себя разбитым». Он понял это на своём дне рождения, когда переел торта, несмотря на подсказки желудка. Драко лишь недоверчиво покачал головой. Винсент и Грегори переглянулись. Они обожали сладости и вкусную еду и накупили их с запасом на месяцы. Как и Драко, они получили от матерей посылки со всякими «домашними удобствами» для жизни вдали от поместий. «Кстати, спасибо за подарки, — сказал Гарри, обращаясь к Винсенту и Грегори. — Кружка с эмблемой Когтеврана мне особенно понравилась». Ему также подарили дорожную кружку, сладости, блокноты, закладки и карты — всё с символикой факультета. Посылки пришли позже остальных, что было неудивительно: сова выглядела весьма почтенного возраста. «Вы обычно пользуетесь ею для почты?» — Тео? Нет, он сейчас «на пенсии», но любит иногда полетать, — ухмыльнулся Винсент. — Мы знали, что ваше поместье недалеко от нашего… вот и отпустили его. Ему девятнадцать, но он в отличной форме. Гарри удивлённо поднял брови: «Такой старый?» Он взял свои слова назад — сова вовсе не выглядела «бедной» или «дряхлой». Болотные совы в неволе редко доживают до двадцати. «Погоди, он твой фамильяр?» Это объяснило бы его долголетие. «Раньше принадлежал отцу, но несколько лет назад привязался ко мне, — объяснил Винсент. — Когда я стал ухаживать за животными в поместье, отец понял, что у меня к ним лежит душа». И он действительно не считал это обузой. «У тебя много фамильяров?» — оживился Гарри, засыпая Винсента вопросами между укусами. «Папа говорит, что больше трёх заводить нельзя, пока магическое ядро не сформируется окончательно», — покраснел Винсент. — Недоразвитое? — переспросил Гарри, склонив голову набок. «В детстве я переболел драконьей оспой до прививки. Мне её сделали позже, в надежде, что поможет. Потребовались годы, чтобы ядро стабилизировалось… оно всегда будет отставать от моего интеллекта на несколько лет, — объяснил Винсент. — Грег заразился от меня, но перенёс легче, потому что уже был привит… Мне должны были сделать прививку через месяц, когда я заболел». «Тебе повезло, что это случилось в детстве, иначе бы ты умер… — сказал Драко. — Мой дед умер от драконьей оспы». Чем сильнее волшебник, тем тяжелее протекала болезнь. К счастью, её почти искоренили, и новые случаи были редкостью. Гарри лишь грустно улыбнулся. Он знал, что слова здесь бессильны. «Отец говорил, что дед просто рад был дожить до моего рождения», — сказал Драко, прежде чем откусить голову шоколадной лягушке. Его глаза загорелись, когда он увидел карточку, которой у него ещё не было. Эту он точно никому не отдаст. «Начинаем заново?» — предложил Гарри, убирая остатки обеда в сумку. Последний сэндвич он приберёг на потом. До Хогвартса оставалось ещё несколько часов. — Сейчас, — пробормотал Драко, допивая сливочное пиво и откладывая карточку в сторону. Он сунул в рот сахарное перо и кивнул, показывая, что готов. Они сыграли три партии. К ним присоединились Теодор и Блейз вскоре после начала второй игры. Терри Бут заглянул ненадолго, но в целом путь до Хогвартса прошёл без происшествий. Чем ближе они подъезжали, тем сильнее нарастало волнение — почти как в прошлом году, когда они впервые увидели школу. Теперь им предстояло увидеть, насколько всё изменилось. «Вот бы и нам так прокатиться», — сказал Гарри, глядя на первокурсников, которых вели к лодкам для первого и единственного путешествия к Хогвартсу с воды. Заметно, что на этот раз это был не Хагрид. «Как думаешь, этого тупицу наконец уволили?» — ехидно спросил Драко, который недолюбливал Хагрида только из-за рассказов отца. — Драко, — нахмурился Гарри, — это некрасиво. Никто не заслуживает потери работы, особенно если продержался на ней столько, сколько он. «Ты же его не знал! Не любил и не доверял ему!» — надулся Драко, обидевшись, что Гарри испортил ему злорадство. «Это не повод радоваться чужой беде, — сказал Гарри. — Хотя, думаю, мне понадобится, чтобы ты напомнил мне об этом, когда мы доберёмся до Большого зала». Они забрались в карету. Драко рассмеялся. «Напомню, — пообещал он самодовольно. — Если ты можешь читать мне мораль, то и я могу». — Не сомневаюсь, — усмехнулся Гарри, к собственному удивлению ощущая радость от возвращения. Он будет скучать по Корвусу, и его прежнее нетерпение попасть в Хогвартс поубавилось… но учёба по-прежнему приносила ему удовольствие. «Думаешь, у нас будет время выбрать предметы до начала занятий?» — спросил Блейз. Все они были уверены, что расписание изменится. «Как вы думаете, скольких преподавателей заменят?» — поинтересовался Теодор. — Надеюсь, многих, — смущённо признался Гарри, а Драко торжествующе на него посмотрел. «Хоть бы профессора Бинса! — воскликнул Винсент. — Его уроки — просто насмешка…» Большинство студентов на них попросту засыпали. «Согласен!» — хором поддержали остальные. «И по трансфигурации будет новый профессор, — заметил Грегори. — Надеюсь, тот, кто не будет открыто поддерживать гриффиндорцев». Никто даже не попытался защитить МакГонагалл. Нельзя было сказать, что она была откровенно предвзятой, но предпочтение своему факультету она отдавала — начисляла им больше баллов, чем другим. Флитвик и Спраут так не поступали, в отличие от декана Слизерина, который, впрочем, часто снимал баллы со своих же за малейшие нарушения, причём в гораздо больших размерах, чем другие факультеты. «Пошли уже! Сейчас всё узнаем», — сказал Блейз, вскакивая, как только карета остановилась у замка. Он замер, пропуская Гарри вперёд, а затем принялся торопить Винсента и Грегори. — Не совсем. Сначала нужно дождаться распределения первокурсников, — напомнил Драко. «Но у нас есть глаза, мы всё увидим», — парировал Блейз, почти взбегая по ступеням, прежде чем вспомнить о необходимости сохранять достоинство. Почти мгновенно на их лицах появились бесстрастные маски, и они уверенно вошли в замок. Никто не выдал своего волнения. Гарри, хотя он и был когтевранцем, а не слизеринцем… уже приобрёл привычку скрывать эмоции. Он редко проявлял их открыто, разве что когда было больно. Или когда очень-очень волновался — что, впрочем, случалось нечасто. «Смотрите, интересно, это новый заместитель директора?» — прошептала Дафна, присоединяясь к группе вместе с подругами. «Если я правильно помню, он мог быть смотрителем. Маркус говорил, что Филч тогда дважды приводил их в зал», — вспомнила Трейси. — Правда? — сказала Пэнси, разглядывая волшебника. — Будет странно видеть, как кто-то, кроме Филча, убирает здесь, да ещё и с помощью магии… — она чувствовала магию в нём. Определённо не сквиб. Разве что дело в новых защитных чарах… невероятно мощных, она это ощущала. «Помните, мы можем не узнать обязательные предметы до завтра, когда выдадут расписание!» — сказал Пьюси, стоявший позади и явно подслушивавший их разговор. Гарри, Блейз, Теодор, Драко, Пэнси, Трейси и Дафна дружно застонали. «Отлично, теперь я не смогу уснуть!» — проворчала Миллисент Балстрод, явно недовольная. «Садись с нами за слизеринский стол», — сказал Драко, слегка коснувшись руки Гарри, но не хватая его, как иногда делал с другими. «Проходите, вы всех задерживаете!» — крикнул Перси Уизли, стоявший сзади с эмблемой старосты на мантии. «Эм… конечно, почему бы и нет?» — сказал Гарри, направляясь к секции Слизерина и не удостоив взглядом того, кто только что говорил. «Как там Блэк?» — прошептал Драко, прекрасно зная, что Гарри навещает его каждую неделю. «Идёт на поправку. Выпишут 15 февраля следующего года», — оставалось ещё пять месяцев. Корвус уже забронировал номер в «Дырявом котле» на весь день. К счастью, не на 14 февраля — в День всех влюблённых найти свободный номер было бы невозможно. «Дольше, чем я думал», — признался Драко. Он предполагал, что Сириус выйдет в ноябре. «Это предложила его целительница разума, и Сириус согласился», — сказал Гарри, опуская подробности о том, как он уговорил Сириуса прислушаться к специалисту. Если тот хотел полностью восстановиться, ему нужен был тот, кто позаботится о его психическом и физическом состоянии. Драко кивнул, когда они уселись, и все автоматически повернулись к преподавательскому столу, отмечая новое море лиц. Катберта Биннса (История магии), Чарити Бербидж (Маггловедение), Аргуса Филча (смотритель), Альбуса Дамблдора (директор), Минерву МакГонагалл (Трансфигурация и заместитель директора), Рубеуса Хагрида (смотритель угодий), Сильвануса Кеттлберна (Уход за магическими существами), Сибиллу Трелони (Прорицание) — всех этих преподавателей явно не хватало за столом. Помона Спраут (Травология, декан Пуффендуя), Филиус Флитвик (Заклинания, декан Когтеврана), Септима Вектор (Арифмантика), Северус Снейп (Зельеварение, декан Слизерина), Аврора Синистра (Астрономия), мадам Помфри (старшая медсестра), Ирма Пинс (библиотекарь), Роланда Хуч (инструктор по полётам) — вот и все знакомые лица за теперь уже переполненным преподавательским столом. «Мест почти в два раза больше…» — прошептал Драко, игнорируя входящих в зал ошеломлённых первокурсников. И не только друзья Гарри — за всеми столами, даже когтевранским, стоял гул. «И людей…» «У нас действительно будет больше занятий?» — предположил Гарри, впечатлённый новой планировкой. Все преподаватели были одеты в строгую профессиональную форму — в прошлом году многие ходили в своей одежде, что создавало впечатление неразберихи. «Но ведь это в два раза больше?» — с сомнением спросила Пэнси. «То есть даже больше, если все они профессора», — и она зааплодировала, когда одного из первокурсников распределили в Слизерин. «О, смотрите, ещё один Уизли», — усмехнулся Драко, когда Джинни Уизли отправили в Гриффиндор. «Ничего удивительного». Гарри вздохнул. Он не понимал этой потребности постоянно унижать других или отпускать колкости. Это так утомительно. Если человек тебе не нравится — просто игнорируй его. Особенно глупо осуждать кого-то за то, что он не может контролировать, — например, за достаток семьи. «Почти всё, осталось пятеро», — сказал Драко и умолк, зная, что Гарри не любит такие комментарии. Знак был понятен. Честно говоря, Гарри иногда бывал занудой, но, к счастью, он ему нравился. Гарри самодовольно ухмыльнулся Драко — это было самое близкое к извинению, на что тот был способен. Однако Драко вдруг побледнел, глядя куда-то за плечо Гарри. Тот с любопытством обернулся и сам вздрогнул. «О боже», — тихо пробормотал он. Джинни Уизли смотрела на Гарри с жадным, почти фанатичным блеском в глазах, сидя за гриффиндорским столом. «Могу я теперь говорить всё, что захочу?» — лукаво спросил Драко. Гарри рассмеялся, но звук вышел натянутым. «Всё будет в порядке, — сказал он. — Она просто юная, впервые в Хогвартсе, видит того, чьё имя знала с детства… Она ничем не отличается от других. К концу недели привыкнет и, скорее всего, перестанет обращать внимание». — Если ты так говоришь, — сухо ответил Драко и радостно воскликнул, когда последнего ученика распределили в Слизерин. Волдеморт наблюдал за учениками, которые теперь были в его ведении. Когда последний новичок устроился за столом, он поднялся. Ему предстояло многое представить, и лучше сделать это до того, как студенты впадут в пищевую кому. «Дамы и господа, приветствую вас — и новых, и вернувшихся учеников — в Хогвартсе. Со второго по шестой курс вас ждут значительные изменения, которые, я уверен, вы встретите с достоинством и пониманием». Его взгляд скользнул по залу, ясно давая понять, что любое иное поведение будет неприемлемо. «Я ваш новый директор. Меня зовут Аврелий Адамос-Слизерин». Вежливые аплодисменты, начавшиеся в зале, так же внезапно стихли, когда Волдеморт поднял руку, безмолвно требуя тишины. «Знаю, вы все, наверное, жаждете начать пир, поэтому представлю преподавателей, и мы приступим», — заявил он. Если быть честным с самим собой, он был доволен таким количеством гостей. «Начнём с профессора Северуса Снейпа, мастера зельеварения и декана Слизерина, а также его ассистента и ученика Джексона Кэрроу», — начал он долгий перечень. Переходя от одного конца стола к другому, он продолжал: «Профессор Сильванус Хант, который возглавит курс Ухода за магическими существами, и его ассистент Тимоти Пинс». Большинство присутствующих вежливо аплодировали, но некоторые гриффиндорцы и сторонники Дамблдора хмурились. «Профессор Филиус Флитвик, мастер заклинаний, профессор заклинаний и декан Когтеврана… и его ассистентка, также преподаватель заклинаний, Кэролайн Эванс, работающая над преподавательской квалификацией», — Волдеморт не обращал внимания на аплодисменты. «Профессор Кристофер Харрельсон, курс беспалочковой магии, и его ассистент Маркус Долохов…» «Ещё один Пожиратель Смерти!» — зло бросил кто-то с гриффиндорской скамьи. Все узнали голос Рональда Уизли. — Рон! — возмущённо воскликнула его сестра, покраснев от смущения и привлечённого внимания. «Профессор Иэн Нотт, история магии, и его ассистентка Теодора Нотт, — он указал на следующую пару. — Профессор Джеримайя Немеа, маггловедение, и его ассистентка Мэрион Уоррен». «Профессор Бантшеда Бэбблинг, специалист по древним рунам, и её ассистент Брайан Бэбблинг», — продолжил Волдеморт. Привлечь их на свою сторону было проще, дав им то, чего они хотели. К тому же он был более чем квалифицированным кандидатом. «Профессор Септима Вектор, специалист по арифмантике, и её ассистент Грэм Гойл». «Профессор Торфинн Роул, защита от тёмных искусств, и его ассистентка Саманта Крэбб». Волдеморт уже почти пожалел, что начал это, — мог бы просто позволить студентам знакомиться с преподавателями на занятиях. «Профессор Уильям Уиллард, прорицание, Аврора Синистра, астрономия». «Интересно, почему у них нет ассистентов?» — с любопытством спросила Пэнси. «Ирма Пинс, библиотекарь, мадам Помфри, наша главная целительница и профессор целительства, а также её ассистент и ученик Кит Чен». — Профессор трансфигурации Корбин Яксли и его ассистент Финеас Гиббон, — протянул Волдеморт. — Ваш личный инструктор по полётам, мадам Роланда Хуч. «Смотритель Джеймс Джагсон, Эшли Эйвери, факультет мирового искусства, её сестра-близнец Аманда Эйвери, факультет искусств, — произнёс Волдеморт, дождавшись натянутых аплодисментов. — В этом году возвращаются профессор Марлон Малсибер, факультет древних рун, и профессор Летиша Лэнсбери, факультет магии земли, а также профессор музыки Тобиас Бадж. Профессор Макнейр, факультет алхимии». Он сделал паузу. «И последнее, но не менее важное: в учебную программу добавлены четыре дополнительных основных предмета: английский язык, математика, естественные науки и физкультура. Вы познакомитесь с преподавателями в конце недели. А теперь — да начнётся пир!» Были естественные трудности с получением портключей — после обширных собеседований по каминной сети — и их предупредили всего за несколько дней. Российский министр не торопился выполнять заказы, несмотря на все бесплатные услуги, оказанные его стране. Все сидели в оцепенении, пока, как и следовало ожидать, когтевранцы не начали возбуждённо обсуждать этот поворот. Несколько магглорождённых драматично застонали при мысли о «скучных» предметах. Как же они ошибались. — Наука? — переспросил Драко в полном недоумении, с выражением «что за чёрт» на лице. Он был настолько ошарашен, что даже не отреагировал, когда на столе появилась еда. «Поверь мне, тебе понравится», — сказал Гарри, похлопав Драко по спине и широко улыбнувшись. Драко бросил на него сомневающийся взгляд. «Интересно, получим ли мы список предметов, которые можем выбрать», — сказал Гарри, и его охватило волнение. «Что вообще такое «физическое воспитание»?» — Пэнси сморщила нос — жест совсем не по-дамски и не впечатливший наследницу. Все слизеринцы уставились на Гарри, который как раз откусывал кусок пирога. Он с трудом сглотнул и неловко заёрзал под пристальными взглядами. Все знали, что он вырос в мире маглов… а это были маггловские предметы. «Эм… физкультура… это упражнения, которые помогают поддерживать разум и тело в тонусе. Развивают координацию, целеустремлённость… единственное упражнение, которое мы делаем сейчас, — это ходим на занятия и… играем в квиддич», — объяснил Гарри. «Ты имеешь в виду те упражнения, которые делаешь сам?» — уточнила Дафна. «Что-то вроде того, да, но не совсем. Я занимаюсь по медицинским показаниям, чтобы иметь возможность делать то, что могут остальные, — например, бегать без одышки». Для Гарри это было не развлечением, а необходимостью. «Значит, тебе не придётся посещать этот урок? — оживился Драко. — Или мне, раз уж я в квиддичной команде?» Перспектива избежать физкультуры его обрадовала. «Это нужно уточнить у декана факультета, — заметил Гарри. — Профессор Снейп должен знать…» Хотя он и не присутствовал на предварительных собраниях преподавателей. «Он прав, профессор, скорее всего, всё объяснит, — сказал Блейз. — Ночь будет долгой». Он задумался: «Интересно, пойдём ли мы завтра сразу на занятия?» «Кто знает?» — задумчиво произнёс Теодор. «Эй, Гарри, ты сможешь ходить на занятия в этом году? Например, на астрономию?» Все заметили, что Флитвик вызывал Гарри через камин. Некоторым гриффиндорцам это очень не нравилось — они жаловались на особое отношение, будто не видели, насколько он был болен. Хотя сейчас он выглядел в сто раз лучше. Маркус действительно выбрал его для этой цели, но втайне. Гарри нравился многим, несмотря на то, чему их учили. Тот факт, что они должны были его защищать, говорил сам за себя. «Зависит от того, какие ещё предметы у меня будут», — признался Гарри. К счастью, у него был перерыв перед астрономией, которую, естественно, всегда преподавали ночью. «Но я должен». Они продолжали болтать, наслаждаясь изысканными блюдами, которые, как заметил Гарри, были хорошо сбалансированы. На десерт подали гораздо больше фруктов, чем он когда-либо видел в Хогвартсе. Похоже, Волдеморт серьёзно относился к питанию студентов. Дамблдору стоило бы у него поучиться. «Тебе понравился день рождения?» — спросила Трейси. «И спасибо за торт — он из пекарни «Красный бархат», верно?» Это было излюбленное место элиты. «Да, спасибо за подарок, я рад, что торт тебе понравился», — сказал Гарри. Он сожалел, что съел так много, — потом чувствовал себя ужасно. «Не за что!» — ответила Трейси, как будто могла забыть о его дне рождения. Вскоре Волдеморт приказал старостам отвести первокурсников в общие комнаты, как только со столов убрали последние тарелки. Все пребывали в состоянии пищевой комы: согретые, сытые и уставшие, они явно хотели только одного — спать. К несчастью для них, этого не произошло. --- «Добрый вечер, студенты», — весело сказал Филиус, жестом приглашая первокурсников, устроившихся на диванах, подойти ближе. «Знаю, вы все устали, а некоторые растеряны… поэтому постараюсь быть кратким и отпущу вас спать!» «Как мы справимся с ещё четырьмя основными предметами, профессор Флитвик?» — с тревогой в голосе спросила Пенелопа Клируотер. «У нас слишком много преподавателей и предметов! Почти в два раза больше, чем обычно». «Успокойся, — заверил её Филиус. — Не все занятия обязательны, и длятся они всего час. Увидишь, когда получишь расписание. А те, что захочешь посещать дополнительно, можно будет добавить». «Факультативы на третьем курсе остались прежними? То есть мы сможем раньше начать изучать древние руны и арифмантику?» — спросил Гарри, желая узнать больше. «Да, эти возрастные ограничения сняты на добровольной основе. Вы можете начать раньше, если хотите», — объяснил Флиус, радуясь, что Гарри снова с ними и выглядит намного лучше. «Но учтите, нагрузка может быть огромной. Тринадцатилетним и без того нелегко, а если добавить одиннадцатилетних… Пожалуйста, если чувствуете, что не справитесь — не беритесь». Это пробный вариант, и если он не сработает… вы испортите его для будущих поколений». Именно поэтому сейчас так много ассистентов — они берут на себя часть работы, позволяя мастерам сосредоточиться на преподавании, а не готовиться к нему всё лето. «Да, профессор!» — хором ответили когтевранцы. «Занятий завтра не будет. Вместо этого вы потратите время на то, чтобы решить, какие предметы хотите изучать. Завтра утром вам всё объяснят, выдадут расписание с обязательными предметами, и вы сможете оценить нагрузку, прежде чем выбирать дополнительные. Всё понятно?» «Да, сэр!» — крикнули они. «Хорошо. А теперь — спать», — приказал Филиус. Он и сам с нетерпением ждал нового года, нового директора… Хотя тот и нанял несколько волшебников и ведьм с сомнительными именами, судимостей у них не было — он проверил это лично, выступая посредником между новым директором, Аврелием Адамосом-Слизерином, и Гринготтсом, чтобы обеспечить благополучие студентов. Все они были более чем квалифицированы, и, честно говоря… студентам только на пользу учиться у таких преподавателей. Он видел, кого бы нанял Альбус следующим — не кого иного, как Гилдероя Локхарта. Мошенника, каких мало. Нет, это было лучшее, что могло случиться с Хогвартсом. Если бы они только знали, кто на самом деле новый директор.