Секреты под маской

Нурменгард возвышался над туманом, как забытый гроб короля, — величественный, мёртвый и неотвратимо холодный. Каменные стены казались живыми — они дышали магией, впитавшей в себя страх и безумие сотен заключённых. Данетт шагала первой. На лице — маска спокойствия, в глазах — холодное пламя. Рядом — Антонин Долохов, старый соратник, чей хрипловатый смех обычно разряжал самую напряжённую тишину. Сейчас он молчал. — Ну что, — хмыкнул он, когда они остановились у ворот. — Вижу, охрана у старика приличная. Не скучает дед. — Старость делает людей мнительными, — отозвалась Данетт. — Но не бессмертными. Пара движений палочкой — и невидимые охранные чары дрогнули, растворяясь в воздухе. Снаружи, в пронизывающем ветре, шевельнулись фигуры двух стражей. Их глаза сверкнули на мгновение — и тут же потухли. Данетт двигалась беззвучно, почти грациозно, будто всё происходящее — всего лишь тщательно разыгранная тень сна. Внутри тюрьмы пахло камнем, старостью и магической пылью. Они шли по узким коридорам, минуя пустые камеры, где когда-то стонали маги. Тишина глушила шаги. — Ты уверена, что он ещё жив? — тихо спросил Антонин. — К сожалению, да, — усмехнулась она. — Но скоро перестанет быть. Они остановились у массивной двери камеры. Заклинание распалось под её рукой, и дверь с хрипом отворилась. Внутри, сидя на железной койке, старик поднял голову. Грин-де-Вальд. Глаза его были мутны, но не потухли — в них по-прежнему жил огонь того безумного ума, что когда-то едва не перевернул магический мир. — Гости? — голос его был стар, но не слаб. — Волдеморт наконец-то послал своих псов? Антонин хмыкнул: — Псы кусаются. Данетт не ответила. Она стояла молча, изучая его, как хищник изучает добычу. — Я слышал о тебе, — произнёс Грин-де-Вальд, скользнув взглядом по ней. — Данетт Нотт. Легилимент, окклюмент, убийца без следа. Сколько лет ты прятала свои глаза от мира? — Достаточно, чтобы узнать цену чужих секретов, — тихо ответила она. — А теперь ты расскажешь мне свои. — О, — старик усмехнулся, показывая неровные зубы. — Лорд Волдеморт хочет моих знаний? Глупец. Всё, что я знал, умерло вместе с моими мечтами. Она сделала шаг вперёд, её голос стал холоднее льда: — Ты не понял. Я не прошу. И в следующее мгновение она коснулась его сознания. Мир вокруг растворился. Данетт шагнула в лабиринт чужих воспоминаний. Это было нечто древнее и могучее: сплетение видений, вспышек, криков, золотых линий формул и символов. В глубине разума старика горел чёрный огонь — безумие, смешанное с величием. Она видела годы — его охоту за силой, книги, украденные из гробниц, союз с Дамблдором, потом падение. И главное — одержимость. Дары Смерти. Символ, что мерцал в каждом его воспоминании. Плащ, камень, и… палочка. Старшая палочка. Вспышки сменяли друг друга, пока наконец перед ней не встал ясный образ — высокий постамент в подземельях под тюрьмой, хранилище, где палочка лежала, заключённая под слоями чар. Он хранил её здесь, под своим последним убежищем. — Значит, вот где ты её спрятал, — прошептала Данетт. Грин-де-Вальд вдруг почувствовал её присутствие в мыслях. — Прочь! — выкрикнул он, дёрнувшись, — Ты не понимаешь, что это! Смерть не терпит тех, кто крадёт её игрушки! Но было поздно. Она вырвала из его сознания всё. Мир содрогнулся — и наяву её палочка взвилась. Зелёная вспышка. Тело старика рухнуло без звука. Антонин стоял рядом, не моргнув. — Ну и? — спросил он спокойно. — Закончили, — ответила она. — Вернёмся. Они вышли из камеры. Но у дверей Данетт остановилась. — Иди вперёд, — произнесла она тихо. — Что ещё? — нахмурился он. — Нужно сделать кое-что. Минутное дело. Он знал этот тон. Спорить было бессмысленно. — Быстрее, — бросил он и пошёл по коридору к выходу. Данетт вернулась. Путь к хранилищу был защищён рунными ловушками. Но она знала — память старика раскрыла ей схему защиты. Одно за другим чары меркли под её движениями. Спустившись в подземелье, она почувствовала ту самую пульсацию силы, о которой он думал. Хранилище было холодным, воздух — плотным. В центре — постамент, и на нём — палочка. Тонкая, изящная, но воздух вокруг неё будто дрожал, подчиняясь невидимой власти. Данетт приблизилась. На мгновение её рука дрогнула. Эта вещь манила. Власть, сила, древний зов крови и магии. — Ни тебе, ни ему, — прошептала она. Сняв охранное заклинание, она схватила палочку и спрятала её под мантию. Заклятия вокруг тут же зашипели, будто ощутили кражу, но Данетт была уже в движении. Быстро, точно, без следов. Когда она догнала Антонина у ворот, тот взглянул на неё вопросительно. — Что-то забыла? — Только прощание, — ответила она спокойно. Он пожал плечами. — Главное, что старик мёртв. — Главное, что Волдеморт получит то, что хотел, — холодно ответила она. — Только не всё. Они вышли из тюрьмы в предрассветный туман. Солнце ещё не встало, и на горизонте лежала густая тьма. В кармане Данетт, под слоями ткани, лежала Старшая палочка — немая, холодная, но живая. Она знала: если Лорд узнает, что она её держит, это будет её смерть. Но если не спрятать — погибнут все. И она выбрала тайну. Данетт вышла на прогулку, её мысли были сосредоточены на одном: старшая палочка. Она понимала, что, согласно пророчеству, её истинное место — у Гарри Поттера. Решив действовать, она тихо наложила заклинание поиска и увидела, что Гарри находится в доме на Гриммо. Сердце ёкнуло: доступ был открыт благодаря её браку с Регулусом — кровная магия пропускала её без проблем. Придя к дому, она почувствовала напряжение, смешанное с любопытством. Когда она вошла, все — Золотое Трио, Сириус, Регулус и Люпин — одновременно подняли головы. Их взгляды выражали смесь удивления и настороженности. Никто не знал, чего ожидать от женщины, которая когда-то присягнула на верность Лорду. Но Регулус, будто отбросив все страхи и сомнения, шагнул вперёд и крепко обнял её. Данетт, ответив взаимностью, на мгновение позволила себе забыть обо всём. — У меня есть кое-что для Гарри, — сказала она, аккуратно доставая из-под плаща старшую палочку. — Это… старшая палочка. Она должна быть у тебя. Все замерли. Гарри с изумлением взял палочку в руки, а Данетт, внимательно глядя на него, добавила: — Она могла бы попасть к Лорду, но теперь это твоя сила. Будь осторожен и мудр. Сириус и Люпин переглянулись, чувствуя, насколько невероятным было то, что произошло. В комнате воцарилось напряжённое молчание, смешанное с лёгким облегчением — Данетт сделала шаг, который мог изменить ход будущего. Гермиона, не скрывая любопытства, спросила: — Данетт, что это за старшая палочка? Данетт мягко улыбнулась, села рядом с Регулусом на диван, облокотившись на его плечо. Гарри сел напротив, держась за палочку, а Гермиона и Рон склонились ближе, готовые слушать. — Это один из Даров Смерти, — начала она тихо, — самая первая и самая могущественная палочка. Она может дать невероятную силу, но только тому, кто достоин. Гарри нахмурился: — Почему ты отдала её мне? Ты ведь после побега из Азкабана снова стоишь рядом с Лордом… Данетт сжала руки в коленях, посмотрела прямо на него: — Я держу в руках смерть Лорда. Но я чувствую, что есть ещё артефакты, которые нужно найти. Без них победы не будет. Поэтому мне придётся быть близко к Лорду и выполнять его капризы, чтобы получить доступ к остальному. Регулус сжал её руку, чувствуя её напряжение. — Она делает это ради всех нас, — сказал он тихо. Гарри опустил глаза на палочку, ощущая груз ответственности. А Данетт, сидя рядом с ним, понимала, что это лишь начало долгой и опасной игры, где каждая ошибка могла стоить жизни.