Двое под кожей

Марк возвращался к тому разговору с Артёмом снова и снова, прокручивая его в голове. Ему даже немного не верилось, что всё так просто уладилось и теперь они снова могут общаться, будто ничего и не случилось. Они стояли у стены университетской курилки, когда Артём затянулся и, выпустив сигаретный дым, произнёс: — Давай поговорим. — О чём? — Марк удивился, но голос старался держать ровным, на автомате натягивая привычную маску безразличия. Артём усмехнулся. — Как будто нам побазарить не о чем, — сказал он, словно говорил о чём-то очевидном. От этих слов напряжение, которое висело между ними последние дни, чуть отпустило, и Марк не проронив ни слова, почувствовал, как плечи сами собой расслабляются, будто тело уставало держать эту оборону дольше, чем он готов был признать. Тот молча протянул ему открытую пачку сигарет, и Марк, секунду помедлив, достал одну. — Как ты? — спросил Артём, пытаясь начать диалог. — Норм, — коротко ответил он, прикуривая и выпуская дым в сторону. — А по морде и не скажешь, — Артём покосился на него, скользнув взглядом по свежим синякам и разбитой губе, но ничего больше не добавил, будто ждал, что Марк сам объяснит. — Пф, на свою рожу посмотрел бы. Артём издал короткий смешок, а в его глазах мелькнуло любопытство. — Нарвался на кого? — Да херня, забей, — коротко бросил Марк, вспомнив, что обещал Черпаку не рассказывать Артёму про вчерашний случай с деньгами. Тот посмотрел на него, прищурившись и нахмурившись, будто что-то заподозрил или строил догадки, но промолчал. Спустя пару секунд, словно решив сменить тему, он проговорил: — Мы в последнее время у Димона зависаем. Пацаны даже пивас твой любимый взяли. — Нахуя? — Может, ждут, когда ты уже перестанешь хуйнёй страдать и вернёшься. Без тебя не то. От этих слов внутри у Марка приятно ёкнуло. Похоже, Артём пытался помириться с ним этим нелепым, почти детским способом, ведя разговор так, будто между ними никогда ничего не случалось. Он затянул дым глубже, давая себе время подумать, но тепло от того, что тот вообще сделал первый шаг, уже разливалось где-то под рёбрами. Однако Марк быстро спрятал это чувство за саркастичной усмешкой, заставив себя ухмыльнуться с лёгким пренебрежением. — Пф. Серьёзно? Я ж предатель, не? — Давай пригоняй, заебал, — Артём посмотрел ему прямо в глаза. — Все ждут тебя. Кристина уже все мозги мне выебла, как ей тебя не хватает. Марк промолчал, кинув взгляд в сторону. — Никитос сказал, что мы дебилы, и что если мы не помиримся, он больше не играет с нами в карты, — продолжил Артём. — А Черпак ворчал, что без тебя даже бухать не интересно. Чё мы реально срёмся из-за какой-то хуйни? Марк не сразу нашёл, что ответить. Он, сделал паузу, разглядывая тлеющую сигарету в пальцах, а потом, подняв серьёзный взгляд, проговорил: — Это не хуйня, Артём. — Бля, — тот глубоко затянулся и медленно выпустил дым, словно собирался с мыслями. — Да, я бываю резкий. Просто не люблю, когда мне пиздят. — Да ты бы разговнился, если бы я рассказал, — возразил Марк. — И то верно. Так что давай, нехер дуться. Мир? – Артём протянул ему руку. Марк на миг замер, словно размышляя, а потом пожал руку в ответ. — Еблан, кто здесь дуется? — А чё нет? — А сам-то? Тихушник хренов! — Ну знаешь… — Артём криво усмехнулся. — Когда я отпиздил тебя, мне прям знатно так полегчало. Марк хмыкнул в ответ, и на душе у него стало действительно теплее. Он понимал, что их дружба уже не станет прежней, что где-то внутри осталась трещина, которую не затянуть простым рукопожатием, но ему тоже не хотелось обрывать все связи, особенно теперь, когда появилась надежда на то, что всё может наладиться. — Ну так чё? Придёшь? — спросил Артём, кинув окурок в сторону урны. — Я скорее всего сегодня с Лёхой. Попозже уточню. — Ну так оба пригоняйте. Марк аж опешил, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло. — Реально? Ты же не перевариваешь его. — Если ты в нём уверен и он тебе реально друг… то без проблем. Хотя я всё ещё сомневаюсь на его счёт, буду честен. Марк не верил своим ушам. Раньше он очень хотел, чтобы компания приняла Лёшу, чтобы не приходилось выбирать между ними, а тут Артём сам, по своей воле, готов был сделать этот шаг. — Он тебе случайно не угрожает чем-то? — вдруг серьёзно поинтересовался Артём, прищурившись. — Иначе я всё ещё хер пойму, чё ты с ним связался. — Ты ёбнутый? — Просто есть моментик, который натолкнул меня на такие мысли. Марк глянул на него исподлобья, выбрасывая окурок. — Я как-то с Кирюхой базарил, с нашего курса который. Он раньше частенько Лебедева подъёбывал, — начал Артём, доставая новую сигарету. — А потом резко завязал. Ну я и поинтересовался: чё случилось? Оказалось, Лебедев ему пригрозил. Сказал, если не отъебется — пизда ему. — И чё? — Ну а Кирюха продолжил прикалываться, бумажками харкался, хуйнёй всякой страдал, как я ни вспомню, пацаны постоянно этим занимались. А потом в один из дней он нашёл в своём рюкзаке дохлую кошку… — Чего?.. — Помнишь, на первом курсе в коридоре на всю воняло тухлятиной? Все носы зажимали. Марк нахмурился, пытаясь вспомнить. — Ну… было что-то… — Это оно и было. А потом они в туалете пересеклись, и Лебедев ему спокойно так говорит: «В следующий раз — это будет уже труп твоей собаки». Прикинь? Кирюха, в общем, понял, что с ним лучше не связываться — мало ли что он ещё может выкинуть. И после всего этого Лебедев его перед собой за парту посадил, чтобы тот не рыпался. На мушке, так сказать, держит. Марк сначала завис, пытаясь переварить услышанное, а потом скептично проговорил, хотя внутри заскребло неприятное чувство: — Да ну, бред какой-то… — Это то, что мне сказали, — Артём пожал плечами и наконец прикурил. — Ты меня знаешь, я пиздеть не буду.

***

Под звонкий голос преподавателя Марк вернулся в реальность из глубины воспоминаний. Краем глаза он посматривал на Лёшу, который сидел в пару рядов слева от него. Разве он мог сделать с тем парнем то, о чём рассказал ему Артём? Марк перевёл взгляд на Кирилла — тот и правда сидел перед ним за партой. Он вдруг вспомнил, как этот парень смотрел на Лёшу с каким-то напряжением, почти со страхом, но тогда не придал этому значения. От этой детали внутри тревожно заскребло. Неужели Лёша действительно мог убить кошку, протащить её в университет и подкинуть в рюкзак? В голове у Марка это никак не укладывалось. Перед его глазами стоял образ нежного, ранимого и доброго человека, который точно не способен на такую жестокость. Но в следующую секунду эта картинка сменилась на его грубую, колючую версию. «...Ненавижу собак!», — всплыл в памяти голос Лекса, когда Бакс сгрыз его наушники. «...И тебя тоже ненавижу!» «...Да чтоб ты сдох!» От последней реплики его особенно обдало жаром, он резко вспомнил их последнюю встречу, — когда тот внезапно появился в самом разгаре их близости. Марк прикрыл лицо рукой, пытаясь спрятаться от нахлынувших образов. Воспоминания сменялись одно за другим. Следующим всплыло, как Лёша жестоко заламывал руки гопнику, до синевы раздавливая пальцы, в то время как на его лице не было ни капли сомнения или жалости. От всех этих размышлений по телу Марка пробежали мурашки. История Артёма всё больше казалась правдивой — слишком уж много мелких деталей сходилось. Но вместо того чтобы гадать, он решил, что лучше разобраться во всём самому и выяснить правду напрямую, а не полагаться на чужие рассказы. — Ты чё, прикемарил? — спросил шёпотом Артём, сидя за одной партой справа от него. — Ага, — еле слышно ответил Марк, возвращаясь мыслями в реальность. Преподавательница тем временем раздала листочки с результатами теста, и Марк уставился на чистый бланк. Артём заглянул в него и удивлённо приподнял бровь. — У тебя двойка, что ли? Даже я на три написал, хотя из нас отличник — это ты. — Завались, — с лёгкой самоуверенной улыбкой бросил Марк, скомкав лист бумаги в кулаке. Когда прозвенел звонок, они начали собирать вещи, и Артём, накинув рюкзак на плечо, предложил: — Го сегодня ко мне? В Мортак зарубимся, — он сделал паузу. — Или снова занят? А ведь они с Артёмом толком не тусили вместе с тех пор, как поссорились. Пересекались только в универе да в курилке. С одной стороны, хотелось подольше побыть с Лёшей, но с другой — он тоже скучал по старым временам. — Не занят, — ответил Марк наконец. — Почему бы и нет.

***

На перемене между половиной четвёртой пары Лёша с Марком зашли в мужской туалет. В это время там обычно уже почти никого не было: занятия заканчивались, и народ разбегался по домам. Стены университетского сортира были выложены голубой плиткой, у входа справа располагались писсуары, а слева тянулся ряд кабинок. Марк первым делом проверил каждую из них, убедившись, что они пусты, а потом, схватив Лёшу за руку, потащил в самую дальнюю. — Ч-что ты делаешь? — удивлённо спросил он, едва успевая переставлять ноги. Марк ничего не ответил, только захлопнул за ними дверь, заперев на щеколду, а затем, словно не в силах больше терпеть, прижал Лёшу к себе и прильнул к его губам. Тот, до ужаса смущённый, но покорный, робко обнял его в ответ, в то время пока руки Марка скользили по его пояснице, спускаясь на таз. Всё происходило в какой-то лихорадочной спешке — они торопились успеть насладиться друг другом за этот короткий пятиминутный перерыв. — А если н-нас кто-то увидит? — шёпотом проговорил Лёша, тяжело дыша, когда Марк на секунду оторвался от его губ. — Всё нормально будет, — ответил он и заткнул его новым, страстным поцелуем, не давая возразить. Параллельно с этим блуждающая рука Марка скользнула к нему на пах, и через ткань джинсов он ощутил, как сильно тот возбуждён. Лëша тихо, почти неслышно простонал ему в рот и тут же широко открыл глаза, будто испугался собственной реакции. Марк отстранился ровно настолько, чтобы дышать ему в ухо, и прошептал с похотливой усмешкой: — А тебя это явно заводит. Лёша покраснел до самых ушей и начал отодвигать его руку. — Почему? — протянул Марк слегка капризно, не желая останавливаться. Затем схватил его руку и приложил к себе между ног, давая почувствовать, как сильно его тело откликается на эту близость. — У меня точно так же. Лёша отдёрнул руку, заливаясь краской ещё гуще, посмотрел на Марка дрожащим, растерянным взглядом и проговорил: — Н-не надо здесь… Марк прижал его к себе ещё крепче и уткнулся головой в его плечо. — А вчера ты был смелее, — подметил он с чуть насмешливой нежностью. Вдруг в тишине послышались приближающиеся шаги. Парни тут же отлипли друг от друга. Марк опустился на крышку унитаза, а Лёша сел к нему на колени лицом напротив и поджал ноги, чтобы со стороны казалось, будто в кабинке находится только один человек. Они затаили дыхание, глядя друг другу в глаза, боясь быть раскрытыми. Студент зашёл в соседнюю кабинку, после чего раздались приглушённые звуки его возни. В этот момент Марк притянул Лёшу к себе, обхватив за талию, но его руки, не удержавшись на месте, скользнули под его одежду, касаясь голой кожи спины. Тот слегка вздрогнул, отводя взгляд, а потом снова приковывая его к довольному лицу Марка, который тем временем медленно опускал руки ниже, добираясь до ягодиц. От этой необычной, почти экстремальной ситуации напряжение между ними росло с каждой секундой, и желание становилось только острее. Из соседней кабинки донёсся звук смыва воды, следом щёлкнул замок, и шаги направились к раковине. Марк с трепетом поглядывал на Лёшу: на то, как бегают его глаза, как он смущённо поджимает губы, пряча возбуждённый взгляд. Не сдержавшись, он прижался к его шее и медленно провёл языком по коже, оставляя влажный след. Лëша негромко всхлипнул от неожиданности, тут же закрыв рот рукой и широко распахнув глаза. Вдруг шум воды стих, а шаги начали удаляться. И когда наконец хлопнула дверь туалета, парни выдохнули с облегчением, переставая сдерживать частое, горячее дыхание. — Он же н-не услышал?… — прошептал опасливо Лёша. — Да не, вода же шумела. Пальцы Марка всё ещё находились под Лëшиной одеждой, сминая кожу на пояснице, когда в коридоре раздался звонок на пару. Они обменялись последним коротким поцелуем, быстро вышли из кабинки и, не оглядываясь, прошмыгнули из туалета, направляясь к аудитории.

***

Мысли о произошедшем не отпускали Марка до самого конца занятий. Он то и дело ловил себя на том, что смотрит на Лёшу, вспоминая те торопливые, полные риска мгновения. И только когда последняя пара закончилась, он смог переключиться на другое. Они пришли вместе с Артёмом к нему домой, и вскоре Марк уже сидел на диване перед телевизором, сжимая в руках джойстик и пытаясь выплеснуть накопившееся напряжение в игре. Кнопки хлопали под его пальцами с отчаянной частотой, но персонаж на экране всё равно пропускал удар за ударом. — Сука! — выкрикнул он, когда его боец с громким звуком рухнул на землю. Артём залился громким хохотом и отложил свой джойстик в сторону. — Лю Кан сосёт, — самодовольно протянул он. — У тебя не было и шансов. — Это мы ещё посмотрим, нахуй! Давай заново, — раздражённо ответил Марк, не готовый мириться с поражением. — Пизда тебе и твоему Рейдену. Он потянулся за банкой пива на столе, чтобы сделать глоток, но внутри оказалось пусто. — Бля, закончилось, — пробормотал он, поднимаясь с места. — Ща подожди, принесу. — И мне заодно захвати, — бросил Артём, не отрываясь от экрана. Марк вышел из комнаты, оставив друга одного. Артём тем временем допил последние глотки пива и с глухим стуком поставил пустую банку на стол. Рядом с ней, на краю столешницы, лежал телефон Марка, и в этот момент на его экране загорелось уведомление. Короткая вибрация привлекла внимание Артёма, и он, не удержавшись от любопытства, краем глаза глянул на экран. Лёша: Люблю тебя ❤ Увидев это, парень внезапно помрачнел. Он несколько секунд смотрел на экран, сжав челюсть, будто пытаясь осознать прочитанное, а затем резко смахнул уведомление. Телефон тут же погас, и он отложил его на место, делая вид, что ничего не произошло.