Код титана.

​Промышленный комплекс "Киото-Индастриз" стал для них идеальной цитаделью. Гигантские, ржавеющие цеха скрывали "Капилан" от спутникового наблюдения, а многоуровневые подземные коммуникации давали десятки путей для отхода. Михаил обустроил себе скромное жилище в старой диспетчерской, откуда открывался вид на его молчаливого стального бога. ​Запасов оружия и боеприпасов, захваченных во время ночных вылазок, теперь было достаточно, чтобы вести автономные боевые действия в течение нескольких недель. Михаил решил, что пришло время залечь на дно. Фаза активной охоты закончилась. Началась фаза тотального анализа. ​— Ки, — сказал он, усаживаясь в пилотское кресло, которое теперь служило ему и командным центром, и домом. — Хватит поверхностного сканирования. Я хочу знать все. Прорвись через все уровни защиты. Мне нужны полные архивы — и Империи, и Черных Рыцарей. История этого конфликта, ключевые события, личные дела... все, что было до нашего прибытия. ​— Понимаю, Пилот. Начинаю глубокое проникновение в защищенные сети. Это потребует времени, — ответил ИИ. ​Следующие дни превратились в марафон поглощения информации. Голографические экраны в кабине "Капилана" показывали не тактические карты, а хроники чужой войны. Михаил читал, смотрел, слушал, а Ки взламывал один архив за другим, комментируя и систематизируя данные. ​Он узнал о трагедии в Синдзюку, о становлении Зеро, о его первых громких победах. Он прочитал досье на наместника Сектора 11, принца Кловиса ла Британия, и о том, как Черные Рыцари взяли на себя ответственность за его убийство. ​— Он убил члена королевской семьи, — пробормотал Михаил, глядя на официальное заявление Империи. — Смелый ход. После такого пути назад нет. Он сжег за собой все мосты. ​— Это действие консолидировало вокруг Зеро множество разрозненных групп сопротивления, Пилот. С точки зрения стратегии, это был эффективный шаг для укрепления власти, — добавил Ки. ​— Но он же создал вакуум власти. Империя не оставит такой важный сектор без наместника. Они должны были прислать замену. ​— Они прислали. Информация по новому суб-наместнику была засекречена, но мне удалось получить доступ к планам ее предстоящего публичного выступления. ​На экране появилось новое досье. Лицо на фотографии было юным, с добрыми, немного наивными глазами и мягкой улыбкой. Принцесса Юфемия ли Британия. ​— Еще одна сестра Лелуша... — Михаил внимательно изучал ее биографию. — Третья принцесса. Известна своей добротой, участием в благотворительности... не участвовала ни в одной военной кампании. Что она здесь делает? Корнелия — генерал, Кловис был политиком. А она... она просто добрая девушка. ​— Согласно перехваченным протоколам, Пилот, Принцесса Юфемия намерена выступить с заявлением о создании "Специально Администрируемого Региона Япония". ​Михаил недоверчиво приподнял бровь. — Что это еще за регион? ​— Полное восстановление названия "Япония". Предоставление японцам (или "одиннадцатым") равных прав с британцами в пределах этой зоны. Собственное правительство под патронажем Империи. Фактически, это предложение мира и автономии. ​Михаил откинулся в кресле, пытаясь осознать услышанное. — Мир? Автономия? От Британской Империи? Это какая-то шутка? Как император вообще мог дать на это добро? Этот старик, который толкает речи о естественном отборе и превосходстве сильных... — он на мгновение замолчал, и его взгляд солдата пронзил пелену политических интриг. — А... я понял. ​— Пожалуйста, уточните ваш вывод, Пилот. ​— Это не предложение мира, Ки. Это самый гениальный и жестокий капкан, который я когда-либо видел, — сказал Михаил, и в его голосе прозвучало невольное уважение к автору этого плана. — Посмотри на это глазами Зеро. Что ему делать? ​Он начал загибать пальцы. — Вариант первый: он принимает предложение. Что происходит? Война заканчивается. Его "Орден Черных Рыцарей" становится не нужен. Он теряет свою власть, свою армию, свою цель. Японцы получают то, чего хотели, и отворачиваются от него. А Империя, подождав несколько лет, пока все успокоится, спокойно поглотит этот "специальный регион", найдя любой предлог. Он проиграл. ​— Вариант второй: он отказывается. Что тогда? Добрая, наивная принцесса предлагает мир, а безжалостный террорист Зеро отвергает его. В глазах всех японцев, которые устали от войны, он превращается из освободителя в простого бандита, который боится потерять свою власть. Он теряет поддержку народа. Он тоже проиграл. ​Михаил посмотрел на досье Юфемии — У него есть только один выход, чтобы сохранить лицо и продолжить войну: доказать, что принцесса лжет. Что все это — обман. Но, судя по ее психопаспорту и всему, что ты нашел... она ведь не лжет, правда, Ки? ​— Вероятность обмана со стороны Принцессы Юфемии составляет менее 1.2%. Ее намерения, судя по всем данным, искренни. ​— Вот именно, — заключил Михаил. — Зеро загнали в угол. Его поставили перед выбором без правильного ответа. Его противник использует против него самое страшное оружие — искреннюю доброту. ​Он долго молчал, глядя на портрет юной принцессы. Она была пешкой в игре своего отца, даже не осознавая этого. Ее доброту использовали, чтобы уничтожить ее брата. Этот мир был еще более прогнившим, чем он думал. ​— Что ж, — наконец произнес он. — Похоже, нам снова пора залечь на дно. Но на этот раз не прятаться, а наблюдать. Это представление я не пропущу. Посмотрим, как гений по имени Зеро будет выпутываться из этой ловушки. Каким бы ни был его следующий ход, он покажет нам его истинное лицо. ​Он выключил основные экраны, оставив лишь канал новостей. В холодном полумраке подземного цеха, рядом со своим молчаливым Титаном, пилот из другого мира приготовился стать зрителем самой важной битвы этой войны — битвы, которая будет вестись не пушками, а словами, и где на кону будет стоять не территория, а сердца и умы целого народа