stall

      Я прикусываю губу, не находя слов. Чем больше я прокручиваю в голове предупреждение Гарри, тем сильнее хмурю лоб. Все это вызывает у меня ужасное чувство в животе.       Гарри протягивает руку и разглаживает большим пальцем складку у меня между бровями:       - Не думай так усердно, морщины появятся, милая.       - Да заткнись ты, - я хмуро смотрю на него, отмахиваясь от руки.       - А ты заставь меня. Знаю, что ты хотела бы это сделать, - ухмыляется он.       - Ты иногда такой мудак, ты же это знаешь? - Я одариваю его равнодушным взглядом.       Широкая самодовольная улыбка появляется на его совершенных губах:       - Если я правильно помню, тебе очень понравился мой член, так что, думаю, я приму этот комплимент.       Мои щеки горят, пока я пытаюсь сохранить невозмутимое выражение лица:       - Не смешно.       - Я и не шутил.       Я фыркаю, откидываясь на спинку дивана.       То, что происходит между нами с Гарри, настолько чертовски странно и не похоже ни на что, что было у меня с другими людьми, что я даже не знаю, как это назвать.       Он сказал, что мы не друзья, что я ему безразлична, что мы не встречаемся и не спим вместе, как бы он ни старался это изменить, так что остается только теряться в догадках, какие же у нас с ним отношения.       Я вообще теряюсь рядом с ним.       Сегодняшняя ночь была чередой запутанных поворотов, и я просто не могу за этим уследить. Я привыкла к тому, что все просто, предсказуемо и безопасно. С тех пор, как он открыл дверь, все стало полной противоположностью этому.       После всего этого мне нужно будет выпить чего-нибудь покрепче.       Я оглядываю гостиную, погруженная в свои мысли, пока мой взгляд не натыкается на ту стену с видеокассетами, и я не могу удержаться от вопроса:       - Что на всех этих кассетах?       Я оглядываюсь на Гарри и вижу, как выражение его лица покрывается безразличной маской, а тело напрягается:       - Ничего важного.       Чушь.       Я подозрительно приподнимаю брови:       - Конечно, это куча неважных записей.       Его лицо ничего не выражает, когда он встает с дивана, смотрит на меня сверху вниз и протягивает руку:       - Давай просто пойдем спать.       Записи полностью вылетают у меня из головы, когда мои глаза широко раскрывются:       - Что?       Он указывает головой в сторону коридора:       - Моя комната в той стороне, пойдем.       - Я не буду спать в твоей постели, - недоверчиво выдавливаю я.       - И где ты планируешь спать? - Он приподнимает бровь, продолжая протягивать руку.       На мгновение я замолкаю, задумавшись, и понимаю, что на самом деле не задумывалась об этом.       Я была слишком озабочена всем остальным, что происходило вокруг, и эти мысли даже не приходили мне в голову.       - Я могу поспать на диване, - быстро предлагаю я, похлопывая рукой по подушке.       - Ни за что, - резко заявляет он. - Вставай, Эбби.       - Гарри, я не могу спать с тобой в одной постели. У меня есть парень, и я не против просто поспать на... Ах!       Я вскрикиваю, когда Гарри прерывает меня, наклоняясь, чтобы без усилий поднять меня на руки, поддерживая под колени и обхватывая за спину, как будто я вешу не больше бумажного пакета.       - Отпусти меня! - Кричу я, в то время как он смотрит прямо перед собой и направляется к коридору.       - Гарри! Отпусти меня сейчас же! - Требую я громче, мой голос скрывается от шока.       Он игнорирует меня, не моргнув глазом, и идет по коридору, пока не доходит к дальней двери.       - Я серьезно! Отпусти. меня. блять. бегом!       Я становлюсь все более раздраженной, отчаянно извиваюсь в его руках, пытаясь высвободиться, но он только крепче сжимает меня.       Он открывает дверь и захлопывает ее за собой ногой, а я чуть не ору во всю глотку:       - Тебе лучше отпустить меня, или, клянусь богом!       Я кричу, когда Гарри бросает меня, и, эффектно подпрыгнув, приземляюсь на его кровать. Мои волосы рассыпались по лицу, когда я лежу на спине:       - Какого черта, Гарри!       Я слышу, как щелкает дверь, и резко выпрямляюсь, лихорадочно убирая волосы с лица, когда смотрю на Гарри, стоящего перед дверью и пытающегося подавить самодовольную улыбку.       - Только не говори, что ты только что запер дверь.       Гарри держит ключ в руке, осматривая его, прежде чем повернуться ко мне:       - Ладно, не скажу.       - Ты что, издеваешься надо мной? Ты запер!       Гарри бросает на меня покровительственный взгляд:       - Так определись, милая, ты велела мне не говорить, что я запер дверь, а теперь сама злишься из-за этого. Тебе трудно угодить, знаешь?       Клянусь, у меня чуть глаз не дернулся.       Я поднимаюсь с кровати, направляюсь к нему и протягиваю руку:       - Дай мне ключ.       - Ты действительно этого хочешь? - Он склоняет голову набок, хмуря брови.       Я твердо киваю, протягивая руку еще дальше и произнося сквозь стиснутые зубы:       - Сейчас же.       - Ладно, - ухмыляется он, засовывая руку за пояс джинсов, а затем вытаскивая ее обратно и махая мне пустой рукой. - Возьми.       У меня чуть челюсть не отваливается к ногам.       - Ты сейчас серьезно?       Гарри расстегивает пуговицу на джинсах, указывая головой вниз.       - Конечно, забери, если тебе так надо.       Я сжимаю руки в кулаки и с трудом сдерживаю рычание, чтобы не ударить его коленом прямо между ног.       - Ты не можешь просто запереть меня здесь, - вскипаю я.       - Вообще-то, могу, - небрежно замечает он, хватаясь за край своей футболки, чтобы стянуть ее через голову.       - Что ты делаешь? - Я в панике отступаю на шаг.       Он переводит взгляд с футболки, которую держит в руке, на меня:       - Готовлюсь ко сну, - заявляет он так, словно это должно быть очевидно.       Я моргаю, глядя на него, гадая, действительно ли ему нужно стараться так чертовски профессионально выводить меня из себя, или это просто природный талант.       Не могу сказать, что огорчает меня больше: тот факт, что он запер меня здесь, или то, что он стоит передо мной без футболки.       Определенно, второе. Господи, помоги мне, блять.       Мое бедное сердце не выдержит всего этого стресса.       Я не замечаю, что пялюсь на его торс, но, судя по ухмылке Гарри, он заметил.       Фыркнув, я разворачиваюсь и сажусь на край кровати, скрестив руки на груди и раздраженно скривив лицо.       Я не отрываю взгляда от пола, когда слышу, как расстегивается молния на джинсах Гарри.       Просто покончи со мной, покончи со всем этим прямо сейчас, я готова.       После нескольких секунд я замечаю оголенные ноги Гарри.       - Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, какая ты сексуальная, когда злишься?       - Нет, - резко отвечаю я, глядя на него снизу вверх и саркастически прищуриваясь. - Потому что ты единственный человек, который меня так злит.       - Приятно знать, - он выглядит довольным моим ответом.       Он протягивает руку, все еще держа в ней футболку:       - Ты можешь поспать в этом.       Я с опаской протягиваю руку, забирая у него футболку:       - Ты правда думаешь, что я буду спать без штанов?       - Ты можешь спать голой, как в прошлый раз, я не против, - пожимает он плечами, бросая на меня дерзкий взгляд, отступает в сторону и заползает на кровать.       Я резко встаю, как будто кровать залилась лавой, как только он оказывается на ней, и поворачиваюсь к нему лицом, крепко сжимая футболку в руках.       - Я не собираюсь заниматься с тобой сексом, - выпаливаю я, прежде чем успеваю себя остановить.       Гарри лежит на спине, закинув руки за голову, его брови поднимаются, но голос остается спокойным:       - Я и не ждал этого, но, похоже, ты пытаешься убедить в этом не меня.       - Не думаю, что могу тебе доверять, - я настороженно смотрю на него.       - Умная девочка, - соглашается он. - Но, если быть честным, я думаю, что ты не доверяешь себе.       Я запрокидываю голову, пытаясь найти хоть какое-то успокоение. Как будто у него есть какая-то секретная инструкция по нажатию всех нужных кнопок, когда дело касается меня.       Я делаю несколько успокаивающих вдохов и выдохов, прежде чем снова смотрю на него:       - Серьезно, если я останусь здесь с тобой, то ничего не произойдет.       В этот момент мой голос будто жалобно умоляет его.       Тот факт, что я вообще сказала "если", просто смехотворен. В этой ситуации нет никаких "если". Я заперта в чертовой комнате, а ключ от нее находится в боксерах этого злорадствующего ублюдка.       Я не утруждаю себя попытками понять, почему я не борюсь с этим, или почему в глубине души я даже не расстроена и не напугана перспективой остаться здесь. Разумный человек выломал бы дверь.       Но рациональность может подождать до завтра. Я исчерпала свой лимит на одну ночь.       - Расслабься, мышонок, мои ручки будут вести себя наилучшим образом, - он поднимает три пальца вверх с невинным выражением лица. - Слово скаута.       Я переминаюсь с ноги на ногу, решая, стоит ли мне доверять этому.       - Обещаешь?       Его рука прижата к груди, когда он прочищает горло:       - Я не даю обещаний, но и не говорю того, что не имею в виду.       Этого достаточно, и я не думаю, что могу ожидать от него чего-то другого.       Я покорно вздыхаю, указывая на дверь:       - Можно мне воспользоваться ванной, чтобы переодеться?       Я ожидаю от него грубого замечания, но он только кивает, наблюдая за мной все тем же пристальным взглядом.       Обернувшись, я направлюсь туда, закрываю за собой дверь, прислоняюсь к ней спиной и опускаюсь на пол.       Мне просто нужна минута, чтобы собраться с мыслями.       Я чувствую себя так, словно меня забросило в портал времени, прямиком в ту единственную ночь на три года назад, и у меня, как и тогда, мурашки бегут по коже.       Я до сих пор ярко представляю, как стою там в ужасе в одном нижнем болье, нисколько не боясь его, но в ужасе от неизвестности, от того, что понятия не имела о том, что произойдет дальше.       Если бы я тогда знала то, что знаю сейчас, я бы сказала этой девятнадцатилетней девушке, что ее страхи вполне обоснованны.       Что после той ночи уже ничего не будет по-настоящему прежним, что она никогда больше не будет прежней.       В ту ночь Гарри открыл во мне дверь, о существовании которой я даже не подозревала.       Бывали ночи, когда я лежала без сна, прокручивая в голове каждую секунду той ночи, словно в моем сознании проносился душераздирающий фильм.       Я никогда не думала, что мое тело может чувствовать или переживать то, что было тогда, и не знала, что кто-то способен вызвать у меня такие эйфорические ощущения.       Находясь рядом с Гарри, я чувствовала себя по-настоящему свободной, и с тех пор у меня не было ничего подобного.       Возможно, я никогда и не пробовала наркотики, но у меня нет никаких сомнений в том, что Гарри был чем-то вроде моей зависимости.       Он был злым зельем, которое проникало в каждую пору и клеточку моего существа, чем-то настолько мощным, что даже самая маленькая капля оставляла неизлечимую боль, когда его не было рядом, которая никогда не уходила. Она просто сидела в тебе, пока ты не привыкала жить с ней.       У меня не было ни единого шанса, я пропала прямо в тот момент, когда он поцеловал меня.       Я даю себе несколько мгновений, чтобы прийти в себя, прежде чем встать и медленно начать переодеваться в футболку, которую он мне дал.       Мое сердце замирает, когда его запах ударяет мне в ноздри, он пропитывает всю футболку, и я понимаю, что это была та самая, которая была на нем сегодня вечером.       Перестань, Эбби, это ничего не значит.       Я делаю последний глубокий вдох, чтобы успокоиться, открываю дверь и выхожу, обхватив себя руками и глядя в пол.       Освещение в комнате теперь тусклое, слабый свет прикроватной лампы едва хоть что-то освещает.       - Иди сюда, - нежный голос Гарри привлекает мое внимание, и я смотрю на него, видя, что он укрыт одеялом до бедер, подперев голову одной рукой, а другую протянув ко мне.       Просто дыши.       Я делаю маленькие медленные шаги к кровати, чувствуя смесь головокружения и позывов к рвоте, когда подхожу ближе.       Как только я оказываюсь в пределах досягаемости, Гарри хватает меня за руку и мягко тянет к кровати.       Я забираюсь под одеяло, ложусь на спину и смотрю в потолок.       Гарри приподнимается на локте, чтобы посмотреть на меня сверху вниз:       - Ты выглядишь так, будто я собираюсь убить тебя, Эбби.       Возможен ли такой вариант прямо сейчас? Если да, то я согласна.       - Я просто нервничаю, - тихо признаюсь я. Чувствую себя слишком измученной, чтобы пытаться как-то наладить с ним отношения, поэтому просто говорю честно.       Та редкая мягкость возвращается во взгляд Гарри, когда он вздыхает:       - Знаю.       Он ложится на спину, жестом подзывая меня приблизиться к нему:       - Может это поможет.       Я переворачиваюсь и прижимаюсь к нему, прежде чем успеваю отговорить себя от этого, и он обнимает меня за спину, притягивая ближе к себе, пока моя голова не оказывается у него на плече, а нога не закидывается на его ногу.       Ощущение того, что я снова чувствую его теплую кожу на своей, неописуемо, и я проклинаю себя за то, что хочу чувствовать это чаще.       Мы пролежали в тишине, как мне показалось, несколько часов, но на самом деле прошло всего несколько минут, и я потерялась в звуке его сердцебиения и ровного дыхания.       Пальцы Гарри медленно описывают круги по моей пояснице, в то время как другая его рука лежит поверх моей на его груди.       - Это правда помогает, - признаюсь я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно.       Не уверена, почему я чувствую необходимость говорить почти шепотом, ведь нас никто не сможет услышать, но момент кажется таким хрупким, как будто любой внезапный шум может разрушить его.       - Да... помогает, - едва слышно соглашается он.       Я стараюсь не слишком задумываться о том, что он имеет в виду, но не могу избавиться от чувства надежды, что моя близость помогает и ему.       - Ты все еще ощущаешься так же, - бормочет он, и я слышу усталость в его голосе. - Это успокаивает.       Я борюсь с теплом, разливающимся по моей груди, и вспоминаю его слова о том, почему он ходит в океанариум. Действую ли я на него так же?       Сам того не осознавая, он, видимо, дал мне небольшой ответ на вопрос, почему он позвонил мне сегодня вечером, но, как и во всем, что касается Гарри, я не уверена в этом.       Я чувствую, как его дыхание становится глубже, как равномерно поднимается и опускается его грудь, когда он засыпает.       Подняв взгляд, я вижу, что его глаза закрыты, и как раз в тот момент, когда я думаю, что не могу испытывать большего благоговения перед ним, безмятежный вид его лица, пока он засыпает, заставляет мою грудь сжаться.       Он выглядит таким умиротворенным. Все смятение, озорство и жесткость исчезли с его лица, и я бы все отдала за то, чтобы у меня была камера, чтобы запечатлеть это.       Я снова прижимаюсь головой к его груди, пытаясь насладиться этим, пока могу.       - Я скучал по тебе, - выдыхает он, и это звучит так слабо и приглушенно из-за сна, что мне почти кажется, что мне послышалось.       Кровь застывает в жилах, и я задерживаю дыхание, пытаясь переварить то, что только что услышала. Эти четыре слова опровергают все мои сомнения относительно чувств, которые я испытывала к этому мужчине.       Я тоже скучала по тебе, Гарри... но я не сказала ему об этом, ведь едва могла признаться в этом самой себе.       В ту ночь я поняла две вещи: во-первых, Гарри разговаривает во сне, а во-вторых, того, что я лежала здесь с ним, было достаточно, чтобы хотя бы на одну ночь забыть, почему мне нужно держаться от него подальше.