Не оставляй меня одну

С минуту отец слушает молча, внимательно вслушиваясь в каждое слово старшей дочери, наполненное отчаянной мольбой. Габриэль говорит просто и безыскусно, Габриэль умоляет отца помочь (цепляясь за этот шанс как за последнюю спасительную соломинку). — Хорошо, Габи, я поговорю с Джонатаном. — Думаешь, он точно согласится помочь? — голос ее все еще дрожит от недавних слез. — Я знаю Джонатана тысячу лет, — отец тепло улыбается, — он — мой давний хороший друг еще со школьной скамьи, и он точно не откажет. Тем более, такая ситуация… А еще я могу головой поручиться за его профессионализм как хирурга. За все годы врачебной практики он провел не одну такую операцию. Все будет хорошо, Габи, — Геродот поддерживающе сжимает ладонь дочери. — Спасибо, пап, ты у меня самый-самый лучший! — Габриэль вновь плачет — но уже слезами облегчения, бросается к отцу и крепко его обнимает. (Теперь есть надежда, есть, есть, есть!) *** Геродот назначает встречу со старым школьным приятелем в маленькой уютной кофейне неподалеку от клиники, где тот работает уже более двадцати лет. Габриэль приходит на встречу вместе с отцом и волнуется больше, чем когда-либо за всю свою жизнь. — Габи, безумно рад встрече! — Джонатан улыбается добродушной улыбкой, увидев дочь старого друга. — Подумать только — в последний раз я видел тебя совсем малышкой! Ты обожала развлекать меня древними легендами и сказками, которые сочинила сама, помнишь? — Кажется, я всегда это делала, — Габи смеется в ответ. Джонатан оказывается человеком невероятно добрым и располагающим к себе, и это приносит Габриэль заметное облегчение. — Твой отец рассказал мне о твоей ситуации, Габи, — молвит Джонатан уже серьезным, но мягким и понимающим тоном. — Мне жаль, что это случилось с твоей подругой, да еще и в столь юном возрасте. Семнадцать лет — вся жизнь впереди! — Зена — больше, чем просто подруга, — Габриэль решает быть честной до конца. — Это самый дорогой мне человек, моя семья — наравне с мамой, папой и Лилой. Я люблю ее. — Признаться честно, Габи, я догадывался о подобном, когда ты была еще маленькой, — лукаво улыбатся Джонатан. — Но, впрочем, ладно, сейчас не об этом. Передай Зене, чтобы завтра с утра пришла ко мне на прием. Проведем обследование, а после уже начну готовить ее к операции. И да, пускай ее мама даже не думает беспокоиться о деньгах. Я делаю это ради тебя и ради Зены. Глаза Габриэль вмиг проясняются, сияя от озарившей ее только что неземной радости. (Шанс появился!) — Спасибо вам огромное, Джонатан! — не найдя в себе силы сдержаться, Габриэль вскакивает из-за столика и в порыве чувств обнимает друга отца и целует его в щеку. — Не знаю, как вас и благодарить! — Когда станешь великой писательницей — укажи меня в посвящении своей книги, — смеясь, отвечает он. — И на вашу с Зеной свадьбу пригласить не забудь. Этим же вечером Габриэль мчится со всех ног домой к Зене и ее маме, чтобы сообщить им радостную новость. (Выход найден, есть шанс, что тьма отступит!) Услышав новость, Сирена ударяется в слезы счастья, а Зена подхватывает Габи и кружит ее по комнате, крепко прижимая к груди и зацеловывая раскрасневшееся лицо. (И Габриэль готова поручиться чем угодно: пока под ее кожей бьется пульс, она отстоит Зену перед лицом любой тьмы).