Сорвало

Напиток поставили перед ним уже готовым — прозрачный, с крупными кусками льда. Лисей не сразу к нему потянулся. Газ поднимался мелкими цепочками и с шипением сходил у края. Бармен, не глядя, отодвинул к нему салфетку, провёл тряпкой по стойке и забрал пустую коктейльную рюмку у кого-то справа. Он подтянул рукав чёрной водолазки на левой руке, чтобы ткань легла плотнее. Сделал глоток — холод прошёлся по языку, за ним потянулась горечь — и вернул напиток на место. Телефон лежал экраном вниз. Лисей перевернул его, проверил время. Ничего. Рядом у стойки разговаривали вполголоса, без лишних движений, и звук не расходился дальше пары шагов. Слева опёрлись локтем о стойку. Рука светлая, с тонкими царапинами у костяшек. — Гипнотизируешь коктейль? Лисей сначала посмотрел на эту руку, потом уже повернул голову. Валентин стоял сбоку, развернувшись к нему корпусом. — Он от этого вкуснее не станет, — он кивнул на стакан. — Проверяю, не отравили ли. — В этом месте? — Валентин оглянулся через плечо на ряд бутылок. — Было бы амбициозно. Он снова указал на стакан. — Что это? Лисей глянул на жидкость, будто сам только сейчас вспомнил. — Джин-тоник… наверное. — "Наверное" звучит опаснее, чем отравление, — он повернулся к бармену. — Можно такой же. Бармен отозвался коротким "угу", потянулся к бутылкам, но Валентин не стал ждать — бросил взгляд вглубь зала, где свет проваливался в полутень. — Пойдем пересядем. Он двинулся сразу, обойдя стоящую у стойки пару. Лисей на секунду выбился из этого темпа, задержался у стойки, проведя ладонью по стеклу. Взял стакан и двинулся следом, держа дистанцию в полшага. Перед глазами оставалась его спина в тёмной куртке. В глубине столы стояли свободнее, и на каждом небольшая лампа с тёплым жёлтым светом. Валентин выбрал стол у стены, развернулся и сел, скинув кожанку на спинку; она съехала, он поймал её за край и повесил снова. Лисей сел напротив. Когда он подался спиной назад, край кофты чуть приподнялся, и мелькнула пряжка ремня — та же, что Лисей отметил в первый раз. Взгляд прошёлся по залу и вернулся обратно. — Ты рано. — Не спешил, — Лисей сдвинул стакан ближе к себе, но не взял. — Ты наоборот? — Я обычно опаздываю. Но сегодня решил не проверять, что будет. Он помедлил с продолжением, будто решая, с чего начать. Пальцы постучали по столу, потом остановились. — Я тебя после секции тогда потерял. Ты потом сразу ушёл? — Нет, — ответил Лисей. — Значит, я плохо искал. — Возможно. Валентин усмехнулся, медленно провёл рукой по волосам, не до конца — остановился у виска, поправил прядь и отпустил. — Но потом же я всё-таки написал. И ты ответил. А это уже неплохо. Он съехал ниже в стуле, вытянул ноги под столом. — Ты, кстати, так и не ответил. Ты на каком факультете? — На философском. — Ну, манера узнаётся, — он не спеша нашёл формулировку. — У вас любят оставлять фразу недосказанной. Типа она сама дальше дорастёт. Экономия ресурсов. Лисей сидел, чуть наклонившись вперёд, локти на столе. Промолчал, только потянулся к лампе на столе, провёл пальцами по краю абажура, чуть повернул его — свет сместился, собрался плотнее на столешнице и его руках. Валентин следил за этим движением. — Ты быстро понимаешь, что пора уходить, да? Лисей поднял глаза. — Это предположение или попытка в анализ? — Пока предположение, — Валентин сказал это почти мимо, отворачиваясь к залу. — Серьёзно? — Нет. Он легко пожал плечом, на секунду уводя внимание в сторону: у входа скрипнула дверь и сразу закрылась. Лисей посмотрел на него чуть дольше. Коротко улыбнулся без тепла. — Похоже, тебе просто скучно. В этот момент рядом появилась девушка с подносом. — Джин-тоник, — она поставила коктейль ближе к Валентину. — Спасибо. Подождал, пока она отойдёт, и только потом коснулся стекла. — Сейчас нет, — сказал он. Валентин сделал глоток и оставил в руке, глядя, как лайм сдвигается между льдом. — Странно ты отвечаешь, конечно. Лисей повёл плечом. — Как? Валентин не ответил. Уголок рта легко приподнялся. — Ты когда сюда шёл, вообще понимал зачем? — А надо было? — Да нет, — он переставил ногу под столом. — Я обычно просто проверяю, с кем можно досидеть до второго бокала. Лисей посмотрел на остаток в его стакане. — Для меня это первый раз именно в таком формате, — он сказал это ровно, без акцента. — Как-то раньше… не доходило. Валентин выдохнул через нос, будто это его развеселило и на секунду прикусил губу. — Какой у меня сегодня удачный вечер. Он слегка подался вперёд. — И как оно? — Непонятно. Как будто всё немного мимо, — он на мгновение сбился и сразу продолжил. — Но не настолько, чтобы уйти. Валентин слушал, не перебивая. Тихо хмыкнул. — Ты недавно в Тиндер залетел? — Полтора месяца где-то. Я туда не особо заходил. Просто… висел. Валентин сделал глоток, задержал стакан у губ. — И сразу бар. — Само получилось, — он запнулся на слове, не сразу нашёл продолжение. — Не раздражало. Уже хватило. — А я уже размечтался, что зацепил мрачного красавчика, — Валентин качнул головой, сдерживая улыбку. — Сидит, молчит, весь такой… сложный. Быстро всё объяснилось. Лисей приподнял бровь, уголок рта дернулся. — Тяжело тебе. Валентин завис, потом всё-таки рассмеялся — коротко, без звука, выдохом. Улыбка открылась шире, чем раньше; клыки выступили чуть сильнее, и это неожиданно зацепило взгляд. Он качнулся назад, зацепив коленом край стола. Нога под столом скользнула вперёд и на секунду задела ногу Лисея. — Да вообще ужас. Сказал это всё ещё с остатком смеха, вернулся обратно, уже ближе к столу. — Ладно. Ты чем вообще занимаешься? Лисей что-то ответил, уже не подбирая формулировку. В какой-то момент перед ними появился ещё один бокал — поставили тихо, между словами, и он заметил это уже по движению руки. Где-то позади рассмеялись и сразу сбавили, как будто вспомнили, где находятся; музыка шла фоном, не вылезая вперёд. Фразы цеплялись друг за друга не напрямую: где-то срезались, где-то уходили в сторону. Лисей подхватывал это, не всегда точно, и Валентин сразу встраивался, продолжая там, где можно было продолжить. Он покрутил стакан, пока лёд внутри медленно терял форму. — Ты ещё будешь? Валентин глянул туда, потом на него. — Да нет. Хватит. Он потянулся рукой к спинке стула, казалось, собираясь встать, но не встал. — Слушай, — пальцы остались там же, он повёл ими по дереву. — Если что, можем просто переспать и разойтись. Есть и такой вариант. Лисей откинулся назад, давая этому улечься. Провёл языком по губе и только потом ответил: — Ты всегда так прямо или сегодня акция? — Иногда быстрее. Лисей вернулся в прежнюю позу. Взял стакан, сделал глоток — последний, там уже почти ничего не было. — Не. Сейчас мимо. — Принял. Пауза не зацепилась. — Так, кстати, — Лисей на секунду прищурился, вспоминая. — Ты там ещё что-то говорил про рецензента… он реально это всерьёз написал? Валентин улыбнулся, сразу включившись. Он ответил, не задумываясь, продолжая тот разговор, который уже был. В этот момент к столу подошла официантка, положила счёт ближе к краю и, не задерживаясь, отошла. Лисей потянулся в карман, нащупал карту. — Давай я— Валентин подцепил чек и подтянул ближе. — Ты серьёзно? — протянул лениво, уже доставая карту. — Я тебя позвал, я и плачу. — А если я настаиваю? — Тогда я настаиваю сильнее. Сиди спокойно, студент. Официантка вернулась с терминалом. Валентин приложил карту, дождался короткого сигнала и вернул обратно в карман. Проводил официантку взглядом, и через минуту поднялся. Лисей встал следом. Они вышли не спеша. Узкая лестница тянулась вверх, бетонные ступени были стёрты по краям и слегка скользили под ногой. Валентин шёл первым, ближе к стене; на повороте замедлился, пропуская, но Лисей не стал обгонять и просто держался за ним. Дверь наверху открылась с усилием, и вместе с ней в лицо сразу ударила улица — холодная, сырая, с тем же вечерним воздухом, который тянет с асфальта и стен. Свет от вывески собирался у входа и не шёл дальше; фасады стояли вплотную, тяжёлые, с потемневшей лепниной. Лисей достал сигареты из пальто, вытянул одну, прикуривая. Затянулся, задержал дым и только потом выпустил в сторону. Пачку протянул в сторону Валентина, не глядя. Тот покачал головой. — Не курю. Лисей кивнул, убрал обратно, снова затянулся. Валентин рядом чуть сдвинулся, освобождая проход, пропуская кого-то внутрь. — Ну что, — сказал он, — Вот и прошла твоя первая свиданка с дядей из Тиндера. — Быстро ты в эту роль вошёл, — Лисей выдохнул смешком, прикрывая сигарету от ветра. — Опыт чувствуется. Они не сдвинулись сразу. Валентин стоял, прислонившись плечом к фасаду. Ветер задувал сбоку — он прищурился, поправляя волосы. — Кстати, своё предложение не снимаю. Он сразу отвёл внимание на улицу — свет, движение, машины. Лисей сдвинулся с места, будто собирался ответить, но не стал. Чуть потянул ворот выше, прикрывая шею. — Пора мне, — Валентин оттолкнулся от стены. — Завтра вставать рано, а я уже старый. — В двадцать пять-то? — Жизнь она такая. Валентин уже сделал шаг, но вернулся взглядом. — К слову. — М? — Лисей – это тебя так зовут обычно? — В основном. Валентин на мгновение замолчал, рассматривая его. — Тебе подходит. Лисей усмехнулся. — Спасибо? — Не комплимент. Просто факт, — он легко махнул рукой, разворачиваясь. — Всё, поехал я. Свидимся. И не останавливаясь пошёл дальше. Лисей остался у входа, на том же месте, где стоял всё это время. Только теперь стало тише — не вокруг, а словно внутри самого разговора, который уже закончился, но ещё не рассыпался до конца. Он сделал последнюю затяжку, потушил сигарету о край урны. Выдохнул — и вместе с дымом остался сладко-горький привкус. В горле ещё держалось тепло от последнего глотка джин-тоника. На секунду задержался, глядя вдоль улицы, куда ушёл Валентин, просто удерживая направление. И только после этого развернулся и пошёл в другую сторону.