Per aspera ad astra

Январь и большая часть февраля пролетели незаметно. Две недели каникул Чарли просто отдыхал, впервые за долгое время позволив себе ничего не делать и взять кратковременную передышку, которую прерывал исключительно на дежурные смены в Отделе Тайн. Однако и там тоже все было спокойно, будто вдруг в один момент вся аномальная активность прекратилась. Чарли закончил с прежними заданиями, а новых пока никак не получал — не было работы именно по его профилю, так что большую часть времени он просто дежурил на месте, разбираясь с деталями ритуала «Кость, Плоть и Кровь», которые для него добыли Лоули и Крауч-младший, а в перерывах решая домашние задания, читая записи из архивов и занимаясь мелкой рутиной вроде проверки состояния Арки Смерти. Вне дежурств же он просто спокойно отдыхал, гулял с Падмой по всяким красивым местам вокруг замка, что регулярно заканчивалось поцелуями и объятиями, хоть и, увы, пока без продолжений. Но Чарли не торопился, понимая, что для Падмы это очень важно. Так что пока приходилось налегать на различную романтику. Прогулки с чаем, совместные походы на всякие мелкие представления, которые устраивали в Хогсмиде в честь праздников. Один раз Падма даже вызвалась вместе с ним покататься верхом на фестрале, что получилось даже лучше, чем Чарли ожидал: Падма не могла этого самого фестрала видеть, а потому пугалась, летая в седле, которое для нее, считай, парило в воздухе, так что она, дабы победить свой страх, так тесно вжималась в Чарли и так крепко за него держалась, что он с трудом справлялся со вполне очевидными желаниями. Потом, когда каникулы закончились, пришлось, конечно, вернуться к учебе, которую приходилось совмещать с работой, но он справлялся. И справлялся так, что некоторые преподаватели даже начали его осаживать, всерьез опасаясь за его психику. Поначалу Чарли относился к этому более-менее нейтрально и позволил себе проигнорировать некоторые слова, но потом Флитвик отвел его в сторону и пообещал конфисковать у него палочку, если он не сделает паузу. По счастью, повод для паузы был найден мгновенно… — Итак, наши участники готовы ко своему второму Испытанию! — голос Бэгмена эхом разлетелся по трибунам. — У участников кое-что забрали и спрятали на дне Черного Озера! У участников есть всего час для того, чтобы вернуть украденное! Голос Бэгмена был полон веселья и радости. Однако, ни трибуны, ни тем более Чемпионы этой радости не разделяли. И понятно, почему… Конечно, Бэгмен пытался с пафосной рожей держать интригу, но весь Хогвартс еще с вечера перед испытанием знал, что это будет за Испытание и что, а точнее — кто сейчас на дне. Всеобщее мнение по этому поводу было однозначным и выражалось в два слова: «организаторы — пидарасы». Причем в самом худшем смысле последнего слова. Это же кем надо быть, чтобы поместить в ледяное озеро несколько учеников, которые вообще никакого отношения к Турниру не имеют и заставить Чемпионов нырять за ними?! Нет, понятно, что никто не допустит гибели «похищенных», но все равно… Какой вообще идиот придумал, что февраль — это идеальное время для проведения испытания в ледяном горном озере, которое даже летом лишь с большой натяжкой было пригодным для купания?! Бэгмен, видимо, понял настроение толпы и решил дальше не провоцировать: — Начинаем по моему свистку! Три… Два… Один… Раздался противный свист. Крам, Делакур и Диггори почти синхронно взмахнули палочками и прыгнули с пирса в озеро. Поттер, однако, что-то замешкался. Он сунул что-то в рот и принялся просто ждать. Несколько человек захохотали, но ненадолго — вскоре Поттер схватился за шею, шагнул вперед — и мешком плюхнулся в ледяную воду. Все замерли. Прошла минута. Вторая. Пятая. К концу десятой минуты зрителям надоело смотреть на абсолютно спокойную водную гладь. К концу пятнадцатой все уже откровенно зевали и перестали слушать Бэгмена, который начал для развлечения толпы рассказывать, как готовился этот Турнир и через какие страшные бюрократические трудности прошло Министерство. Чарли облокотился на перила — в отличие от трибун для первого Испытания, в этот раз трибуны сделали стоячими и вообще больше похожими на вытянутые деревянные пирсы с высокими перилами, покачал головой. — Дурдом… — Ага, полный, — поддержала его Падма, вставшая рядом. Чарли тут же ее приобнял, прикрыв плащом как крылом. Падма немного смутилась, слегка повернулась к нему, уткнулась лбом ему в плечо. — Как думаешь, все пройдет нормально? — Понятия не имею, — покачал головой Чарли, начав поглаживать ее по руке и плечу. — Но, вроде, судьи что-то там контролируют. Дамблдор так точно… Да и на первом Испытании, вроде, никаких проблем не возникло. — Да хорошо бы так… — Чарли посмотрел на часы. — Хм… Полчаса уже прошло. Что-то они долго возятся. После этих его слов толпа вдруг разом загудела, кто-то вскрикнул, Чарли тут же принялся вертеть головой во все стороны, пытаясь понять, что, собственно, происходит. Впрочем, искать долго не пришлось. Вода у пирса, с которого прыгали в воду Чемпионы, как будто закипела, забурлила, затем из воды появились полдюжины русалок и тритонов, которые вытащили на руках Флер Делакур, забросили ее на пирс и, издав какой-то скрипящий звук, убрались обратно в озеро. Флер не шевелилась. И даже, похоже, не дышала. На ее бледно-голубом купальном костюме, от которого еще полчаса назад не могли отвести взгляды больше половины парней старше тринадцати, были даже издалека видны здоровенные порезы, красными полосами выделяющиеся на голубой ткани. Несколько человек закричали от ужаса, на трибунах поднялась паника. Падма в ужасе вжалась в Чарли. — О, Мерлин… Не может быть… Чарли хмыкнул, свободной рукой достал палочку и, пользуясь тем, что все смотрят на Флер, а Падма вжалась, уткнувшись ему в грудь и за собственными причитаниями вряд ли сможет его услышать, нарисовал в воздухе ритуальный жест и еле слышно прошептал: — Видера Эссентиа. Конечно, без предварительной подготовки в виде круга из серебра и мела, ритуал сработал не в полную силу, однако этого Чарли и не требовалось. В глазах все поплыло, зрение стало черно-белым и слегка мутным. Он посмотрел в сторону Флер, вокруг которой уже быстро-быстро начали колдовать приглашенные на Испытание целители Мунго, мадам Помфри и их помощники. Флер была сильно изранена, вместе с кровью из нее понемногу сочилась жизненная энергия. Однако не так активно, как когда он смотрел на казнь гиппогрифа или когда наблюдал за умирающими в больнице Коукворта. Да и помощь ей начали оказывать буквально сразу же, так что ни малейших причин для волнений Чарли не заметил. Конечно, было далековато, чтобы говорить наверняка, но в целом… — Она будет жить, — сказал он со всей уверенностью, развеяв заклинание и с трудом пытаясь проморгаться. — Откуда ты… — Падма шмыгнула носом, оторвалась от него, посмотрела ему в глаза. — Откуда ты можешь знать? Чарли улыбнулся и, пользуясь случаем, чмокнул ее в щеку. — Просто поверь мне… Падма смутилась, обняла его и, уткнувшись ему в плечо, ответила: — Верю… Тебе — верю. — Вот и славно, — Чарли обнял ее в ответ, погладил по спинке. — Не переживай. Все будет хорошо. Через несколько минут, когда целители более-менее привели в чувство Флер, его слова подтвердил Бэгмен, громогласно объявивший: — Что же, Чемпионка Шармбаттона выбывает из этого соревнования. Однако, по счастью, стараниями целителей госпиталя Мунго, ее жизни ничего не угрожает, — Бэгмен вдруг просиял. — О! А вот, похоже, и мистер Диггори! Все повернулись к озеру, напрочь забыв про Флер. Действительно, на гладкой поверхности озера появился Диггори, прижимающий к себе паникующую и тщетно пытающуюся прийти в себя Чжоу Чанг. Однако Диггори не растерялся и вместо того, чтобы плыть чуть ли не с середины озера, взмахом палочки сперва заморозил воду перед собой, а потом вторым заклинанием превратил кусок льда в полноценный деревянный плот, на который сперва помог вскарабкаться Чжоу, а потом залез сам. Плот тронулся с места и со внушительной скоростью рванул обратно к пирсу. Зрители оживились. После ситуации с Флер, многие опасались, что и остальных Чемпионов ждет та же участь, так что успешное выполнение задания Седриком было встречено овациями и свистом. Когда плот причалил, Седрика и Чжоу тут же окружили целители, запеленали их в одеяла и полотенца, после чего и вовсе уволокли их в небольшую палатку, разбитую на берегу. Через еще пять минут, когда все снова потихоньку начали скучать, послышался свист, вода забурлила — и из воды вдруг показалось жуткое чудовище, похожее на человека с головой акулы. Лишь когда чудовище сняло с себя заклинание, Чарли понял, что это был Крам. К себе он свободной рукой прижимал Гермиону Грейнджер, которая, в отличие от Чжоу, совсем не паниковала и даже пыталась как-то помогать своему парню доплыть до пирса. Их тоже быстренько упаковали в одеяла и утащили в палатку. Чарли хмыкнул. — Ну что же, ожидаемо… — он посмотрел на часы. — Интересно, Поттер вообще уложится? Осталось всего две минуты. — Сомнительно, — прокомментировал Терри, стоявший неподалеку и кое-как утешающий Парвати, которая была гораздо более впечатлительной, чем ее сестра, и все еще рыдала по поводу Флер. — Две минуты. Это только если его вдруг какая-нибудь волна к озеру прибьет. — Да откуда ей тут взяться? — Вот я и говорю — не успеет. В самом деле, Поттер опоздал. Он вылез из воды только через пятнадцать минут после того, как организаторы ударили в специально смонтированный колокол, оповестивший всех о том, что время, отведенное на Испытание, кончилось. Причем вынырнул Поттер не один. — Интересно, это они так специально устроили или это просто альтернатив уже не было? — прокомментировал Терри, наблюдая, как Поттеру помогает грести Рон Уизли, оказавшийся «его» пленником. — В смысле? — не понял Чарли. — Ну, смотри сам. Седрик спасает свою девушку. Крам спасает свою девушку. Поттеру, интересно, по такой же системе заложника выбирали? Чарли с трудом подавил смешок, заодно краем глаза заметив, как расширились зрачки у Лаванды Браун, стоявшей чуть в стороне от них. Ну вот, все. Новая сплетня, что Поттер больше по симпатичным джентльменам, чем по юным леди, готова. А ведь Лаванда — она такая, она все так перескажет, что запросто развенчать миф уже не получится. Тем более, что Поттер сам в этом плане подкидывает масла в огонь. То он сначала выбрал сторону Рона, окончательно поссорившись с Гермионой, которая теперь держалась поближе к Краму. То потом Поттер начал активно бегать от Кэти Бэлл, с которой был на балу. То теперь вот ему подсунули в роли заложника Рона Уизли, хотя, казалось бы, можно было запросто запихнуть в озеро ту же Кэти — вряд ли бы она отказалась потискаться с Поттером. Или хотя бы Джинни Уизли, которая до недавнего времени на Поттера только что не вешалась при всех. Однако, помимо Уизли, Поттер тащил с собой и еще одного человека. Это была маленькая худенькая девочка лет восьми — младшая сестра и одновременно «заложница» Флер. Чарли присвистнул. — Однако… Чарли покачал головой. Однако… А Поттер-то вырос. Причем вырос очень серьезно. И не только физически. И куда, спрашивается, девалось ленивое чмо, трус и нытик с девизом «меня никто не любит и не ценит и никому я не нужен!», которого он помнил по младшей школе? Чарли его даже невольно зауважал. Сам он, например, очень сильно сомневался, что на месте Поттера стал бы так долго торчать под водой, спасая не только своего, но и чужого заложника. Наверное, это, конечно, сильно бы зависело от того, кто еще был бы под водой. Ту же Гермиону или Парвати он бы точно вытащил. Но вот так, незнакомого человека… Поттер тем временем почти подплыл к пирсу, у которого началась нездоровая активность. Присутствующий на пирсе Перси Уизли, заменявший невесть куда пропавшего Барти Крауча старшего, не стал дожидаться, пока Поттер доплывет до самого пирса, наколдовал веревку и кинул ее находящимся в воде, после чего начал тянуть их к берегу. Из палатки целителей выбежала рыдающая в три ручья Флер и, не обращая внимания на мороз, кинулась к воде, плача и причитая, следом за ней к берегу выбежали целители, которые принялись тут же упаковывать Поттера, Уизли и сестру Флер. Вскоре они все снова исчезли в палатке целителей, а судьи принялись совещаться. Чарли с интересом наблюдал за этим процессом. Видел, как что-то всем доказывал Перси Уизли, как скривил харю Каркаров после того, как ему что-то сказал Бэгмен, как ворчал Дамблдор, явно недовольный чьим-то мнением. Затем Дамблдор и вовсе отделился от судей и принялся беседовать с русалкой, которая вынырнула из озера и что-то скрежетала ему в ответ. Однако вот прошло несколько минут, Чемпионы выбрались из палатки, чтобы выслушать вердикт. Судьи разошлись на свои места, а Бэгмен, вновь усилив свой голос, принялся объявлять: — Дамы и господа! — объявил он. — Предводительница тритонов и русалок объяснила нам в точности, что происходило в глубинах озера. И вот наш единодушный вердикт… Чарли хмыкнул, взглянув на Каркарова. Тот, похоже, совсем не разделял «единодушия» вердикта. Однако, Бэгмен уже не обращал на него внимания: — Итак, мисс Флер Делакур! Она продемонстрировала нам великолепное владение заклинанием головного пузыря, но на нее напали гриндилоу и она не смогла сама спасти своего пленника. За достойную попытку мы решили поставить ей двадцать пять баллов из пятидесяти возможных. Люди на трибунах захлопали. — Мистер Виктор Крам в свою очередь продемонстрировал неполное анимагическое превращение и вернулся с заложником вторым, буквально прогрызая себе дорогу обратно. Мы ставим ему оценку в сорок очков. Чарли захлопал вместе с остальными. Все же, Крам, в отличие от Флер, был ему как минимум хорошим приятелем и не поддержать его казалось Чарли неправильным. — Мистер Седрик Диггори! — продолжил объявлять Бэгмен. — Так же, как и мисс Делакур, продемонстрировал владение чарами головного пузыря. И сумел первым вернуться со своим пленником гораздо раньше положенного времени. Его оценка — сорок семь очков. Все снова захлопали, однако как-то совсем неискренне. Все уже догадались, что Бэгмен объявляет Чемпионов по местам, отталкиваясь от самого худшего результата к самому лучшему. И как-то не очень верили, что Поттер может набрать больше, даже не смотря на то, что он вытащил сразу двух заложников. — Ну и наконец мистер Гарри Поттер, — сказал Бэгмен, когда все затихли. — Он с успехом воспользовался жаброслями. Он вернулся последним и потратил на Испытание гораздо больше времени, чем все остальные участники. Однако, предводительница тритонов и русалок объявила нам, что мистер Поттер первым нашел пленников и задержался исключительно потому, что пытался освободить не только своего, но и вообще всех пленников и даже ради этого вступил в заведомо неравный бой с тритонами-стражами. Чарли снова присвистнул. Однако, как интересно все получается… — В связи с этим, судьи пришли к решению, что такое поведение говорит о высочайших моральных качествах и заслуживает высокой оценки. Поэтому оценка мистера Поттера — так же сорок семь очков. Все снова захлопали. Чарли тоже охотно похлопал вместе со всеми, в который раз отмечая для себя, как быстро и сильно, оказывается, меняются люди… — Третье и последнее Испытание, — провозгласил Бэгмен, — состоится на закате тринадцатого июня. И за месяц до этого мы объявим Чемпионам, что это будет за испытание. А на этом на сегодня все! Всем спасибо за то, что поддержали наших Чемпионов! Чарли довольно улыбнулся. Наконец-то! Свобода! Тем более, что в честь Испытания был объявлен внеплановый выходной. А если был выходной — то можно было и сходить в Хогсмид. А поскольку в Хогсмид, судя по опыту первого Испытания, собирались если не вообще, то очень многие, был повод немного «похулиганить». И когда они с Падмой, Терри и Парвати уже подходили к границе Хогсмида, Чарли вдруг предложил: — Ребята, а полетели в Лондон погуляем? Терри споткнулся, пытаясь осознать, что он только что услышать. — Что?! — Что? Друзья уставились на Чарли с удивлением. — В Лондон? — Ну да, — пожал плечами Чарли. — Почему, собственно, и нет? — Но нельзя же… Чарли хохотнул: — И что? Когда нас это «нельзя» останавливало? — И что мы там будем делать? Чарли довольно усмехнулся. — Не переживайте, у меня есть некоторый план. Вам понравится.