My guiding light

Сегодня ровно 27 дней как они встречаются. Ровно 27 дней, как они признались друг другу в чувствах. Ровно 27 дней, как они почувствовали вкус губ друг друга. И если для кого-нибудь может показаться совершенно странным то, что Чхве Сан помнит, сколько конкретно дней они встречаются, то парень считал совершенно нормальным знать эту информацию. Чем больше он находился рядом с любимым человеком, тем больше мог замечать в нем то, что раньше имело совершенно другой характер. Сейчас Сан наконец стал улавливать, что из большинства одногруппников, Сонхва зачастую выберет его. И неважно, будет это шоу, где нужно выбрать себе пару, или же партнер по тренировкам. А так было всегда, но до этого Сан лишь думал, что данные действия от Сонхва имеют для старшего какую-то выгоду, возможно в танцах, а возможно в спокойной компании. Сейчас он осознавал, почему во время многочисленных событий, Сонхва выбирал его. Они все также продолжали работать бок о бок с командой парней, получая положительные эмоции и ощущение того, что они одна большая сила, движущаяся неустанно вперед. Но каждый из них имел свои секреты, каждый что-то недоговаривал, боясь осуждения. И пускай они были близки друг другу, словно имея родственную связь, но скелеты продолжали стоять в шкафах, боясь, что кто-то однажды сможет заглянуть и увидеть их слабые стороны. Вот только общий секрет двух парней был совершенно не о слабостях. Он был о безграничной любви и привязанности. Понимая, что скорее всего каждый из одногруппников примет их отношения, они все равно не могли позволить себе раскрыться. Безумно не хотелось портить взаимоотношения, не хотелось, чтобы кто-то начинал взвешивать свои решения, перед тем, как провзаимодействовать с кем-либо из их пары. Возможно, кого-то из них даже посещали мысли о том, что они могут быть неудобны, могут приносить дискомфорт своей любовью, ведь до конца предугадать какая именно реакция будет у остальных шестерых участников — невозможно. Обговорив этот момент еще во время первых дней отношений, они оба пришли к общему решению — отношения должны оставаться скрытыми от глаз других. —Сонхва, я понимаю, что возможно я совершу ошибку, — тихо начал говорить Сан, — но я не могу скрывать нас от Уёна. —Сан-а, но почему? Я понимаю, что Уён для тебя лучший друг, но даже от лучших друзей бывают тайны, и это нормально. Сонхва, сидя в комнате своего любимого человека, не понимающе продолжал смотреть на него. Они только недавно вернулись в общежитие после ночного перекуса, ведь сегодняшнее расписание гоняло их до самой ночи. Каждый из оставшейся шестерки, уже крепко спал, поставив будильник на ранее утро. —Да, я это понимаю и осознаю. Но мы уже неделю вместе, и всю эту неделю мысль о том, что я ничего не говорю Уёну про тебя, не дает мне даже спать спокойно. — Выдохнув, он продолжил, — еще давно, когда у нас стали идти дела в гору, он заподозрил, что со мной что-то творится неладное. Ну… а ты ведь знаешь Уёна. Я не смог утаивать от него еще дольше то, что я к тебе чувствую. Если бы сейчас в комнате находились два больших черных блюдца, с белой каемочкой, то несомненно глаза Сонхва можно было бы сравнить с ними. То, что он был удивлен, услышав слова Сана, это мягко сказано. Парень продолжал смотреть на Сана, кажется даже забыв о том, что такое моргать, но вскоре, встряхнув головой, он все же дал ему ответ: — Я понял тебя, Сан. И я не осуждаю то, что ты решил поделиться с ним своими переживаниями. Тогда… давай когда у нас троих будет выходной, то мы обязательно с ним обсудим это. Я не хочу, чтобы во время разговора мы переживали, что кто-то может войти. Так что, давай немного отложим эту тему. Хорошо? Дуя и без того пухлые губы, Сан, словно неваляшка, покачиваясь из стороны в сторону, подошел к Сонхва и сел рядом. Он уткнулся лбом в его плечо, слегка потираясь о него. Ему сейчас было сложно, пускай и любимый наконец был рядом находясь в желанном статусе, однако беспокойство на счет лучшего друга брали вверх. И вот сегодня, их 27 день отношений, во время которого Сан осознал, что в общежитии находится только три человека: он, Сонхва и… Уён. Доставая протеиновый батончик из шкафчика, в голову брели различные мысли о том, как именно им стоит начать этот разговор. Но он точно знал, что говорить они должны все вместе, все трое. На кухне как раз показалась знакомая до боли фигура, поглаживая живот, ощущавший явное чувство голода. Уён, пускай на камерах и выглядел довольно горячо, но его утренний визуал создавал образ далеко не популярной звезды, а скорее усердного студента, часто сидевшего за уроками до самой ночи. Старая растянутая футболка, на которой была надпись «go back to hell», а также черные спортивные шорты. Эти вещи явно были не из новых, и сколько бы Сан не дарил ему новых красивых пижамных костюмов, он все равно останавливался на чем-то подобном. Вероятнее всего, для многих это могло показаться чем-то странным и даже ужасающим, ведь как человек подобного уровня мог носить подобное. Однако же, Чон всегда отвечал лишь одной фразой: «Это напоминает мне о доме». —Утро начинается не с чего-то красивого перед глазами, — сонно пробурчал Уён, глядя при этом на лучшего друга. — Да шучу я, не корчи такую гримасу. Когда парень шутил что-то подобное, то лицо Сана было похоже на камень, который по своей природе не может изображать эмоций. Однако после, это всегда сменялось нежной улыбкой. —Чем нас сегодня тут радуют? — Залезая в холодильник, он, даже не спрашивая, открывает одноразовый контейнер с вареной курицей, сразу же выуживая от туда несколько кусочков, которые отправляются прямиком в рот. —Уён! Да блин, мое же это! —Не подписано, значит ничейное. Мы же договаривались ярлычки вешать, забыл? — Хихикнув, он продолжал нагло поедать еду, глядя на друга. —Значит кофе завтра оплачиваешь ты, и это не обсуждается. Выходной у каждого из них проходил довольно умиротворенно. Ни откуда не лился звонкий смех, лишь порой тихие смешки доносились со стороны лучших друзей во время просмотра дорамы перед телевизором в гостиной. На небольшом журнальном столике стояли закуски, а также недавно начатые баночки с газировкой без сахара. Сану, для его большего счастья, сейчас рядом не хватало лишь второй половинки. Но к большому несчастью, тот, даже не смотря на то, что это был единственный выходной за весь месяц, отправился сегодня на подготовку к скорому показу мод. Только успев подумать о том, что как было бы здорово, если бы Сонхва сейчас оказался рядом, как телевизор внезапно выключается, а в его отражении, словно как в страшном фильме, тотчас показывается Сонхва. —Твою! — Крикнув, подпрыгнул Уён на месте, после поворачивая голову к другу, стоявшему позади них. — Ты чего так пугаешь то?! —Вы даже не услышали того, как я вас звал из коридора. Поэтому, решил, что такой способ будет наиболее действенным. Сонхва, окидывая взглядом то, что сейчас парни ели, видимо на протяжении всего дня, лишь вздохнул, приподнимая в руках пакеты, в которых уже находилась готовая еда. —Я заехал по пути и взял нам ужин, а также по бутылочке хмельного, пойдем. На кухне было немного прохладно из-за приоткрытого окна, поэтому, как только взгляд Сана уловил потирающего плечи Сонхва, то парень сразу снял толстовку на замке, и уложил на плечи возлюбленного. И такое отношение было нормальным. Каждый из восьмерки часто заботился о ближнем, также передавая элементы одежды, или помогая с другими вещами. Поэтому внимание не знающего об отношениях парня, никак не было приковано к действиям друга. Но вот что точно не могло остаться не замеченным, так это молчание со стороны Сонхва и Сана, которые явно нервно поглядывали друг на друга. —Вы что-то от меня скрываете? Что за переглядки? — Пускай Уён и был терпеливым, но сейчас явно начинал злиться. —Не то, чтобы мы скрывали, но… — Сан начал мешкаться, закусывая внутреннюю часть щеки, — но мы хотели с тобой поговорить о том, что.. —Что вы встречаетесь? — Не дав договорить, сказал парень. Из ноздрей рядом сидящего Сонхва сейчас бы точно пошло пенное, если бы он успел сделать глоток. Он, тихо выдохнув, лишь кивнул, беря Сана за руку. —Да, правильно… — Согласился Сонхва, — Но я попрошу тебя ни о чем и никому не говорить. Ты дорог Сану, поэтому мы оба решили, что самым лучшим решением будет рассказать тебе о нас. Вновь поддевая палочками ему, которую вскоре отправляет в рот, задумывается Уён, сводя брови к переносице. С одной стороны ему было совершенно понятно, почему парни просили его об этом, ведь об индивидуальной реакции каждого нельзя было знать наверняка. И как бы Чон не старался себя внутренне вразумить, говоря себе о том, что сейчас это не только секрет Сана, но и Сонхва, ему все равно было обидно и даже немного больно. Будучи всегда рядом с другом, когда ему было плохо от собственных переживаний и догадок, ему хотелось разделить с ним либо радостный момент, от взаимного признания Сонхва, либо же грустный эпизод, связанный с отказом того же самого Сонхва. Все же, несмотря на то, что они были частями одного целого, приходилось неспеша принимать то, что сейчас Сан являлся и не только его частичкой. —Уён-а, — негромко продолжил диалог Сан. — Я знаю, что поступил очень некрасиво по отношению к тебе, ведь скрывать такое от человека, который протягивал руку помощи во время моих не самых приятных эпизодов жизни, довольно грубо. Но... сейчас это касается не только одного меня. Правда, Уён... прости. Я помню, как обещал тебе ничего не утаивать и всегда быть для тебя открытой книгой, но не смог сдержать этого обещания, причинив тебе боль. Мне правда жаль, — Сан даже не поднимал глаза, все это время глядя на свою порцию лапши, — но если ты сможешь и дальше считать меня своим другом, то я буду безумно счастлив. Сонхва, чувствуя сейчас состояние своего партнера, надеялся, что связи двух друзей никак не будут нарушены, ведь по большей части, инициатором столь долгого молчания был именно он. —Сан, я правда не злюсь. — Улыбнулся парень, отпивая немного пивного напитка. — Да, я не скрываю, что мне немного неприятно от того, что я не сразу узнал об этом, и я не хочу даже знать сколько я оставался в неведении, мне так проще будет. Но сейчас, говоря тебе честно и откровенно, я безумно счастлив, что вы начали встречаться. Переводя взгляд на Сонхва, который явно чувствовал себя сейчас немного неловко, Уён даже не смог сдержать тихого смешка, прикрывая рот ладонью. —Ты чего? — Слегка удивившись, поинтересовался старший из них. —Да вы сейчас оба выглядите так, словно не другу рассказываете об этом, а перед родителями просите разрешение на помолвку. Не переживайте вы так. Кстати... а кто из вас снизу то? —Уён! — Громко вскрикнули те, сидев напротив парня, явно не знавшего рамок приличия. —Да шутка это! Шутка! — Заливаясь смехом, он похлопал в ладоши, глядя на раскрасневшуюся пару.

𒊹

«А ведь и правда... а кто из нас... ну... блин, я даже в мыслях себе представить не могу, что когда-нибудь у нас с Сонхва зайдет дальше, чем поцелуи. Нет, представить я конечно могу, — подумал Сан, сразу же заливаясь пунцовой краской лишь от одних мыслей о том, каким же горячим в этот момент может казаться Сонхва. — Но явно не сейчас я буду о таком думать!» — Лежа в своей кровати, он ждал парня из душа. С того момента, как они поговорили с Уёном прошел уже примерно месяц, а значит, что концертный тур подкрадывался все ближе. Даже нет, он не подкрадывался, он делал мощные шаги, уже дыша в спину каждого. За этот месяц, они так и не продвинулись дальше поцелуев. Но Сан не смел жаловаться. Он мог ощущать нежные прикосновения к своей коже от чужих длинных пальцев, когда губы партнера нежно переплетались с его, образовывая собой настоящее искусство. Ему казалось, что этого достаточно, но казалось именно до момента той самой шутки от лучшего друга. —Ты о чем задумался? — Раздался голос из-за спины. Сонхва наконец-то закончил водные процедуры, и теперь, он все же мог лечь на кровать к своему возлюбленному, который всегда выпроваживал его, если тот хотел сразу по возвращению в общежитие на ней разместиться. —Да так, глупости всякие, — улыбнулся Сан. — Ложись, я сейчас пододвинусь. Он двигается чуть ближе к краю, зная, что так каждому из них будет комфортнее. Сонхва любил лежать позади Сана, когда они смотрели очередной фильм, любил обнимать, по-свойски прижимая к себе, а также до безумия обожал выводить различные узоры на торсе младшего пальцем, замечая, как тот дергается, когда парень прикасался к особым местам на его животе. —Ползу, чистюля моя. — Он улыбается, и правда буквально заползая на кровать. — Все постоянно думают о том, что придирчив к чистоте я, но вот почему-то никто никогда не озвучивает того, что на свою кровать ты пустишь только после душа, и то, когда ты буквально только из него вышел. —Не знаю, но я вроде этого нигде не скрываю. Так, все, я включаю, не отвлекай меня, — пробурчал второй из парней, вновь ощущая любимые объятия на своей талии. Глядя на то, что начинает происходить на экране, он наконец-то может отогнать от себя мысли о различных непотребствах, связанные с его второй половинкой. На экране появляется молодая пара, которая рассказывала историю своих отношений. Сам фильм выглядел словно видео-дневник, поэтому картинка зачастую не была стабильной, что добавляла ей жизни, и будто было такое ощущение, что ты одним глазком заглядываешь в чью-то жизнь, успевая уловить множество интересных делатей. Сглотнув, он почувствовал, что ладонь парня, что покоилась на футболке в районе его живота, плавно начала опускаться чуть ниже, после и вовсе ныряя под тонкую ткань. Ощущая на себе легкие прикосновения от холодных пальцев чужих рук, по коже Сана пробежали легкие мурашки, ведь Сонхва двигался явно не хаотично, он выбирал места, на которых он хотел остановиться. В голове начинали путаться мысли, когда к легким прикосновениям присоединились поцелуи. Таких поцелуев Сан еще не чувствовал. Они были нежными, влажными, а самое значительное — они касались его шеи. Он не мог описать, что именно сейчас испытывал, в груди бушевало большое количество чувств, которые сплетались друг с другом, плавно оседая внизу живота. Чуть слышно выдохнув, он явно снял спусковой крючок данным действием в голове Сонхва, который точно был настроен сегодня не только на просмотр фильмов. Парень чуть приподнялся на предплечье, начиная действовать решительнее. Касания его руки стали шире, но не переставали быть такими же трепетными. Сейчас они заходили выше, оглаживая крепкую грудь Сана, порой даже задевая чувствительные соски, от чего парню приходилось закусывать нижнюю губу, которая сегодня ожидала быть истерзанной. Его футболка задралась, и Сонхва сейчас было жаль, что не может лицезреть этот вид спереди. Видеть разгоряченное лицо Сана, который словно старался делать вид, что сейчас он ко всему происходящему совершенно непричастен, а также он желал видеть, как его грудная клетка то поднимается, то опускается от тяжелого дыхания партнера. Губы Сонхва стали дарить ласки не только шее, теперь они оставляли влажные следы и на его плечах, предплечье, словно желая не оставить и миллиметра на открытой сейчас коже без поцелуя. Не говоря и слова, Сан переворачивается на спину, встречаясь с любимым взглядом. В полумраке комнаты, в глазах возлюбленного он явно видел танец ярких огней, горящих страстью и желанием. И, не долго думая, он потянул Сонхва к себе за воротник футболки, первым начиная поцелуй. Он не был похож на их привычные. Их губы сплетались друг с другом, издавая громкие звуки, которые определенно добавляли долю возбуждения. Длинный язык Сонхва наконец встретился с другим, сплетаясь, проходя по нему быстрыми, однако все еще нежными касаниями. И от такого поцелуя, они явно вышли за пределы своего стеснения. Убирая скромность далеко, Сан быстрыми движениями меняет их местами, сейчас возвышаясь над телом возлюбленного. Прямо под ним находился Сонхва, точно получавший удовольствие, глядя на своего парня. —Сонхва, — тихо начал парень, — ты... я... безумно хочу тебя. Но ответа не последовало. Он лишь провел языком по верхним зубам, вновь притягивая парня к себе, но в этот раз за талию. Однако сейчас Сан хотел также подразнить, хотел дать почувствовать те же самые мурашки, что пробегали по его коже во время ласк. Припадая губами к длинной шее, он подцепил края футболки, поднимая ее чуть выше груди. Ее до безумия хотелось снять, возможно даже порвать, открывая для себя вид на желанное тело, которое следовало раскрасить багровыми цветами. Но следовало все еще сдерживать себя, они не хотели выдавать друг друга. Поцелуи Сана были неумелыми, однако в них читалось желание и страсть, которые распаляли в Сонхва лишь большее вожделение. Он касался шеи в тех местах, что были для него открыты, все же садясь на бедра возлюбленного для большего удобства. Чхве ведет руками по его талии, переходя к плечам, а вскоре и к кистям. Поднимая руки возлюбленного над его головой, он отрывается от своего занятия, явно любуясь открывшимся ему видом. Любоваться и правда было чем. Опьяненный желанием Пак, глубоко вдыхающих воздух, сейчас выглядел поистине соблазнительно и распаленно. На нижней губе поблескивала слюна, которая была столь ярко видна благодаря освещению от компьютерного экрана. И он даже представить себе не мог, насколько же это будет горячо. Ни одна его фантазия не могла нарисовать такого Сонхва. В его глазах он выглядел словно змей искуситель, так и манящий наконец попробовать утаенную любовь во всей ее красе. И он искусит. Он обязательно опробует Сонхва в любом смысле этого слова, явно не пожалея о своих поступках и мыслях. Слегка закусив нижнюю губу, он одним движением снимает со старшего футболку, заставляя того слегка приподняться. И наконец на его теле остается лишь один элемент одежды, который скрывает от него главное. Вновь потянувшись к любимому телу, с целью оставить на нем новые прикосновения, он столкнулся с уже незафиксированными ладонями парня, которые уперлись ему в живот. —Но... —Тшш... — произнес Сонхва, поднося к губам указательный палец. — Я хочу немного по-другому. Заставляя Сана сесть на кровати, он пересаживается на его бедра, также лишая при этом возлюбленного элемента одежды. Наконец Сонхва видит широкую грудь, которой парень добивался упорными тренировками. Наконец он касается ее двумя ладонями, припадая к любимым губам. Во время поцелуя, Сонхва вновь ощущает руки на своем теле, которые переходят от его талии к спине, заставляя почувствовать табун мурашек, а также слегка вздрогнуть из-за ощущений. —Нашел, — открываясь, говорит Сан, улыбнувшись. —М? И что же ты нашел? — Руки старшего мягко сжимают грудь, когда же бедра слегка покачиваются заставляя столкнуться два возбуждения через ткань спальных брюк обоих. —То самое место, которое заставит твою кожу покрыться мурашками. Сан проводит языком по шее, когда парень поднимает голову вверх, давая чуть больше пространства. Его зубы мягко касаются чужой кожи, оставляя небольшие укусы. Они явно не оставят следа, но все равно смогут подарить желаемые ощущения. Проводя руками ниже, Сонхва наконец доходит до резинки на оставшемся элементе одежды возлюбленного. — Чуть приподнимись, — проговорил он. Как только он почувствовал, что ему ничего не мешает осуществить задуманное, Сонхва приспускает брюки парня вместе с нижним бельем, наконец освобождая возбужденный член. Он проводит по нему ладонью, наконец опуская глаза, чтобы увидеть то, что до сели от него скрывалось. —Сан-а, — он вновь провел языком по ряду белоснежных зубов, — неужели ты такой из-за меня? Наконец отрываясь от чужой кожи, Сан проводит языком по ушной раковине, перед тем как ответить на вопрос: — Я уверен, что и ты из-за меня в таком же положении, мое сияние. Руки младшего, что до этого момента оглаживали чужую спину, наконец опускаются к чужим хлопковым брюкам, также приспуская те. И какого же было его удивление, когда под одеждой не было обнаружено нижнего белья. Он спросит его об этом позже, сейчас это было совершенно не важно. Оглаживая чужой член, он наконец мог ощутить, что пускай они и немного отличались в размерах в пользу Сонхва, но при этом он так правильно подходил его ладони, которая практически полностью могла обхватить длину, а большой палец мог расположиться на головке, где уже скопилось небольшое количество предэякулята. Ощущая на своем возбуждении такие же нежные касания, Сан опускает глаза, глядя сейчас на открывшуюся перед ним картину. Рука младшего, которая походила больше на ладонь кого-то принадлежащего к высшему обществу, сейчас мягко касалась его, заставляя ощутить новую волну жара в теле. Аккуратно уложив возлюбленного на спину, Сан вновь возвысился над старшим, делая толчок бедрами. Они столкнулись, проходясь кончиками членов о тела друг друга. Это было неким непередаваемым удовольствием, от которого у обоих непроизвольно закатились глаза. Сан продолжал толкаться, явно желая заставить не только свое тело, однако и тело любимого получить наслаждение, а также скорую разрядку, но чем больше тот старался, тем больше разочаровывался в своих попытках. —Сан-а... — послышался шепот, — чуть прижмись ко мне. Не волнуйся, я ведь не сахарный. И правда, Сонхва был не из хрупких, однако же причинить боль или дискомфорт младшему все равно не хотелось. Почувствовав руку на своей шее, он наклонился ниже, ощущая, как завязывается новый поцелуй, через который партнер пытался передать всю свою поддержку. Опустив вторую ладонь ниже, Сонхва обхватил оба члена, позволяя при этом двигаться возлюбленному в одном направлении. Когда парень стал толкаться лишь интенсивнее, он понял, что это было правильное решение. Ведь его беспокойства отошли на второй план. Отрываясь от поцелуя, они продолжали смотреть друг другу в глаза, шумно глотая воздух, которого сейчас катастрофически не хватало. —Сан-а... моя... моя весна, я уже совсем близко, — тихо проговорил Сонхва, явно заставив парня двигаться быстрее. —Я люблю, люблю тебя, Сонхва, — прошептал младший, прислоняясь лбом к взмокшему от пота плечу. —Сан-а..! —Сонхва..! Громким шепотом вскрикнув имена друг друга, они по очереди ощутили теплые струи семени. Стараясь отдышаться от произошедшего, Сан так и продолжал упираться лбом в плечо возлюбленного. Его бедра все же остановили фрикции, а ноздри все еще жадно втягивали воздух. Сейчас для каждого из них буквально остановился мир. Они были наедине друг с другом, ощущая, что любят и любимы. Совершенно не было никакого желания сейчас выходить из комнаты, отрываться от любимого тела и души. Хотелось повернуть время вспять и повторить все заново. Ощутить на себе нежные поцелуи, ощутить, как постепенно приходит возбуждение, и вновь увидеть столь вожделенные взгляды друг друга. —Сон... Сонхва! Я сейчас же подам салфетки, — первое, что сказал Сан, как только увидел в каком виде сейчас лежал его парень. —Сан, да все в порядке, разве ты думал я буду выглядеть иначе? Все куда-то испариться и я буду таким же чистым, как после душа? Если же к Сану постепенно возвращалось его смущение, то Сонхва наконец смог раскрыть все свои карты, теперь уже не стесняясь ни единой долей своей души. —Ну, все равно не надо полностью перепачканным лежать... О том, что Сонхва был перепачкан практически весь, Сан не приукрашивал. Некоторые капли семенной жидкости оставили свои следы на его упругом торсе, когда же самые дальние успели окрасить в белесый цвет его грудь и ключицы. Принимая от возлюбленного салфетки, Сонхва, словно наевшийся сметаны кот, улыбался, начиная убирать остатки от их безумного время провождения. —А теперь в душ, — почесывая затылок сказал Сан, — и спокойной ночи. —Я так и думал, что ты отправишь меня к себе спать, — потянув за румяную щеку парня, ответил тот, — но в душ я пока не пойду, от меня пахнет тобой. Хочу растянуть этот момент немного подольше. Одевшись, Сонхва подмигнул своему парню, после того как оставил поцелуй на щеке. Они явно запомнят эту ночь на долго, и явно сегодня долго проворочаются в кровати, перед тем отправиться в царство Морфея.