Апокалипсис любви

Тело тряслось, руки дрожали. Казалось, будто это длилось вечность. Андрей потерялся во времени. Выйдя в коридор, он никого не увидел рядом. Будто в своих самых жутких кошмарах, он пробирался по тёмным коридорам из последних сил. Шаги были тяжёлыми, казалось, что он сейчас же упадёт. В глазах всё плыло, он не знал, куда идёт. Ноги стали путаться, парня мотало из стороны в сторону, пока он окончательно не упал боком в стену, медленно скатываясь вниз на пол. Андрей лежал без сознания, получив насколько синяков от удара. Грохот раздался по всем комнатам. Все вышли в коридор, посмотреть что творится. Увидев Андрея на полу, глаза ребят расширились. Сатир подбежал к нему самый первый. За ним уже Бустер. – Пульс есть! - нащупал Илья Сатир, - как он так... Помогите его поднять, я отнесу к себе. – Почему это к тебе? Пусть ко мне! Глаза Ильи запылали, но он не мог противостоять главному в их "шайке". Он молча перенёс его в комнату Бустера. – Только тронь его пальцем.. - Сатир нахмурился, подошёл к Андрею, погладил по волосам и ушёл. Слава медленно передвинул его к стенке на кровати, а сам лёг рядом. Тело расслабились, глаза сомкнулись и вскоре все мысли ушли в другое пространство. Сон. Андрей проснулся посередине ночи. Он огляделся, нащупал рядом какого-то человека. "Слава?!" - сразу произнеслось в мыслях. Парень пытался построить логическую цепочку мыслей, но на середине она обрывалась. Кокошка сразу разглядел его расслабленное лицо, закрытые глаза. Губы немного приоткрылись. Парень присел на кровать и снова взглянул на своего давнего врага. Он отвернулся, почувствовав обиду, вспоминая самые ужасные слова, после которых нужно было стараться не развереться у всех на глазах. В голове все больше появлялось плохих мыслей. Эти мысли, слова охотники, находили хорошие воспоминания и истребляли одну за другой. У них это очень хорошо получалось. Воспоминания оставались лишь о своих друзьях, родителях, которых уже давно нет. А здесь он совершенно один. Всегда один. Его держат тут только из-за готовки еды. "Меня бы уже давно выгнали, если бы я не умел готовить, - думал он, - а если бы я всех отравил..." Мысли пошли совсем в другое русло, но из них его вывел тихий шёпот: – Андрюх... Чего не спишь? - тихо спросил Слава. Такой голос Бустера, парень слышал впервые. Нежный, тёплый, хрипловатый... – М? - он повернулся к нему лицом и увидел мягкий взгляд. Та жестокость будто сразу ушла из этого человека. Он казался таким беззащитным. Будто сам Андрей на него смотрит... На лице сама стала образовываться улыбка. – Что? Кокошка лёг рядом и пристроился под бок Славы. – Чего ты? - он посмотрел на него. – Ничего... - Андрей отодвинулся, заметив отрицательную реакцию и повернулся спиной к Славе. – Конечно, ничего. Когда его уже стало клонить в сон, он почувствовал впервые странное чувство. Руки на своей талии. Они пробирались все дальше и дальше. – Слав... - только и смог произнести Андрей. Уже через секунду он оказался в объятиях другого. Слава держал руку на талии и прижимал парня к себе. – Ничего не говори, - прошептал Бустер ему на ухо. Кокошке удалось расслабиться. Так он и уснул в руках своего врага... Утро. Глаза чуть приоткрылись, Андрей обернулся. Он не почувствовал рядом с собой Славу, тот стоял и собирался. Голова Кокошки раскалывалась. – Что вчера было? Почему я у тебя? - не побоялся задать вопрос парень. – Ты упал в обморок. - четко пояснил Слава, - как себя чувствуешь? Он отвечал холодно, но за маской отстранённости проскакивала забота, которую никому не уловить, кроме Андрея. – Голова раскалывается... - он взялся за голову и прикрыл глаза. – Заболел что-ли? Отдыхай. Я скажу ребятам, что-нибудь настряпают. – Да нет, я встаю, - он стал подниматься. Слава подошёл и уложил его обратно на кровать, укрывая одеялом. – Не понимаешь что-ли? Я сказал отдыхать и спать. Дебил... Кокошка отвернулся, почувствовав опять ту обиду, которая становилась больше и больше. Бустер подошёл: – Ну извини блять. Тоже мне. Он ушёл из комнаты. Сил плакать у Андрея больше не было. Парень просто устал. Он бездушно лежал на кровати. Сердце сжималось от тоски и отчаяния, но было что-то ещё. Кокошка уже давно понял, что испытывает не ненависть к Славе, а полную противоположность. На это указывало много факторов, от чего было ещё больнее. А после всех обидных слов, становилось лишь хуже. Глаза закрылись. Темные мысли снова приходили в голову. "Если я признаюсь, что будет? Меня выгонят из бункера? А куда ещё хуже? Да и что будет?" Андрей уже давно не хотел тут находится, да и вообще в мире. А что же будет, если признаться?