Step By Step | Шаг за шагом

Каждый шаг — это вызов. Слушай ритм и смотри, кто устоит!

Do You Love Me — The Contours ♪

***

— В яблочко!! Шар с глухим стуком влетел в лузу. У стола толпились парни — кто с бутылкой пива, кто с сигаретой в зубах. Высокий, широкоплечий игрок, довольный как сытый кот, лениво натирал мелом кий. Ки Хун стоял напротив, одетый в серую футболку, которая плотно облегала его фигуру, и свободные синие джинсы. Он скрестил руки на груди, едва сдерживая раздражение от недавнего поражения. Вот же чëрт!... — Как трогательно, — протянул соперник с довольной ухмылкой. — Каждый раз, когда мы играем, ты проигрываешь... и оплачиваешь мой вечер. Он протянул руку, пристально глядя на Ки Хуна, который, не скрывая своего презрения, вытащил из кармана банкноты и небрежно сунул их проигравшему. Ткнуть бы тебе этим кием в задницу... — Ещё двадцать тысяч вон, — ухмыльнулся тот, принимая деньги и хлопая Ки Хуна по плечу. — Уже третий раз за неделю! Шары вновь были выстроены в аккуратный треугольник, и партия началась. Остальные подошли ближе к столу, с неподдельным интересом наблюдая за каждым ударом. Ки Хун стоял чуть поодаль, нахмурившись. Чем громче звучали смешки, тем крепче сжимались его кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Проигрывать такую сумму было и правда обидно... чертовски обидно. Особенно когда мимо проходили красивые девушки, коротко переговаривались и бросали на него косые взгляды. С таким везением ни одна из них не захочет даже познакомиться. А Ки Хун хотел выглядеть круто в их глазах. Минут через десять он с тяжёлым вздохом направился к барной стойке, не желая больше оставаться молчаливым зрителем. Проигрыш эхом гудел в голове, затрагивая и без того уязвлённую гордость, отчего Ки Хун лишь сильнее начинал злиться на самого себя. Ему хотелось унять раздражение глотком чего-то покрепче, чем выпитая накануне жестяная баночка пива. Усевшись на высокий стул, он заказал себе стакан соджу, лениво потягивая напиток через трубочку и наблюдая за шумной атмосферой ночного клуба. Световые лучи плавно скользили по полу, отражаясь в зеркалах, громкая музыка заполняла пространство, и люди то и дело бросались в танцевальный вихрь, отдаваясь задорному ритму. Но Ки Хун не спешил ни с кем контактировать — для него это было особое время, чтобы попытаться переварить свой проигрыш и хоть немного успокоиться. Вскоре стакан опустел, и Ки Хун равнодушно отставил его в сторону, подперев ладонью голову. Оживлённый танцпол определённо манил его своей энергией, а музыка с каждой секундой будто всё настойчивее шептала молодому парню: "Ну же, потанцуй, позволь себе немного развеяться!". Медленно сползая со стула, Ки Хун протиснулся сквозь толпу к танцполу. Стоило лишь начать лениво двигаться под ритм песни — и та внезапно оборвалась. На мгновение повисла короткая тишина, и взгляды присутствующих почти сразу обратились к парню, стоявшему в свете прожекторов на невысокой сцене сбоку. Ки Хун невольно отметил взглядом графитовую рубашку, аккуратно закатанную по локти, и тёмные брюки незнакомца. Это выглядело просто, сдержанно, но с какой-то утончённой строгостью. Тот аккуратно обошёл стоящие рядом музыкальные инструменты, подойдя к микрофону, и легонько ткнул в него пальцем, проверяя звук. — Ты... разбила мне сердце, — мягко, почти с театральной грустью начал он. — Потому что я не умел танцевать. Ты даже не хотела, чтобы я был с тобой рядом... Он коротко усмехнулся, взглянул в пол, потом снова поднял глаза — и в его улыбке мелькнул игривый вызов. — А теперь я вернулся, чтобы показать тебе... я действительно умею зажечь!!! Звонкий бит старого американского R&B новой музыкальной волной мгновенно оживил танцпол. ...Do you love me? (I can really move)... ♪ ...Do you love me? (I'm in the groove)... ♪ Парень на сцене двигался пластично, с той профессиональной лёгкостью, когда тело и музыка синхронно сливаются в одно целое. Он вёл себя уверенно, чуть дерзко, будто намеренно дразнил каждого, кто пытался уловить ритм вместе с ним. Толпа ожила вместе с ним. Люди смеялись, хлопали, подхватывали ритм, а световые лучи ярко мерцали, освещая их лица. Казалось, даже воздух сейчас ощутимо дрожал от их веселья. ...Now, do you love me? (Do you love me?)... ♪ ...Now that I can dance... (Dance)... ♪ С каждым ударом барабанов публика гудела всё громче. Ки Хун поймал себя на том, что больше не моргает, не отводя взгляд от танцующего парня. Смело... В короткой паузе тот вдруг спрыгнул со сцены, мягко приземлился и, указывая пальцем вперёд, беззвучно произнёс: ...WATCH ME NOW, HEY!... ♪ Бит снова взорвал клуб. Толпа расступилась, хлопая и свистя. Он покачивался в такт словам, не теряя ритма и свободнее двигая бëдрами, с каждым движением ещё сильнее раззадоривая остальных. ...(Work, work) Oh, work it out, baby... ♪ ...(Work, work) Well, you drivin' me crazy... ♪ Ки Хун медленно, с лёгкой неловкостью шагнул вперёд, повторяя движения незнакомца и стараясь не отставать от остальных. Люди тут же подхватили нахлынувший азарт — кто-то засвистел, кто-то одобрительно выкрикнул ему вслед, но Ки Хун почти не слышал их. Всё внимание было приковано к одному единственному парню. Он начал двигаться увереннее, чуть нарочито добавляя дерзости — резкие повороты бедер, быстрые шаги в такт, желая усомниться в том, что незнакомец заметил его "вызов". Внутри всё сильнее разгорались азарт и любопытство, смешанные с неожиданным ощущением лëгкого возбуждения: не от музыки, а от самой игры взглядов, движения и тайного, захватывающего дух соперничества. ...(Work, work) Just a little bit of soul now... ♪ ...Work!... ♪ Как и ожилалось, танцующий парень заметил его почти сразу. Их взгляды коротко, будто случайно пересеклись, но Ки Хун ощутил, как тот внимательно оглядел его сверху донизу, пристально оценивая каждое движение. И что-то в этом взгляде заставило невольно ускорить шаг. На губах танцора мелькнула лёгкая, едва заметная презрительная усмешка, которая одновременно и раздражала... и заинтриговывала. Он не терял ритма, но внезапно развернулся и ловко притянул к себе незнакомую девушку из толпы. Та лишь засмеялась, обвивая его шею руками, и они двинулись в такт музыке, словно вокруг больше никого не существовало. И всё же Ки Хун чувствовал: этот маленький жест был не для неё, а именно для него, словно провокация, загадка, которую надо разгадать. ...I can mash potato (I can mash potato)... ♪ ...I can do the twist (I can do the twist)... ♪ Но даже сквозь яркое мелькание света, Ки Хун видел лишь одно: танцор всё ещё следил за ним. Время от времени Ки Хун вновь замечал на себе этот взгляд — короткий, цепкий, словно проверяющий: "Ты ещë не сдался?" И от этого в груди вновь и вновь что-то сладко сжималось. ...Tell, tell me, baby (Tell me, baby)... ♪ ...Do you like it like this? (Do you like it like this?)... ♪ На этом месте Ки Хун словно окончательно перестал слышать крики и голоса остальных людей. Его сознание сузилось до одного пронзительного взгляда. Ах вот как... бросаешь вызов? Он медленно ухмыльнулся, выпрямляясь. В его движениях появилось что-то упругое, дерзкое, как у человека, которому вдруг позволили быть самим собой. Думаешь, сможешь меня унизить? Ха, плохо думаешь! С этой мыслью Ки Хун тут же ринулся вперёд, позволяя музыке вести тело. Больше не было никакой скованности — только свобода, ритм и ощущение, будто их невидимая дуэль всё сильнее разгоралась ярким пламенем с каждой секундой. Толпа засвистела громче, хлопая в ладоши и подбадривая парня, но Ки Хун видел перед собой только танцора, чувствуя, как азарт всё сильнее захлёстывал его с головой. ...Tell me, tell me (Tell me)... ♪ Рядом с ним танцевали две девушки, невольно подхватывая его темп и смеясь, становясь частью одного страстного ритма. Ки Хун ощущал, как уверенность дурманила его, тело будто слегка вибрировало в такт музыке. Громкая музыка, звонкий смех, яркий свет — всё смешалось в единый поток, и в центре этого вихря был именно он. Поймав на себе взгляд танцующего парня, он неосознаннл провёл ладонью по волосам, чуть ухмыляясь. Сердце забилось чуть быстрее. А у меня — целых две! На лице незнакомца вновь мелькнула тонкая, почти лениво-презрительная усмешка. Он качнул головой и фыркнул — коротко, без злости, словно ответил без слов: "понятно". ...Do you love me? (Do you love me?)... ♪ ...Now, do you love me? (Do you love me?)... ♪ Но Ки Хун видел в этом совсем другое — он был уверен в том, что смог нанести ответный удар. Ему вдруг захотелось смеяться, прыгать от радости, как ребёнку, отнявшему конфетку у другого. Воспоминания о проигрыше в партии бильярда насовсем исчезли из памяти: сейчас он думал только о танцоре, его холодном, почти что равнодушном взгляде... и, конечно же, о собственной, мнимой победе. ...Now, do you love me? (Do you love me?)... ♪ ...Now that I can dance? Dance (Dance)... ♪ ...Watch me now, hey!... ♪ Они танцевали, мысленно соревнуясь между собой — вернее, так считал только Ки Хун. Незнакомец смотрел на него с лёгким недоумением. Вскоре музыка стихла, сменившись новой, заводящей публику композицией, и Ки Хун наконец позволил себе отдышаться. Сердце колотилось так, будто он только что выиграл забег. Он отошёл к бару, заказал вторую порцию соджу и устало опустился на высокий стул. Дыхание постепенно выровнялось, но взгляд всё равно возвращался к тому самому парню, которого он так красиво "победил". Воздух пах алкоголем, сигаретным дымом и чем-то сладким, липким. Музыка за спиной гремела, но Ки Хун её почти не слышал. Заметив, что он всё время смотрит на танцпол, бармен, протирая бокалы, усмехнулся: — Сегодня в клубе на редкость оживлённо, не правда ли? Ки Хун ответил после короткой паузы, глотнув соджу и кивнув в сторону незнакомца: — Слушай, тот тип со сцены... кто он вообще? — Ты про Ин Хо? — бармен приподнял брови, будто удивился, что тот заинтересовался. — Он здесь работает. Смотря на стоящего вдали Ин Хо, он улыбнулся, продолжив: — Когда он танцует с остальными, он просто невероятен. Девчонкам это особенно нравится. Ки Хун самодовольно фыркнул, откинулся спиной к стойке и сделал демонстративный глоток: — Ага, видел. Только... — загадочно ухмыльнулся он. — Сегодня я его, кажется, уделал. Бармен, не желая вступать в спор, лишь молча пожал плечами и вернулся к своим обязанностям. Его взгляд всё же метнулся в сторону Ин Хо, который с невозмутимым выражением лица стоял у стены, почти в тени. Казалось, для него этот танец — не всплеск эмоций, а привычное, почти механическое занятие, лишённое всякого смысла. Когда Ки Хун бросил взгляд на танцпол, он вздрогнул от неожиданности. Ин Хо уже не просто стоял в стороне — он пристально наблюдал за Ки Хуном, словно хищник, выслеживающий добычу издалека. В его взгляде читалась уверенность и проницательность, словно он заранее знал, что тот обязательно о нём спросит. Ки Хун поспешно отвернулся и намеренно сделал вид, что рассматривает бутылки за стойкой. Сердце застучало быстрее. Он сжал стакан чуть крепче, всё ещё ощущая внутри то странное, бодрящее возбуждение — азарт от игры, от невидимой дуэли, от того, что кто-то следит за каждым его шагом. Ты ведь злишься, не так ли? И тут же вихрем в голове пронеслась мысль: если сегодня он выиграл, то завтра... завтра тот парень может с лëгкостью взять реванш. Ну что ж... посмотрим, кто кого! Ки Хун довольно улыбнулся самому себе. Ха! Завтра... я снова тебя уделаю! •••Продолжение следует•••