Step By Step | Шаг за шагом

Хочешь быть замеченным... приготовься к "неприятным" сюрпризам.

Do you want to dance — Bobby Freeman ♪

***

Стоя в тренировочной комнате перед зеркальной стеной, Ки Хун от скуки рассматривал своё отражение. Мысленно гадая, чем может закончиться сегодняшняя тренировка, он медленно подошёл к проигрывателю и включил музыку. ...Well do you want to dance and hold my hand?... ♪ ...Tell me I'm your lover man... ♪ ...Oh baby, do you want to dance?... ♪ Весёлая, ритмичная мелодия наполнила комнату, заставляя его тело невольно двигаться. Он повторял знакомые шаги и лёгкие вращения корпуса — всё, чему Ин Хо учил его на прошлых занятиях. ...Well do you want to dance and make romance?... ♪ ...Sweep me all through the night... ♪ ...Oh baby, do you want to dance?... ♪ Казалось, он больше не пытался выглядеть таким же крутым, как в день их первой встречи. Зная, что сейчас он один в комнате, Ки Хун прикрыл глаза и расслабился, позволяя себе чуть больше, чем строгий "контроль" над телом. Лёгкая улыбка сияла на его лице — музыка позволяла забыть хотя бы на минуту о всём, что могло хоть как-то тревожить. Ин Хо тихо вошёл в комнату и на мгновение застыл у двери. Скрестив руки на груди, он молча наблюдал за происходящим, будто проверяя, как скоро Ки Хун заметит его присутствие... и заметит ли вообще? И тот заметил — лишь спустя несколько секунд, когда поймал в зеркале отражение его взгляда. Ки Хун вздрогнул и тут же остановился, не зная, чего ожидать. Ин Хо, как всегда, был безупречно невозмутим. Ни слова, ни тени эмоции — только лёгкий наклон головы, будто он оценивает не человека, а движение. Он спокойно подошёл к проигрывателю, выключил музыку и наконец заговорил: — Увлекательно. Ки Хун удивлённо моргнул, растерянно стоя на месте, не понимая, что это значит. Похвала? Издёвка? Скорее второе — ведь ты явно не знаешь, что значит слово "похвала", верно? Ин Хо вновь медленно окинул его взглядом снизу вверх — цепко, придирчиво, профессионально... с интересом. — Хм. Не так безнадёжно, как в первый день, — тихо произнёс он, задумавшись. — Спасибо... наверное, — выдохнул Ки Хун, всё ещё не зная, как на это реагировать. Ин Хо подошёл ближе, встав рядом. На лице мелькнула короткая усмешка: — Только ты танцуешь так, будто намеренно хочешь понравиться зеркалу, — сказал он, чуть повернув голову к нему. — Если ты не заметил, я вообще-то стараюсь, — недовольно буркнул Ки Хун. Ин Хо тихо хмыкнул, глядя прямо на него: — Стараешься — это видно. Но стараться тоже надо уметь. Ты всё ещё играешь на публику, а не чувствуешь. Он на секунду замолчал, будто что-то прикидывая, потом добавил спокойно: — В тебе ровно столько же упрямства, сколько и пафоса. Впрочем, есть с чем работать. Танцор медленно сделал шаг ближе, глядя на Ки Хуна в отражении зеркальной стены. — Поэтому... — голос Ин Хо стал чуть ниже, — сегодня мы меняем правила. — То есть... как это... меняем? — ошеломлённо прошептал Ки Хун, ещё больше запутавшись в происходящем. — Слушай, — Ин Хо говорил спокойно, как будто разъяснял что-то предельно очевидное, — все предыдущие дни, когда мы усердно тренировали тебя, не были направлены на то, чтобы ты идеально танцевал самбу. Скажу больше, они вообще не имели отношения к самбе. Я этого и не ожидал. Наша цель была другой: проверить, сможешь ли ты вообще понять, как нужно контролировать своё тело? Ки Хун удивленно моргнул, пытаясь осознать смысл сказанного. — И что это значит? — тихо произнес он, глядя на танцора с недоумением. — Получается, все это время я только... готовился для твоей проверки? Ну конечно, а как же иначе... Вот же козлина! — Именно, — продолжил говорить Ин Хо. — Базовые движения самбы дали нам понимание о контроле твоего корпуса, стабильности движений, понимание того, как именно тело реагирует на музыку. Без этого любая импровизация будет выглядеть хаотично. Он сделал паузу, продолжая оценивающе смотреть на Ки Хуна. — Но тебе же хочется большего, верно? Ты пришёл сюда, чтобы на тебя смотрели, чтобы тебя хотели видеть. Чтобы каждое движение передавало эмоцию, страсть, чтобы тело говорило само за себя, чуть заигрывало с окружающими тебя людьми. Для этого есть другой танец — бачата. Ин Хо слегка повернулся к зеркалу, показывая наглядно то, о чём говорил: мягкие движения бёдрами, плавные шаги, в которых чувствовалась привычная для него уверенность и спокойствие. Всё выглядело более чем естественно, будто его тело само знало, как реагировать, когда в комнате вместо музыки — тишина. — В бачате контроль всё ещё нужен — и это важно, — продолжил объяснять он. — Но к нему добавляется и чувственность. Здесь ты должен не просто следовать ритму, а взаимодействовать с музыкой, с партнёром, с пространством вокруг. Ки Хун лишь молча стоял, наблюдая за каждым движением. Ему совершенно не хотелось спорить по поводу "проверки" или задавать вопросы, которые Ин Хо, как всегда, счёл бы глупыми. Он просто смотрел — и чем дольше смотрел, тем отчётливее понимал, что спорить с танцором бессмысленно. Ин Хо чуть наклонил голову, не отводя взгляда от зеркала. — Есть разные виды бачаты, — начал он спокойно, будто просто констатируя факт. — Например, доминиканская — это про ритм, шаги и музыку. А вот чувственная... — он сделал короткую паузу, — это уже не просто танец. Это телесный диалог, почти флирт. Он шагнул в сторону, корпус мягко последовал за движением бедра. Всё выглядело отточено, но в этом движении было что-то вызывающее — слишком живое, слишком человеческое для его обычно собранной, статной манеры. — Видишь ли, чувственность без контроля — это просто безвкусица... звенящая пошлость, — он слегка усмехнулся, глядя в отражение. — А контроль без чувственности — чистейшая скука. Ин Хо наконец повернулся к нему, сложив руки на груди. Но во взгляде, помимо спокойствия, мелькнул какой-то огонёк — едва уловимый, словно тайный, манящий вызов. — Настоящий танец начинается тогда, когда ты умеешь держать себя... — он сделал паузу, глядя прямо в глаза Ки Хуну. — И отпускать ровно настолько, чтобы это выглядело естественно. С этими словами Ин Хо вновь начал показывать самые основные движения. Ки Хун, стараясь не отставать, повторял за ним — шаги, поворот корпуса, лёгкое движение бёдер. Первое время всё вроде шло гладко... ровно до того момента, пока он не начал задумываться, что именно значит "держать" и "отпускать". И в ту же секунду всё пошло наперекосяк. Шаги периодически сбивались, движения становились резкими и неровными. Он остановился, раздражённо выдохнул и провёл рукой по волосам, заправляя выбившуюся прядь за ухо. — Вот же... — тихо выругался Ки Хун, тяжело вздыхая. Ин Хо наблюдал за ним молча, с тем самым выражением, от которого у Ки Хуна всегда начинало подниматься давление — раздражающе спокойный, но явно оценивающий взгляд, будто тот уже знал, чем всё закончится. — Та похвала тебя, похоже, вывела из строя. Ки Хун ничего не ответил, лишь раздражённо фыркнул, вновь начиная повторять движения. Потом ещё раз. И ещё. Через пару секунд в зале вновь послышался тяжёлый вздох: — Да чтоб тебя! — Стой, — Ин Хо подошёл ближе. — Ты опять идёшь от колен, а не от центра. — А откуда мне, по-твоему, ещё идти?! — вспылил Ки Хун, не оборачиваясь. — Ты же сам сказал — держи контроль! Ин Хо на мгновение замолчал, о чём-то подумав, а потом сделал шаг вперёд. Ещё один. И прежде чем Ки Хун успел понять, что происходит, танцор уже оказался у него за спиной — его руки уверенно легли на чужие бёдра, притормаживая очередное, слишком резкое движение. Тот вздрогнул от неожиданности; в груди что-то болезненно сжалось. — Движение идёт вот отсюда, — голос Ин Хо прозвучал почти что у самого уха. — Вот так. Не дёргайся. Он медленно направлял его, выравнивая ось тела — точно, спокойно, с таким вниманием, будто заново перенастраивал весь его баланс. — Эм... — Ки Хун неловко кашлянул, наблюдая в отражении. — А обязательно там меня трогать?.. — Иначе ты не поймёшь, где центр тяжести, — сухо ответил Ин Хо, не убирая рук. — Ну... — Ки Хун сглотнул. — Ты, как бы... не девушка же... На лице Ин Хо мелькнула лёгкая усмешка. — Надо же, угадал, — ответил он, чуть прищурившись и глядя в отражение прямо на Ки Хуна. — Значит, будешь меньше отвлекаться... так даже лучше. Танцор убрал руки не сразу — он словно проверял, запомнил ли тот, куда нужно переносить вес. Но стоило Ки Хуну чуть повернуться, как руки наконец исчезли. Воздух вокруг будто стал прохладнее. Ощутимо прохладнее. — Теперь повтори сам, — коротко сказал Ин Хо, отходя на пару шагов и внимательно наблюдая. Ки Хун в очередной раз сделал попытку повторить за Ин Хо. На этот раз движение вышло лучше — но он сам этого не заметил, потому что весь в голове только и слышал: "держи центр... не дёргайся...". И только спустя ещё некоторое время Ин Хо одобрительно кивнул. — Верно, уже лучше, — ровно произнёс танцор, глядя на него. — На сегодня, пожалуй, хватит. Ки Хун кивнул, стараясь выглядеть безразличным, хотя внутри всё будто шло рябью, сжималось в тугой узел. Он нервно сглотнул, чуть помедлив, дожидаясь, когда Ин Хо покинет комнату, а когда тот скрылся за дверью — лишь раздражённо хмыкнул, силой топая по старому, потëртому паркету. Он стремительно направился к выходу из комнаты, словно пытаясь скрыться от этого места, пока буря эмоций не поглотила его целиком. Его охватили досада, смущение и что-то ещё, чему он не желал давать определения. Когда он наконец догнал Ин Хо в коридоре, его терпение лопнуло — резким движением ноги он отвесил тому лёгкий пинок под зад. Ин Хо едва заметно вздрогнул, остановился и медленно обернулся через плечо. На лице у него появилось то самое выражение — тихая, раздражающе спокойная усмешка. — Это сейчас что было? — За "не дёргайся"! — гневно буркнул Ки Хун, упрямо глядя в сторону. — Чтобы не слишком зазнавался! — Понятно, — коротко, с равнодушием ответил Ин Хо. — Ах да, я, кажется, забыл свои часы. Он отвернулся, будто действительно собирался просто вернуться в комнату, но через пару секунд вдруг развернулся обратно и с хирургической точностью отплатил тем же — чуть сильнее, с отточенной долей "воспитательного эффекта". Ки Хун вскрикнул и, споткнувшись, едва не врезался в стену. — Ты совсем больной?! — выкрикнул он, оборачиваясь. — Зато теперь ты чëтко держишь баланс, — ответил тот, проходя мимо. — Значит, центр нашёл. Ки Хун выдохнул, сжав кулаки, и процедил сквозь зубы: — Ну и козлина...! В ответ послышался короткий, глухой смешок, затерявшийся в коридоре на фоне играющей в главном зале музыки. И ровно в этот момент из-за угла выглянул бармен, наблюдая эту картину с приподнятой бровью. — Ну и ну, ещё и неделя не прошла — а уже рукоприкладство! — с ухмылкой протянул тот, наблюдая за ними двумя. Ин Хо спокойно сел за барную стойку, глянув на бармена и лениво бросил: — А как думаешь, поможет? Парень за стойкой лишь пожал плечами: — Поможет, если не убьёте друг друга раньше. Музыка гремела всё громче, свет мигал в такт басам, а Ки Хун сидел, будто застывший в другой реальности — там, где всё было проще: без чужих взглядов, без боли, без него. Но стоило Ин Хо чуть повернуться, взглядом зацепить его профиль — и тот понял, что расслабиться ему всё равно не дадут. И явно не скоро. •••Продолжение следует•••