неправильно 2

Долбанное солнце палило в глаза хуже огня. Горе поморщилась и поджала губы. Прикрыв глаза ладошкой, она чувствовала, что жар внизу подступает. Долбанная течка пришла за ней ровно в тот момент, когда она сбилась с пути и потерялась на тропинке. Вдалеке показался указатель и чья-то маленькая фигура, что не вписывалась туда прям совсем. Яркие красные волосы вдалеке казались просто полотенцем, что было на голове девушки. Но нет. Это действительно её волосы. Просто крашенные. — Девушка, подскажите, а как отсюда попасть в Горелки? — вопрос звучал вежливо и невинно до жути. Женя резко развернулась и нахмурилась. А затем принюхалась. Её красивые каре-зелёные глаза расширились и она уставилась на Горе. Невольно стыдливый румянец вылез на щеках и Горе тут же свела ноги вместе как можно крепче. — Подскажите, нет? Я просто приехала проверять родовое жильё и заплутала, — легкое отчаяние и без течки скользило в голосе. — Родовое? Вас случайно не Горе зовут? — внутри Горе что-то ломалось. — Вас предупредили что ли? — некоторое раздражение прорвалось даже через течку. — Простите, просто надо было убедится. У вас ещё и запах такой вкусный. Никогда такое не чувствовала, — Женя так спокойно об этом говорила, что Горе хотелось её ударить. — Пойдём, — видимо злость Горе отобразилась в лице, раз Женя зашевелилась. — Я кстати, Женя, тоже омега. Если хотите, могу помочь справится с течкой, — ненавязчиво предложила та, ведя за собой Горе. — Это как? — прозвучал вполне себе резонный вопрос. — А что, у вас там омеги не помогают другим омегам в период течки? — с интересом обернулась на неё Женя. — Ну вообще нет. Обычно просто дома сидим и пытаемся не умереть в процессе, — задумавшись, всё же ответила Горе. — Вот как. Понятно, — хмыкнула Женя, продолжая идти. Вокруг был огромный лес. Высокие деревья, голые стволы. Типичный сосновый лес, где местами есть другие деревья, по типу ёлок. Никого в округе нет. Сплошная тишь, да гладь. Свежий запах чего-то новогоднего и лёгкий тёплый воздух, что ерошил тёмные волосы. Горе была ужасно благодарна своему утреннему выбору в плане низа, ведь на тёмных штанах не будет видно следов течки. Подтекало просто ужасно. Было неприятно и тяжело. — Как самочувствие? — осторожно спросила Женя, чуть притормаживая. — Отвратительно, — и ведь не соврала. Ей было жарко и мокро. А до поместья ещё топать и топать. — Держишься? — большие глаза смотрели куда-то внутрь. — Да, я держусь, — кивнула Горе. Женя ускорила темп и они как можно быстрее пошли в сторону поместья. Поместье, как и сам посёлок располагались не так далеко от города. Просто туда идти и идти нужно. Пешком примерно полчаса. Но благодаря ускоренному темпу в сами Горелки они вышли буквально через десять минут ускоренной ходьбы. Вдали возвышалось поместье. Оно было не очень большим, но очень приметным. Красивым резным из дерева и камня. Буквально три этажа. И даже крыша ничего такая. — Ого, какой огромный, — восхищённо охнула Горе, словив вопросительный взгляд Жени. — Ну дом. Поместье моё, — однако от поганой ухмылки Жени это её не спасло. — Чо ты лыбишься? — сердито спросила Горе, у которой в период течки настроение портилось на раз-два-три. — Любишь большие штуки? — невинный вопрос, но, сука, с подтекстом. — Не особо. У меня нет проблем с размерами, — хмыкнула уже подостывшая Горе. Довольно скоро они дошли до этого поместья. Горе постучалась в дверь. Но никто не среагировал. Пришлось ждать несколько минут, когда навстречу выскочит симпатичная крашенная блондинка. Чистые карие глаза смотрели на Горе с такой радостью, что той стало не по себе. Не факт, что она будет здесь жить, но как минимум права на поместье получить обязана. — Добрый день, Елизавета. Я Алёна, мы ранее с вами переписывались по поводу поместья, — добрая улыбка и милые щёчки располагали к себе. — Добрый. Да, я помню. Прежде чем подписывать, я хотела бы осмотреть само здание. Внутри и как снаружи всё выглядит, — это звучало очень по-деловому, но Горе правда нужно было осмотреться. Некоторое время они ходили вокруг поместья вместе. А потом внутри с демонстрацией каждой комнаты. За это время пожар внутри Горе слегка поутих и запах перестал так сильно бить в нос. — Ну как? — остановившись рядом с кабинетом, где Алёна оставила документы на подпись, спросила та, сверкая своими карими глазами. — Мне нравится. Я готова подписать договор о передаче имущества, — потёрла ладони Горе. — Отлично, сейчас можем сделать данный акт, — потёрла ладони Алёна, — потом придется съездить в город и дополнительно подтвердить данную передачу с нотариусом. Но я просто заранее говорю. — Так это наоборот хорошо, что озвучено заранее, — хмыкнула Горе, прикусив нижнюю губу. — Тоже верно, — Алёна открыла дверь, зазывая Горе за собой. Женя тактично осталась снаружи, чтобы не мешать договору случится. Горе довольно быстро подписала договор и Алёна, вежливо откланявшись, покинула кабинет. — Я вам отпишусь, когда надо будет ехать в город к нотариусу для заверения договора, — кивнула Алёна и вышла из кабинета. — Хорошо, — протянула тихо в звонкую тишь особняка. Стол выглядел так соблазнительно, что грех было на него не улечься. Он даже не был пыльным. А выглядел очень прилично. Так ещё и салфетки тут же лежали. Самое время разобраться с течкой. Мокрые штаны вместе с трусами были сняты и отброшены на стул. Поставив сумку с вещами, Горе открыла её и вытащила, но не до конца запасную пару. Вскрыв салфетки, Горе стала усердно подтирать следы смазки, что была близка уже к нижней части ног. Но течка ведь не кончилась, а потому жар внизу живота снова вернулся. Вновь побежала смазка по бледной коже внутренней стороны бёдер. Горе захныкала от несправедливости всей ситуации. Её постигла течка в самом неудачном месте, где даже напряжение снять не получится, ведь Горе не стала брать с собой вспомогательные штуки. Лёгкое шевеление и дверь из коридора распахнулась, запуская внутрь Женю. — Солнце, давай помогу, — голова Горе тут же повернулась к ней. Женя это так непринуждённо сказала, будто реально каждый день незнакомым омежкам помогает снять напряжение во время течки. Она осторожно подошла к столу, на котором развалилась Горе, из желания убрать следы течки, и коснулась бедра одними лишь своими тонкими бледными пальцами. — Я правда помогу, — обещание из Жени вылетает, словно так и надо. — Точно? Ты же омега сама. Зачем тебе это? — но всё же Горе не совсем утонула в своих животных желаниях. — Мне? Просто хочу помогать другим людям, чтобы они не страдали, — рука Жени осторожно подползла выше, находясь в опасной близости к лобку. — И как успехи? — чуть усмехнулась Горе. — Никто не родил, можешь не беспокоиться, — ответно усмехнулась Женя, опускаясь лицом в опасную близость к паху Горе. — Это радует, — откинувшись на стол уже целиком, Горе сдалась в руки Жени, что та прекрасно поняла и приступила к делу со всей старательностью. Это было горячо и одновременно с этим безумно нежно. Женя не стремилась к грубости, скорее к нежности, которой не хватало Горе. От горячих движений языка из живота постепенно уходило напряжение и становилось просто чуть легче дышать. Мягкие, но тонкие пальцы осторожно массировали живот, чтобы снять возникшее из-за течки напряжение. В совокупности у этого был вау-эффект. А после Горе накрыла темнота. — Ёлки, ты в порядке? — прохладные руки держали её лицо. Перед мутными глазами возникала Женя. И её красные волосы, которые невозможно пропустить. Откуда же она взялась? — Почти, — чуть хрипло ответила Горе, пытаясь сфокусироваться на волосах, ибо они были достаточно яркими, чтобы не терять их из виду. — Откуда ты? Ты же не выглядишь, как местная, — потерев глаза, всё же спросила Горе. — Я? Призрак из будущего, — легонько хмыкнув, Женя отстранилась от Горе, отпуская лицо. И просто внезапно исчезла. Горе лежала на столе и хлопала глазами. Никого нет. И живот больше не ноет, как будто бы течка прошла. Хотя за один день она не проходит. Но язык, пальцы, они были как живые. Кого же тогда она встретила в лесу?